Танцы за стеклом.

      На следующий день после похода в сауну омежки собрались в студии. Чимин сиял от счастья, Джин источал удовольствие, и только Тэхён был бледным, а глаза его явно не просыхали от слёз. Ничего не понимая, друзья кинулись его успокаивать, но застыли, когда почувствовали освежающий запах мяты. Джин ойкнул, Чимин прикрыл рот рукой. А Тэхён, наконец, не сдерживаясь, завыл, обильно источая слёзы. Омеги кинулись его успокаивать:       — Тэ, ничего страшного, — гладил друга по плечу Джин. — Ты сильный, всё будет хорошо.       Тэхён оттолкнул от себя старшего и прошипел:       — Хватит уже решать за меня, какой я! Ничего я не сильный, просто выбора у меня не было! А теперь есть. И время есть. И я это сделаю!       Чимин всхлипнул:       — Не надо, Тэ. Отдай его мне. У нас с Мином не может быть детей. И мне всё равно, каким он будет: гением или идиотом. Я воспитаю его, как родного, и буду любить любого. Тэ, миленький, не убивай его! Ведь может оказаться что мальчик будет гением!       — Не с моим везением, — почти рыдает Тэхён. — К тому же, он отравляет меня с первых минут своего существования. Чимин, я просто не переживу этой беременности. Или он погибнет. Мой олеандр конфликтует с мятой!       — А сандал? — интересуется Джин, похлопывая воющего Тэ по плечу. — Если Чон сможет его уравновесить…       — Я не хочу метку, — плачет Тэхён. — Я всё ещё не верю в его чувства. А если он пометит меня, то я уже никуда не денусь от него, даже если он каждую ночь будет таскать в нашу кровать по три омеги! Мальчики, я ведь просто не переживу этого! А у меня Юн. И этот теперь.       Омега совсем сникает. Но Чимин тихо говорит:       — Если раз в неделю делать переливание крови, то это поможет сохранить ребёнка. Тэ, дорогой, нужно просто узнать, как действует сандал.       Но Тэхён резко поднимает голову, вытирает слёзы и говорит:       — Всё, это не повод не работать! Джин, ты за камерой. Я буду оттачивать переход из сферы в сферу. Чимин, твои удары бёдрами стали слишком мягкими. Верни им дерзость и резкость. Погнали!       Джин и Чимин немного постояли, посмотрели, как красиво Тэ перебирается из куба в куб то сверху, то сбоку, то снизу, и тоже принялись за дело. Джин указывал на недостатки, что со стороны были виднее. А между делом писал Чонгуку: «У вас с Тэ будет мятный альфочка. Тэхён боится, что он родится идиотом. Риск велик, но это может быть и гений. Вот только у омежки с ребёнком конфликт. Ты как с мятой? Дружишь?» Ответа не было и не было, и Джин начал беситься, уверенный, что Тэхён прав — Чонгук не тот альфа, на которого можно положиться.       Сам же Тэхён, видимо, решил избавиться от ребёнка, выполняя немыслимые пируэты, хлеща литрами энергетики и забивая на плановый отдых. Да, в таком темпе Тэ угробит малыша обязательно. И повлиять на этого упрямца никто не сможет!       На все выкрутасы Тэхёна с тоской смотрел Чимин. Он прекрасно понимал друга. Пак тоже не слишком доверял своему альфе. Но маленького Чимин очень хотел! До этого момента Пак абстрактно представлял, что может появиться кто-то, о ком ему, Чимину, придётся заботиться долгие двадцать лет! А теперь он мечтает стать папой. В его душе пробуждается омега со всеми своими потребностями любить, заботиться, помогать.       Вдруг на каком-то особенно замысловатом па Тэхён, как сломанная кукла, складывается вдвое и больше не поднимается. Друзья вызывают «скорую», с трудом вынимают его из сферы и выносят на улицу. Прибывшие медики ставят угрозу прерывания беременности и забирают омегу с собой.       В это время забытый Тэхёном телефон начинает звонить. Джин берёт аппарат в руки и видит: «Чонгук». Он принимает вызов и слышит довольное:       — Тэ, дорогой, я хочу заехать за тобой сегодня. Ты не против?       Всхлипнув, Джин говорит:       — Не надо за ним заезжать. Тэ увезли в больницу.       На какое-то время Чонгук замирает, затем спрашивает:       — Почему, Джин? Что с ним?       Джин настораживается:       — Чонгук, ты читал мои смс?       — Что? Какие смс? — растерянно спрашивает альфа. — Джин, я не пишу и не читаю смс, у меня закрыта эта функция от спама. Что с Тэ?       Джин снова всхлипывает и говорит:       — Гук, он беременный.       — Я в курсе. У нас будет мятный альфа, — слишком спокойно говорит Чонгук.       Джин с подозрением слушает его и всё же решается уточнить:       — Чонгук, ты разве не знаешь, что…       — Ерунда это, Джин, — обрывает омегу Чон. — Где Тэ? В какую больницу его везут?       Джин называет адрес, куда едет машина «скорой помощи». И сам вместе с Чимином отправляется туда. Уже в машине Джин спрашивает:       — Чим, кто отключает функцию смс?       — Что? — не сразу понимает Чимин. Он очень расстроен поведением Тэхёна. Но берёт себя в руки и говорит: — Джин, это уже прошлый век. Сейчас куча приложений, где можно бесплатно отправлять голосовые. А смс — чисто спам собирает. Я всё думаю отключить его. Но мне иногда туда пишет дедушка, который не отрёкся от меня.       — Вот оно что… — задумчиво сказал старший. — Я прямо почувствовал себя на пятьдесят лет старше, потому что тоже до сих пор пишу смс. Знаешь, Гук в курсе, что Тэ…       — Я слышал, Джин. Как ты думаешь, Тэ смирится? — интересуется Чим. И тут же со злостью говорит: — Видно же, что он этого не хотел. Этот Гук — просто паразит! Всякий раз, как он появляется в жизни Тэ, его планы рушатся! Эти альфы — наше проклятие! Тебе так не кажется?       Джин молчит какое-то время. Ему не кажется, он знает, но вслух говорит:       — Смотря что считать проклятием, Чим. Конечно, мы прошли через много испытаний, но это был наш путь. Мои кузены слушались старших и теперь живут спокойной жизнью. С виду. Но если подумать, ни одному из них я не завидую. Мужья им не изменяют только в том случае, если не могут из-за старости. Они не имеют своего слова. На семейных собраниях мои послушные кузены-омеги выполняют функцию «витрины достижений альфы». Все смотрят не на них, а на их шмотки и украшения. Да ещё на детей, что те успели родить.       Я сейчас могу сказать, что счастлив с Джуном. И всё чаще думаю о том, что не хочу уходить от него. Чем больше узнаю его, тем больше ценю. Он ведь не родился с золотой ложкой во рту, как мы, но столько достиг! Иногда я просто восхищаюсь им. Только ты ему об этом не говори, — смеётся Джин, глядя в округлившиеся глаза друга. — А ещё я думаю, что мы должны были пройти через всё это, чтобы начать ценить то, что имеем.       Конечно, я потерял первого малыша, но у меня есть четыре кузена, с которыми это случилось в браке. Только там однозначно были виноваты их мужья, однако никто не понёс за это никакого наказания. Ведь в «порядочных» семьях случается всякое, только не нужно выносить мусор за порог! А по мне, так это уже не семья, где дети погибают, не успев родиться, потому, что один родитель постоянно избивает другого. Чимин, а ты что думаешь?       Младший глядит на дорогу. Откровенность не в его привычках. Он чаще всего слушает, чем говорит. Но сегодня после того, что устроил Тэхён, Чимин хочет кричать, а не просто говорить:       — Джин, я вдруг понял, что хочу работать над этим проектом не год или два, а до тех пор, пока он будет пользоваться спросом. У меня в голове столько идей, я хочу их все воплотить. А это значит — жить здесь и сотрудничать с этой компаний.       К тому же моя влюблённость в Юнги перерастает во что-то новое. Когда-то он был для меня, как небожитель, не имеющий изъянов. Теперь я знаю человека, потерявшегося в мире пороков. Он был рождён в семье, где то, что осуждается всеми, было нормой. С другой стороны, его мир был более честным, чем наш. Ведь наши родители совершали те же поступки, умудряясь осуждать за это же других.       Теперь скажи мне, Джин, кем мог стать Юнги? Точно не примерным мальчиком, который поёт в церковном хоре. Однако и откровенным преступником он не стал. Можно бесконечно ставить ему в вину наш случай, но в их среде — это норма. И это мы пришли к ним со своими установками, а не они к нам. Мы должны были знать, на что идём. Должны были, но из-за лицемерия наших близких, мы не знали.       Моё чувство к Юнги похоже на папино: хочется пожалеть и дать ему то, чего у него не было в детстве. Вот только у меня этого тоже не было! Меня в семье всего два раза в жизни обняли искренне, и то это был дедушка. В первый раз это было, когда я закончил школу с «отличием» и во второй, когда пришёл к нему и поделился своими планами по захвату компании.       А сейчас мне кажется, что Юнги — единственный, кто сможет меня понять и принять любого. В нашей уродской паре не только он виноват в том, что у нас не может быть детей. Поэтому, Джин, я хочу остаться и в этой компании, и в этом браке.       — Чего не скажешь про Тэ, — задумчиво добавляет Джин. — Оно и понятно. Его психика держалась на любви к сыну, а теперь, кажется, Тэ теряет связи с этим миром. А тут ещё этот мятный ребёнок. Господи, за что ему всё это? Он же хороший мальчик!       Чимин только качает головой. Ему тоже очень жаль Тэхёна. Но не сейчас, когда свои проблемы кузен спроецировал на ребёнка и пытается устранить его, думая, что так ему станет легче, Пак всерьёз злится на друга. Чимин вдруг встряхивает руками:       — Джин, Ка Юль! Где этот бестолковый бета? Совсем забыл из-за своей любви, что должен делать? Я вызываю его!       Ка Юль примчался в больницу к Тэхёну раньше всех. Когда друзья пришли к нему в палату, бета уже держал омежку в своих объятиях, слушая его тихие жалобы. Тэхён сразу замолчал, как только в палату вошли омежки. Ка Юль покраснел так, словно их застали за чем-то неприличным. Джин даже притормозил       — Нам выйти? — серьёзно поинтересовался он.       Но Тэ только покачал головой и сделал приглашающий жест. Чимин хмурился. Он немного ревновал Тэхёна к его бете, но их связь была особенной, не ему возмущаться! Однако именно сейчас, когда Чим был почти зол на Тэ, этот момент он не смог оставить незамеченным.       — Что вы тут скрываете от нас? Тэ, что ты решил?       За омежку отвечает Ка Юль:       — Тэ сильно переживает, что эта беременность будет неудачной. Но у него есть я.       — И что это значит? — не унимается Чимин.       Ка Юль с нежностью смотрит на расстроенного омегу и отвечает:       — Я помогу ему в беременности. Я знаю, как купировать конфликт. И я хочу стать мальчику крёстным папой.       Джин с надеждой смотрит на Тэхёна. Кажется, тот выглядит спокойнее. Он только открывает рот, чтобы сказать, что они все рядом и готовы ему помочь, как в палату влетает Гук, падает на колени перед кроватью Тэхёна и начинает быстро говорить:       — Тэ, дорогой, прости меня, что я не сказал тебе утром, что почувствовал нашего сына! Но я сказал это Юну, он может подтвердить! Я тоже слышал про проблемы с мятными детьми. Поэтому сегодня утром я ездил в медицинский центр, чтобы узнать все вероятности. Там мне сказали, что всё это — предрассудки. Мятные дети не обязательно идиоты или гении. Страхи или ожидание родителей делают их таковыми. Плохо то, что олеандр с ментолом не совместимы. Но я сделал анализы, моя кровь нейтрализует их реакцию. Придётся помучится, но в итоге мы получим здорового альфочку. А даже если и нет, то что такого? Не мы первые, не мы последние будем воспитывать особенного ребёнка! Тэ, милый, не переживай. Я сделаю всё, чтобы с тобой и нашим малышом всё было хорошо.       Ка Юль трогает Тэ за плечо и тихо говорит:       — Каких ещё тебе нужно доказательств? — и, повернувшись к Чонгуку, произносит чуть громче: — Тэхён оставляет ребёнка. Я ему помогу сохранить беременность без твоей крови. Дальше вы давайте сами.       Бета встаёт сам и уводит за собой омег. Тэхён не поднимает глаз, но слова Юля набатом бьют по голове альфу: «Тэхён оставляет… без тебя…» Ему вообще есть место в жизни омеги? В этот момент начинает говорить Тэхён:       — Я решил дать нам шанс. Всем нам, господин Чон. С сегодняшнего дня я хочу стать для Вас настоящим мужем. До конца нашего контракта есть время. Мы попробуем провести его с максимальной пользой для проекта и семьи. Потом я ещё раз проверю наши возможности…       — Стоп, Тэ! — потребовал Чонгук. — Я тоже имею право решать, не только ты. Поэтому подумай вот над чем: невозможно просчитать всё! Я могу пообещать только одно: в моей жизни никогда никого, кроме тебя, не будет! И ещё: я буду учиться быть достойным альфой. Но и ты, мой дорогой, тоже должен будешь учиться вместе со мной.       — Чему? — удивился Тэхён. — Я уже знаю, по какому алгоритму развивается практически всё в этом мире! Я…       — Ты отвратительный омега, дорогой! — перебивает Тэхёна Чон. — И ты должен научиться быть хорошим мужем! Мы с тобой вместе будем учиться, строить, создавать. И лучше начать поздно, чем что-то просчитывать и бесконечно ждать! Прямо сейчас мы с тобой заберём Юна и поедем на пару дней к моему дяде на побережье. Там ты вспомнишь, что у тебя есть сын, узнаешь, что такое быть замужем (дядя тебя научит, он замужем больше сорока лет!) и просто отдохнёшь от всей кутерьмы. Перестань строить из себя атланта.       Тэхён ткнулся в плечо мужу и опять расплакался:       — А если у нас не получится?       — Не попробуем — не узнаем, дорогой.

***

      Вечером Чимин заперся в своей комнате, а Юнги, как верный пёс стоял под дверью и скулил:       — Чим-и, малыш, раз уж мы семья, ты должен плакать у меня на груди, а не на своей подушке. Впусти меня, дорогой. И расскажи, что случилось?       Дверь открылась, омежка упал на грудь к мужу и залепетал:       — Тэ такой плохой! Жизнь снова наградила его сыном, а он чуть не убил его! Мин, как бы ты отнёсся, если бы у нас с тобой появился ребёночек, но больной?       Юнги поднял мужа на руки и снова отнёс его в свою комнату. Уложил в кровать так, чтобы голова Чима лежала у него на груди. И лишь тогда ответил:       — Как любой родитель, я мечтаю о здоровом ребёнке. Но если бы такое с нами произошло, я принял бы это и любил бы его не меньше, чем здорового.       Чимин совсем расклеился. Но нежность, с которой альфа прижимал его и утешал, вдруг завела омежку так, что Чимин прошептал:       — Полюби меня, папочка! Мне сейчас очень нужно знать, как сильно ты меня желаешь.       Мин немного прихуел, но тон, которым его позвал Чимин, очень возбуждал. Юнги посмотрел мужу в лицо и спросил:       — Ты уверен, что готов сыграть в эту игру, мой мальчик? Готов ли ты подчиняться и принимать всё, что я велю?       Чимин кивнул. Он почему-то верил, что Мин сможет понять, что ему может понравиться, а что нет. Через минуту он уже сидел на Юнги и выполнял все его требования:       — Разденься. Поцелуй меня в шею. Опускайся ниже. Ещё. Повернись ко мне. Делай то же, что и я…       Чимин то и дело сотрясался от удовольствия, слушаясь, подчиняясь, повинуясь. И когда его тело переполнилось от оргазмов Мина, он прошептал:       — Завтра мы сходим в больницу. Я хочу малыша, папочка.       — Я тоже, детка.       А наутро Чимин благоухал ландышем так, что Юнги проснулся. Он смотрел на мужа, понимая, что их чудесная любовь сотворила чудо!

***

      Тэхён проснулся от шороха волн. Он вышел на улицу и побрёл к воде. Сказать, что его страхи отступили, он не мог, но что-то произошло такое, что дало ему сил жить и с надеждой смотреть в будущее. Когда он пришёл с прогулки, Чонгук как-то странно посмотрел на него. Кажется, муж хотел что-то сказать ему, но никак не решался. Тогда Тэхён сел с ним рядом и попросил:       — Говори. Ведь если мы строим семью, нужно учиться доверять друг другу.       — Звонил Хосок, — начал Чон, прокашлявшись. — Следующие, за кого взялась его команда, были твои братья. Им принесли обвинения в двойном покушении на убийство в корыстных целях. Они ничего лучше не придумали, как сбежать от полиции. В общем, во время погони они не справились с управлением. Старший из братьев погиб на месте, младший сломал шею. Теперь он останется калекой до конца своих дней. Причиной их побега оказалось то, что оба были под тяжёлыми наркотиками. Как показало расследование, после первого случая с тобой братья искали возможности покайфовать. Боюсь, дорогой, после твоей крови они так и не пришли в себя. А теперь один из них в морге, другой в инвалидном кресле. Больше тебе нечего бояться, Тэ. Конечно, моей заслуги в этом нет, я всего лишь сделал запись и передал её в суд и Хосоку. Но я не хочу кривить душой и говорить, что я скорблю о них. А ты как, дорогой?       Тэхён прикрыл лицо ладонями и тихо сказал:       — Мне так стыдно, но я рад, что они ушли из моей жизни навсегда. Гук, ты понимаешь, что это значит? Я спокойно могу делать то, что мне нравится, жить так, как и с кем мне хочется, и не шарахаться от каждой тени!       — Я понимаю тебя, малыш! Ты как? — интересуется Чон, прижимая ладонь к животу Тэхёна.       Подобные интимные ласки пока ещё смущают омегу, но он берёт себя в руки и максимально спокойно отвечает:       — Юль сказал, что ещё пару недель я могу спать спокойно. Потом он снова почистит мою кровь. А на втором триместре мой организм уже приспособится, и всё будет делать сам. Кстати, Юль и Со Дон планируют свадьбу в конце месяца. К тому времени им одобрят усыновление. Юль такой хитрый! Получит сразу готового сына!       Чонгук рассмеялся, наконец увидев своего мужа таким, каким тот был с теми, кому доверял. Он уже знал, что омеги опустошили их счета. Как и Хосок. Однако остальным должны были рассказать их мужья. Чонгук немного подумал и спросил:       — Тэ, ты предпочитаешь жить в квартире или в доме? Я боюсь, нам придётся от чего-то избавиться.       — Не придётся, — тихо заметил Тэхён. — Я продал букмекерам тайну их алгоритма, а потом за отдельную плату создал новый, который высчитать практически невозможно. На эти деньги я собирался уехать из страны и жить с Юном за границей. Нам бы хватило на три года. А теперь мне эти деньги, как бы, не нужны. А вот дом я хочу. И квартиру тоже. К тому же через пару месяцев мы всё вам вернём. Чимин придумал отличный план, и он уже даёт свои плоды. Спустя шесть лет       Статья в новостях «Таланты или деньги?»       Вот уже почти пять лет действует проект «Грани возможного». Бывшие «светофорные омеги» снова обещают нечто захватывающее и необычное в преддверии нового сезона. Кто-то утверждает, что больше ничего придумать невозможно: омеги танцуют в сферах, напоминающих драгоценные камни, которые летают по воздуху, сталкиваясь между собой, от чего омеги перемещаются в своих многогранниках, словно по волшебству!       На втором году проекта оказалось, что омеги не только танцуют, но и поют! Эта программа почти три года не давала покоя театральным корифеям, утверждающим, что невозможно выполнять такие движения и одновременно петь! Все выпады на омег остаются без ответа. Лишь однажды на просторах интернета появилось видео, где омега, очень похожий на Кима Сок Джина, сказал: «Если тренироваться по нашей личной методике, основанной на древней технике, то можно не только петь и танцевать, но и петь арии на беговой дорожке!» И потом было продемонстрировано несколько упражнений.       Некоторые утверждают, что это видео от «светофорных омег», другие уверены, что это просто фейк. Кто-то написал, что эти упражнения можно использовать, как лечебные при заболеваниях лёгких.       Однако вскоре проект «Грани возможного» выпустил следующую программу, в которой омеги показали свою работу на трапециях.       И вот опять менеджеры фирмы загадочно улыбаются, отвечая на вопросы журналистов: «Этот проект слишком ценен. Мы не можем разглашать его тайны». На самом же деле ходят упорные слухи, что никто не знает точно, что ещё придумали «светофорные омеги».       Кто-то до сих пор утверждает, что только деньги их продюсеров, а по совместительству мужей, принесли танцорам подобную славу. Но у наших корреспондентов есть доказательства того, что эти омеги не нуждаются в чужих деньгах, так как являются владельцами и совладельцами крупнейших фирм нашей страны. Получается, что деньги тут ни при чём!       Некоторые утверждают, что стоимость их билетов явно завышена. Стоит отметить, что два выступления в месяц проходят в благотворительных и социальных целях. Больше в нашей стране нет ни одного проекта, где столько внимания уделялось бы людям, не способным позаботиться о себе самостоятельно. Всем, кто купил билеты на представления в новом сезоне — приятных впечатлений! Они у вас обязательно будут!»       Тэхён лежал в гамаке и внимательно слушал, как Той читает ему вслух. Мальчик готовился к школе, но Тэхён переживал за него. Всё же его сына могли и не принять его сверстники, ведь странное поведение альфочки иногда ставило в тупик даже родителей. Сын читал мысли. Но это было не самым страшным — он вёл диалог! Стоишь ты, значит, разговариваешь с не особо приятной особой, а Той вдруг говорит:       — Да, ты прав, духи ему надо сменить. Нет, у папы не линзы, это его натуральные глаза. Точно, нам ещё в зоопарк надо успеть, а не вот эту всю фигню слушать! Да, меня воспитывают. Исключительно любовью и заботой!       Тэхён к этому уже привык, а Чонгук так вообще гордится своим альфочкой! Но Юн продолжает вить из отца верёвки. Омежка ходит в секции для альф, и папа только руками машет, когда кто-то из знакомых начинает задавать больные для него вопросы: «Юн ведь омежка, зачем вы воспитываете из него альфу? Кто сможет создать с ним семью?» На это Гук только смеётся:       — Дорогой, не переживай, наш Юн обязательно найдёт ту тварь, которую создали ему в пару! Что там с вашей программой?       Новую программу придумал Джин. Его двойняшки постоянно его на что-то вдохновляли. И вот однажды они принесли домой неоновые палочки. Так в его голове возник план.       Омеги решили, что это будет их заключительная программа. Они растянут её на три года, но потом каждый пойдёт своим путём. Джин мечтает стать адвокатом. Чимин хочет расширить свою фирму. Тэхён и Пак создают новую систему связи. К тому времени всё должно срастись. Их разработки должны пройти все проверки, и можно будет запускать новую линию товаров. Юль мечтает о собственной клинике — небольшой, но достаточно продвинутой. Пока что он поддерживает в форме только своих друзей, но его знания точно пригодятся этому миру. Альфы, заматеревшие за время брака с омегами, тоже хотят переквалифицироваться. После ухода из их фирмы мужей, они оставят её в качестве пассивного дохода, а сами желают попробовать силы в сфере строительства.       Вскоре к Тэхёну приходит Чимин с Ки. Пока папы обсуждают новую статью, маленькие альфа с омежкой ведут свою, одним им понятную игру. Глядя на них, Тэ успокаивается: эти двое, словно созданы друг для друга. Той обхаживает Ки, а омежка заботится о своём странном друге.       Наконец Чимин откидывается на спинку стула и говорит:       — Мин хочет до премьеры свозить нас в Париж. Вы как, не желаете к нам присоединиться?       — Надолго? — интересуется Тэ.       — Пару недель, — лениво тянет Пак. — Я хочу там встретиться с парочкой учёных, которые разработали синтетическую межкостную ткань. Хочу их пригласить к сотрудничеству. Мне кажется, это будет хорошее вложение!       — Ага, я первый на операцию, — смеётся Тэхён, поглаживая колени.       — Это не операция, Тэ. И первым буду я. Сначала испытаю на себе, потом можно будет подвергать испытаниям ценные кадры.       Тэхён бросил диванную подушечку в друга. В этот момент пискнуло оповещение. Тэхён открыл его и обмер. Тут же позвонил Пак:       — Я сейчас уберу это, но Тэ, блять, откуда это вылезло?       Заголовок гласил: «Раскрыта тайна новой программы «светофорных омег»! Банальное лазерное шоу будет продано за баснословные деньги!» Статья тут же исчезла, а Тэхён кипел от негодования! Всякий раз, стоило им представить новую программу, начиналось что-то подобное. Они принципиально не давали интервью, не вступали в споры на форумах, не позволяли снимать видео. Их небольшие клипы, созданные из нарезок представлений, становились вирусными, а некоторые танцы, специально поставленные для видео, скупались на аукционах по несколько тысяч раз за день. Альфы почистили ряды своих работников, чётко разделили структуру фирмы, не посвящали никого в планы мужей, но информация то и дело просачивалась в прессу.       Сейчас Тэхёну позвонил Чонгук. Он попросил:       — Дорогой, не расстраивайся. Я, кажется, понял, кто сливает нас. Надеюсь, это было в последний раз.       Следующим позвонил Джин. Он кричал:       — Засужу эту суку, как только найду! Тэ, может, Той сумеет определить, кто это так старается?       — Джин, оставь в покое моего сына! — потребовал Тэхён. — Мы решим эти вопросы сами. Чонгук, кажется, что-то знает, — пытается урезонить друга Тэхён.       Вскоре Чимин уходит, и Тэ погружается в неприятные мысли. Кого обнаружил Чонгук? Есть у Тэхёна стойкое подозрение, что тот, кто ведёт эту грязную игру им вовсе не чужой. Но от этих мыслей в голове начинается странный рокот. Наконец, звонит муж:       — Тэ, приезжай в фирму. Он раскололся.       И Чонгук называет имя стареющего айдола нетрадиционной ориентации, который когда-то остался в фирме, шантажируя пикантным видео Юнги. Тэ с облегчением вздохнул. Он вызвал Ли, сел к нему на пассажирское сиденье, пристегнулся, включил по привычке «глушилку» и спросил:       — Это ведь ты ему помогал?       — Что? — испугался бета. — Вы что-то путаете, господин Чон!       — Ли, сейчас мы едем к твоему… истинному? Ты ведь по этому не мог ему отказать в передаче информации, верно? — тихо спрашивает Тэхён.       Бета, окаменев, смотрел в окно. Когда он заговорил, его голос был тусклым:       — Вы не понимаете, господин Чон, что значит — служить истинному. Я завидую Ка Юлю. Он был и остался Вашим другом. А я сразу стал его рабом. Мне было отвратительно, но я не мог ему отказать.       Потом он стал играть на моих чувствах. Я влюбился в Вас, мечтал создать с Вами семью, когда закончится Ваш контракт с моим начальником. Но всё оказалось не так! Вы любили Вашего мужа.       Когда я это понял, то попытался воспротивиться своему истинному, но к тому времени у него на меня уже был компромат. Однажды я, напившись, хотел отправить Вам признание в любви. И перепутал Ваш контакт и его. Это был видеофайл, где я не только признавался Вам, но и всячески ругал Вашего мужа и его друзей, рассказывая не слишком приятные случаи из их прежней жизни. Так я оказался связанным с ним не только истинностью, но и страхом. Теперь Вы знаете, кто Вам вредил.       Тэхён глядит на бету. Жизнь сотни раз показала ему, что нельзя давать людям второго шанса. Но в глубине души он продолжает верить, что каждый человек имеет право на прощение. И он снова говорит:       — Я не скажу мужу, что это был ты. Но я не могу дать никаких гарантий за твоего истинного.       Ли обречённо кивнул и ответил:       — Я могу дать гарантии. Я уволюсь из фирмы прямо сегодня. Вы ведь понимаете, что он меня не сдаст? И это будет не из доброты душевной, а потому, что я должен буду продолжать шпионить для него. Господин Чон, поддержите меня в моём желании покинуть вашу фирму.       Тэхён лишь кивает. Ему жаль этого хорошего, в общем-то, человека. И Тэ предлагает:       — Пойдёшь охранником к Хосоку? Ен опять беременный. И хотя Хоса охраняют военные, Ен не доверяет мужа никому. А ты, вроде как, нам не чужой.       Ли из последних сил держится, чтобы не расплакаться. Этот омега в который раз разбивает ему сердце! Слёзы катятся по его щекам, и всё, что он может — только кивнуть в знак согласия.       В фирме альфа, как и предсказал Ли, не говорит о своём сообщнике, упирая на то, что он сам подкладывал жучки в салон машины, в кабинеты, на одежду начальству. Чонгук, не зная правды, только диву давался, какой тот умелец! В итоге с айдолом расторгли контракт с немыслимой неустойкой, а так же против него открыли дело относительно разглашения коммерческой тайны. Альфа ушёл, уверенный, что в фирме у него остался помощник.       Однако Ли сразу же признался своему начальству в предательстве и попросил уволить его. Расстроенные альфы не стали уговаривать водителя остаться, и Тэ, памятуя о просьбе Ли, тоже смирился с его уходом.       В день начала представления, как всегда, был аншлаг. Трёхчасовая программа, в которой было несколько номеров, выполненных практически в полной темноте, лишь светились костюмы и грани сфер, привела зрителей в полный восторг. Даже те, кто не знал тонкостей работы танцоров, оценили их умения и старания.       Самым незабываемым было то, что омеги после представления дали интервью. Правда, они снова были в блестящих костюмах, искажавших любое изображение, но просмотры интервью с ними обрушивали сайты!       На следующий день Чонгук разбудил Тэхёна воплями:       — Дорогой, вас номинируют на несколько премий! Поздравляю!       — Что? — не понимает Тэхён спросонья. — И что нам это даст?       — М-м-м… — теряется альфа. — Славу.       — Не впечатляет, — мягко потягивается Тэхён. — Мне для моего проекта нужно ещё пару миллионов. Чимин опять хочет открывать новое направление. Юль…       — Понятно, — прерывает мужа альфа. — Тэ! В мире есть не только деньги! — заявляет Чонгук. Но, увидев усмешку мужа, накидывается на него и рычит: — Непокорная пантера, когда ты начнёшь слушаться своего тигра?       Тэхён ласково лизнул подбородок альфы и промурчал:       — Как только тигр научится отделять дела от чувств.