Пробуждение

– Нет, мелкий, я только еду, – было слышно как парень перегнал чупа-чупс из одной щеки за другую - любимая привычка Тэ, – Блин, там было так круто, ты со своими сессиями как обычно все пропускаешь, неудачник! – Тэ, готовь задницу, – раздался на другом конце трубки голос второго парня, – Приедешь - получишь хорошую порку за такое! Чон был уверен на все сто процентов, что этот любимый засранец сейчас корчит ему рожицы и показывает язык, пользуясь моментом, пока Чонгук его не видел. И он оказался прав: в трубке послышался звонкий смех, а после и быстрое бормотание Тэхена: – Оп, вот это заявленьице) Хахах, ладно-ладно, понял - исправлюсь, только не злись, солнце, и расслабь руку - сейчас ручку пополам сломаешь) Чонгук опустил глаза на свои напряженные пальцы и бедный канцелярский предмет, что вот вот даст трещину под напором сильных рук. – К-как ты... – округлив глаза, удивленно забубнил младший, но его тут же прервали: – Хей, я знаю все твои привычки, так что не стоит так удивляться, – с гордым лицом промурчал старший, ставя себе плюсик за хорошую наблюдательность, – Кукки, я хочу кушать, ты мне приготовил что-нибудь? – Тэш, ты не забыл, что это ты у нас кухарка? Это я тебя должен спросить: где мой обед? Я пришел голодный из универа, а еда еще не ждет меня на столе. А все знаешь почему? Потому что мой парень поперся на вечеринку в загородный дом! Кто мне готовить будет? Жалобный стон и урчание в животе, – Ты такая злюка, Кукки, – раздался треск - дуя губы, Тэ с силой раскусил свой "обед" на сегодня, – Закажи себе пиццу, мне до тебя 50 километров осталось, а позже я тебе и приготовлю, хорошо? – Ладно, только, пожалуйста, я тебя прошу: веди осторожнее, я знаю как ты у нас гнать любишь. Обещай, что не больше 160, и смотри за дорогой. Сколько у тебя сейчас? Тэ опустил глаза на спидометр дорого автомобиля, сделав неловкое выражение лица: 240 км/ч. Ну, а что поделать, если не может он спокойно на заднице сидеть? Ну нравится ему гнать, влезать в неприятности и, вообще, безбашенность это его второе имя. А все почему? Правильно: шило в жопе. – Как раз 160, Кукки, – Тэ закусил губу, в надежде, что Чон поверит в его очевидную маленькую ложь. Но тот сделал вид, что мол "окей, я ничего не знаю и ты у нас вообще паинька - всегда как черепаха ползешь". Решив поскорее заболтать его, чтобы он не волновался, и отключиться, Тэхен пролепетал сладким голосом, – Все-все, я же правильный водитель - мне нельзя по телефону болтать, поэтому жди меня, скоро зажму тебя в своих объятиях. Обещаю вернуться живым, – саркастический смешок, – Люблю тебя, пока-пока~ И не успел младший и рта раскрыть, как послышались гудки. Усмехнувшись, парень нажал на кнопку отбоя, положив телефон на стопку тетрадей. Тэ такой Тэ: дерзкий, сексуальный, безбашенный засранец со всеми, но до жути милый и домашний, когда оказывался рядом с Чонгуком. Словно котенок ластился всегда к сильному, высокому парню, чувствуя защиту, или хлопотал на кухне, пока его Кукки корпел над горами докладов, сгрызая гранит науки. Но когда нужно, будет нещадящим доминантом, готовый уебать каждого, кто посмеет хотя бы зыркнуть на него не так, а уж тем более, ни дай Бог никому, на "его Кукки". С глупой, влюбленной усмешкой на лице, Чонгук наконец встал со своего стула, перед этим крутанувшись на нем разок - уж детское поведение Тэхена все-таки влияет на "невозмутимого" Чонгука, и ему иногда тоже хочется побыть дитем. Лениво потянувшись, разминая затекшую спину, парень поплелся на кухню, проверить осталась ли в холодильнике еще кола и сделать заказ пиццы с доставкой на дом.

***

Сидя за кухонным столом, Чонгук играл в гляделки с только что принесенный, горячей, аппетитной пиццей, решая невероятно сложную задачку: поскорее съесть все это, ведь оно все сейчас чертовски вкусно выглядит и пахнет, или же дождаться Тэхена и разделить это с ним, ведь он наверняка тоже очень голоден. Кстати о Тэхене: прошло уже больше часа после их разговора, а дверь их квартиры еще не была широко распахнута, и сам Гук не был повален на пол под любвеобильной тушкой Тэ, а ведь ему тут оставалось ехать то всего ничего, плюс учитывая его скорость, что была "явно не 160 км/ч", старший должен был быть дома уже примерно как пол часа назад... Но его размышления прервал звонок телефона. Глянув на экран - незнакомый номер, парень взял в одну руку алюминиевую бутылочку колы, сделав глоток, и подошел к большому окну, чтобы лучше ловила сеть. – Алло, – нахмурив брови, Чонгук попытался отвлечься от мыслей о своем парне. – Вы - Чон Чонгук? – Да, здравствуйте, а кого это собственно интересует? – С вами говорит капитан полиции Кан Хунгшин. Вам известен некий Ким Тэхен? – Да, - эти слова заставили парня напрячься, проглатывая застрявший в горле ком. "У Тэ снова неприятности? Этот неугомонный опять привлек внимание копов?" – Произошла авария на 15 километре от города: автомобиль марки Ламборгини Ревентон, за рулем которого был Ким Тэхен, столкнулся с бензовозом. Вы можете приехать в участок для дачи показаний? Глаза распахнулись, вздрагивая ресницами, складка на переносице разровнялась под пораженно-удивленным взглядом в пустоту, банка колы выпала из дрожащих рук, звонко шлепнувшись бедром о пол и разбрызгивая ее содержимое на паркет.

***

На дороге нет свободного места: полиция, скорая помощь, пожарные, все суетятся и бегают, ограждая место происшествия желтыми лентами. Перед людьми распластался огромный грузовик, опрокинутый на бок, и дорогой серебристый автомобиль, подмятый, даже скорее зажеванный передними колесами, под эту махину. Сейчас это всё было просто покорёженной и изуродованной кучей металла. Прожженную огнем землю и взрытый асфальт россыпью устилали осколки разбитого стекла, зеркала и другие части машины и панели инструментов. Слышны быстрые шаги, переговоры, шорох ручек и карандашей по блокнотам, затворы камер, скрежет изогнутой двери - и вот медики осторожно кладут второе тело на носилки, спеша скорее увезти его с глаз интересующихся проезжающих зевак.

***

Вышибая дверь толчком руки, парень влетает в кабинет капитана, цепляясь мертвой хваткой в его стол, и испуганно прокричал, нависая над мужчиной: – Что с ним?! Он жив?! Пожалуйста, скажите, что он жив!!! – Мистер Чон, я вас прошу: сядьте на стул, сейчас я вам все объясню. Чонгук медленно и настороженно опустился на указанное место, не отрывая пытливого взгляда от мужчины в форме напротив него, все так же царапая столешницу ногтями. Кашлянув капитан Кан начал: – Как уже было сказано: на 15 километре от города произошла авария. Мы узнали о ней практически сразу же от госпожи Ким, жены председателя. По ее утверждениям, она разговаривала с сыном по телефону, когда вдруг в трубке послышался треск, скрежет и автомобильные сигналы, а потом связь оборвалась. Благодаря ее звонку пожарным удалось быстро затушить пламя, которое мгновенно разрасталось из-за взрыва - грузовик перевозил автомобильное топливо. Сейчас там ведется расследование, но по камерам нам удалось определить причину: водитель бензовоза не справился с управлением, к тому же юный господин Ким вел с огромной скоростью и... – Что с Тэхеном?! – мужчина был прерван юношей, которому откровенно было посрать на этого водителя и выслушивать все это он не собирался, – Единственное что я хочу знать: это где он и в каком состоянии?! Тяжело вздохнув, мужчина сочувственно посмотрел на совсем еще молодого парня, у которого сейчас волнение мешалось со страхом в глазах. Он бы почитал ему нотации на тему воспитания, но к чему это сейчас? Вытащив черную папку и опустив ее на стол, он раскрыл ее перед непонимающим Чонгуком. – Его тело сейчас находится на кремации в морге, – осторожно проговорил Кан, указывая на страницы папки, где со всех ракурсов на снимках изображался до неузнаваемости переломанный скелет, с обугленными костями и мясом с оборванными мышцами в некоторых местах, – Он мертв. Повисла угрожающая тишина. Парень замер на месте. "Он мертв... Он мертв... Он мертв..." Как колоколом эти слова били по стенке его сознания, ужасом проникая под кожу, под кору мозга, в каждую клеточку его организма и заставляя нервно мотать головой в стороны - Чонгук полностью отказывался принимать эти мысли. Огромными глазами глядя на эти снимки, он не мог вздохнуть, тупо открывая и закрывая рот. Указывая дрожащими пальцами на трупа, резко вскочил со стула, от чего тот грохнулся спинкой на пол, он отчаянно закричал: – Это не он!!! Я не верю в это!!! Он жив! Жив, понимаете?! Это точно не он!! Обескураженный таким поведением, капитан вначале замер, впиваясь пальцами в подлокотники кресла, потом собравшись, быстро нажал на кнопку связи, сообщив: – У парня началась истерика, немедленно разберитесь с этим. В кабинет вбежали двое охранников и дежурный санитар, пытаясь удержать буянившего Чонгука, скрутив ему руки, пока третий вкалывал ему двойную дозу успокоительного и снотворного в шею. Все вдруг стало словно в замедленной съемке: вот он медленно падает, все еще вырываясь из рук двоих остолобов, вот санитар что-то громко ему говорит, видимо пытаясь как-то успокоить, вот он рухнул на пол, все еще улавливая какие-либо голоса, глухо отдающиеся в его голове, будто под водой... И вот наконец веки закрылись.

***

Он открыл глаза. Пару минут тупо пялясь на диван, он совсем не понимал, что делает на полу своей гостиной и почему у него туман в голове. Эту дымку постепенно развеяли чужие слова: "Он мертв..." и осознание того, что это был их последний разговор, последний раз, когда он слышал его голос. Внезапно к горлу подкатил комок лютой злости, казалось от его взгляда сейчас воспламенится этот чертов диван. Покачиваясь, он поднялся на ноги, стремительно направляясь к кухонному столу - одним махом сметая с него все: книги с грохотом шлепались о пол, посуда билась, осколками крошась по паркету, холодная пицца и столовые приборы с металлическим звоном так же оказались рядом с учебниками. – Я НЕ ВЕРЮ В ЭТО! БЛЯТЬ, НЕ ВЕРЮ!!! Стуча зубами от ненависти, нахрен перевернул кухонный стол, добивая осколки на полу. Взяв в руки стул, с разъяренным лицом швырнул его в стену, от чего тот раскололся на части, сотрясая квартиру характерным звуком. Круша все, что попадется ему под руку, выкрикивал ругательства и проклятия, бил зеркала и стекла, разбрасывал вещи и мебель, превращая все в груду мусора и ненужного хлама. Его трясло. Его безумно трясло от злости: какого черта он поступил с ним так? Какое он имел право умирать? Какого хера он вообще позволял себе такую уверенность и скорость в ведении машины? Богатенький балбес, сын известного председателя, но разве это все давало ему право вот так уходить из жизни? Нет! Пиная отломанные ножки в стороны, он каким-то образом оказался у стены. Рыкнув, рьяно двинул в нее кулаком, совсем не почувствовав боли. Рвано выдохнул, дикими глазами глядя на вертикальную поверхность: почему нет ощущений? Сорвался с места, как сумасшедший забарабанил кулаками в стену, не щадя свои руки. – НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, НЕНАВИЖУ!! ТЫ СЛЫШИШЬ?!?? КАК ТЫ МОГ МЕНЯ ОСТАВИТЬ, ПРИДУРОК?!? НЕНАВИЖУ!! Постепенно замедляясь, уперся лбом в помятую стену, скорчив лицо в мучительном выражении. Но на самом деле он сейчас злился не только на Тэ, он злился на весь мир, на обстоятельства, на этого долбанутого водителя. Он злился на всех. Но самое главное на себя. Если бы он только был рядом, он бы не позволил ему так гнать. Если бы он был рядом, он бы спас его. Если бы он только, черт возьми, был рядом, он бы не позволил этому случиться. Если бы... С разбитых костяшек по пальцам струилась кровь, каплями винного цвета разбиваясь о пол. Плечи затряслись в немом плаче, парень развернулся, спиной размазывая кровь по стене, сполз вниз. Подняв лицо к потолку, отчаянно завыл, переходя на рыдания, от чего его грудь рвано вздымалась то вверх, то вниз, громко закричал, словно его и правда "там" могли услышать: – ТЫ ЖЕ ОБЕЩАЛ, ЧТО ВЕРНЕШЬСЯ ЖИВЫМ!!! – скаля зубы, от чего его вены на шее вздулись настолько, что казалось будто они сейчас лопнут, он почувствовал как первая слеза скатилась из уголка его правого глаза. Он... плачет? Наверное раньше он не мог этого сделать, потому что находился в шоке. Сильном психологическом шоке. Но сейчас упав на бок и скребя ногтями по дорогому деревянному покрытию, оставляя за ними красные следы, неизбежно зарыдал, глотая крупные слезы и шепча, как заклинание: – Ты же обещал... обещал... Всхлипывая, переходил на тихий скулеж, вновь закрывая глаза. Голова безумно разболелась из-за крика и слез, поэтому изможденный парень уснул прямо тут - на холодном полу, в крови и соляных разводах.

***

Чонгук зарылся лицом в большой красный свитер, подаренный им же самим его ТэТэ на позапрошлое Рождество, вдохнул знакомый запах, и невыносимое горе снова накрыло его тяжелой удушливой волной, пронзая его насквозь, разрывая сердце. По спине и затылку прокатился озноб, в горле встал комок, не давая вздохнуть. Его охватила паника. Снова. В доме стояла тишина, нарушаемая только жужжанием машин за окном. Он был один. Желчь поднялась к самому горлу. Он побежал в туалет и рухнул на колени перед унитазом. Реальность заключалась в том, что Тэхен ушел и никогда не вернется. Никогда он больше не увидит его обворожительную улыбку, никогда ему больше не провести рукой по его мягким волосам и прижать его тельце поближе к себе, не засмеяться до колик в животе его глупому детскому поведению или шутке, не уснуть с ним в одной постели и не проснуться от его милого бормотания во сне утром, никогда не поспорить, чья очередь идти в ванну первым. Все, что ему оставалось, - это ворох воспоминаний и лицо его любимого, которое с каждым днем не утрачивало ясность очертаний. Их план был предельно прост: прожить вместе всю жизнь и все, кто их знал, не сомневались: этот план вполне осуществим. Лучшие друзья и любовники, они идеально подходили друг другу, как две половинки одного целого. Но, как часто это случается, настал день, когда злая судьба распорядилась по-другому. Чонгук нажал кнопку смыва и, дрожа от холода, с трудом поднялся с кафельного пола. Прошло полтора месяца со дня автомобильной аварии, катастрофы в его жизни. А была ли это еще жизнь? Его мир рухнул, скрипя слабыми опорами - они не выдержали. Теперь внутри него пустота, мертвые руины, погребенные под воспоминаниями. Он слонялся из комнаты в комнату, глотая крупные соленые слезы. Глаза покраснели и причиняли боль. Ему казалось эта ночь никогда не закончится. Ни в одной из комнат он не находил покоя, во всей квартире царила угрюмая тишина. Тэхен бы не одобрил, подумал он. Он бы тут же обвил его всеми конечностями, нашептывая на ушко приятные слова. Да, он умел быть таким - таким домашним, дарящим теплоту. Его сейчас его нет и больше никогда не будет, поэтому с каждым днем Гуку становилось все холоднее, словно внутри кто-то включил морозильник и забыл выключить. Он сделал глубокий вздох, вытер слезы и попытался взять себя в руки. Нет, Тэхену бы такое точно не понравилось. Как и все последние недели он только под утро забылся некрепким сном и проснулся утром от странного звука - в доме вновь раздался телефонный звонок.