Я не планирую влюбляться

Софие исчезла из жизни Левента на долгие недели, так что и Ханде Керем видел только дома. У неё был маленький отпуск от съёмок, пока её героиня была где-то не в Стамбуле, а потом, наоборот, у большей части команды должен был быть отпуск, пока будут выездные съёмки с Ханде. Пока же они снимали историю развития отношений Аяз и Озай, решив на это раз дать чуть больше экранного времени второстепенным персонажам. Много снимали сцен и с Керемом: о рабочей жизни его Левента, о его отношениях с сестрой, о том, как он проводил вечера в барах, обдумывая, стоит ли ему позвонить на личный номер Софие. Особенно сильно ему хотелось это сделать, когда в том же баре, где он был, он видел Мехмеда с какой-нибудь другой девушкой, а не его женой. И девушка каждый раз была разная, но, когда однажды Левент всё-таки набрал номер Софие, аппарат абонента оказался вне зоны действия сети. Он действительно очень сильно удивился, когда его ассистентка принесла ему конверт с личным письмом. Он то и рабочих никаких не ждал, а тут личное. – Кто вообще всё ещё пишет бумажные письма? – удивился он вслух, пока открывал конверт. Он даже не стал изучать марки или имя отправителя, будучи уверенным, что это глупый розыгрыш. Привет, Левент Ты, наверное, сейчас очень удивишься и решишь, что я выгляжу старомодно. Но город, в котором я нахожусь, вдохновляет меня именно на такой жест. И я даже нахожу это романтичным. Кажется, я звучу глупо. Пожалуйста, не смейся сейчас на весь офис. Я исчезла из твоей жизни очень неожиданно, и, возможно, даже слишком надолго. Хотя сейчас, пока я пишу эти строки, я даже не уверена, действительно ли ты заметил моё исчезновение. На самом деле, ведь нет никаких причин, чтобы ты обращал внимание на меня, моё присутствие или отсутствие в городе. Я уехала в город, в котором никогда не думала, что окажусь. Ты когда-нибудь был в Санкт-Петербурге? За эти недели я узнала так много об истории Российской империи, сходила в большое количество музеев. Обязательно сходи в Эрмитаж, если окажешься здесь однажды. Никак не дойду в музей Фаберже, надо это исправить. Я выучила центр города наизусть, но больше всего полюбила вечерние прогулки на катере с бокалом шампанского. Представляешь, здесь до сих пор каждую ночь разводят мосты, чтобы обеспечить проход судам. И узнала я об этом, конечно, тогда, когда гуляла вечером с кофе, ничего не подозревая, а потом попыталась вызвать такси в отель и обнаружила, что это будет возможно только после четырех утра. В итоге гуляла всю ночь, потом спала весь день, а на следующую ночь пошла смотреть на эти самые мосты. Ладно, кажется я увлеклась, а тебе, наверняка, совсем не интересно. Хотя, может ты даже пропустил все эти строчки, сразу прочитав конец письма. Я пишу не просто так. Может ты уже заметил, но если нет, то добавлю, что в конверте также лежит билет на самолёт до Санкт-Петербурга. У меня День рождения, и я хотела бы пригласить тебя присоединиться ко мне и отпраздновать его вместе. Все расходы за мой счёт, просто составь мне компанию, если захочешь. Обратного билета нет, вдруг ты захочешь задержаться больше, чем на один день. Но я куплю его тебе, как только ты решишь вернуться домой. В конверте также листок с моим новым (российским) номером телефона. На него зарегистрирован whatsapp, напиши мне, если всё-таки захочешь прилететь, я встречу тебя в аэропорту. Я не хочу пока проверять свой турецкий номер. P.s. если тебя не привлекает отдых с замужней девушкой, то добавлю, что перед отъездом я подала заявление на развод. P.p.s. и если ты ещё не понял, то добавлю, что это Софие. Левент достал из конверта билет и обнаружил, что вылет был уже сегодня в восемь вечера. Софие действительно рисковала, что он не успеет, когда отправляла письмо вот таким образом. Оно ведь могло и не успеть вовремя. Он сохранил все файлы и закрыл ноутбук, ни секунды не сомневаясь в том, как поступить. – Отмени все мои встречи на ближайшее три дня, – на ходу обратился к ассистентке Левент. – Я улетаю, и в ближайшие дни меня не беспокоить. – Господин Левент, у вас всё в порядке? – обеспокоенно спросила девушка, связавшая личное письмо и неожиданную смену планов босса. – Да, я просто беру отпуск на несколько дней. – Керем, на сегодня всё, – как только съёмки последней перед маленьким отпуском сцены были окончены, к нему подошёл режиссер. – Завтра мы улетаем с Ханде в Питер, снимать её личные кадры там, тебе дадим знать, когда прилетать, пока ещё не уверены в графике. – Думаю, я прилечу на днях тоже. Побуду в этом городе туристом, – поделился он своими планами. – Хорошо, до связи тогда, – попрощался режиссер, и Керем поспешил к своей девушке. – Любимая, я дома, – стоило ему произнести эти слова, как девушка уже бежала его обнимать. Она всегда встречала его так в последнее время, так как в основном была дома, когда он возвращался. Каждый раз она смотрела на него безумно влюбленным взглядом, каждый раз он чувствовал себя в этот момент самым счастливым человеком, но сегодня решил всё-таки задать вопрос, который терзал его все это время. – Почему ты так смотришь? – Как так? – удивилась Ханде, но взгляда не изменила, и все также запускала свои пальчики в волосы Керема, как делала это очень часто. – Не знаю, как будто эти слова много значат. – Для меня, – улыбнулась Ханде, – возможность сказать и услышать «любимый или любимая, я дома» – это одна из самых лучших частей отношений. – Вы с Хаканом не жили вместе? – почему-то спросил Керем. – Не то чтобы жили, но часто оставались то у него, то у меня на несколько дней. Но если мы были у него, возвращаясь откуда-нибудь, я никогда не произносила таких слов, наверное, не чувствовала, что его дом – это и мой дом тоже. Если же он возвращался, а я была у него дома, то он тоже никогда не произносил таких слов. Если мы были у меня, и я возвращалась, когда он был дома, то мне тоже не хотелось говорить таких слов. Знала, что не будет никакой реакции. И он мне в моём доме тоже такое не говорил. Так что да, даже если мы как бы жили вместе, никогда не произносили этих слов. – Я рад, что ты чувствуешь себя дома в моём доме, – Керем поцеловал девушку в лоб. – И я рад, что мне теперь есть кому сказать эти слова. – Ты голодный? Я там приготовила покушать, – улыбнулась Ханде. – Когда ты станешь чьей-то женой, – он наклонился, чтобы добавить кое-что шепотом на ушко, – может даже моей, – он вновь стал ровно, продолжая обычным голосом, – то твоему мужу очень повезёт с тем, какая жена ему досталась. – Я надеюсь, – она привстала на цыпочки, чтобы тоже прошептать слова Керему на ушко, – я надеюсь, что стану именно твоей женой. – Стоит ли мне воспринимать эти слова как намёк, что ты уже определилась в своих чувствах и готова к свадьбе? – уточнил Керем, пока нёс девушку на руках на кухню. Она поцеловала его вместо ответа, не уверенная, что знает, какой ответ будет правильным. Она не сомневалась, что любит Керема. Но почему то боялась, что вновь что-нибудь может пойти не так. И она была рада, что Керем не стал настаивать и просить всё-таки ответить на вопрос. – Уже готова к Питеру? – поинтересовался Керем, пока они кушали. – Да, я ведь уже ночью улетаю, так что собрала все вещи. Честно говоря, уже соскучилась по съемкам. Хоть и занималась пока работой, связанной с официальной презентацией коллекции украшений, но именно по своей героине уже соскучилась. – И как дела с презентацией? Когда уже можно будет лицезреть твою красоту в магазинах? И да, я должен сказать, что ты очень вкусно снова всё приготовила, – Ханде улыбнулась на эти слова, потому что Керем не уставал говорить ей об этом. – Презентация сразу после моего возвращения из Питера. И ты тоже приглашён. – Потому что принял маленькое участие в съёмке рекламы? – уточнил Керем. – Потому что ты мой парень, – Ханде доела, так что встала со своего места и поцеловала Керема в уголок губ, где остался соус. – И я хочу, чтобы в такой волнительный и ответственный день мой парень был рядом со мной. Но и твоя теория тоже правдива. Будешь чай или кофе? – Чай, – улыбнулся девушке Керем, обнимая её со спины и целуя в щеку. – Сейчас вернусь, совсем забыл в машине пакет из магазина. Пока Керема не было, Ханде успела помыть посуду и приготовить для них чай, ставя кружки на стол. – Я купил твой любимый шоколад, – сообщил Керем, возвращаясь на кухню. – И ещё цветы для тебя, – он передал девушке букет и крепко обнял, вовлекая её в поцелуй. – Если ты будешь дарить своей жене цветы, казалось бы, совершенно без повода, то ей точно очень сильно повезёт с мужем. – Цветы не совсем без повода. Ты ведь улетаешь, так что я хотел порадовать тебя перед поездкой. И я тут думал, может и мне прилететь в Питер завтра? – предложил Керем, отпуская Ханде, чтобы она могла поставить букет в вазу. – Надеешься на совместные прогулки в мои свободные от работы часы? – уточнила девушка, присаживаясь рядом с Керемом, а потом переплетая пальцы их свободных рук. – Или хотя бы на то, что тебе будет кому сказать, что ты дома, когда ты будешь возвращаться со съёмок, а я буду встречать тебя ужином. У меня в любом случае нет работы здесь. – Я только за, – улыбнулась девушка, целуя парня. – Я схожу в душ, есть ты не против, – сказал Керем, когда они закончили пить чай. Love is это когда он дарит тебе цветы, потому что ты скоро уедешь, а он будет скучать. Спасибо, Ноче. Ханде знала, что они с Керемом собирались скрывать отношения от всех, но она не могла не поделиться таким шикарным жестом своего парня. Оказавшись в Питере, Ханде сразу сняла номер на двоих, зная что Керем тоже прилетит и что им не нужно два номера. В первый же вечер, когда они снимали тот самый момент, когда Софие гуляла по городу, не зная о мостах, о котором она потом напишет Левенту, Ханде поразилась, как много в России её фанатов. Она ещё даже нигде не писала, что она прилетела в этот город, а её уже множество раз попросили сфотографироваться. Так как они снимали всю ночь, то следующий день у Ханде был свободен, только на закате они планировали снять, как девушка пойдёт гулять по городу и останется смотреть на мосты. Так что Ханде спокойно легла спать рано утром, как только добралась в отель. И она даже не почувствовала, как проспала много часов, пока не проснулась от поцелуй в висок. – Хандемий, я дома. И, конечно, этот номер в отеле нельзя было назвать домом, но Ханде расплылась в улыбке. – Иди ко мне, любимый, – она понятия не имела, сколько времени, но очень сильно хотела обнять Керема. Он, конечно, подчинился желанию девушки, но уже через пять минут прозвонил её будильник, оповещающий о том, что пора собираться на съёмки. Керем всё-таки не выпускал её из объятий ещё минут пятнадцать, а потом с улыбкой наблюдал, как его девочка собиралась на работу. – Мы снимаем то, как я буду смотреть на разводные мосты. Приезжай, погуляем потом, – предложила Ханде, практически выбегая из номера, но всё-таки целуя парня на прощание.