Путь друг к другу.

— Привет, Круз. — Здравствуй, Иден. Неловкость. Каждый раз встречаясь с Крузом, Иден ощущала ее. Ей всегда хотелось что-то сказать или сделать, чтобы преодолеть ее, но ничего не выходило. — Дети у Джулии. Мейсон забрал их до вечера. — Знаю. Мама сказала мне. Круз никак не мог забыть, как вчера Иден смотрела на него. Словно он был посторонний. Это причиняло боль. Как получилось, что Крейг Хант, заурядный преступник, стал ей дороже, чем он? — У тебя все в порядке, Иден? — Все замечательно. — А у Крейга? — Тебе, правда, интересно, Круз? — На самом деле, нет. — Он мне все рассказал. — Все? Что именно? — Что это он спровоцировал тебя на драку. Прости меня… Я набросилась на тебя. — Ты защищала своего мужа. — Круз, прошу. Знаю, ты вряд ли когда-нибудь поймешь мои отношения с Крейгом… — Ты права. Я никогда этого не пойму. После всех ужасов, причиненных им твоей семье. Иден грустно посмотрела на Круза. Она любила его, и ей было невыносимо говорить с ним, словно с абсолютно чужим человеком. Рядом с детьми они становились близки, как прежде. Но в остальном их разделяла глухая стена. — Тогда давай не будем говорить о Крейге. Согласен? Ты не скажешь о нем ничего хорошего, а я все равно буду защищать его. — Потому что он помог тебе? Крузу сложно было понять Иден. Все, что касалось ее, причиняло ему страдания. Он осознавал, после долгой разлуки легко не будет ни ему, ни ей. Но принять это было тяжело. — По многим причинам. — А как же Амадо, Иден? Неужели его смерть ничего не значит для тебя? Ты не забыла Амадо? — Я помню Амадо. Мне жаль, что он погиб. — Погиб?! Его убил Хант. Хант застрелил его! — Думаешь, я не понимаю твоих чувств? Когда Крейг рассказал мне… понадобилось много времени… Ты ненавидишь Крейга. У тебя есть на это право. Но не тебе, а ему придется до конца жизни жить с этим грузом на совести. Он не простит себя. Так же как и я никогда не прощу себе, что едва не убила маму. Скажи, Круз, чем я лучше Крейга? — Ты была больна. — Да? А если бы мама умерла? Моя болезнь оправдывала бы меня? И все бы сделали вид, что ничего не было? Круз не знал, что ответить. Он понимал, в чем-то Иден права. Но она была ангелом. Его ангелом. А Хант был дьяволом. Как Иден может сравнивать себя с ним? — Ты не можешь ненавидеть Крейга больше, чем он ненавидит себя. Не можешь винить его больше, чем он винит себя. И, в отличие от меня, он не ищет себе оправданий! — Я бы дорого заплатил, чтобы узнать, почему ты посчитала его достойным прощения. Необходимость говорить о Крейге с Крузом заставляла Иден чувствовать себя некомфортно. Это лишь отдаляло ее от Круза, а она хотела стать ближе к нему. — Мы будем продолжать говорить о Крейге? — Можем поговорить о детях… — Потому что других тем для разговора у нас нет? Как они смогут вернуть свои отношения, если им так сложно понять друг друга? Иногда Иден казалось, они с Крузом все преодолеют, а иногда… — Я не идиот, Иден. Все вижу и понимаю. Ты стараешься не оставаться со мной наедине. Рядом с нами постоянно кто-то находится. Словно тебе неприятно быть рядом со мной. — Сейчас мы одни. — О, да! А через минуту ты вернешься домой к новому мужу! Детей нет, значит, здесь тебе делать нечего! Круз сходил с ума от ревности. И унять эту ревность не помогало знание, что брак Иден и Ханта фикция. Дело было в доверии. Иден доверяла Крейгу Ханту больше, чем своим родным. Больше, чем ему. — Ты несправедлив ко мне. Мне неловко оставаться с тобой наедине. Это так. Но не по тем причинам, которые ты назвал. Мне больно оттого, что мы стали чужими друг другу. Я не хотела этого. Я не присылала бумаги о разводе. Я хотела, чтобы ты нашел меня! Но ты не нашел… — Иден… — Нет. Дай мне сказать! Я бросила тебя и детей. Я была больна. Оправдывает это меня или нет, я не знаю. Я не вернулась после выздоровления. Должна была, но не вернулась. Я признаю это. Может, какая-та часть меня хотела свободы. Дом и дети сковывали меня. Я хотела приключений, авантюр, но должна была изображать примерную жену и мать. Я не могла признаться в этом себе, сделала частью Лисы. С ее помощью я обрела свободу, о которой иногда мечтала. Но это не значит, что я перестала любить тебя. Я не переставала ни на секунду любить тебя! Круз замер на мгновение. Иден любит его. Вот чего он ждал с того момента, как СиСи Кепвелл позвонил ему и сообщил о ее возвращении. Годы разлуки не изменили их чувств друг к другу, и это было самым важным. Круз приблизился к Иден и нежно притянул к себе. Она не сопротивлялась. Иден. Его любимая, самая дорогая на свете женщина. Его женщина. Когда Круз поцеловал ее, Иден словно парализовало на миг. Она скучала по нему. Каждая ее клеточка тянулась к нему. Остальное перестало иметь значение. — Иден, детка… Прости меня… прости… Я должен был перевернуть всю землю, но найти тебя. И сжечь те чертовы бумаги. Я все исправлю, клянусь тебе. Больше я никогда не отпущу тебя, дорогая… Я люблю тебя, Иден. — Круз… Я люблю тебя.