The Think

Уснуть ему сегодня точно не удастся. Сколько бы он не ворочался, не менял положение — всё было тщетно. Может дело было в в духоте, которая стояла сейчас на улице, а может в том, что звуки проклятых сверчков не давали сосредоточиться на сне. Ирн в последний раз повернулся на бок и встретился с парой пристально смотрящих на него глаз. Это был филин. Птицу подарил ему сын почти год назад и вот он уже полностью сменивший оперенье сидит на своей жердочке крутя головой во все стороны. Видимо, ему тоже не нравятся эти звуки, но ночь — это его время и он не мучается от бессонницы, ведь ему на сон был отведён весь световой день. — Что, хочешь полетать? — Командор бросил последние попытки уснуть и сел на кровать. Птица тут же отреагировала на его голос и взмахнув крыльями приземлилась рядом с ним. — Ждёшь, пока я разрешу? Ушки филины резко поднялись и он начал ухать смотря то на Ирна то на открытое настежь окно. — Ну иди, можно. Поймай себе мышку. — Ирн погладил птицу по голове, а она в ответ на пару мгновений прищурилась от удовольствия, а потом быстро запорхнула на окно и ещё раз посмотрела на своего хозяина. — Можно. — Повторил Ирн и птица исчезла в ночи. — Вот куда бы мне сейчас улететь? — Мужчина встал и потянулся. Свет одинокой свечи едва освещал скромную маленькую комнатку. Многие храмовники думают, что если он — командор, то и живёт как король, а на самом деле его комната куда скромнее обширных спален остальных. Здесь было одиноко парой. В углу комнаты, — рядом с книжным шкафом, — стояла стойка с его доспехами. Они так выделялись на фоне скромной маленькой комнаты со старым деревянным полом и одиноким столом. Ирн старался не находиться здесь подолгу именно по причине того, что если он оставался один, то в его голову начинали проникать самые различные мысли. В основном они были о его сыне. Каждый раз убеждая себя, что проблемы его единственного сына (который родился от связи с магичкой), — не его дело, он всё равно возвращался к этому вопросу спустя время. Поэтому он заваливал себя работой, но это помогало ненадолго. Впрочем, это и его вина тоже — он должен был понимать, что его ждёт в тот момент, когда переступил черту с той магичкой… Потерев глаза, Ирн подошёл к своим доспехам. В них он видел своё отражение, — искаженное, — прямо как его взгляды сейчас на всё, чем он занимается. Одев их и туго затянув все ремешки, а так же поправив алую накидку, он затушил свечу и вышел из своей маленькой тюрьмы в длинные и мрачные коридоры Башни Магов. Он отчётливо слышал, как ходят его подчинённые. Видел вдалеке огоньки факелов и разговоры. Каждый вечер Ирн назначал патрули по ночам, и всегда старался делать так, чтобы люди не шли с предыдущей ночи на следующую. Всем нужен отдых. Кроме него, видимо. Пройдя мимо высоких окон с яркими и разноцветными витражами, он решил, что свежий воздух будет более хорошей идеей и решил подняться чуть повыше, — ближе к шпилю, — там была небольшая площадка, на которой каждое утро он собирал весь гарнизон. Сейчас там было тихо и пусто, — лишь факелы слегка потрескивали закреплённые на холодных каменных стенах. Не заметил командор того, как кто-то из его людей заметил его слегка задумчивую и сутулящуюся фигуру из далека. — Капитан? — Окликнул один из младших храмовников человека, который смотрел, как медленно тень командора растворялась в темноте. — Да? — Человек держал факел в руках, как и его подчинённые. Единственное, что его отличало от них — на нём не было шлема. Он ненавидит шлемы. Длинные рыжие волосы спадали на вычищенные до блеска латы, а в зелёных глазах отражался огонь от факелов. — Вы что-то заметили? Крепкий и высокий мужчина отрицательно покачал головой и на его лице разошлась скромная улыбка. — Показалось. Старость ведь уже. — Не шутите так. — Я пойду проверю западное крыло, а вы идите и проверьте шпиль. Вы ведь помните, что там может быть, верно? Храмовники переглянулись между собой и кивнули. — С этими играми нужно быть очень острожными. Там никогда не бывает только один маг. — Но мы ведь проверили все комнаты, капитан Роу. Все спят. — А вы никогда не закрывали глаза, чтобы ваша мама не поругала вас за то, что вы читаете книгу так поздно под одеялом? Храмовники промолчали поняв свою ошибку. — Идите. Встретимся в столовой через час. — Вы пойдете один? — Не волнуйтесь, — усмехнулся Роу. — Я не боюсь темноты. *** Здесь наверху было попрохладней. Пусть, ночной духоты это не отменяло, зато тут был ветерок и это немного его успокоило. Найдя небольшую лавочку прямо у отвесной стены, Ирн присел на неё и откинув голову прислонился к холодному камню. Как же хорошо. Теперь он может посидеть и спокойно подумать, как ему быть дальше и как всё-таки поговорить с сыном. Лишь только он закрыл глаза, как… — Что не спите, Командор? — Идиллия окончена. Ирн открыл глаза, но голова всё так же была на холодном камне. Всего он себя лишать не намерен. — Капитан Роу, — произнёс тихо Ирн косо смотря на человека, который приближался к нему с факелом в руках, но подойдя ближе, он потушил его. — Какие-то проблемы? — Да, есть немного. — Человек по свойски присел рядом. — Знаешь, когда я увидел что-то огромное и чёрное в темноте, я подумал, что у нас по коридорам ходит медведь. Может, призвал кто-то, но это оказался лишь наш командир, который сгорбился чуть ли не до земли. — Усмехнулся мужчина собирая волосы в хвост. — Роу, пожалуйста, — с хрипотцой сказал Ирн, потирая глаза и садясь. — Мне совсем не до шуток сейчас. — Я знаю. — Спокойно ответил тот не отрывая взгляда. — Подумал, тебе сейчас это необходимо. — Боюсь, шутками о том, что я выгляжу жутко — ты мне мне поможешь. Он почувствовал что-то теплое на ладони. Даже сквозь железо тепло проникало так глубоко и растекалось по всему телу с огромной скоростью. Наконец-то ему стало немного полегче и он может расслабиться. Ладонь Роу легла на ладонь командора и их пальцы сжались в замок. — Эй, — сказал мужчина, сжимая его ладонь крепко. — Давай только без пессимизма, Ирн. Я ведь не слепой и ты знаешь, что я всё вижу. Ирн выдохнул и покачал головой: — Это всё Андраст. — Кратко ответил командор, позволяя Роу положить голову ему на плечо. — И его безумной манией собирать все Тёмных по миру. — Всего-то? — Снова усмехнулся Роу. — По твоему это смешно? — Сурово проговорил Ирн. — Нет, — Покачал головой капитан. — Просто я не понимаю, с чего ты взял, что это не решаемая проблема и что тебя в ней так пугает? — То, что мой сын рискует остаться один. — О-о-о, — протянул Роу. — Я понял. Ты боишься, что он так увлечётся тем, что у него не будет своих собственных детей, да? Ирн промолчал недолго, а потом продолжил: — Я обрёл его на это странное состояние. Сначала он не знал своей матери, потом разочаровался во мне, когда узнал, что мир за пределами Башни — яркий и свободный, а его лишаю это познавать. Новый мир ему открыл Тёмный, а не его отец. После мне пришлось дать разрешение на Усмирение и мне пришлось видеть, как мой сын похож на обычный овощ и опять его спасает Тёмный, а не я. — Ирн сделал паузу и сильнее сжал ладонь Роу. — Апогеем всего стало то, что я захватил половину его учеников и он разнёс северную часть Башни и… Ирн не закончил. Вместо этого он лишь оскалился от боли в правой руке. — Твоя рука. — Закончил Роу отпуская ладонь и поглаживая плечо. — Я сначала думал, что тебе её вообще отсекли. — У него была возможность и поинтереснее. — Ирн позволил поглаживать его плечо и боль медленно стала уходить. — Он мог просто убить меня, но не стал. Вряд ли это из-за чувств ко мне, а скорее для того, чтобы я мучился, запомним этот момент. — Ничего. — Роу снова взял руку командора. — Мы с тобой отлично поработали над твоей рукой. — О, да, — согласился Ирн. — Ещё бы у бывшего оруженосца самого Императора не получилось. — Эй, — нахмурился Роу. — Я не выпендрёжник. Не ставь меня в такое положение. — Не ставлю. Наступила небольшая пауза. — Моя рука до сих пор не может нормально работать. — Ты не калека, Ирн. Ты классный мужик. — Который не может поговорить со своим ребёнком, а ведь ему уже двадцать два года и в отличие от меня — он стареет гораздо медленнее. — Нормальный ты. — Проворчал Роу. — Тебя любит вся Башня, — Роу снял перчатку со свободной руки и приложил ладонь к щеке командора повернув лицо к себе. — Я люблю тебя. — Это всё очень странно. — Ирн положил поверх ладони свою. — Я не хочу, чтобы он остался один. И эти дети… это похоже на манию, понимаешь? Это как храмовнику лишиться лириума и он будет искать его повсюду, лишь бы принять дозу. — Ты ведь не знаешь, что сейчас происходит в его жизни. — Роу убрал ладонь с лица. — Только не говори, что знаешь. Ирн промолчал. — Слушай, тебе надо с ним просто поговорить на эту тему. Даже после всего, что было — он все ещё твой сын. Твой родной сын. Поговори с ним. — С каждым разом это делать всё сложнее. Он разочарован во мне. — Покачал головой Ирн. — Я боюсь не только того, что он останется в одиночестве, но и того, что его нервная система не выдержит напора. Он не спасёт всех Тёмных в этом мире. — Я своё слово сказал. — Отрезал Роу. — Просто поезжай и поговори. Он ведь вылечил тебе руку, забыл? Он подарил тебе сову на день отца. Командор снова промолчал. — А во мне, как в храмовнике, — есть что-то действительно от него? — Вопрос с подвохом? — Оскалился Роу. — Есть. Например твоя упёртость. Жуткая черта. Прямо как у ослов. Андраст, небось, такой же, да? — Боже, — Наконец-то слабая улыбка показалась на мрачном лице командора и тот пихнул Роу в плечо. — Я тебя ненавижу, Роу. — Не ври. — Усмехнулся тот. — Любишь так же сильно, как и я тебя. — Скромный и быстрый поцелуй скрепил слова капитана. — Без тебя Башня превратиться в сущий ад, Командор. Ты хотя бы пытаешься сделать это домам, покуда другие Башни делают это место тюрьмой. — Где-то Башня, это даже не Башня. — Ты про Белый Клык что-ли? Тот, что на западе? Сравнил. Там маги живут по другому, и храмовники там так, — Роу махнул рукой. — В простынях ходят. Ирн продолжал улыбаться. — Поезжай к сыну, — Роу похлопал по плечу Ирна и встал с лавки надевая железную перчатку назад. — Не тяни с этим. — Спасибо. — Скромно поблагодарил Ирн. — Ладно, — Роу поднял свой факел с земли и поджог его от одного со стены. — Мне надо вернуться к ребятам, иначе они потеряются. — Не опекай их так сильно, Роу. — Ирн снова вернулся к своей серьёзности и слегка хмурому выражению лица. — Они уже не дети и Капитан не должен нянчиться с ними. — Да, но если они потеряются, один Командор вышвырнет меня из Башни. — Саркастично пожал плечами капитан. — Заставит написать объяснительную, выставит мне наказание и ещё одну ночную смену. Ирн встал с лавки подошёл к капитану: — Я заставлю писать, если они будут играть в карты в ночное время, пока их капитан торчит здесь и бездельничает. — Ах вот как, — Оскалился Роу. — То есть ты сам создал мне эту ситуацию, а потом будешь за неё наказывать? — Жизнь жестока. — Я бы вам сказал, Командор, но промолчу. — Всё верно. Со старшими по званию в грубой форме общаться не желательно. — А я не хочу попасть к Грегору. — Я не отправляю к Грегору храмовников. Только магов и то, стараюсь это делать в очень крайних случаях. За это он ненавидит меня ещё сильнее, а ведь когда-то мы были лучшими друзьями. — Они вдвоём вышли с площадки и снова оказались в тёмных и душных коридорах. — Обещай, что поговоришь с сыном? — Неожиданно сказал Роу нахмурившись. — Роу… — Обещай. — Ладно, обещаю. Всё? — Да. — Он снова засеял. И как он это делает? Ему уже тридцать пять, а ведёт себя так, будто бы ему едва исполнилось двадцать. — И шлем, будь любезен не снимать. Я понимаю, что тебе это не нравится, но выделятся на фоне остальных только потому, что тебе неудобно — не причина, капитан. — Я в нём задохнусь. — Не задохнёшься. — Они остановились у лестницы. — Мне на вверх, а тебе, Командор, вниз, — Роу показал на лестницу вниз. — Может… — Нет. — Резко отрезал Роу. — Хватит с тебя прогулок. Иди отдохни. — Я ненавижу свою комнату. В ней… слишком пусто. — Приходи спать в общую казарму? — О, да, только там меня не хватало. — Придумаем что-нибудь. Попроси Первого разрешить тебе расширить комнату. Перееду к тебе, так уж и быть. — Это будет слишком подозрительно. — А кто будет проверять? Всё, хватит. — Роу подпихнул командора к лестнице. — Иди, Командор, на сон осталось не так уж и много. Мне надо найти ребят. — Роу, я…— Ирн обернулся к нему в последний раз. — Я тоже тебя люблю, говорил уже сегодня. — Кивнул тот и направился по коридору. — Увидимся утром на построение и ради Всеговышнего — не пили меня за отлучку с поста на двадцать минут. — Я подумаю. Вернувшись к свою комнату, Ирна встретил его филин, который уже вернулся с охоты и по дружески оставил своему хозяину маленькую полёвку на кровати. — Спасибо, конечно, но я мышек не ем. — Ирн погладил птицу, а вот мышку пришлось предложить назад. Птица немного металась, не понимая, почему её подарок ему не нравится, но потом проглотила её и вернулась на жердочку. Ирн же снял свои доспехи и немного посидев на кровати, пересел за стол и взяв бумагу и окунув перо в чернила стал писать.