Падение звезды

      Солнце склонялось к горизонту, освещая мягким светом Энвиль. Городской гул вокруг постепенно стихал, готовясь к спокойному сну под крылом чёрной драконихи. Церковь Святой Тановах отражала рыжие лучи, и создавалось впечатление, что мрамор резных колонн живёт собственной жизнью. Внутри священного здания происходили последние приготовления к закрытию. Час назад ушли самые кающиеся грешники, любящие оставаться в храме до самого конца, лишь бы только избавить себя от тяжести невидимых грехов.       Отец Арэт, любящий повторять «да какой я отец, мне ещё лишь 28», взяв в руки священное писание, двигался в свой кабинет, по пути прощаясь со своими подчинёнными. День прошёл на ура: горожане спокойны, никто не прерывал службу, и даже бумажной волокиты было не так уж и много. «Не будь в этом мире бюрократии, может я бы сразу пошёл в священники!» - любил шутить Арэт. Проходя мимо главного крыла, неожиданно для всех, появился знакомый черный вихрь, который повалил священнослужителя на землю.       - Арэт!       - Ну я же просил, не прыгай на меня, Ваша Божественность. – саркастично, с ударением на последние слова, произнёс Арэт.       Мальчик, на вид 13 лет, лежащий на данный момент на нём, только слегка надулся и посмеялся. Кислотно-розовые глаза сверкнули в притворном раздражении.       - А я просил не называть меня «Ваша Божественность». Мы дружим уже… - Энди ненадолго задумался. – …почти двенадцать лет! Мы практически братья!       Арэт медленно встал на ноги, подняв при этом своего «брата», и оттряхнул свою мантию.       - Что поделать, по долгу службы положено. Ты теперь большая шишка, выше всех. Ну, может только не выше своей матери.       - Не такой уж я и важный, – весело отмахнулся мальчик. – Я такой же, как и все. Мы даже всё ещё устраиваем розыгрыши вместе.       - Тсс! – заговорщицки шикнул Святой Отец и приложил палец к губам. – Она всё слышит. Мы же не хотим, чтобы твой товарищ по играм получил по шапке за то, что учит будущего правителя «некоролевским делам»?       В ответ на эти слова, сзади Арэта резко прилетела оплеуха. Эпископ жалобно взвыл, а юноша смущённо засмеялся: рядом с ними стояла Богиня в своей истинной форме, по-матерински смотря на двух нарушителей спокойствия. Брови женщины иронично изогнулись.       - А я то думала, что ты всё таки повзрослел.       - Даже не надейся! – с дерзкой улыбкой и вызовом в глазах крикнул Арэт.       Тановах только мягко улыбнулась. Сколько бы лет не прошло, он всё ещё будет тем самым шестнадцатилетним подростком, который любил взрывать фейерверки и варить опасные зелья веселья ради.       - Откровенно говоря, я пришла к тебе с просьбой.       - Валяй.       - Мне нужно отлучиться по делам на какое-то время. – Начала Богиня своим любимым поучительным тоном. – Эти дела ещё слишком опасны и сложны для Энди. Можешь присмотреть за ним какое-то время?       Мальчик рядом возбуждённо начал махать руками от счастья. Арэт только издевательски посмотрел на «свою» Богиню. Который раз она уже просила поработать сиделкой? Пятый? Шестой? И это только за этот месяц. Не поймите неправильно, он искренне любил маленького божка, но он вроде как глава города и основа духовенства, он не может постоянно наблюдать за принцем. Но все претензии пришлось задушить в себе до того, как они вырвались из его рта.       - Лаааадно, - протяжно ответил архиепископ. – но, с тебя должок, поняла?       Тановах только расплылась в улыбке и направилась прочь из церкви.       «Святой Отец» посмотрел на своего «брата»:        - Ну что, чем займемся? ***        Энди, как примерный мальчик, продолжал сидеть за книгами, даже после того, как Арэт ушёл на кухню, чтобы достать им что-нибудь перекусить. Он не любил отлынивать от работы, да и его мама подобного не одобряла. Любой на первый взгляд мог сказать, что из молодого бога получиться прекрасный правитель: сообразительный, добрый, ценил любую жизнь. Конечно, был слегка мягковат, но он ещё рос! Медленнее, чем обычный человек, но рос, правда правда! Эти мысли всегда успокаивали юного принца. «Мама будет обязательно мной гордиться».       Его привлёк звук открывающейся двери. Мальчик поднял голову и радостно защебетал:        - И что мы будем…Дядя Мармел?        Перед ним стоял тритон с трезубцем в руке. Разумеется, Энди знал его. Иногда, он присматривал за ним, учил военному искусству (хоть это и не особо получалось, да и самому мальчику не нравилось). Но сейчас дядя должен был быть с мамой, в Чёрном Солнце.        - Дядя Мармел, что вы тут делаете?        Бог Войны мягко опустился на колени и улыбнулся мальчику. Пол слегка затрясся.        - Я пришёл поиграть с тобой, приятель.       - Поиграть? Правда?! А во что? – Энди радостно захлопал в ладоши.        - В прятки. Ты будешь меня искать. Закрой глаза и считай до десяти.        Юный бог радостно вскочил и закрыл глаза ладонями.       - Хорошо! Один, два, три…       Улыбка превратилась в злобный оскал. Мармел быстро принял боевую стойку, приготовился, и злобно прошипел:        - Тебя не должно было существовать…        Он ударил. ***       Тановах, спустя час, вернулась в Энвиль. Она достаточно долго ждала своего чемпиона. Если он, даже когда она лично позвала его, не явился, значит, он не изменил своей трусливой природе и остаётся жадным эгоистом. Сердце предательски кольнуло: было трудно поверить, что когда-то она решила, что он достаточно мудр, чтобы быть возле неё вечность и править этим миром. Как же она ошибалась…       Раздался громкий вскрик, отразившийся в её голове огромной болью. Её сын кричал. Её любимый мальчик кричал от боли. Инстинкты моментально взяли верх, и она полетела внутрь своего же храма, который начал медленно трещать по швам. Земля вокруг его основания проваливалась всё глубже и глубже. Когда она прибыла в комнату, было уже поздно.        Мармел стоял над проткнутым насквозь телом Энди и прямо при ней поглотил его душу.        - А я тебя предупреждал. Это я должен править Аэврором. Это моя сила, не его! ТЫ СЛИШКОМ НИЧТОЖНАЯ БОГИНЯ, РАЗ РЕШИЛА ЗАМЕНИТЬ МЕНЯ ЭТИМ ВЫРОДКОМ!!!        В голове шумело. Ярость нарастала с каждой секундой. Энди мёртв. Её милый, самый добрый в мире мальчик, который просто хотел жить и помогать ей – мертв. И он больше никогда не возродиться…       Храм полностью ушёл под землю, а два бога одим махом взмыли высоко в небо.        - АХ ТЫ МРАЗЬ!       Мармел был умелым воином, но он не мог тягаться с разъярённой богиней, атакующей его в драконьем обличии. Парой ловких движений, она очутилась над ним и проглотила. Физическая оболочка треснула и рассыпалась.        Уже стоя на огромном пустыре, где раньше было величественное строение, она произносила своё проклятие:        - Ты никогда не покинешь свою обитель, ни один, ни с кем-то. Твои грехи слишком велики, чтобы ты продолжал жить на этой земле.        И слова закрыли тритона на долгие века.        Голова продолжала гудеть. Какие бы молитвы не лились ей, она их не слышала. Глаза заволокла пелена и впервые, за многие тысячелетия, она зарыдала, утирая падающие слёзы.        - Прости меня… Прости меня, мой дорогой. Мама не была рядом, когда ты в ней нуждался.        Произносить молитвы было бесполезно. Кому? Ей самой? Она как никто другой, знала, что умершие души уходят навсегда и даже она не в силах их вернуть. Продолжая рыдать, она взмыла в небо и улетела в неизвестном направлении.       Некоторые свидетели могли видеть тусклую комету, которую потом учёные окрестили «Божественной слезой». А другие гадали, куда за один вечер делся целый храм, сгинувший по неизвестной причине.