Кровь к крови. А душа — к душе

      Мишель, не оглядываясь, тащила пакеты по направлению к скромной квартирке Питера на третьем этаже. И что, что скромная? И что, что на третьем этаже? Да, шумно. Да, выхлопные газы и вибрации. Плевать, что в ипотеку. Зато в очень престижном районе и весьма престижном доме, между прочим. Правда, на её покупку ушло все немалое состояние покойных родителей, а выплачивать осталось не менее трети суммы, зато под окнами ходят сплошные бизнесмены, звёзды и прочие известные альфы.       Сам Питер понуро плелся сзади. Почему понуро? Во-первых, Мишель в очередной раз бросила парня. Четвертый раз, между прочим! А поскольку Питер был верным другом этой взбалмошной гордой беты с самого раннего детства, сейчас придется пить вместе с ней и выслушивать очередные истории про недостойных мужчин, отсутствие личной жизни и проёбанные возможности самого Питера, который, как порядочный омега, в свои девятнадцать уже давно мог захомутать состоятельного мужа с таким-то миленьким личиком.       Питер понятия не имел, отчего все вокруг считали, что пределом мечтаний каждой омеги является удачное замужество как можно раньше. Например, для него в приоритете пока были учеба и карьера. В пакетах весело тренькнули бутылки с алкоголем, и он тяжело вздохнул.       — Повздыхай мне ещё тут, — мрачно оглянулась на него Мишель.— Давай открывай скорее, пока у меня руки из плеч не выпали.       Вообще изначально сумки из ближайшего супермаркета взялся тащить сам Питер, но к вечеру подморозило, и он умудрился дважды поскользнулся на тротуаре, проклиная непривычно холодный декабрь. Скорее всего, гололёд был ни при чем, просто он с детства был немного неуклюжим и, зная это, Мишель отобрала пакеты, во избежание потери ценного груза.       Питер отпер двери, пропуская подругу вперед и кинул взгляд на часы в прихожей. Через полчаса к ним на огонек должен заглянуть Нэд, общий друг и бывший одноклассник. Единственный альфа, с кем его не пытались свести, бессменный квалифицированный советчик.       В общем, вечер предстоял весёлый.       Помимо неудавшейся личной жизни Мишель, в этот раз у них был и печальный повод для встречи. Сегодня, совершенно неожиданно, Питер уволился с хорошей должности менеджера по продажам недвижимости престижной риелтерской компании. Уволился не по своему желанию — работу свою Питер любил и ценил, тратил на нее все свободное время помимо отличной учебы на инженерном. За два года благодаря умело подвешенному языку и постоянному самосовершенствованию, Питер был на хорошем счету, и, хотя работу эту считал временной, пока не получит диплом, не позволял себе относиться к ней спустя рукава.       И все было хорошо, пока в фирме не сменился директор и не начал распускать руки, несмотря на положение давно женатого альфы, на рабочем столе которого стояли фото его двух несовершеннолетних детей.       Обидно было до слез, но, несмотря на все заслуги, уволили Питера одним днём и даже без выходного пособия.       Едва услышав в телефонной трубке подчёркнуто ровный голос Питера, Мишель, отменив двух последних клиентов в своём салоне красоты, примчалась на выручку в течение часа, забрав его с бывшей уже работы, по пути затащив за выпивкой. Она же объявила «общий сбор неудачников».       Вымыв руки, они на пару быстренько все нарезали, приготовили бокалы. Достали и красиво оформили раскладной столик тарелками с нарезкой и подвинули к разложенному сразу дивану в гостиной, чтоб потом в пьяном виде его не ломать. Нэд позвонил в дверь минута в минуту, держа в руках коробки с неизменной пиццей.       — Ну, рассказывайте, что за повод! — он так жизнерадостно улыбался, что аж зубы сводило.       Мишель тут же угрюмо начала делиться, не забывая при этом наливать мартини в бокалы. По её рассказу ситуация выходила совсем уж грустной, потому что, по мнению подруги, не существовало больше порядочных честных и ответственных мужчин, а говоря проще — «все мужики — козлы». Ну, кроме, возможно, некоторых краснокнижных экземпляров.       А ещё именно она напомнила про сроки выплаты по ипотеке Питера в этом месяце.       — Давайте по порядку, — Нэд опрокинул очередной стакан. — У тебя, подруга, проблема одна — ты слишком независима, а мужчины это не любят. Ни альфы, ни беты. Поэтому ты или бросай мужика, ищи своего Истинного, либо, если уж вместе живете, то терпи. Мы с Питером не вечные, и наша печень тоже требует отдыха. И вообще, у тебя ещё не все так плохо! За этот год ты пережила уже четвёртое расставание, а вот у Питера вообще ещё ни одних отношений не было. Всё относительно.       Мишель, не говоря ни слова, покосилась на пустую бутылку мартини, сбегала на кухню и принесла виски, который ловко разлила по бокалам:       — А с работой правильно все, Пит, — продолжал Нэд. — Лучше себе найдешь, с твоими-то знаниями, талантом общения и упорством! Они ещё пожалеют, что лишились такого перспективного сотрудника! Все равно ты собирался искать себе место по специальности.       — Нэд, я всего на втором курсе — кто меня возьмёт? То, что меня взяли в риелторскую контору сразу после школы — исключительно заслуга тети Мэй, ты же знаешь. Она попросила своего друга, — бывшего директора — мне помочь.       — Да, но при этом зарплату тебе даром никто не платил. Ты многому научился, многого достиг. Привлек столько клиентов! Теперь у тебя есть опыт работы, какой-то старт, а на рынке труда это уже много значит.       — Ничего он не значит, без рекомендательных писем, которые мне, как ты понимаешь, никто не даст. Нет, я, конечно, могу найти работу в сфере обслуживания — пойти официантом или продавцом, но… Ипотеку платить нечем. Вернее, есть, конечно. На пару месяцев точно хватит, а что потом? Вдруг я нигде не найду работу с таким же окладом?       — Конечно найдёшь! В крайнем случае, ты всегда можешь на нас положиться!       Все-таки чрезмерный энтузиазм друга немного раздражал. Легко ему рассуждать, если его начальник — родной отец, а сам Нэд готовился продолжить его дело в семейном бизнесе, прилежно учась на ветеринарного врача.       Воспользовавшись паузой, Питер отошёл к окну, подышать свежими выхлопными газами. По Манхеттену этим вечером тянулась непрерывная сверкающая полоса огней от пролетающих по дороге авто, щедро украшенные к празднику дома и магазины, словно в сказке, дарили ощущения нереальности происходящего. Снизу доносится еле слышимый гомон толпы, спешащей купить подарки к праздникам. Питер тоже успел купить себе подарок. Небольшое растение в глиняном изящном горшочке бодро зеленело на подоконнике. Единственный питомец, которого он мог себе позволить ввиду постоянной занятости по работе и учёбе. Права Мишель. Он неудачник, каких ещё поискать. В их мире молодой несвязанный омега мечтает найти своего истинного, ну или, в крайнем случае, просто удачно выйти замуж, чтобы никогда не работать. А он больше всего на свете мечтал стать отличным инженером. Поступить на факультет на восемьдесят шесть процентов состоящий из альф было невероятно трудно, как и постоянно доказывать окружающим, что ты чего-то стоишь.       Осторожно поглаживая нежно-зеленые листики, он думал, что делать дальше. Сессия уже закончилась. Впереди длинная вереница праздничных дней, на большинстве предприятий и фирм новогодние и рождественские каникулы. Вряд ли стоит начинать искать работу сейчас — это бессмысленно. До первых рабочих дней его резюме даже никто не откроет. Удивительно, но такое количество свободного времени скорее пугало деятельного Питера, чем приносило радость. Ему всегда больше нравилось заниматься чем-то интересным, чем отлёживать бока на диване с мороженым перед телевизором. Что ж. В этом году его ждёт не самое лучшее Рождество.       — Не дрейфь, Пит, все срастётся, — возникшая за спиной не совсем трезвая Мишель от души хлопнула его по плечу, повиснув на руке, Питер вздрогнул от неожиданности, неловко дёрнул рукой, и его первое в самостоятельной жизни растение вылетело в открытое окно.       Прямо в своём изящном глиняном горшочке.       С улицы раздался звук глухого удара, тихий стон, и все…       — Ой, — Нэд, несмотря на свою далеко не спортивную фигуру, моментально протиснулся мимо замерших друзей к окну и выглянул на улицу.       — Твою ж маму! — прокомментировал увиденное. — Шевелитесь, пока кто-то не набрал девять один один! Питеру только этих проблем не хватало!       Он моментально проскользнул в коридор. Тут же протрезвевшая Мишель так же выглянула в окно, выругалась гораздо более нецензурно и метнулась за ним. Едва справляясь с паникой, Питер повторил их маршрут, потому что на улице, прямо под его окнами, лежал человек. И не шевелился.       Благодаря тому, что вечерний час-пик уже прошел, они успели к пострадавшему первыми. Пока Нэд пояснял паре зевак, что отлично знает пострадавшего и, как врач, способен оказать первую помощь, Питер присел около тела. Это оказался мужчина в дорогом кашемировом пальто, альфа. Он лежал на животе и не шевелился. Холодными руками Пит попытался нащупать пульс на шее, чем вызвал недовольный стон. Слава богу — живой.       — Что у нас тут? — разобравшись с зеваками присел рядом Нэд. — Надо затащить его в тепло.       — Куда? — тупо переспросила Мишель.       — Наверное, к Питеру. У тебя же есть аптечка? — ткнул он его в бок.       — Н-н-не-з-з… — во время сильного волнения или стресса прекрасно подвешенный язык Питера отказывал, и тот начинал безбожно заикаться.       — Ладно, разберёмся, потащили, — отрезал Нэд и, как самый сильный из троицы, подхватил мужчину под плечи. — Спокойно, я врач!       — Ты ветеринар! — пропыхтела Мишель. Взгляд Питера упал на валяющиеся в стороне осколки горшочка и немного поломанное растение. Всё произошло так быстро, что, видимо, очевидцы, как и сам альфа, не поняли в чем дело. Наверное, надо забрать улики с собой. Вместо того, чтобы подобрать осколки, Питер почему-то подобрал несчастный фикус и пристроил его у мужчины на груди, прежде чем ухватиться за его вторую ногу. Композиция вышла устрашающая. Словно они не помочь ему собирались, а уже несли хоронить хладный труп.       — Ветеринар — тот же доктор! — Когда я вылечил у тебя насморк ты почему-то не возражала, — возмутился Нэд, затаскивая по ступенькам тело в холл дома Питера.       — Ну ты сравнил! Мой насморк и так прошёл бы за неделю, а тут, может быть, сотрясение мозга или ещё что похуже. А вдруг он окочурится у Питера в квартире от твоего «лечения»?       — А ты предлагаешь его бросить окочуриваться тут?       — Что тут происходит?! Мистер Старк?!       В ажиотаже троица совсем позабыла про консьержа, который, выскочив из-за стойки, с ужасом смотрел на бесчувственного альфу, которого они волокли.       — Вы его знаете? — обрадовалась Мишель.       — Его все знают. Это же мистер Старк, владелец Старк-Индастриз. Буквально вчера он заселился в наш пентхаус, и такой конфуз! Что произошло?!       Питер оцепенело, во все глаза уставился на бессознательного альфу.       Ну конечно! Его действительно все знали по многочисленным фото в светской хронике, а Питер ещё и по учёбе часто читал статьи Энтони Старка, восхищаясь его гением и мечтая когда-нибудь даже работать в его корпорации — боже упаси, где он и где Старк-Ин! — просто познакомиться с ним лично и выразить свое восхищение.       Выразил.       По полной программе.       — Не знаем, — быстро перебил уже было открывшую рот Мишель Нэд. — Мы нашли… эээ… мистера Старка около подъезда. Питер видел его вчера в лифте, мы так и подумали, что он тут живёт. Собираемся оказать первую помощь — я врач. Куда его можно положить?       Консьерж бросил очередной ошалевший взгляд на Нэда, Мишель, самого бледного Питера, потом перевёл его на цветок, эпично покоящийся на груди Старка.       — Сюда пожалуйста, — кивнул в сторону диванчиков в вестибюле.       Общими усилиями они пристроили пострадавшего на один из них, Нэд потребовал аптечку и, пока консьерж бегал за ней, сунул в руки Питеру злосчастный фикус.       — Убери немедленно. Нам сильно повезёт, если вместе со скорой он не вызовет полицию.       Но сделать Питер ничего не успел, потому что лежащий на диване мужчина вдруг резко распахнул совершенно вменяемые тёмные глаза, вперившись, кажется, прямо в душу. Пит замер с фикусом в обнимку, боясь дышать или пошевелиться.       Внимательно его оглядев, Старк перевёл задумчивый взгляд на так же замерших Нэда и Мишель.       — Не так я представлял себе ангелов, — протянул он. — Или вы из другой конторы? Хотя вон тот — он ткнул пальцем в Питера — все же больше похож на ангела.       — Мистер Старк! — к ним уже торопился консьерж в сопровождении парамедиков. — Страшно рад, что вы пришли в себя, страшно рад! Господа, посторонитесь, дайте доступ квалифицированным, — он презрительно глянул на Нэда, — медикам.       Пока доктора обступили вяло отмахивающегося от светящего в глаза фонарика Старка, Мишель, подхватив под руки Нэда и Питера, увлекла их в сторону.       — Мне кажется, сейчас самое время свалить, пока не поздно, — шепнула она.       — Да как-то не профессионально — оставлять пациента, — пафосно надулся Нэд.       — Ты чёртов ветеринар, — Мишель откинула в сторону мешающую прядь волос и потянула их к лифтам, — уходим, мальчики.       Уже в квартире, обхватив руками горячую чашку чаю, до Питера дошло, кого он сегодня чуть не убил. Тони Старка, завидного холостяка, самого красивого альфу по версии всяческих модных журналов, одного из богатейших мужчин в стране по версии журналов финансовых и просто влажную мечту всех омег и бет от шестнадцати и до бесконечности. И вот такой потрясающий экземпляр едва не погиб по вине маленького фикуса стоимостью в пару баксов. Какая ирония.       А фикус завтра надо пересадить. Растение, пережившее такое приключение, имеет право на второй шанс.       — Если все обойдётся, внукам своим будешь рассказывать, — выждав примерно два часа, друзья засобирались по домам. — Интересно, что сам Тони Старк забыл в этом доме, если у него целая Башня имеется?       — Консьерж сказал, что он въехал в пентхаус буквально вчера, — припомнил Питер.       — Да кто их разберёт, богачей, — беспечно махнул рукой Нэд. — Может, ему смены обстановки захотелось.       — И острых ощущений, угу, — Мишель чмокнула Питера в щеку. — Ну держись. Если что — сразу звони.       Проводив друзей и прибрав в гостиной, тот пристроил фикус пока в керамическую миску, клятвенно пообещав себе сходить утром за подходящим горшком.       Все равно времени у него теперь предостаточно.

***

      Если кто скажет вам, что утро бодрым не бывает — не верьте. Бывает. Ещё как бывает, когда в семь утра в вашу дверь начинают сначала настойчиво звонить, а потом и стучать.       Питер, промаявшись думами почти до утра, все никак не мог сообразить, что происходит, хватая попеременно то телефон, то тапочку. Ее пара все никак не желала находиться, а пойти открывать в одной было совершенно невозможно. В итоге он пошёл босиком, все так же сжимая несчастную обувь в руке.       Почему-то Питер даже не удивился, увидев за дверью Старка. Подспудно он знал, что этим дело и кончится. После такого удара по голове у того должна остаться шишка немалых размеров. И кто-то из зевак обязательно что-то заметил. А, может быть, камеры? Они вчера даже не догадались посмотреть, были ли на месте происшествия камеры, а вспомнить никак не получалось…       Вопреки ожиданиям, Старк был удивительно спокоен для человека, пришедшего предъявлять обвинения. И почему он пришёл сам? У него точно должен быть целый штат юристов, которые могли бы…       — Доброе утро, — как-то слишком миролюбиво и даже чуточку смущённо проговорил альфа, прерывая суматошный поток мыслей в голове Питера. Он окинул взглядом его простую серую пижаму и тапочку с забавной рожицей ёжика — подарок Мишель.        — Прости, я, вероятно не вовремя?       Не вовремя?! Для чего?       — Очевидцы мне рассказали, что вчера произошло. Позволишь войти? Не хотелось бы стать достоянием сплетен всего подъезда.       Питер, почти теряя сознание посторонился, пропуская утреннего гостя. Сегодня Старк выглядел еще презентабельнее, чем вчера. На нём идеально сидел приталенный темно-синий костюм, явно сшитый на заказ. Через руку переброшено пальто, стоимостью во всю ипотеку Питера, а в начищенные до блеска ботинки тот мог разглядеть отражение своего потолка. Идеальная укладка, идеально подстриженная бородка, стильные очки. Пахло от Старка тоже чем-то неуловимо-приятным и, несмотря на ситуацию, Питеру хотелось оказаться ближе, завороженному притягательной аурой силы и уверенности. Так выглядела ожившая мечта. Впрочем, он был достаточно взрослым, чтобы верить в сказки.       — Простите, пожалуйста, — промямлил он, прикрывая двери. — Мне очень жаль, что…       — Я пришел поблагодарить, — перебил Старк. — Питер, я же могу называть тебя по имени? — тот кивнул, ошеломлённый напором и энергией этого человека. — Так вот, Питер, спасибо, что не оставил лежать на морозе — пройдя вглубь квартиры, Старк остановился посередине гостиной и развернулся. — Мало кто в наше время готов оказать помощь ближнему. Могу я пригласить тебя выпить со мной чашечку кофе в качестве благодарности?       Питер замер, уставившись на посетителя круглыми глазами. Он шутит? Издевается? Проверяет?!       — Я… я… Н-н-не… — как назло язык-предатель снова закоротило в самый неподходящий момент.       — Не возражаешь? — истолковал его нечленораздельные звуки по-своему Старк. — Отлично. Я тебя подожду. Где я могу присесть?       Вспомнив про правила элементарной вежливости, Питер указал рукой в сторону дивана и шмыгнул в свою спальню, сгорая от стыда, страха и восторга одновременно. На диване в его гостиной сидел сам Тони-гребаный-Старк, ожившая мечта, настоящий гений, которого Питер вчера чуть не убил и который явно об этом не знает.       Стыдно-то как!       Надо было бы признаться. Но внутренний голос, сильно напоминающий Мишель, отчаянно противился такому не обдуманному поступку.       Реальный голос подруги в телефонной трубке назвал позвонившего ей в панике Питера тряпкой, приказал собраться, сходить на кофе и постараться не просрать единственный шанс в жизни пообщаться с таким потрясающим альфой.       Сбросив вызов, Питер глянул в зеркало на свое отражение и поморщился. Волосы взъерошенные, глаза после бессонной ночи — красные. На щеке след от подушки. Не то чтобы он всерьёз рассчитывал поразить Тони Старка своей невъебенной красотой, но это был точно полный провал. Первое впечатление явно было испорчено, поэтому с одеждой он заморачиваться не стал. Наспех умывшись, Питер нацепил джинсы, свитер и тёплые удобные ботинки. Если уж не красиво, пусть будет, хотя бы, комфортно.       Старк терпеливо дождался в гостиной, и Питер с запозданием подумал, что из вежливости, надо было ему предложить что-то выпить. Хотя бы остатки вчерашнего мартини…       — А вот и мой спаситель, — широко улыбаясь, он поднялся с дивана, сделав приглашающий жест рукой в сторону двери. — Прошу.       — А может, не надо кофе? — Питеру было совестно слушать дифирамбы в свой адрес. — В смысле… давайте я сам сварю, если вы не торопитесь?       — М-м-м… — Старк смотрел на него как-то нерешительно и немного настороженно. — Видишь ли, угощать пристало мне. Мало того, что я тебе должен, ещё и ввалился вот так спозаранку. Со своей работой совершенно, порой, не ориентируюсь во времени… — он замолчал, потер подбородок, снова оглядывая Питера задумчивым взглядом. — Если честно, сам не хочу никуда идти в такую рань да ещё в выходной — зеваки все рано не дадут поговорить спокойно. Я бы пригласил тебя к себе в гости, но понимаю, что выглядеть это будет не очень уместно. Ещё прилетит от твоего парня.       Питер целую минуту пытался понять о каком парне тот говорит.       — У меня нет парня, мистер Старк, можете не волноваться, — когда до него дошло, пожал плечами Питер. — И я бы с удовольствием, если вы обещаете мне ответить на пару вопросов про проект высокочастотного ускорителя. У меня курсовая на основе вашей разработки.       Питер видел, что Старк удивился. Он уже привык к тому, как реагируют окружающие в ответ на вопрос на кого он учится. Люди недоуменно поднимали брови, усмехались снисходительно, выдавая либо «Это не совсем подходящая для омеги профессия!», либо «О, ну конечно, на таком факультете так много альф, что замуж выскочишь моментально.».       Предсказуемо.       Старк, однако, оказался то ли более интеллигентным, то ли просто хорошо держал покер-фейс, но весь путь до лифтов и пока они поднимались в пентхаус, он совершенно серьезно и без тени насмешки расспрашивал о учёбе Питера и даже похвалил, за такой нестандартный выбор профессии.       — Жаль не могу показать тебе мою основную мастерскую, раз ты увлекаешься инженерией, — я как раз потому и перебрался сюда, что в ней произошла маленькая авария, — двери лифта открывались прямо в квартиру и Старк положил ладонь Питеру на плечо, направляя через гостиную к неприметной двери.       Плечо обожгло жаром, захотелось притереться к ладони поближе, продлить момент, но Питер задавил позывы в корне. Он не безмозглая омега, ведомая только инстинктами.       — Но тут я тоже держу кое-какие инструменты. Так, бывает не спится и хочется поковыряться, — он распахнул дверь, пропуская Питера вперёд, в маленький техно-рай, которого тот не видел даже в университетских лабораториях.       Помимо удивительных приборов, большей частью разработанных Старк-Ин и лично альфой, стоящим рядом, там были сверхнавороченные компьютеры, измерители, роботы и миниботы. А в центре, на небольшом возвышении медленно вращалась самая настоящая голограмма с тем самым ускорителем, о котором они говорили.       — Вчера пришла в голову идея как повысить скорость частиц, но на практике пока не получается снизить теплоотдачу. Не хотелось бы устроить ещё один пожар, — Старк с видимым удовольствием смотрел в восторженные глаза Питера.       — Ещё один? — он приблизился к голограмме, изучая чудо-устройство. — Кажется, я начинаю догадываться, почему вы задержались в нашем доме.       — Предлагаю перейти на ты, — Старк оттолкнулся от стены у входа, которую подпирал и подошёл к своему рабочему столу, принявшись разгребать какие-то бумажки. Его дорогой костюм выглядел тут совершенно неуместно. Питер легко мог бы представить альфу в обычных джинсах и футболке. Ему казалось, что только в этой комнате Старк и есть настоящий.       — Я Тони, кстати, — искоса взглянул тот на Питера. — Не люблю имя Энтони.       — Ну, а я по-прежнему Питер, можно Пит. А что это тут за аккумуляторы? — он ткнул пальцем в бок модели. Тони приблизился, заглядывая через плечо.       — А вот как раз с помощью них я и пытался уменьшить тепловыброс, перенаправить излишки энергии на подзарядку, но все сгорело к ебеням… — он шутливо приложил ладонь к губам. — Прости.       — Если ты думаешь, что на инженерном все изъясняются как в романах Бронте — ты глубоко ошибаешься, — усмехнулся Питер. — Можно? — он протянул руку к голограмме и, получив разрешение, осторожно повертел её в разные стороны.       — Приятно узнать, что с моих времен там мало что изменилось, — Тони усмехнулся и опёрся о стол. — Как так вышло, что у такого симпатичного омеги нет парня?       Питер ненавидел этот вопрос.       Его задавали часто, и он совершенно не знал, что на него отвечать.       Не предлагают?       Никто не нравится?       До сих пор верю в сказки и мечтаю встретить своего Истинного?       Странный вопрос, ответов на который много и ни одного верного.       — А ты пробовал его перевернуть? — Питер качнул голограмму из стороны в сторону. Тони усмехнулся понятливо и давить с расспросами не стал.       — Конечно пробовал. Что это даст?       — Не так, — Питер покраснел от собственной смелости и пристального внимания, направленного на свою персону. — А если её… н-наизнанку в-вывернуть?       И, не дожидаясь пока брови Тони уедут вверх, наглядно продемонстрировал, что он имеет ввиду.       — Произвожу расчёты, — тут же отозвался механический женский голос, и Питер вздрогнул.       — Что это?       — Это Пятница. Мой искин, — Тони торопливо приблизился, вглядываясь в модель. — Чёрт возьми…       — Данные обновлены, — прожурчала Пятница. — При данном расположении скорость частиц ускоряется на пятнадцать процентов. Теплоотдача снижена до допустимых пределов. В качестве материала корпуса рекомендуется…       Тони смотрел на Питера широко открытыми глазами и молчал так выразительно, что тот начал немного паниковать.       — Потрясающе, — выдал, наконец он. — Просто и изящно. Ты гений, Питер.       От внезапной похвалы и искреннего восхищения, краска бросилась в его лицо, язык снова присох к нёбу, а руки мелко задрожали. Чтобы скрыть нервозность, Питер натянул на пальцы рукава свитера.       — Д-да какое т-там. Я просто читал, что иногда полезно взглянуть на проблему под д-другим углом, на самом деле я не… ну… Это вы… Ты гений. Я ещё когда статьи твои ч-читал х-хотел сказать, что это просто «вау». У меня нет слов, чтобы выразить… — Питер тараторил все быстрее и быстрее, сбиваясь с основной мысли и путаясь в словах.       — Тихо, парень, — Тони вскинул руки в шутливом жесте. — Дыши. Я понял, что ты без ума от моей гениальности. Скажу тебе по-секрету, я ещё варю охрененный кофе. Тебе с молоком? Предлагаю позавтракать, а потом разобраться с твоей идеей более подробно, раз уж у тебя курсовой проект.       Питер ещё никогда в жизни не был так счастлив.

***

      С тех пор Тони Старка стало как-то очень много в жизни скромного студента Питера Паркера.       После совместного завтрака и действительно потрясающего кофе, все последующие рождественские и новогодние праздники они провели в мастерской Тони в его пентхаусе. Когда Питер стеснялся сам подниматься к нему, тот неизменно спускался вниз, ломился в его квартиру, отрывая хозяина от любых дел, и под предлогом «взглянуть свежим глазом ещё на одну штуку» тащил его наверх.       Питер смотрел. Чаще всего он даже не сразу мог осознать, что видит, иногда только предполагая о назначении того или иного чертежа, а после выслушивал длинную пространную речь о том, что пришло в голову Тони на этот раз. Тот рассказывал удивительно понятно и интересно — намного интереснее, чем педагоги Питера. Если бы когда-то Тони решился преподавать, места у него на курсе разбирали бы мгновенно. Но все равно вряд ли нашелся бы почитатель его таланта больший, чем Питер Паркер. Который страшно гордился тем, что ему удалось ещё пару раз вставить дельное замечание относительно идей Тони.       Никто ни за что не поверит, что он работал в одной мастерской с самим Тони Старком. Однако Питер даже не делал попыток сфотографировать Тони или попросить об общем снимке. Он воспринимал сложившуюся ситуацию как некое сказочное новогоднее приключение, которое завершится сразу после боя курантов. Не то сон, не то чудо. Потому что так не бывает в жизни.       Второго января в его квартиру ввалился ради разнообразия не Старк, а Нэд. Бледный и взъерошенный друг выглядел таким растерянным, что Питер сразу повел его на кухню, отпаивать чаем.       — Трубим общий сбор? — поинтересовался он.       — Ни в коем случае! — Нэд даже подскочил со стула, словно опасаясь, что друг кинется к телефону. — Не говори ничего Мишель…       — Да что случилось-то? — Питер не на шутку встревожился. На его памяти впервые в их троице появились секреты друг от друга.       — Кажется, я нашел свою пару. В смысле Истинную, — прошептал Нэд, и Питер потрясенно опустился на стул.       В их мире Истинные пары встречались довольно редко, и каждый раз это было событием. Настолько значимым, что его освещали местные СМИ. Таким парам завидовали. Этого хотели себе все, даже те, кто вслух громко отрицал очевидное.       Скорее всего, встречались далеко не все Истинные пары. Кто-то находил друг друга уже на склоне лет. Кто-то не встречал свою половинку никогда, вступая в брак и рожая детей в обычном союзе. Да, такие союзы тоже были крепкими, там могла царить любовь и уважение. Они могли распадаться и оставаться неразлучными навсегда, но если вам повезло встретить Истинного… О, по свидетельствам счастливчиков — ничто не было похоже на эти ощущения.       Нет, такие пары не становились «одним целым», как вещали дешёвые любовные романчики. Иногда, крайне редко они даже распадались — Питер давно научился отличать красивую ложь от правды.        Просто…        Этот человек был рождён для тебя и под тебя. В мире нет ничего прекраснее ощущения, когда тебя принимают полностью таким, каков ты есть. Знают. Любят. И никогда не смогут предать.       Эти союзы до сих пор изучали учёные, доказывая, что чем раньше встречались партнёры, тем более оказывали влияние друг на друга. Они были способны взаимно положительно влиять не только на настроение, но и на самочувствие. Улучшалось здоровье, омолаживался организм, существенно продлевался срок жизни. Словно маленькие радары, настроенные на единственно верные частоты, Истинные бесконечно дополняли друг друга.       Питер страшно завидовал Нэду.       Потому что подобная встреча — редкое везение. И не потому, что мал процент Истинных — просто сложно было выявить такие пары. По иронии судьбы, проявлялось это только одним способом — при смешении крови. Если кровь одного попадала на кровь второго, появлялось голубоватое свечение, которое медленно угасало по мере ее остывания. Поэтому для выявления необходим был только свежий образец.       Вероятно, когда-то давным-давно природой был предусмотрен более простой механизм, который они утратили по мере эволюции, но факт оставался фактом — индикатором являлась только свежая кровь друг друга.       Специальные лаборатории по выявлению были разбросаны по всему миру, но ввиду ограниченного времени хранения образца…       Ну пары находились. Но, по статистике, их было ничуть не больше, чем в результате переливания крови или просто счастливого случая.       Говорили, что иногда «своего» человека можно почувствовать. Рядом с ним комфортно, улучшается самочувствие, к нему неимоверно тянет… Но проверить это можно было только одним способом.       — Как ты… Кто? — Питер знал, что Нэд одно время ходил в лабораторию, как на работу, пока не подзабил на это, разочаровавшись.       — Ты только не говори ничего ладно? — он вздохнул, собираясь с духом. — Кажется, это Мишель.       — Кажется?! Как такое может «показаться»?!       — Да не ори ты! Я сам в шоке. Мы были у нее дома. Она резала салат и поранила палец. На ноже осталась ее кровь, и пока она в ванной заклеивала пластырем порез, я… Ну ты же знаешь, как я к ней отношусь?       — Ты проверил, — утвердительно пробормотал Питер. — Ты проверил…       Истинные союзы между альфами и бетами тоже случались, хотя были ещё большей редкостью. Однако, это было не невозможно.       — Я проверил, — кивнул Нэд. — Будь я проклят, если на секунду не увидел свечение.       — Но ты сомневаешься, — прищурился Питер. — Иначе был бы сейчас с ней.       — Скажем так. Я уверен на девяносто девять процентов. Но этот один процент…       — И теперь ты боишься попросить Мишель повторить эксперимент.       — Я боюсь все просрать, дружище. На кону, как ты понимаешь, многое.       — Но если ты не попробуешь — никогда не узнаешь, — пожал плечами Питер. — И она так и будет расставаться с очередным альфой или бетой в поисках, возможно, тебя. Ты должен, Нэд. Хотя бы ради нее.       — А если нет? Как мне в глаза ее смотреть?       — А если нет — вокруг миллионы пар, которые построили свою жизнь сами, без всякого провидения свыше. И они тоже счастливы, поэтому просто дай себе шанс. Давно пора выходить из френдзоны, чувак.       Нэд тяжело вздохнул, а после медленно кивнул.

***

      — Что-то ты сегодня тихий, напарник, — Тони, подняв взгляд от компьютера, за которым настраивал параметры для будущей 3d печати необходимой детали, наблюдал за Питером уже какое-то время. — Все в порядке?        Тот вздрогнул, выскальзывая из своих мыслей и возвращаясь к полировке металлического корпуса. Он действительно все время «подвисал», что не могло укрыться от внимательного Тони.       — В полном. Просто думаю о том, какая удивительная штука — судьба. Нэд и Мишель знакомы с детства, но им даже в голову никогда не приходило, что…       Старк был в курсе эпичного события в жизни друзей Питера. Он поделился с ним сразу, потому что звонок от Мишель застал его в мастерской Тони.       — Так бывает, пацан. Никто не знает, где найдет, где потеряет — слышал такое выражение? Большая лотерея.       Питеру очень хотелось спросить про то, делал ли сам Тони попытки найти своего Истинного. Уж у такого человека, как он, было больше возможности, чем у всех, но, поскольку Тони все ещё оставался один, Питер постеснялся. Это слишком личное, чтобы делиться с малознакомым человеком, по-сути с никем. Невольно он тяжело вздохнул.       — Ты переживаешь, — констатировал Тони. — Почему? Пит, тебе всего девятнадцать. Перед тобой открыт весь мир! Подумай о том, что иногда наши желания сбываются совсем не так, как мы того хотим. Гуляй, живи, влюбляйся! Что если твой Истинный не понравится тебе так, как, допустим, альфа в соседней кофейне? Или бета на заправке? Неужели ты откажешься от жизни здесь и сейчас ради мифического «кого-то», кого ты в глаза не видел?       Питер только губы поджал. Он был не согласен с Тони. И не только потому, что его покойные родители были Истинными — он их совсем не помнил. А потому что видел глаза Нэда и Мишель. Оно того стоило, что бы там ни говорил Старк.       Чертов невозможный Старк!       Питер никогда бы не стал с ним спорить на эту тему. Потому что единственный альфа, ради которого он готов был отказаться от своего гипотетического Истинного был сам Тони. Недосягаемая мечта на миллион.       Пардон. На миллиард.       — Да я не о том, — отмахнулся он. — Просто… Понимаешь, мы же с детства вместе. Даже в последнее время, когда у каждого из нас появилась своя взрослая жизнь, работа, учеба, кредиты — мы всегда были вместе, друг у друга, а теперь…       — А теперь вместе они, а ты, вроде как, лишний? — понимающе улыбнулся Тони.       — Именно. И не то чтобы они прямо отдалились, но… Теперь больше нет и никогда не будет нашей троицы. Будут они вдвоем и я. А это непривычно, знаешь ли.       — Мой лучший друг оказался Истинным для девушки, на которой я собирался жениться. Мы пробыли вместе пять лет, так что поверь, Пит, я тебя понимаю, — неожиданно сказал Тони. Он не открывал взгляд от экрана компьютера и выглядел совершенно спокойно, даже беспечно, но отчего-то Питер понял, что о том, что он ему сказал, а главное — о том, о чем он сейчас промолчал, неизвестно никому.       — Пойдешь ко мне работать? — внезапно резко сменил Тони тему, и у Питера чуть глаза на лоб не вылезли. Он даже подумал, что не расслышал верно.       Но нет. Расслышал он все точно. Тони действительно предложил ему работу в одной из лабораторий Старк-Ин. Корпорации в которой мечтали работать миллионы, а повезло именно Питеру. Было немного совестно, оттого что он так и не признался в том, как случилось их знакомство, а ещё от того, что его оклад оказался на порядок больше, чем на прошлой должности в риелторской конторе.       — Я же ещё учусь! — пытался откреститься он. — Как ты можешь платить студенту такую же зарплату, как и обычным сотрудникам?       — Ты хоть и студент, а соображаешь лучше любого из них. Поэтому я не только могу это делать, но и буду. Смирись. Считай это моим вложением в будущее моей же компании.       Из квартиры в пентхаусе обратно в Башню Тони так и не вернулся.       Питер понятия не имел почему — ведь ремонт в ней был окончен в рекордные сроки, они часто наведывались в мастерскую Тони в Башне, но по вечерам тот неизменно возвращался в многоэтажку Питера, подвозя и его по пути. И ещё на весь вечер они зависали уже у Старка. Один раз Питер даже уснул у того на диване — было ужасно неловко проснуться поутру в чужой квартире, заботливо укрытым одеялом и с подушкой под головой.       Питер не понимал, отчего Тони мотается туда-сюда, но спрашивать боялся. Он был до ужаса счастлив и страшно не хотел, чтобы это сказочное время заканчивалось.       — Завтра не смогу прийти, — Питер протянул кружку с кофе Тони, прихватив себе такую же. Он уже ориентировался у того на кухне лучше самого хозяина. — Мне кровь сдавать на тесты. А потом ещё бумажек кучу оформлять в отделе кадров.       Каждая приличная фирма или учреждение при поступлении на работу нового сотрудника стремилась проверить его на совместимость Истинных пар, а уж тем более, такая серьезная корпорация, как Старк-Ин. Питер читал, что в ее стенах обрели нерушимые отношения около десяти тысяч человек. Подумать только. Гораздо больше, чем за историю любой лаборатории по выявлению. Эта процедура была не обязательной, исключительно по обоюдному согласию всех желающих, но, как правило, никто не отказывался, хоть времени это занимало прилично.       — Хочешь я позвоню и отменю для тебя всю эту волокиту? — Тони отпил из чашки, не сводя с Питера пристального взгляда.       — Ну вот нет уж. Не хватало ещё всяких сплетен на тему, кем я тебе прихожусь, — усмехнулся он. — Я не собираюсь выделяться из коллектива ни в чем. Единственное что — тесты займут много времени. Очень уж у тебя огромная корпорация. Кстати, а ты же тоже в какой-то степени сотрудник — ты когда-то участвовал в этом? — Питер ляпнул прежде, чем успел прикусить язык. Черт. Не хотел же на эту тему…       — Участвовал, — невозмутимо кивнул Тони. — Но уже давно нет. В моем возрасте поздновато надеяться на чудо.       Тони, конечно, лукавил. В его сорок Истинную пару находили пятьдесят восемь процентов альф. Что тут такого? Бывали случаи, когда это случалось намного позже. Но снова-таки — кто такой Питер, чтобы выпытывать?       Если честно, он до сих пор так и не разобрался в сути их отношений. В его случае все было понятно — невозможно отказаться от общения с кем-то настолько же потрясающим, как Тони Старк. Плюс, спустя три месяца их общения, Питер окончательно признался себе в том, что влюбился в него. И ему почти не было за это стыдно — а кто бы на его месте не? Да по Старку сохло столько омег и бет, что из них целую армию собрать можно. Единственное в чем Питер поклялся себе от них отличаться — не вешаться на Тони, не подавать виду и ничего ему не предлагать. Сохранить хотя бы каплю самоуважения и гордости — вот основная задача года.       Зачем он сдался самому Старку — загадка века.       Питер не тешил себя иллюзиями. Никаких любовных поползновений. Дружба? Господи, да какая между ними может быть дружба? С их пропастью в социальном статусе и жизненном опыте? Может, у Тони отцовские чувства взыграли? Хотя родительских нравоучений с его стороны Питер тоже ни разу не слышал, теряясь, как обозначить то, что между ними. Он предполагал, что Тони просто стало скучно, возможно — одиноко после любовной трагедии, вот он и завел себе Питера, как люди заводят питомцев. Что-то вроде стажёра и ученика.       Уже немало, если подумать. Он изо всех сил старался быть полезным.       — Ну держи в курсе, если что, — хмыкнул Тони. — Если в моей корпорации найдется твой Истинный — с меня вечеринка. И не смотри так, ее за счёт компании, устраивают абсолютно всем таким парам.

***

      — Ты идиот, если до сих пор с ним не переспал, — сурово отчитывала его Мишель одним весенним вечером в кофейне недалеко от Старк-Ин. — Такие альфы на дороге не валяются! И хотя у меня теперь есть Нэд, я все ещё могу трезво оценить потенциального самца. Уверена, тебе бы не пришлось скучать с ним в койке. Черт возьми, Питер! Хотя бы здоровья для!       — Иди к черту, — вяло отмахивался он. — Я не собираюсь херить наши с ним отношения ради разового перепихона. К тому же, Тони — все ещё человек, который платит мне зарплату. Весьма недурную зарплату, заметь! За четыре месяца работы в Старк-Ин я погасил ипотеку, на которую мог горбатиться годами. К тому же, — тут он невольно вздохнул, — Тони не заинтересован во мне в этом плане. Я для него не то ученик, не то сын друга, хотя он и не был знаком с моими родителями. Я не знаю откуда эта филантропическая блажь относительно меня, но не собираюсь что-то менять.       — Ну-ну, — усмехнулась Мишель. — Конечно. Богатый дядя даёт второкурснику классную должность, буквально прописывает его в своем пентхаусе, в котором торчит тоже, кстати говоря, абсолютно без внятной причины, кроме вышеупомянутого второкурсника, совершенно просто так. Без задней мысли. А не от желания поиметь молодую попку. Ты дурак, Питер, если этого не замечаешь.       — Да у него таких попок — только свистни. И даже ещё лучше. Зачем ему столько усилий тратить на какого-то — как ты сказала? Второкурсника?       — И много ты попок около него заметил за последнее время? А альфа он молодой, сильный — в самом соку!       — Да тьху на тебя, — Питер, встал из-за стола, положив в коробочку плату за ланч. — На тебя не иначе как Нэд так дурно влияет. В любом случае, мне пора возвращаться на рабочее место. Передавай привет толстяку.       Мишель тоже поднялась, подхватывая сумочку.       — Между прочим, он уже похудел на девять фунтов, и это только начало. Я сделаю из него человека! И ты тоже — присмотрись всё-таки к своему филантропу повнимательнее, — легко чмокнув Питера в щеку, она упорхнула в направлении подъехавшего такси. Питер взял два кофе с собой — для себя и для Тони, к которому собирался зайти сразу после ланча, и вернулся в Башню. Коридоры были ещё пусты — перерыв не закончился, и он поднялся на отдельном лифте для руководства на личный этаж владельца. Для таких случаев у него всегда был при себе особый пропуск. Уже подойдя к двери, Питер услышал, что в кабинете у Тони есть посетитель. Подслушивать было некрасиво, и он никогда бы не стал так делать, если бы в разговоре не прозвучала его фамилия.       — Долго ещё ты будешь заставлять Паркера сдавать кровь? — спрашивал мужчина и рука Питера замерла на ручке двери. — Ты не имеешь права скрывать от него информацию, кто его Истинный.       В первую секунду он даже не понял, о чем говорит неизвестный. Нашелся его Истинный? Если бы это произошло — его давно бы уведомил отдел кадров. Да практически сразу и уведомил бы! Как это можно скрыть?! Вероятно это шутка какая-то, и сейчас Тони весело рассмеётся.       — А это уголовно наказуемо? — после небольшой паузы совершенно спокойно прозвучал его голос.       — Не придуривайся. Ты же прекрасно знаешь, что нет. Но это не по-человечески. В такие игры нельзя играть в одиночку, Тони.       — А кто тебе сказал, что я играю? По закону я имею право отказаться.       — Да! Но тогда ты должен был заявить об этом официально! Что ты, являясь Истинным Питера Паркера, отказываешься от ваших отношений и желаешь сохранить инкогнито. Чтобы пацана уведомили об этом, и он больше не бегал на эти тесты! Успокоился. Возможно, нашел себе пару посговорчивее. Но ты же ничего никому не сказал. Получается — ты его предал, Тони. Самым подлым образом.       Дальше Питер уже не слушал — просто не смог. Все, что было для него важным, он понял. Наверное, понял ещё раньше, до всей этой кутерьмы с тестами. «Своего» человека действительно чувствуешь. Тони был для него всем задолго до сегодняшнего дня, Питер мог обманывать себя сколько угодно, но он был влюблен, влюблен уже давно, хотя и абсолютно безнадежно. Возможно, даже ещё до их встречи, когда до дыр зачитывался его исследованиями, когда пошел на инженерный только потому, что хотел быть на него похожим.       Фантастика. Сон. Нереальная сказка, которая оказалась не со счастливым концом.       Случаи, когда в паре Истинных один из партнёров отказывался от другого — были. Очень мало, буквально несколько на сотню тысяч, но они были. Причины разные, чаще всего, их не разглашали, как и имена. Это было уникальное явление о котором каждый думал — «такого со мной точно не произойдет».       Питер тоже так думал.       Только теперь все поступки Тони стали совершенно логичными и обоснованными. Вероятно, он хотел посмотреть поближе, познакомиться, прежде чем объявлять всему миру. Поэтому и приблизил Питера к себе. В его положении — весьма здравая предосторожность.       А потом… А потом, очевидно, Питер ему не подошёл. Или просто не понравился. Или ещё сотня всяческих «очевидно». Но, будучи человеком щедрым и добрым — как мог позаботился о нем. Дал работу, о которой можно только мечтать, достойную оплату.       Слезы давно пытались стекать по щекам, но Питер зло их размазывал, давя слабость. Ему не в чем было винить Тони Старка. Насильно мил не будешь, это невозможно контролировать. И даже то, что он скрыл все от самого Питера — отчасти вина его самого. Вероятно, за четыре месяца плотного общения он не внушил ему достаточного доверия, чтобы поделиться. Как-то обсудить происходящее…       Он не в силах был продолжать работать. Пришлось вернуться в кабинет и сказать начальнику отдела, что приболел. В какой-то степени это было правдой — ещё никогда он не чувствовал себя настолько отвратительно.       Горячий кофе в парке ни капельки не успокоил. Питер не знал, что делать дальше. Он точно больше не сможет ни в глаза Тони посмотреть, чтобы не выдать себя, ни работать под его началом. А самое гадкое — поговорить совсем не с кем. К счастливым Нэду и Мишель Питер точно не пойдет — не сможет сейчас.       Телефон завибрировал, высвечивая имя Тони. Первый же порыв — сбросить вызов — Питер задавил на корню. Это ничего не решит. Не дозвонившись, Тони наберёт ещё раз. А потом приедет. А потом придет к нему домой. Питер в ловушке, полностью окружённый этим человеком. И если раньше он считал это счастьем, сейчас эта близость душила его.       «С ним нужно поговорить», — понял он.       Нужно сказать все, как есть. Что он знает, что не может так. Если Тони действительно заботится о нем хотя бы немного — должен понять, что Питер не может по-другому. Он больше не может его видеть и делать вид, что ничего не случилось.       — Да, — его голос немного охрип от слез и долгого молчания. — Я в парке около своего дома. Да. Плохо себя чувствую. Хорошо, вечером увидимся.       Сбросив звонок, он поплелся домой, чтобы принять горячий душ и упасть на диван в гостиной. Сил встать с которого не нашлось до самого вечера.

***

      Тони пришел даже раньше, чем рассчитывал Питер. В руках у него был большой пакет с эмблемой аптеки на углу и сумки из супермаркета.       — Выглядишь и правда хреново. Не знал что с тобой — пришлось взять всего и от всего — теперь у тебя будет полный филиал аптеки. Ты почему трубку не брал?       Отчитывая посторонившегося Питера, Тони прошел на кухню, выгружая еду в холодильник, а многочисленные коробочки с лекарствами — прямо на кухонный стол. — Температура есть? Живот болит? У меня есть отличный доктор, который может подъехать хоть сейчас. Все же заниматься самолечением — не дело.       Питер молча сел за стол, уставившись на свои руки. Сказать все прямо будет труднее, чем он думал. Сейчас все услышанное несколькими часами ранее казалось просто сном. Может, он, все же, что-то не так понял?       — Ты знаешь, — вдруг произнес Тони в наступившей тишине. — Не буду спрашивать как — догадываюсь. Слышал наш разговор с Роуди?       Питер вздрогнул. Всё-таки он все понял правильно.       — Хочешь об этом поговорить? — уточнил Тони.       Питер не хотел. О чем тут говорить? Поэтому только головой покачал.       — Ладно. Суп или сэндвичи?       Вскинув голову, Питер недоверчиво уставился на совершенно спокойного Старка. Он издевается? Кто его знает… Он думал, что знал его, оказалось — нет. Может, ему это все доставляет какое-то странное извращённое удовольствие?       — Я больше не смогу у тебя работать, — с трудом выговорил Питер. — И в мастерскую приходить тоже не смогу.       — Хорошо, — после паузы отозвался Тони. — Не хочешь у меня — могу перевести тебя в филиал на удаленку. Не обязательно увольняться, Питер, оно того не стоит.       Он что, не понимает, что буквально убивает его каждым своим словом?!       — Я. Больше. Не могу. У тебя. Работать. Никак. Ни в каком филиале, — раздельно и четко выговорил он, радуясь, что все слезы в организме закончились.       Тони молчал. Он как-то весь сник, теряя извечный запал, бодрость и энергичность. Внезапно Питер заметил его необычную бледность и темные круги под глазами. Пока он мотался по этим дурацким тестам, Тони, очевидно, мало ел, а спал ещё меньше.       — Рекомендации хотя бы примешь? Без них устроиться на новом месте будет трудно.       Закусив до боли губу, Питер кивнул.       — Спасибо.       — Не за что. Что ты от меня хочешь, Пит?       — Хочу, чтобы ты ушел, — честно выдохнул он. Тони постоял ещё минуту, разглядывая его с непонятным выражением на лице. Потом кивнул.       — Хорошо. Зайди завтра за расчетом, — он развернулся и вышел, Питер услышал, как тихо щёлкнула входная дверь.       Он думал, что выплакал все слезы до прихода Тони.       Он ошибался.

***

      Странно было осознавать следующим утром, что он пришел на любимую работу в последний раз. Мечта работать в Старк-Ин была такой давнишней и такой отчаянной, что на мгновение захотелось откатить все назад. Упасть в ноги Тони, просить его оставить Питера на работе, забыть вчерашние слова. Скорее всего, даже просить бы особо не пришлось — Тони человек добрый, вчера Питер в этом совершенно однозначно убедился. Но сможет ли он сам?       Вряд ли.       Сегодня уже не болело так остро. За вчерашний вечер и ночь он свыкся с мыслью, что так, как у других счастливых пар, у него не будет. Было ли это плохо?       Если бы речь шла о любом гипотетическом незнакомом Истинном — Питер плюнул бы. Да, ему, как и всем, хотелось красивую сказку, чтоб вместе и навсегда, чтобы любовь взаимная и крепкая, чтоб божественное провидение и дети от любимого мужчины. Но если бы такое произошло с ним и абстрактным альфой — Питер бы огорчился, конечно, но после — плюнул.       Действительно.       Он молод, здоров. В мире куча обычных пар, которые прожили вместе счастливую жизнь. И детей родили тоже. И дождались внуков. И все у них хорошо!       Беда в том, что Питер успел узнать Тони. Успел почувствовать его, влюбиться. Успел попасть в эти сети истинных чувств, от которых вряд ли уже сможет излечиться. Его пара не хотела отношений с ним, а сможет ли он забыть Тони, переключиться на кого-то другого и когда-нибудь снова стать счастливым — ну… Сейчас Питер был в этом не уверен.       Тетя Мэй говорила, что время лечит. Но они с дядей не были Истинными…       — Очень жаль, что ты уходишь, Питер, — расстроился его начальник. — У тебя потрясающие перспективы! Неужели уходишь к конкурентам? И как мистер Старк допустил это?       Он ещё много что говорил, пока подписывал все нужные бумаги. Питер почти не слушал и был горячо благодарен Тони за то, что тот тоже не был заинтересован в огласке. Сочувственных взглядов он точно сейчас бы не вынес.       — Осталось подписать рекомендации. Мистер Старк сейчас у себя, можешь к нему подняться, он предупреждал, что ты придёшь, — ему в руки сунули лист бумаги, и Питер понял, что сейчас увидит Тони в последний, возможно, раз.       В его кабинете стоял стойкий коньячный дух. Судя по помятой рубашке, отсутствию галстука и взъерошенной шевелюре, Тони провел тут всю ночь, периодически прикладываясь к бутылке. Но на Питера он взглянул совершенно трезвыми глазами, молча подмахнув бумажки и шлепнув личную печать. За пару секунд.       Больше причин находиться тут не было, и Пит было повернулся на выход, но уже взявшись за дверную ручку, его внезапно догнало злостью. Он, конечно, не подарок, внешность самая обычная, сирота, денег нет, опыта ещё меньше, но не урод же. Не инвалид. Мозги, вроде, неплохо работают, Тони сам говорил. Что же настолько оттолкнуло в нем единственного человека в мире, который, по идее, должен принимать его полностью?!       — Почему? — вырвалось. «Почему ты так легко от меня отказался?!», — хотелось крикнуть ему, но получилось только первое слово.       — Я не знаю, — устало раздалось за спиной. — Ты мне скажи, Питер, почему ты бежишь от меня, как чёрт от ладана.       Резко развернувшись, Питер рванул обратно, вглядываясь в лицо сидящего мужчины. Хотелось поколотить его, желательно чем-то тяжёлым       — Может быть потому что я тебе не нужен? Потому что «по закону ты имеешь право отказаться»? Потому что ты, когда узнал, даже не сказал мне об этом, спокойно наблюдая за тем, как я ищу тебя?       — Меня? — Тони тоже поднялся, и теперь они замерли друг напротив друга. — Меня или своего Истинного? Кого ты все это время хотел, Питер? Кого искал? Вспомни, о чем ты постоянно говорил, когда твои друзья начали встречаться? Что хочешь только таких отношений. Ищешь именно такого, своего Истинного.       — Тони, но ты он и есть! В том и дело, что я искал тебя, даже не зная, что это ты!       — Вот именно, — горько усмехнулся тот. — Я попробую объяснить, Пит. Я рассказывал тебе о своей девушке, помнишь? Истинным которой оказался мой лучший друг. Мы любили друг друга. Готовились к свадьбе, когда она узнала. Совершенно случайно! И словно сошла с ума — с одной стороны был я и наши отношения, с другой — Хэппи, которого, по каким-то непонятным причинам мироздание определило ей в спутники. Ее выбор был очевидным. Она, как и ты, — мечтала о сказке. Наше расставание было тяжёлым для обоих, но она верила, что поступает правильно! Ведь это же ее Истинный! И знаешь что? Они не смогли жить вместе. Пеппер воспитывает от него дочку — Морган. Но живут они в разных домах, их союз не стоил ничего, несмотря на истинность. Я поклялся, что никогда больше не буду верить в какие-то там реакции крови и больше порога не переступлю всяких лабораторий. Потому что чем, чем, Питер, скажи мне, умоляю, отличаются Истинные пары от обычных счастливых пар, кроме как блядским свечением крови?!       Питер никогда не видел Тони таким. Эмоциональным, злым, несчастным, больным… Все вместе. Он замер, широко распахнув глаза, боясь пошевелиться, чтобы не сбить этот поток откровения.       — Чувства не меняются, Пит. Ты либо любишь, либо нет. Истинности никак не влияет на чувства. Кровь только показывает, что это он, но чувства… Чувства рождаются в человеке, ты никогда не задумывался об этом? Ты можешь любить человека и быть с ним счастливым и похуй на всю эту херню с предназначением. Эволюция права. Мы слишком сильно зацикливаемся на поиске, вместо того, чтобы быть счастливыми. Просто счастливыми. И когда люди начнут больше доверять себе, а не волшебному свечению, — Истинные пропадут. Мы будем абсолютно свободны в своем выборе.       Тони мягко шагнул вперёд, обхватывая ошеломлённого Питера за предплечья.       — Когда ты появился в моей жизни, я был так счастлив. Мне было плевать на всё и всех, я хотел, очень, чтобы ты оставался рядом со мной. В любом качестве, в каком захочешь. Как друг, ученик, напарник. Я видел, что как альфа совсем не привлекаю тебя, но мне было плевать! Достаточно того, что ты крутишься где-то рядом. Со временем, я даже смог смириться с тем, что однажды ты уйдешь к своему воображаемому идеальному Истинному, о котором ты так мечтал. И что? Оказалось, что это я. Совсем не весело, правда, когда реальность оказывается совсем не такой, как хотелось бы? И вместо молодого, красивого, беззаботного и позитивного паренька ты получил мужика вдвое тебя старше, с грузом проблем, бессонницей и извечным трудоголизмом? Скажи мне честно, Пит, ведь если бы ты не узнал о том, кем мы друг другу приходимся, ты бы не ушёл, правда? У тебя сейчас не возникло бы дилеммы — как полюбить этого странного мужика, раз уж так распорядилась чертова судьба? А я не смогу так, Пит. Не смогу смотреть, как ты пытаешься изо дня в день, пока тебе тоже надоест. Пока ты тоже не поймёшь, что свечение крови — иногда одно сплошное наебалово. Лучше уж было не начинать.       Питер осторожно высвободился из хватки горячих рук и отступил на шаг. Потом ещё на один. Потом в ноги ему ткнулся диван и он сел, понимая, что вот сейчас точно, наверное, потеряет сознание. Такие-то эмоциональные горки! Как он вообще ещё на ногах-то стоит. В руке все ещё были зажаты листы с рекомендациями, которые он и порвал, глядя прямо в глаза растерянного Старка.       — Знаешь что, Тони? Иди к чёрту. Я не собираюсь тебе сейчас доказывать, что влюбился в тебя, возможно, ещё до нашей встречи. Мне плевать, что ты можешь не поверить — с твоими-то тараканами в голове! Мне искренне жаль, что в твоей жизни случилось столько дерьма. Но, блять, Тони!!! Ты, чёрт тебя возьми, действительно старше! Ты не мог не понимать, что это все касается нас двоих. Двоих, понимаешь? Ты планомерно пытался сломать жизнь не только себе, но и мне. Просто потому что решил, что так лучше, не спросив меня — чего же хочу я! Что чувствую и чувствую ли вообще. Не попытался пригласить меня даже на грёбаное свидание!       — Я пригласил тебя в свою мастерскую, — Тони выглядел убитым, совершенно раздавленным. — И ты ни разу даже не задержал на мне взгляд…       — Потому что я и во сне не мог предположить, что способен заинтересовать такого альфу, как ты! Самого потрясающего альфу в этом городе, в стране, а, возможно, в мире. У тебя были разные омеги — намного круче меня. Что я мог предложить? Я даже не пытался. Думал, что если встречу Истинного, возможно, смогу забыть тебя, но в последнее время — уже даже не надеялся. И перестал ходить на тесты в твоей компании. Это я готов был остаться с тобой в любом качестве, в котором буду устраивать. Это мне было невозможно хотя бы намекнуть, чтобы не похерить твое уважение и наши отношения…       — Ты самый прекрасный омега на свете, Пит — перебил Тони. — В день, когда мы познакомились, я совершенно искренне принял тебя за ангела и считаю так до сих пор. Боже… Какой я идиот…       Они снова зашли в тупик. Несмотря на то, что, кажется, сказка, о которой он так мечтал, все же замаячила на горизонте, Питер не мог преодолеть злость и возмущение. Теперь он понимал мотивы Тони и причину его поступков, но не мог перестать злиться на него. Оставив изорванные рекомендации на диване, он встал и направился к двери, не глядя на Старка.       — Куда ты? — встрепенулся тот, делая два широких шага, преграждая путь. — Питер, неужели ты думаешь, что я смогу теперь тебя вот так просто отпустить, после всего услышанного?       — Сможешь. Я все ещё очень злюсь, поэтому в ближайшие пару дней нам лучше не встречаться. В пятницу у Нэда и Мишель свадьба, приходи, если хочешь.

***

За последующие два дня Тони решил вывалить на Питера весь запас ухаживаний, скопившихся за прошлые месяцы. Курьеры доставили в его квартиру, кажется, все знакомые ему виды цветов и ещё десяток незнакомых, превратив ее в оранжерею. Отдельным потоком шли сладости и мягкие игрушки всех мастей, которые он терпеть не мог. Лучшим подарком было бы опробовать прототип ускорителя в мастерской Тони, а ещё довести до ума собственный прототип трансформатора, который Питер почти закончил.       Он страшно, отчаянно скучал.        Питер не понимал, как мог решиться оставить Тони, если даже два дня без него казались сущим адом. Вероятно, не только для него. Самую большую корзину цветов он нашел у себя под дверью утром второго дня с лаконичной запиской «Прости», знакомым летящим почерком. Тони приходил сам, хотя, уважая просьбу, так и не позвонил. Питер тоже несколько раз порывался подняться в пентхаус, но после одёргивал себя, напоминая, что эти два дня нужны были не только для того, чтобы остыть, но и чтобы окончательно убедиться — без Тони он не сможет. Никак.       Отвлекая себя, он перетащил все цветы на балкон, сунул мягкие игрушки в пластиковый мешок, намереваясь передать на благотворительность, сделал генеральную уборку и полил фикус. Тот самый, который с такой головокружительной скоростью определил его судьбу. Питер все же купил ему новый горшок, исправно поливая. Цветок оклемался, подрос и зазеленел в два раза сильнее.       — Кто бы мог подумать, да? — шепнул он ему. Фикус промолчал, но видно было, что с Питером согласен полностью.       Утром пятницы он нервничал куда больше, чем, вероятно, жених и невеста. Столкнувшись с Тони в вестибюле, Питер даже замер, в очередной раз поражаясь его красоте и тому, как идут ему костюмы. В этот раз образ с бабочкой буквально выбивал почву из-под ног.       — Уже пятница. Ты просил не тревожить тебя до пятницы, но не запрещал подвезти на торжество, — Тони нервничал, это было заметно по тому, как он теребил свои драгоценные запонки.       — А ещё ты не знаешь, где будет проходить официальная часть, — усмехнулся Питер. — Поэтому придётся тебя проводить.       — Было бы мило с твой стороны.       Едва оказавшись в обществе Тони, Питер понял, что зря нервничал. В их отношениях не изменилось ничего, было все так же легко и просто вместе даже молчать. Они понимали друг друга с полувзгляда, подхватывая мысль и разделяя настроение. Была ли то просто сила любви или все же примочки Истинности — Питеру было плевать. Ему было все равно, как относится к их статусу сам Старк. Он был готов никого не посвящать в суть их отношений никогда, заключив с ним самый обычный союз. Похрен. Лишь бы вместе. Поэтому страшно изумился, когда прямо посреди вечера Тони вынул из кармана маленький одноразовый ритуальный нож в стерильном пакетике.       — Пит,— шепнул он, останавливаясь прямо посреди танца. — Я откровенно облажался в начале, ты позволишь мне исправить свою ошибку и наконец-то сделать в жизни хоть что-то по уму? Я не спросил тебя сразу, позволь узнать сейчас — ты хочешь быть со мной как с обычным альфой, как с Истинным, как с другом, как просто с мужчиной, который тебя любит? Не обещаю, что со мной будет легко, скорее, обещаю, что будет наоборот, но я искренне постараюсь, чтобы ты ни на минуту всерьез не пожалел о своем выборе. Ты дашь мне свою руку на виду у всех?       Пока он говорил, гости вокруг начали обращать внимание на замершую пару, образовывая вокруг кольцо из зрителей. Потрясающе красивая в свадебном платье Мишель прижала ко рту ладонь, Нэд, кажется, смахнул слезу, а фотографы расчехлили камеры, понимая, что запахло самой большой сенсацией десятилетия, и качественные фото и видео такого события будут стоить целое состояние.       Питер протянул ладонь Тони. Тот надорвал упаковку, достал нож и провел лезвием сначала по своей ладони, а после — сразу по ладони Питера, соединив после их порезы, переплетая пальцы, позволяя крови смешиваться и ярко светиться голубым, даже на фоне пёстрой светомузыки.       — Кровь к крови, — прошептал Питер, слова которого потонули в бурных овациях и поздравлениях.       — Душа к душе, — так же тихо отозвался Тони и, резко притянув его к себе, впервые поцеловал, мягко, но настойчиво, не обращая ни малейшего внимания на вспышки фотокамер.

***

      Питер никогда даже представить себе не мог, что его первый раз будет не с кем-то… а с самим Тони Старком. Мишель говорила, что скучать с таким альфой в постели точно не придется, но она даже не представляла насколько пылким, нежным и страстным окажется жених Питера, когда наконец-то перестанет обращаться с ним, как с дорогой и хрупкой китайской вазой.       — Если ты сейчас же не войдёшь в меня, я точно тебя стукну, — терпение Питера было на волоске после бесконечной, казалось, прелюдии, когда его тело было зацеловано с ног до головы, смазка, выступившая между ягодиц, давно пропитала простыню, а Тони все медлил, растягивая его медленнее, чем это вообще можно было вынести. Он кончил уже дважды, поражаясь выдержке своего будущего мужа, член которого был настолько тверд, что это должно было быть уже больно.       — Я не против, малыш, — шепнул тот ему прямо в губы, — раз уж в нашу первую встречу ты стукнул меня, то и в наш первый раз можно не прерывать традицию.       — Ты знал! — ахнул Питер от удивления и ощущения горячего крупного члена, плавно скользнувшего в него, распирающего под себя. Больно не было, было горячо, влажно, чувственно, на грани следующего оргазма охренительно.       — Конечно, — рыкнул Тони и перехватил его бедра поудобнее, приноравливаясь. Он снова медлил, лишь легко и плавно покачиваясь, давая привыкнуть к себе.       — К-к-а-а-а-меры? — сорвался в громкий стон Питер.       — Они самые, — Тони тоже сорвался на череду быстрых коротких толчков, перехватывая руки Питера и фиксируя их у него над головой.       С видимым удовлетворением он быстро мазнул его по губам и отстранился, набирая уверенный, быстрый темп.       — Кричи, золотце, — проурчал, глядя на извивающегося на его члене Питера. — Хочу тебя слышать. Всегда слышать и чем громче — тем лучше.       — С-о-о-о! С-собственник! А-а! Ещё! Я почти!       — Ещё какой, — Тони ласково пережал член Питера у основания, оттягивая оргазм. — Ты даже не представляешь, с кем связался.       Питер действительно мог только догадываться. Что через каких-то три месяца его лучший в мире жених превратится в лучшего в мире мужа. А через год — лучшего в мире отца маленькой девочки. А потом ещё двух мальчиков. Что это не помешает ему доучиться и действительно превратиться в хорошего инженера, очень похожего на его кумира. Что они проживут с Тони очень долгую и счастливую жизнь, полную самых разных, но большей частью — радостных событий.       Питер действительно ещё об этом не знал. Но то, что он знал точно — он все равно выбрал бы Тони Старка невзирая на то, были они Истинными или нет. Это вообще не имеет никакого значения. Просто свечение крови. Просто метка, по нелепой случайности доставшаяся именно им.       Просто божий промысел, столкнувший цветочный горшок Тони на голову. Просто пожар в мастерской, который привел его к подъезду в нужное время.        Просто…       Просто потому, что, возможно, высшие силы иногда знают всё-таки больше нас?       Кровь к крови.       А душа — к душе.