Путь друг к другу.

— Вот и все. Крейг взял Иден за руку и нежно коснулся губами ее ладони. — Мы всегда знали, этот момент наступит рано или поздно. — Да, знали, но мне все равно немного грустно, Крейг. Вместо ответа Крейг снова поцеловал ее ладонь. А Иден не смогла сдержать порыва, крепко обняв его. Она не хотела плакать, как бы тяжело ей ни было расставаться с ним. — Помнишь, как ты нервничал перед зданием суда и все пытался убедить меня, что мы совершаем ошибку? Крейг слегка отстранился и посмотрел Иден прямо в глаза. — Я ни о чем не жалею. — Как и я. Иден не отвела взгляд. Думать о том, что это конец, ей совсем не хотелось. — А помнишь, Венецию и тот чудесный ресторан… как он назывался? — «Санта-Лючия». — Точно. «Санта-Лючия». Мы протанцевали тогда всю ночь. — Было незабываемо. — И Сен-Тропе, и Рио. — И Токио. — О да, Токио! — До сих пор не понимаю, как тебе удалось убедить меня съесть ту ужасную сырую рыбу. — Суши, Крейг. Это называется суши. — Мне все равно, как называется эта гадость. Крейг скорчил смешную гримасу. В глазах Иден стояли слезы, а он хотел видеть ее улыбающуюся и смеющуюся, несмотря на то, что момент был тяжелым для каждого из них. Иден рассмеялась от всей души. Несколько минут они сидели на диване, изучая бумаги о разводе. Хотя на самом деле оба делали вид, что внимательно читают. Никому из них не было дела до написанного. Несколько листков бумаги не имели никакого отношения к тому, через что им пришлось пройти вместе. Иден вспоминала долгие недели лечения, лекарства, делающие ее слабой и сонной, бесконечные беседы с врачом и гипноз, дающий поразительные результаты, но после него она чувствовала себя совершенно потерянной. Крейг всегда был рядом, всегда поддерживал ее, находил нужные слова, помогал справиться с нахлынувшими воспоминаниями. — А еще я никогда не забуду того, что ты сделал для меня. — Ты помогла мне не меньше, возможно, даже больше. Крейг говорил абсолютно искренне. Он уже давно ничего не ждал от жизни. Ничего хорошего, пока не встретил Иден на той улице в Нью-Йорке. Он не мечтал, у него не осталось ни иллюзий, ни надежд на будущее. По сути, он и жить особо не хотел, просто плыл по течению, и ему было плевать, куда его занесет на этот раз. Появление Иден все изменило, изменило настолько, что он до сих пор не мог поверить в происходящее. — Если бы не ты, Иден, сейчас я бы занимался рутинными делами в Нью-Йорке совершенно один, вместо того, чтобы обрести счастье с Келли. — Я сделала это, потому что люблю вас обоих. Крейг обнял Иден за плечи. — Мы тоже любим тебя. — Крейг, пообещай мне одну вещь. — Какую? — Обещай, что будешь заботиться о Келли, что никогда не причинишь ей боль и не предашь ее. — Тебе не обязательно просить об этом. — Просто скажи, что сделаешь это. — Клянусь, Иден. Я сделаю Келли самой счастливой женщиной на свете. — Произнес Крейг спокойно и уверенно. Именно этого он хотел. Хорошо, что Иден первая заговорила о Келли. Ее чересчур скоропалительное решение простить сестру не удивило его. Крейг догадывался, почему Иден поступила так. Но хотел убедиться, что его догадки верны. — Для меня это много значит. Так я могу быть уверена, что и ты будешь счастлив. — Я рад, что ты нашла в себе силы простить Келли. Понимаю, насколько тяжело тебе было. — Гораздо проще, чем может показаться. Забыть все равно не получится, но не хочу, чтобы это мешало мне двигаться дальше. — Слишком много времени упущено? — Да, слишком много, Крейг. Не знаю, сможем ли мы после всего вновь стать близки, как когда-то. Келли осознает свою вину и раскаивается. Я верю в ее искренность. — Она любит тебя и страдает оттого, что причинила тебе боль. — Жаль, что любовь ко мне не остановила ее от роковой ошибки много лет назад. По выражению лица Иден Крейг понял, она не хочет больше говорить о Келли. Принять какое-то решение о себе и своей жизни легче, чем простить и отпустить обиды внутри себя. Он прекрасно знал, это невозможно. — Что насчет тебя, Иден? — Меня? — Я хочу, чтобы и ты была счастлива. — Я счастлива, Крейг. Я вернулась домой, со мной рядом мои дети. — Я говорил о твоих отношениях с Крузом. — Все это слишком сложно. — Я понимаю. Ты злишься на него, ты обижена, но все еще любишь. — И совершенно не знаю, что с этим делать. Иден вздохнула и потупила взгляд, одновременно рассеянно качая головой. — Может, дашь ему шанс? Он ведь тоже искренне раскаивается. — Думаешь, я не вижу? И это причиняет боль, но… Иден грустно посмотрела на Крейга. Мысли о Крузе причиняли боль. Потому что, как бы она не злилась и не винила его во всех смертных грехах, понимала, ему тоже сейчас нелегко. — Я не могу. Я не могу, Крейг. Не сейчас. — Надеюсь, отношения между вами наладятся со временем. Уверен, твой переезд в Мексику пойдет на пользу вам обоим. — Я еду туда только ради детей, чтобы не отрывать их от привычной жизни. — Одно другому не мешает. Крейг улыбнулся и подмигнул Иден. Он хотел поднять ей настроение, потому что в ее жизни чересчур много драмы, а она заслуживала лишь бесконечного счастья. — Ты невыносим, Крейг! Ты знаешь? Иден бросила в него документы о разводе, но он успел заслониться руками, и бумаги медленно посыпались на пол. Проследив за траекторией падения бумаг, Иден подняла глаза на Крейга. — Наши отношения с Крузом… — Что, Иден? — Это убивает меня. На этот раз Иден не удалось сдержать слезы. Крейг обнял ее и крепко прижал к себе. — Все будет хорошо. Слышишь меня, все будет хорошо. — И что я буду без тебя делать? — Ты будешь сильной, уверенной в себе. То есть сама собой. Иден улыбаясь покачала головой. Крейг всегда знал, что надо сказать. — Когда вы с Келли улетаете в Нью-Йорк? — В конце недели. Тебя что-то тревожит? Мы поживем там примерно полгода, а к лету вернемся в Санта-Барбару. — Ни меня, ни Келли не будет рядом с мамой и папой. Не хочется оставлять их одних. — Мейсон остается в Санта-Барбаре. — И это должно меня успокоить? Особенно учитывая, что Мейсон возглавит «Кепвелл Энтерпрайзис». Они с папой обязательно найдут поводы для споров. Их взгляды на то, как надо управлять компанией, всегда слишком различались. — Они же не убьют друг друга за несколько месяцев. — Маме и Джулии придется трудно. — По-моему, мы заболтались. В гостиной нас ждет куча народа. — Ты прав. На несколько секунд оба замолчали. Оттягивать неизбежное больше не имело смысла. Иден посмотрела на Крейга, их взгляды встретились. Она медленно провела рукой по его волосам, затем по лицу, пытаясь навсегда запечатлеть это мгновение в своей памяти. Когда Иден потянулась к нему, Крейг не стал ее останавливать. Это был их первый и последний поцелуй. Нежный, абсолютно лишенный страсти. Оба вложили в него все свои невысказанные чувства. Это было их прощание. Крейг осторожно отстранился от Иден. Она явно была смущена так же, как и он сам. — Я буду скучать. — Я тоже буду скучать, Иден. Крейг поднял с пола бумаги о разводе. — Подписываем? — Подписываем.