туфли на набережной Дуная

Тьма. Сырость. Холод. Где то правее в грудной клетке что то больно покалывает. Хоть боль на самом деле сильная, но на фоне других неприятных факторов это — самая меньшая. Все чувства, ощущения, эмоции, они смешались в огромный ком. Трудно было что либо различить. Словно сотни тоненьких ниточек пронизывают твое тело доставляя дискомфорт. Все эти ниточки скатываются в огромный клубок ненависти. Ненависти ко всему, к тому страшному человеку в приказном тоне что то говорящего тебе, но ты ведь не понимаешь этот злостный, повелительный язык. За это ты получаешь все новые и новые удары ногами. Ненависть к тому человеку который стоит по середине всей этой тюрьмы, пытающегося подбодрить всех, говорит что все будет хорошо и что все смогут выбраться. Спустя пару минут подбадривания, снова приходит какой то человек в военной форме, избивая оптимиста до потери сознания. Ненависть к тому вечно орущему ребенку в углу комнаты. Он все время плачет, а мать пытается всеми силами его успокоить. Но ведь ребенок не виноват. Никто тут из заключённых не виноват. Все раньше были обычными, свободолюбивыми людьми. Но что то пошло не так. Выстрелы, взрывы, крики жертв. Все они обречены на верную смерть. *** Парни сидели вместе в обнимку. Никто на них уже не обращал внимание, хотя раньше за это бы и повесить могли." Не гоже двум парням любить друг друга! Это ведь против природы! ". И ведь на самом деле это так, но... сердцу ведь не прикажешь? Вроде так многие говорят. Вот и этим двум посчастливилось узнать как же трудно бывает приказывать сердцу. С самого начала они боялись друг другу говорить о своих чувствах, понимая что здесь совсем не сказка, а ответ может быть слишком жестоким. Но в итоге, когда все эти боевые действия начались, Рампо перед боязнью смерти признался о всех своих мыслях Эдгару. С того самого момента они очень сильно сблизились. Как жаль что момент упущен. У них больше нету возможности вместе погулять, непринужденно болтать, и читать по ролям детективы под деревом. Ведь оба понимали что конец близок, и этого не избежать. Вновь где то из далека послышались тяжёлые шаги. К клетке с заключёнными подошли пару военно служащих, они что то говорили между собой, скорее всего ругались. Дверь открыли, и всех пленных начали насильно поднимать, один за другим вынося из камеры. Схватили и пару возлюбленных, каждый пытался защитить другого но сил ни у кого не было. Их повели на улицу, там они проходили между устрашающих старых зданий, слыша крики и взрывы. Спустя время их привели к черным машинам, затолкав всех людей внутрь, огромные двери захлопнулись, оповещая о близком конце. Парням повезло, ведь попали они в одну машину. Все время они шептали друг другу слова благодарности и сочувствия, попутно целуя друг друга. Дорога была долгая поэтому многие уснули. *** Машина остановилась. Всех вывели на улицу, было очень много людей. Всех поставили перед берегом Дуная в ряд, и начали поочередно связывать руки пленным цепляя друг за друга. Получилась нейкая цепочка, в начале которой находился Рампо, а следом за ним Эдгар. С каждой секундой нарастала всеобщая паника, хотя Эдогава на первый взгляд был совсем не обеспокоен, даже смог выдавить улыбку. И вот все военные отошли на некоторое расстояние, страх все усиливался. Они стояли лицом к реке, поэтому нельзя было предположить что произойдет дальше. А дальше Эдогава Рампо сказал свои последние слова. — Я тебя люблю Эдгар Аллан По, надеюсь в следующей жизни у нас появиться шанс быть вместе. Он улыбнулся Эдгару самой милой улыбкой которую смог сделать. Спустя мгновение в его голову прилетела пуля, и он безжизненно упал в воду начав тянуть всех остальных по цепочке. Сразу вторым упал Эдгар. Под водой он увидел тело своего возлюбленного окутанное кровью и пузырями. В мгновение все мысли исчезли и он перестал чувствовать боль. Весь мир замер, и не смел дышать ожидая их смерти. Все чего Эдгар желал сейчас, это лишь снова взглянуть в глаза Рампо и запечатлить их в своей памяти на всегда. Туфли на набережной Дуная символизируют массовые расстрелы евреев в Будапеште нацистами в 1944-1945. Перед расстрелом людей заставляли разуваться, и эту обувь отправляли на продажу. А людей сковывали цепями и стреляли в первого, падая в Дунай, он тащил за собой остальных. Число расстрелянных исчисляется тысячами. Композиция состоит из 60ти пар обуви и скамьи длиной 40 м с памятными табличками на трёх языках- венгерском, английском и иврите. Памятник находится на набережной возле здания парламента.