Unbearable fairy

Блять… Очередной абзац исчезает после нажатия кнопки «delete». Парень достаёт из маленького холодильника очередную банку самого дешёвого энергетика из магазинчика на первом этаже. Дерьмо. Это уже… шестая — Хм? Возможно больше — банка за пару часов. Хан снова не спал всю ночь, крючась над проектом для универа. Хан Джисон — студент первого курса Пекинского университета на факультете журналистики. Поступить ему удалось лишь с помощью своего трудоголизма и повернувшейся к нему лицом удачи. Даже говорить о том, какими трудами досталось место в таком хорошем университете не стоит. Хан определённо был очень старательным парнем. Даже сейчас: суббота, 8 утра, от пар его освободили как раз из-за проекта, а Хан уже собирается с силами пойти и приготовить завтрак. Серые будни студенческой жизни Хана ярко отличались от рутины его сокурсников. «Сраные сукины дети» — вновь вспоминая о беспечности и безалаберности этих мажоров, пробормотал парень. Джисон всегда задумывался о том, насколько много позволяет тебе простое рождение в богатой семье. Ему даже спустя столько лет усердной учёбы приходится головы не поднимать от бесконечного круга между работой и учёбой. Не дай боже он сделает шаг не в ту сторону. Отчислят? Сразу же возвращение на родину и поступление в любимый отцом-хирургом мед. Такой был уговор. Тяжело вздохнув, парень устало поднялся из-за стола. Как некстати. Пока рамен разваривался, а яичница подгорала, Хан чистил зубы, приводя себя в сознание хотя бы на какой-то процент. Пиликнул старенький айфон, подаренный на день рождения несколько лет назад. Чёрт, если это снова Чонхи и его просьба сделать дз— — 喂喂? А, мам, привет — Хан тут же перестроился на корейский. — Сынок! Я не разбудила? — обеспокоенный голос мамы, как всегда полный любви и нежности, послышался в телефоне. — Не-ет, всё в порядке, — улыбнулся Хан, тут же раскрывая глаза: «Блять, яичница!» — Я как раз сохранял проект. — Милый, ты снова не спал всю ночь? Ох, Хан-и, нельзя же так над собой издеваться! Мы с папой хотели тебе устроить сюрприз! — отец хихикнул на заднем плане. — Да? — притворно удивился Хан. «Блять, если это не дробовик, чтобы застрелиться, ничего хорошего в этом нет!» — мысли Хана говорили за него. Яичница и вправду подгорела. Как и задница Хана. — И что же это за пода-арок? — он был чудесным актёром. Не расскажет же он любимой маме о том, что встал хуй пойми когда... Осознание.... ЗАБЫВ О СВОЁМ ЕДИНСТВЕННОМ, СУКА, ВЫХОДНОМ?! Утро началось с хуйни с самого начала. Джисон зло отодвинул сковородку и сжал челюсти, выключая печку. — Хан-и, мы через два часа будем в Пекине! — радостно протянула мама. — Милый, ты уже купил торт на день рождения? — Правда что-ли? О боже, я так счастлив! — ЧТО, БЛЯТЬ? СУКААААААА, ЗАВТРА МОЙ ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ — тортик собирался купить завтра, сходите со мной в кафе покушать? — Какой же хуёвый день всё-таки. — Хорошо, Хан-и! Я хоте- — мама оборвалась. — Ага, да… Хорошо. Прости, Хан-и, мы уже вот-вот вылетаем, регистрацию проходили. Я побежала помогать отцу, скоро увидимся! — мама снова радостно улыбнулась, что почувствовал её сын даже через экран. Ёбаный день. Конченая жизнь. — Хан растроенно кинул сгоревшую яичницу в мусорку, обречённо падая на кровать и матеря всё вокруг. Как же он сейчас хотел помереть, испариться, исчезнуть, провалиться под землю. Ну хоть что-то! Убираясь в комнате, он шустро раскидывал вещи по своим местам, сгребая все банки от энергетиков в кучу. Выкинув мусор, он пошёл в магазин, оставив там остатки аванса. Всё-таки, лишний повод для беспокойства родителям давать нельзя, особенно маме, надо хотя бы сделать вид, что Джи живёт здорово. Приготовив что-то на скорую руку, Хан проветрил однокомнатную квартиру-студию, убирая последние следы его нездорового образа жизни и глядя на часы. Уже пора выезжать…

***

— Сынок! — побежала к нему навстречу мама. — Привет, мам! — мягко улыбнулся Хан, обнимая женщину. — Как Китай? Лучше стал шпрехать? — отец шутливо подтолкнул его в бок. — 哈哈，爸爸你不是非常有趣。 - Хан закатил глаза, посмеиваясь. — Ты меня послал? — отец недоумевающе посмотрел на сына. — Конечно. Поехали уже домой, или вечно тут будем тусить? — Джисон улыбнулся. Всё-таки его время от времени вредные до чёртиков предки были очень и очень хорошими. Хан их обожал и любил всем сердцем.

***

— Квартирка ничего такая, молодец, что нашёл! — мама посмотрелась в зеркало, оглянув квартиру быстрым взглядом. — Согласен, — отец уже открыл холодильник, распаковывая крабовые палочки. — Опять ты жрёшь! — мама стукнула его по голове, заставляя замереть. — Ты в гости приехал или пожрать? — А вы со временем не меняетесь, — хихикнул Хан, потирая руку. — Айщ. — Ты чего? — мама оторвалась от нравоучений отцу и посмотрела на потирающего пальцами ладонь Хана. — Да последнее время ладони пощипывают постоянно. Раздражает, — Хан подставил руки под струю холодной воды. — Так не пойдёт, милый! — мама заботливо обхватила руки сына, всматриваясь в покрасневшую кожу. — Да они горят! Сейчас же иди в больницу! — мама обеспокоенно посмотрела на сына. — Мам, но- — Никаких но, ты ещё даже не переоделся, шуруй бегом, — она подтолкнул парня, выталкивая к выходу. — Тебя ж если в шею не гнать, ты не пойдёшь. Я приготовлю покушать, а ты быстренько сходишь и всё. Так хотя бы знать будем что с тобой. — Ладно, — Хан забрал документы, передал запасной ключ и оказался окончательно выдворен из своей квартиры.

***

Дождь, особенно какой он бывает в Пекине, — необычайно красивое явление. Когда он начинается, по улицам чувствуется запах земли и мокрого асфальта из-за разлитых по всему городу луж. В момент, когда капли прохладной воды начинают моросить, покрывая землю влагой, городская жизнь резко задерживается, несмотря на то, что Пекин — весьма крупная и беспрерывно шумная столица Китая. Всё вокруг становится молчаливее и спокойнее. Тишину нарушают бегущие по своим делам люди, прячущиеся под разноцветными зонтами. Где-то пёстрыми, а где-то спокойными. Машины, проезжающие мимо едва ли издавали звуки — переход всей страны на электрокары даёт о себе знать. Постепенно полюбившийся Хану дождь усиливается. Нужно спрятаться поскорее, чтобы не подхватить простуду. Иммунитет у Джисона до ужаса слабый, а болеть, тем более ехать по нелюбимым врачам, у него времени нет. Врачей Джисон не любил с самого детства по неизвестным никому причинам. Если только эти «никто» не его родители, которые по сей день не понимают, почему их сын предпочитает лечится самостоятельно по советам бабушек-соседок. Но Хан не был бы Ханом, если бы сейчас упрямо не шагал под дождем, игнорируя корзинки с зонтиками, расположенные почти у каждого магазинчика. Ему в кайф мокнуть, во как лыбится, явно довольный такой погодой. Ступать на порог городской больницы он явно не горел желанием, но приходится, не зря ведь шел. Благо шел-то и не долго, в хорошем ведь районе живет, до всего как рукой подать. Парень оглядывается на регистратуру с улыбающейся за ней девушкой, которая смотрит в упор на бедного Хана. Подходить страшно, а вдруг съест. — С чем могу помочь? — так и давит улыбку. — Вы по записи пришли? — Нет, я… Мне надо к врачу. На осмотр. Да, на осмотр, — никакой коммуникации, интроверт ты несчастный. — Хотите к определенному врачу? — Да вообще к любому, мне не принципиально, — хмыкает Джисон. — Хотите попасть на прием ко врачу мужчине или женщине? — а девушка все не унимается, чтоб ее. — Да без разницы, — у Хана максимально невозмутимое лицо, хотя мысленно он пристрелил эту девчонку раз десять. — Тогда я посоветую вам пойти к Господину Линь. — Девушка, просто скажите уже как мне пройти хоть к кому-нибудь, будьте добры. — Последний вопрос! Как вас зо- — Яньлинь, — девушку окликает женщина преклонных лет, хмурясь и складывая руки на груди. — Ты работать пришла, а не знакомства заводить. Пошли, парень, доведу тебя наконец до врача, — она хватает Джисона под руку и идет в по коридору. — Кошмар ходячий, а не девчонка… Понабрали тут студентов, — цокает женщина, кажется позабыв, что ее еще и Хан слышит. Джисон же выдыхает с облегчением, наконец избавившись от надоедливой девушки за стойкой регистратуры, которая так тщетно пыталась подольше удержать Джисона возле себя. И глазом он моргнуть не успел, как уже оказался в кабинете у терапевта. Тот спокойно заполняет бумажки, напевая отрывок из песни Ники Минаж «starships» — Let’s go to the beach-each, let’s go get away… Джисон еле сдержался, чтобы не продолжить. Вместо этого он сдержано кашлянул в кулак, отчего врач вздрогнул и тут же замолк. — Напугал, чуть коньки не отбросил, — выдыхает спокойно мужчина, сжимая ткань белоснежного халата в районе груди. — Тебе чего, парень? — Да у меня тут ладони горят уже который день, — мямлит Хан, подходя ближе к терапевту и читая имя на бейджике. Тот самый Господин Линь. — И еще покалывают. Сильно. Очень сильно. - кивает он сам себе для уверенности. Мужчина хмыкает и берет руки Джисона в свои, вертя ими всеми возможными способами. — Вперед на осмотр. Прозвучало как гром среди ясного неба.

***

Джисон сидел на жопе ровно, дожидаясь Господина Линь, пока тот ходил за результатами всех осмотров. Заходит он в кабинет с планшеткой, к которой прикреплены добрых листов пять точно. Джисон еле как сглатывает вязкую слюну. — Ну что ж, случай необычный, — начинает Линь, исподлобья осматривая сжавшегося Хана. Он неспешно подходит к своему столу, тянется к телефону и звонит кому-то, смотря на Джисона так, будто собирается сказать ему, что он умирает. — Феликс, дорогой, зайди ко мне. Втф, какой Феликс? Кот с рекламы что ли? Оказывается, вовсе не кот. В кабинет заходит симпатичный парень с хаотично разбросанными веснушками по всему лицу и выжженными светлыми волосами. Выглядит мило, как лучик солнышка. — Здравствуйте, — а лучик солнышка имеет вовсе и не солнечный голосок. У Джисона непроизвольно открылся рот. Он что, восьмидесятилетнего деда сожрал? — Этот парень, — Господин Линь делает долгую паузу. — Вообщем из твоей лиги. Поговори с ним, объясни что к чему, — коротко бросает терапевт и покидает кабинет. — Удачи, Ли. Феликс кивает уходящему мужчине и поворачивается к Хану с невинной улыбкой. — Ну что ж, начнем…

***

— Какие к хуям феи?! У Феликса ни одна мышца на лице не дрогнула, сидит весь невозмутимый. — Не феи, а маги! - парень прикрывает лицо руками и проводит вниз, оттягивая кожу. — Да какая в жопу разница?! — Хан хватается за голову, сжимая волосы в кулаках. — Да ты приколист. Блогер. Где скрытая камера? Скажи, я хоть помашу! — Джисон подрывается с места и осматривает сначала кабинет, а потом припадает к самому блондину. — Да угомонись ты, никакой я не блогер! — Ли хмурится, и без того басистый голос понижает, казалось, совсем пробивая дно. — Послушай, я знаю, что звучит бредово, но это правда. Хочешь докажу? — Было бы славно! Феликс кивает и щелкает пальцами, когда между ними образовывается небольшой огонек голубого оттенка. Феликс нежно подхватывает его, словно это и не огонь вовсе. Затем он сжимает руку в кулак на пару секунд, прежде чем раскрыть ладонь и продемонстрировать ахуевшему от жизни Джисону пробивавшийся через слои кожи маленький зеленый росточек, который с каждой секундой вырастает и превращается в маленькую ромашку с ровными белоснежными лепестками и ярко-желтой сердцевинкой. — Не может быть… — Джисон моргает пару раз, а затем протирает глаза до покраснения, пока Феликс не берет одну из его рук, касаясь разгоряченной ладони кончиками пальцев и теперь в ладошке Хана пробивается такой же росточек. — Твою мать, убери! — вопит тот, тряся ладонью. — Да не дергайся, ссыкло! — Феликс пытается намертво зафиксировать чужую ладонь в своей хватке и околдовать обратно растущий цветочек. Спустя немало времени Феликсу все-таки удается убедить Хана в обратном, в том, что магия существует, но только не в этом измерении. Он долго объясняет Джисону все тонкости устройства матрицы, рассказывает про вселенную и прочее, во что Джисон все равно не вслушивается. Свою участь он принял, только вот как отреагируют родители? Неизвестно. — Ладно. Я тебе поверил, — Хан глубоко вздохнул. — Чудесно. Я не имею права тебя отпустить, пока ты не согласишься пройти обучение в академии. Давай по-хорошему, пожалуйста, — Феликс с надеждой заглянул в его глаза — если хочешь, я дам тебе время. Но не более суток. — Блять, подожди. То есть… — Хан схватился за голову, судорожно пытаясь прийти в себя. — то есть всё, что я сделал для поступления в этот чёртов вуз просто канет в лету? Нет, Феликс. Поступление стоило мне слишком дорого. Я убил на это четыре года своей школьной жизни и год уже в университете, чтобы тут продержаться! Ты, блять, хоть знаешь сколького мне это стоило? Сука, да я не жил спокойно. Я всё поставил на кон, я один остался! — Джисон, кажется, совсем впадал в безумство. — Хей-хей, успокойся, — парень подбадривающие похлопал его по плечу. — Слушай… Если я договорюсь и тебе достанут диплом об окончании этого вуза? Ты поедешь? — Феликс нежно улыбался, что заставляло Джи расслабляться. — Да? Наверное да… — Хан хотел протереть лицо руками, но тут же убрал их от лица. — Блять, ладони раскалились. Опять. — А, секунду, — Феликс провёл по его ладони, оставляя небольшую ледяную крошку на руках. — не особо поможет, но ненадолго охладит. — Спасибо, — Хан всё ещё не понимал. — Сука, может я просто обкурился? Какого хера вообще происходит? Блять, я со всей этой темой в край заработался. Феликс, скажи, я сплю? — Нет, — расхохотался парень. — Так. Ладно я, сделаю вид, что принимаю все и понимаю. Но родители? Они только прилетели, а завтра мой день рождения. Феликс, я не могу так легко съебаться. — Без проблем, у тебя есть ещё сутки. — Может просто не говорить им? — Хан задумался, смотря в пол. — Ну не знаю… Наверное, это имеет место быть, но разве… Айщ, ладно, — Феликс махнул рукой. — Я скажу им когда уже хоть немного проучусь, — решительно кивнул Хан.

***

— Я дома! — Хан кинул куртку на вешалку и пошёл в комнату. — О, Хан-и, ты вернулся! — мама что-то готовила, запах стоял чудесный. — Ага. Прошёл осмотр, со мной всё хорошо, сказали, что такое бывает, — умело заливал Джисон. — Мазь вот прописали… короче всё нормально, не волнуйся. — Хорошо. Иди кушать, — мама нежно улыбнулась, накладывая порцию. — Ма, у нас завтра вечером отъезд на практику с универа. Вы меня простите, если я поеду? — Хан уселся за стол, ковыряя ранку на предплечии. — Да, хорошо… У нас обратный самолёт через два дня, но если надо… — женщина явно погрустнела, заставляя ком в горле Джисона образоваться с бешенной скоростью. — Простите пожалуйста, я не знал, что так выйдет… — Хан грустно посмотрел в пол. — Всё в порядке, милый! Давай лучше радоваться тому, что пробудем день вместе! — госпожа Хан улыбнулась, но парень знал, что она грустит. Знал, что мама — восхитительная актриса. — Хорошо! — несмотря на это принял эстафету притворства парень.

***

День рождения — любимый праздник Хана. В его детстве. Он не видел смысла в этом празднике, потому что последние несколько лет подряд все средства семьи уходили на его поступление. Вот и сегодня Джисон не хотел подниматься. Он хотел отметить просто отсыпаясь в кровати. — Хан-и, милый, вставай, — послышался нежный голос матери. — С днём рождения тебя! — она начала напевать песенку, подходя ближе с тортом в руках. — Ты уже совсем взрослым стал, вставай, — и отец говорил непривычно нежно. — Я… Доброе утро, — едва осознавая что происходит поднялся Хан. — Задувай свечи, — кивнул на торт отец. Хан задумался, решая что бы загадать… Шух! И свечи в форме циферок задуты. Джисон улыбнулся, протерев глаза. И только сейчас он заметил коробочку в руках отца. Она была прямоугольной формы… Хан нахмурился и вновь протёр глаза, озадаченно смотря на подарок. — Это… — С днём рождения, сынок, — мама обняла парня, снова улыбаясь. — С днём рождения, — повторил отец. Хан удивлённо посмотрел на родителей, но аккуратно взял коробочку, бережно распаковывая её. Глаза парня резко округлились, когда он увидел коробку от телефона. — Вы шутите? — ошарашенно замер парень. — Нет, милый, — рассмеялась женщина. — Ты это заслужил, Хан-и. Джисон продолжил распаковывать телефон, открывая белую коробочку с новеньким телефоном. — Обалдеть… — Хан достал смартфон и бережно убрал лишние плёнки, включая его. Шок Хана невозможно представить — он уже слишком привык к тому, что денег в семье нет и надо экономить почти на каждом вздохе, а тут… Новенький айфон, так ещё и не простой, а в полной комплектации… — Я… Вы… — он не мог найти слов, смотря то на родителей, то на телефон. Хан молча бросился к ним в объятия, крепко обхватывая их руками. — Спасибо… И этого одного спасибо было достаточно, чтобы передать всю благодарность и радость Хана. Семья Хан крепко обнялась, радостно улыбаясь. Джисон поцеловал маму в щёку, обнял отца и принялся дальше изучать новый гаджет. Чувства и эмоции Джи передавал через прикосновения и жесты. Он не любил простых разговоров — слова путались, не давая собраться. А так он и без слов передавал всё, что думает.

***

День на удивление прошёл восхитительно. Хан не мог вспомнить ни одного дня рождения, который был бы таким чудесным, как этот. Уже привыкший отмечать День рождения в компании бенто-тортика и родителей, Хан не привык ходить в рестораны, кафе и что-то подобное. Не привык получать дорогие подарки, не привык пышно праздновать, не привык ждать дня рождения и получать от него хоть какую-то радость. — Хан-и, когда у тебя выезд? — мама по-доброму улыбнулась, похлопав парня по спине, пока тот сидел и изучал вместе с отцом новый телефон. — Чёрт! — Джисон забыл вставить симку. Блять. Как он мог так затупить? Хан судорожно впихнул симку, едва не сгорая от стыда. На экране тут же высветилась информация о пропущенных от Ликса. — Хан, твою же мать, — выругался парень, подняв трубку. — Боже, Феликс, прости, — Джисон стукнул себя по лбу. — Я с родителями тусил, совсем забыл. — Понял. Собирайся, я зайду к тебе через час. Собери всё самое необходимое, максимально — чемодан и рюкзак, — голос Феликса звучал непривычно серьёзно, заставляя Хана замереть и едва ли не встать по стойке «смирно». И как этот паренёк умудрялся с такой силой воздействовать на людей одним только голосом. — Принято, я пошёл собираться, — положил трубку парень, шумно выдыхая. — Ну что? — отец обеспокоенно осмотрел сына, идущего к шкафу. — Успел, до отправления время есть. Ликс зайдёт за мной через час, — повернулся к нему Хан, открывая шкаф. — Хорошо… Сынок, ты же скоро вернёшься? — мама обеспокоенно подошла к Хану и заглянула в его шкаф, вставая на носочки, чтобы увидеть хоть что-то из-за спины сына. — Ой, какой тут у тебя бардак! — Ма-а, ну сейчас не до этого, — Хан достал чемодан и стал скидывать в него самую любимую одежду, которую он носил на постоянной основе. — Ладно — женщина села на диван, — может тебе помочь с чем-то ещё? Рюкзак собрать? — Не, я сам всё. Вы кстати куда собираетесь завтра? — Хан продолжил скидывать вещи, пока чемодан не наполнился. В светлую головушку парня пришла идея сложить вещи, чем он и занялся, складывая всё в аккуратные стопки. — Я хотела походить по достопримечательностям в Китае, — мадам Хан тут же открыла телефон в поиске какого-то фото. — Сейчас, у меня была фотка, может ты знаешь… — А я слышал, что в Пекине есть крутая смотровая площадка, — отец тоже улыбнулся. — Ой, на самом деле тут очень много красивых мест. Помимо всего ещё много красивых улиц… — Хан подошёл к матери, осматривая фото. — Хм… А, это выставочный зал. Сейчас скину ссылку в картах, там можно будет сразу маршрут построить. — Спасибо! А ещё что-то посоветуешь? — Я сразу поскидываю координаты, — Хан задумчиво осматривал телефон, пытаясь хоть что-то понять. Чёртовы айфоны, разве обязательно быть такими навороченными? — Собирайся давай, по дороге скинешь, — мама отогнала его обратно к шкафу и чемодану.

***

— Всё, с Богом, хорошей дороги, — миссис Хан похлопала сына по плечу и поцеловала в щёку, погладив по голове. — Пока-пока! — по-ребячески улыбнулся парень, приобняв маму. — Пока, Хан-и, — Отец пожал ему руку и приобнял, похлопав по спине. — Скоро увидимся, да? — Надеюсь, что не завалят работой! — нервно посмеялся парень, почесав затылок. Он взглянул на часы — уже пора уходить. Наверняка Феликс уже ждёт. — пока-пока, уже пора бежать. Вновь помахав, он захватил запасные ключи и вышел из квартиры. На сердце тут же стало тяжело — всего парня окутал страх неизвестности. Несмотря на то, что долгие годы он грезил темой всей этой паранормальщины, а теперь писал по ней проект, он никогда не думал, что всё это окажется реальностью. А теперь… Он сам оказался человеком, которо… Погодите, а точно человеком? Разве он всё ещё считается человеком?..