Secrets/Секреты

      Нил просыпается с ощущением тяжести, его глаза затекли ото сна, а во рту так сухо, что проведение языком по губам ничем не помогает. Нилу требуется мгновение, чтобы вспомнить, что теперь все изменилось, что он может просто встать и принести себе что-нибудь попить — чего он не мог сделать в бегах, когда доступ к чистой воде был ограничен.       Нил сдвигается, стараясь не задеть Эндрю, и встает, чтобы пойти на кухню. В их холодильнике нет ничего, кроме пива, и он слишком устал, чтобы искать кружку, поэтому он уходит на кухню в общей комнате. Он обнаруживает, что не он один бодрствует в этот час, каким бы он ни был, поскольку Мэтт и Эллисон все еще не спят, играя в видеоигры. Он не обращает на них внимания и идет к холодильнику.       Он берет две бутылки с водой, открывает одну и начинает пить так, будто вода нужна ему, чтобы дышать. Когда от первой бутылки остается только глоток, он останавливается, чтобы перевести дух. Он допивает последний глоток, открывает вторую бутылку и подходит к дивану, где Эллисон и Мэтт толкают друг друга локтями, что выглядит слишком агрессивно, чтобы это можно было расценить как игру.       — Ребята, во что вы играете?       Мэтт и Эллисон вскакивают со своих мест. Мэтт оглядывается вокруг в растерянной панике, его глаза блуждают мимо Нила, прежде чем снова вернуться к нему.       — Ты слышал это?       — Слышал… что? Я спросил, во что вы играете.       Элисон и Мэтт смотрят на Нила широко раскрытыми глазами.       Элисон фыркает:       — Что за акцент?       Мэтт почти прерывает ее вопрос словами:       — Ты британец?       Нил осознает свою ошибку слишком поздно. Он так устал и, чувствуя себя здесь так комфортно и как дома, случайно заговорил со своим самым естественным акцентом. У Натаниэля Веснински два акцента: отцовский, который он использует, когда находится в Америке, тот, который Лисы знают как его, и акцент его матери, когда он находится за пределами Америки, где он провел большую часть времени в бегах.       — Моя мама была. И я провел больше времени за пределами колоний и с ней, чем с отцом или в Америке.       Глаза Эллисон загораются, и на её лице появляется забавная кривая улыбка. Она всегда рада узнать больше о странной жизни новенького ребенка.       — Ты британец.       — Я там не родился, но я легальный-       — У тебя есть АКЦЕНТ! — прерывает она. — Скажи что-нибудь ещё! Говори о погоде, днях недели, экси, мне все равно.       Нил обращается за помощью к Мэтту, но у Мэтта предательское выражение лица.       — А Эндрю знает, что у тебя есть британский акцент?       На самом деле, Эндрю знает. Он узнал об этом, когда Нил давал показания в ФБР. Нил никогда в жизни не говорил так много, и некоторые из его старых шрамов были вскрыты, как будто они были новыми, поэтому он не недостаточно заботился о том, чтобы контролировать, с каким акцентом он говорит. После этого иногда Эндрю приходил в комнату, явно, в плохом настроении, давал Нилу книгу и заставлял его читать её с акцентом его матери. Он задавался вопросом, почему, но поскольку это, казалось, улучшало настроение Эндрю, он никогда не спрашивал.       Эллисон, к сожалению, не закончила с ним.       — Ты так разговариваешь во время секса?       Нил никогда не понимал желания Лисов и его однокурсников говорить о сексе. Даже после того, как он сошелся с Эндрю, обсуждение его личных дел в присутствии других людей по-прежнему вызывало у него дискомфорт. Он был уверен, что Эндрю тоже не понравилось, если бы он делился подобной информацией с другими, что Нила вполне устраивало.       Вместо этого он сказал:       — Я возвращаюсь в постель. — он поднял свою бутылку с водой на прощание и повернулся.       — Нет, подожди, вернись. Не обращай внимания на Эндрю, просто… Поговори о своей любимой клюшке-экси или о чем-нибудь еще. — умоляла Эллисон.       Нил решил сделать, как она сказала. В конце концов, ему была интересна игра, в которую они играли, и он хотел бы узнать о ней побольше.       Он остался с ними на некоторое время, и они немного поговорили, о видеоигре, о любимой клюшке Нила (именно её Аарон однажды использовал в качестве оружия) и о других вещах. Он мог сказать, что Эллисон и Мэтт были очарованы его голосом и находили его забавным, но он не возражал. Они позволили ему говорить, хотя он был уверен, что тема разговора показалась им скучной.       В конце концов, Мэтт посмотрел на свой телефон. Он моргал несколько секунд, прежде чем на его лице появилась паника.       — А, черт! У меня занятия через час. Вернемся к игре позже. — он быстро встал и пошел в свою комнату, вероятно, чтобы принять душ перед занятиями.       У Нила сегодня было только одно занятие, ближе к вечеру, но он тоже вернулся в свою комнату и свернулся калачиком в постели рядом с Эндрю.