Frost

Что-то было не так – Кай понял это, заехав на парковку, свет в здании был приглушён, а на двери висела табличка “закрыто”. Но он не слишком переживал – скорее всего Ёнджун решил закрыться пораньше, чтобы встретить сестёр Хюнин. У них не так часто совпадали перерывы в их университетах в США, которые не были омрачены периодом экзаменов, но это был один из редких случаев, когда они решили не ехать домой, а провести эти дни с Каем и Ёнджуном. Поэтому Кай не винил Ёнджуна за ранее закрытие. Он бы сделал тоже самое, будь он сегодня в кафе. Он открыл дверцу, выбираясь из машины, и почувствовал руку Леа на своей спине, а Бахи устраивается у него на плече. Они обе хихикали о чём-то, обмениваясь тайными взглядами. Кай привык к этому, поэтому игнорировал их обеих, закатывая глаза и забирая один из пиджаков Ёнджуна из его машины. Вечерний ветер был холодным, и Леа заставила их остановиться и купить кофе со льдом, поэтому он основательно замёрз. – Ауу. – Бахи сразу же подразнила его. – Интересно, где же я видела этот пиджак раньше. – она тыкнула пальцем младшего брата, широко улыбаясь, когда он покраснел. – И эту футболку тоже. – заметила она. – Я не припоминаю, чтобы ты слушал Girl’s Generation, Кай-я. – Ребят, давайте зайдём внутрь. Я замерзаю. – жалуется Леа, убирая телефон, написав сообщение. Когда она думала, что Кай не смотрит (он, безусловно, наблюдал) она подмигнула Бахи. Закатывая глаза словно в миллионный раз, Кай быстрым шагом направился к двери, его сёстра подоспели несколькими секундами позже, всё ещё смеясь о чём-то. Они прошли с ним до передней двери, и также быстро, как его рука притронулась к ручке, готовая открыть её, они обе отпустили его, указывая на машину. – Иди пока без нас! – сказала Леа, немного нервно поглядывая на Бахи. – Мы… эм… забыли… – НАПИТКИ ИЗ СТАРБАКСА! – выплюнула Леа. Вы обе? – Да! Я заберу их для вас, заходите без меня. – НЕТ! Я клянусь богом, если ведро блёсток упадёт на первого, кто зайдёт в эту дверь, я никогда больше не буду говорить ни с одной из вас. Его сёстры фыркнули, вспомнив инцидент с блёстками. – Там нет блёсток. – уверили они. Тогда что? – Просто… иди. Пожалуйста? И… Это был долгий день. Вздыхая, Кай толкнул дверь своего кафе, входя и протягивая руку к выключателю света, который, как он знал, располагался прямо рядом с дверью. Прежде чем он смог включить его, чья-то рука схватила его, пальцы оплели его запястье, мешая наполнить комнату светом. Кай замер, прежде чем понять, кто это был, и расслабиться. Он повернулся, прищуриваясь, смотря в темноте на своего парня, и когда их глаза встретились, Ёнджун отпустил его, позволяя Каю включить свет. Однако, когда он наконец щёлкнул выключателем, вместо того, чтобы вспыхнули верхние лампы, по всему помещению загорелись маленькие голубые, фиолетовые, розовые огоньки гирлянды и осветили кафе. Не было ни стульев, ни столов. Помещение полностью преобразилось – стены были увешаны коллажами фотографий, записками и маленькими рисуночками. Пока Кай бродил вокруг, Ёнджун отошёл от немного на пару шагов, наблюдая за ним и не беспокоя, давая пространство, чтобы исследовать всё. Вот фотографии из их первых месяцев знакомства – все пятеро на пляже, Кай в цветочном поле, заснувшие Субин и Кай на диване и Бомгю, позирующий рядом с ними с несмываемыми маркерами в руках. Вот фото с ним из этого кафе, снимающего свой напиток. Он тогда не заметил, как Ёнджун сфотографировал его, рисуя маленькие сердечки по краям фото. Чем дольше Кай изучал стены, тем больше улыбался. Вот фото на рождество – Тэхён держит несчастное дилдо, а Субин сияет со своими светло-голубыми волосами. Фотография Ёнджуна и Кая, переплёвшихся в его кровати, когда он ещё жил с Субином, Панья сплющился между ними. Снимки охватывали все их годы, проведённые вместе, и даже тот год, когда они были порознь, всё хорошее и плохое. Хисын и Кай в парке гладят рыжую кошку, пока дети на фоне строят снежный город. Ёнджун в США, смеющийся и пытавшийся спрятаться, когда один из его соседей застал его за учёбой в библиотеке. И записки… Казалось, что Ёнджун сохранил все стикеры, которые когда-либо Кай писал для него за все годы. Те, которые он оставлял на постели, просыпаясь раньше. Те, что были приклеены с обезболивающему, оставленному вечеринок. Те, написанные наспех, где он сообщал, что вернётся поздно или чтобы он ему перезвонил. Чем больше он ходил, тем больше воспоминаний всплывало в его голове, его сердце билось чаще и улыбка росла всё больше. В какой-то момент он почувствовал, как слёзы начали скапливаться в его глазах. Он проводил руками по фото, проходя мимо, приближаясь к концу, к месту, где всё началось. Там были фотографии, где Ёнджун впервые встретился с его родителями, и больше их, отдыхавших вместе. Леа и Субин атакуют Бахи шариками с водой на вечеринке у бассейна, пьяный Бомгю в караоке, держащийся за Тэхёна изо всех сил. Жалкое соревнование "кто больше выпьет" Ёнджуна и Хисына, закончившееся тем, что оба были слишком пьяны, но продолжали спорить, кто из них на самом деле выиграл, потому что не было никого, кто мог бы помнить ту ночь достаточно ясно, чтобы сказать наверняка. Были и скриншоты из фейстайма, когда Кай познакомился с друзьями Ёнджуна из США – Ёсаном, Уёном и Саном. Леа и Ёнджун на концерте, кричащие во всё горло, шокированный Субин рядом с ними, Бомгю на заднем фоне закрывающий глаза Хисыну, пока Тэхён смеялся так сильно, что слёзы катились по его лицу. Кай, вцепившийся в Ёнджуна на американских горках, пока старший держался за него с выражением лица, наводящее на мысль, что более испуганным был здесь он. Субин, помогающий Каю упаковать его плюшей, когда Кай съезжался с Ёнджуном. Десятки снимков Оди, неважно, одного или на чьих-то из них коленках, нюхающего Субина или глубоко спящий на его любимой кровати и грелке – Ёнджуне, очевидно, на которого он ещё иногда срёт. Потрясающее барабанное соло Бомгю из бара поблизости на новый год. Делающий выпечку Кай, так сосредоточившийся на тесте, что даже не заметил, как его парень снимал его. Два ледяных слаши, рядом друг с другом – красный и голубой. Всё было здесь, и Кай никогда ещё не чувствовал себя таким полноценным, как сейчас – видя, как всё складывается воедино, все люди, о которых он заботился, всех их воспоминания, смеющиеся и плачущие вместе. Подойдя к последнему фото, которое он никогда не видел раньше – Ёнджун, Бомгю, Тэхён, Субин и Хисын, с руками у друг друга на плечах, улыбающиеся в помещении, в котором Кай сейчас находился, все фото позади них, с приглушённым светом. Кай обернулся, понимая, что происходит, но всё ещё не веря. В центре комнаты Ёнджун опустился на одно колено, сияя глазами, с вельветовой коробочкой в руках. Ёнджун никогда не был многословным человеком. А для Кая действия звучали громче, чем слова. Для него эта комната была равноценна крикам с крыши. Он не мог сдержать слёз, катящихся по его щекам, и подошёл ближе к своему парню. – Кай. – голос Ёнджуна был тихим, но прорезал тишину между маленьким пространством между ними, каждый слог притягивал его ближе. – Ты выйдешь за меня? Он кивнул, чувствуя, как больше слёз скатывалось по его лицу, когда Ёнджун встал и Кай обнял его, уткнувшись в шею теперь уже своего жениха.