Холодное прикосновение

      Возможно никогда не спать — весьма приятная вещь. Есть шанс заниматься важными делами, не прерываясь на сон. Лишние семь-восемь часов никогда не бывают лишними, и Сонхун всегда это знал. Единственное, что раздражало его в этом больше всего — это то, что приходится ждать треть дня, чтобы поговорить с тем, кто спит по ночам. Или, по крайне мере, прикидывается, что спит.       На часах восемь утра, а Пак младший уже направляется в гостиную, чтобы поговорить с отцом, который даже не является ему родным. Ему срочно нужно рассказать Ханджуну о его ночной встрече с неожиданным гостем. Его впервые за три с лишним года рассекретил обычный человек, и из-за этого даже сердце что перестало биться, словно вновь тревожно колотило в груди.       — Ханджун, кое-что произошло, — парень садится на диван, нервно вздыхая и стараясь не говорить слишком громко, — Ники узнал, кто я. Ночью я пил кровь, а он бесцеремонно зашёл на кухню. Может стереть ему память? — Сонхун трёт переносицу от безысходности. Он планировал сообщить всё более спокойно и сдержанно, но неожиданно возникшее волнение всё испортило.       Мужчина тяжело и разочарованно вздыхает, откладывает газету, которую до этого с интересом читал, и переводит свой взгляд на Сонхуна, в котором парень моментально читает злость и негодование.       — Так-то ты сам виноват, что попался, поэтому я бы даже сказал тебе разбираться с этим самому, — спокойно (но только на первый взгляд) говорит Ханджун. Юноша слишком хорошо его знает: за неэмоциональным лицом скрывается человек, которого очень просто разозлить. К счастью или к сожалению Сонхуна, каждый раз, стоит мужчине разозлиться, он решает всё совершенно без криков. Но произносит такие вещи, да ещё и с таким взглядом, что лучше бы кричал и кидал тарелки прямо в лицо, — но я обещал Юзи, что он и Конон об этом не узнают в ближайшее пару лет.       — Не лучше ли ему как раз было узнать это сразу? К тому же несколько лет незаметно пить кровь с ними в одном доме вряд ли бы вышло, — быстро оправдывается младший Пак, пока мужчина не успел ничего сказать. Однако стоило ему начать говорить, как брови мужчины свелись к переносице, отчего вид Ханджуна стал наводить страх, — Можно сказать, что я лишь ускорил процесс.       Каждая клеточка мужчины показывала, что Пак недоволен. Он не только агрессивно провел двумя ладонями по волосам, но и встал с насиженного места на диване, чтобы обойти его пару раз, а затем снова сесть. Сонхун не решался поднять глаз от ковра, который он впервые рассматривал с таким большим интересом, и пытался вспомнить, когда в последний раз Ханджун так злился на него. Не вспомнил.       В конце-концов мужчина поднял на парня взгляд, который уже, казалось, был более спокойным. Это заставила Сонхуна немного выдохнуть.       — Что могу сказать, так это то, что знатно облажался, я от тебя такого не ожидал, — юноша снова весь сжался, чувствуя, что сотворил огромную ошибку, дав Ники возможно узнать, кем он является, — Но, к твоему счастью, ситуацию можно исправить, — Сонхун наконец-то смог малость нормально вдохнуть воздух, — Раз уж ты виноват в случившемся, то сам будешь всё разгребать. Во-первых, ты должен убедить Рики, что ты безопасен для него. Во-вторых, Юзи не должна узнать о том, что он в курсе всего. В-третьих, и это самое главное, не впутывай его во всё происходящее, если не хочешь сломать ему жизнь, — последнее даже не нужно было комментировать. Сильная интуиция Сонхуна давно ему говорила, что что-то произойдет.       Сонхун вслушивался и запоминал каждое слово, чувствуя, как бремя огромной ответственности давит на его плечи тяжелым грузом, который тянет к земле. Всё-такие он создал не только себе, но и Рики кучу проблем лишь из-за своей неосторожности и халатностью. И теперь ему со всем этим разбираться, хотя можно было и спокойно избежать.       — Я понял, — кивнул Пак, — Спасибо, — взгляд Ханджуна смягчились, хоть он всё равно и оставался серьезным.       — Только не натвори ещё каких-нибудь глупостей, я тебя умоляю, — Ханджун вздохнул с ладонью на сердце.       Пак уже хотел развернуться и уйти в свою комнату, чтобы мысленно готовиться к серьезному и явно неприятному разговору с Ники, но остановился на полшаге, кое-что вспомнив.       — А что насчёт Конон?       Ханджун задумался, молча прожигая взглядом ковёр. Сонхун даже весь извелся от ожидания ответа.       — Пусть она тоже знает, — в конце-концов ответил он, — Думаю Масаши хотел бы, чтобы мы не скрывали это от кого-то из них, — Пак снова на секунду задумался, — Правда, совет от меня: скажи сначала Рики, а когда он начнет тебе доверять, расскажи и Конон. То, что они оба будут знать, облегчит в том числе и тебе жизнь. Только вот Юзи не стоит знать, что они в курсе происходящего. Но если что-то вдруг пойдет не по плану, сразу скажи мне, вместе что-нибудь придумаем. Договорились? — мужчина взглянул Сонхун прямо в глаза, но уже не разозленным взглядом, а мягким и беспокоющимся.       Парень уверенно кивнул, чувствуя, как постепенно возникающее спокойствие сменяет тревогу и страх.

***

      Накручивая шаги по собственной комнате уже не первый час, Пак не может перестать думать о том, какими именно словами доказать Нишимуре, что он абсолютно не желает ему зла, и уж тем более, что и в мыслях у него не было нападать на младшего. Как и ко всем людям, у Сонхуна нет намерения вредить, он даже если и пьет человеческую кровь, то только ту, которую покупает у доноров, которые знают, куда идёт их кровь. И даже сильнейшая жажда, которая только может быть у парня, не вынудить его по собственному желанию нападать на мирного человека. Просто рука не поднимется навредить кому-либо.       После обращения парень получил способность к обострённое интуиции и чрезвычайно редким видениям. Так, он часто бессознательно чувствовал исход какого-нибудь разговора, спора, знал, что может случиться что-то очень хорошее или очень плохое. Однако в этот раз даже интуиция не работала. Пак, как ни пытался, но не смог предугадать, чем завершиться их с Нишимурой разговор.       Голова вся гудит от раздумий, словно чайник с кипящий водой, а нормальные и связанные между собой слова, которые юноша намерен сказать Рики, так и не придуманы. Сил у Сонхуна уже просто нет. Он либо вовсе забросит эту идею с признанием, либо наплюёт на придуманные слова и пойдет к парню, надеясь, что импровизация спасет его.       И терпения хватает именно на второй вариант.       Пак моментально оказывается у своей двери, открывает её, преодолевает коридор за пару шагов, и через секунду стучит в противоположную дверь, сразу заходя, даже не дождавшись приглашения.       Нишимура, лежащий на кровати и укутанный в жутко скомканное одеяло, подскакивает как ужаленный от неожиданного визита. Кажется, Сонхун прервал его и без того неглубокий сон.       Наверное, лицо вошедшего не внушает добрых намерений, раз Рики сразу же цепляется за подушки, отползая к стене. Выглядит он весьма напуганным, хотя Сонхун совершенно не собирался производить такой эффект (слишком уж его выражение лица хмурое и мрачное, когда он сосредоточен и активно думает)       Осознав свою ошибку, Пак моментально расслабляет лицо, стараясь казаться менее агрессивным, и поднимает ладони, как бы показывая, что не представляет угрозы.       — Так, сразу начну: я пришёл поговорить, — Сонхун замечает, что собеседник что-то хочет сказать, ведь тот даже открывает рот, но, видимо, не нашёл в себе сил, чтобы произнести хоть что-то. Поэтому парень опережает его, чтобы избавиться от висящего между ними напряжение, — Нападать не собираюсь, кусать тоже, просто пришёл, чтобы всё объяснить, — Пак сам не замечает, что его спокойный голос начинает дрожать, настолько уж он волнуется. Даже при первом осознанном питье крови нервничал меньше. А тут всего лишь разговор.       — Тогда приведи как минимум пять причин, почему я не должен сейчас закричать на весь дом и начать кидать в тебя первыми попавшимся вещами, — Сонхун замечает, что Ники серьёзен как никогда, и он непреклонно ждёт ответов. Его тяжёлый взгляд почти что заставляет Пака от испуга уйти из комнаты, даже при учете, что он намного сильнее и быстрее парня, что сидит на кровати, запутавшись в собственном одеяле.       Пак вздыхает, однако мысленно быстро находит пять требуемых юношей аргументов:       — Во-первых, у меня даже мысли не было хоть как-то вредить тебе, потому что я пришел лишь с добрыми намерениями. Во-вторых, тебе сначала лучше меня выслушать, а уже потом делать выводы и решать, будешь ли ты поднимать весь дом на уши или спокойно задашь мне интересующие тебя вопросы, — Сонхун заметил, как недовольное выражение лица парня стало уходить, и был очень рад, что контакт между ним и Рики устанавливается, — В-третьих, стены в доме весьма толстые, а значит не факт, что тебе удастся позвать всех. Но если ты всё-таки и решишь расшуметься, то, в-четвёртых, я намного быстрее и сильнее тебя, и мне ничего не стоит по-быстрому заткнуть тебя при желании. И, в-пятых,. — парень задумался, ведь не смог придумать адекватную пятую мысль, -… тебе вообще не интересно послушать то, что я тебе скажу? — с некой грустью произнёс Пак, почувствовав, что прежний энтузиазм полностью испарился, как и не бывало.       Нишимура отвёл свой пристальный взгляд, которым до этого прожигал Пака, и стал задумчиво разглядывать комнату. В какой-то момент он вновь посмотрел на Сонхуна и сказал:       — Между прочим, именно из-за тебя я не смог нормально закрыть глаза ночью, и с горем пополам заснул только к утру, но даже тогда ты в наглую вломился в комнату. Но да, ты прав, мне интересно, что ты скажешь, — такого Пак точно не ожидал, но от услышанного заметно расслабился и мысленно выдохнул. Хоть он понял, что без язвительности и сарказма Нишимуры никуда, — И вообще, сядь уже куда-нибудь, нечего над душой стоять как бедный родственник, — добавил парень, но Сонхун не услышал в голосе ни капли злости или насмешки, поэтому невольно улыбнулся краешком рта.       Перекатив кресло от стола к кровати парня, вампир сел и, подумав, что отступать уже поздно, начал говорить:       — Самое важное: тебя, да и в принципе, всех мирных людей, я трогать не собираюсь. Так что не бойся, что я могу тебя укусить, — глаза юноши всё ещё глядели на Пака с неким недоверием.       — Почему?       — Ну, я же не монстр какой-нибудь. И стал вампиром не по своей воли. К тому же, я и сам раньше был человеком, — лишь пожимает плечами Сонхун.       — Ладно, возможно пока что я тебе верю, — видно, что Ники на долю поверил в сказанные слова, ведь уже не сжимал края одеяла с испугом и не пытался мельком взглянуть на дверь, — Давно ты вампир? И почему стал им? — Уже примерно три с половиной года. Меня обратил Ханджун, когда я был при смерти.       Пак сказал это совершенно спокойно, но воспоминания о предсмертной, как тогда казалось, боли вмиг всплывают в памяти вампира. Каждая клеточка тела претерпевала невыносимую боль, кровь лилась ручьем из-за множества ран и ушибов, голова гудела, словно мозги прокручивают в мясорубке, а воздух в лёгкие вообще не поступал, как будто кто-то пережимал дыхательные пути. Желания забыть те минуты лежания в присмерти на пыльном и холодном асфальте в какой-то подворотне не пропадало уже пару лет, но вот память никак не хотела выкидывать эти моменты, отчего Сонхун каждый раз сначала покрывался мурашками от ужаса, а потом злился, что до сих пор помнит всё. Ханджун не раз говорил, что всё равно повторил бы своё решение превратить Сонхуна в вампира, а не дать умереть мучительной смертью, хоть и становление им парню пришлось нелегко. И Пак безусловно благодарен мужчине, что он помог ему жить дальше, хоть и не самой лучшей жизнью.       — Эй, так и будешь игнорировать? — возмущенный голос Рики вывел вампира из размышлений. Вот черт, он снова слишком думал о ненавистных воспоминаниях, что даже не услышал, что ему говорил Нишимура.       — Прости, задумался, — Пак опустил голову, принявшись рассматривать собственные ступни и стараясь вернуться в реальности, где он сидит напротив заспанного, но всё равно внимательно слушавшего его слова, Рики и надеется, что парень поверит словам Пака и не будет его бояться. В глубине души Сонхун имеет надежду, что они смогут стать друзьями несмотря ни на что. Но признаться в этом даже самому себе он не силах.       — Что-то случилось? — Сонхун сначала подумал, что ослышался, но нет. Рики и в правду интересовался его поведением, и Пак даже разглядел в его глазах тень сочувствия.       — Да ничего такого, — вампир отмахнулся, желая переключиться с воспоминаний на разговор с парнем, — Ты что-то спрашивал?       — Получается, Ханджун тоже вампир? — Пак кивает, отчего Ники на секунду задумывается, — А мама знает?       — Да, она знала об этом ещё с момента его обращения, — от Сонхуна не могло утаиться удивлённое выражение лица Рики, которое возникло после сказанных старшем слов, — Но это секрет, если честно. Хотя Ханджун ничего не говорил о том, что это нельзя рассказываться тебе, а значит от тебя это можно не таить. Но давай договоримся, что ты сделаешь вид, что не знаешь ничего, что услышишь дальше?       Разумеется, Пак захотел рассказать младшему слишком многое не для того, чтобы завоевать доверие и наладить между ними отношения, ни в коем случае. Он просто слишком добрый и не может терпеть, что Нишимура не знает многого о своей семье.       — Ладно, обещаю, — Рики слегка нахмурился в неком недоверии, но всё равно согласился с условиями. Всё-таки узнать что-то новое из жизни собственный мамы очень хочется, как никак.       — Отлично. Правда, я расскажу максимально коротко, во всей истории много подводных камней, но сейчас будет самое важное. Так вот, когда-то Ханджун рассказал мне, что он и твои родители были лучшими друзьями чуть ли не с университета. Примерно когда они поженились, Ханджуна обратили, но твои родители всё равно продолжали дружить с ним несмотря ни на что. Пару лет спустя кое-что случилось, я сам точно не знаю, что именно, но из-за этого твой папа умер, а Ханджун винил себя в его смерти и решил отдалиться от Юзи, чтобы не впутывать её во всё. Не знаю, что заставило их передумать, но как видишь, они снова стали близки, — очень быстро и с заплетающимся языком сказал Пак, в конце поняв, что, кажется, всё это звучало как выдуманный в моменте бред, хоть он и говорил чистую правду.       Сонхуну почему-то показалось, что Нишимура определено точно ему не поверит и окончательно потеряет к нему доверие, которое парень таким трудом хотел добиться.       — Вот как… — вампир впервые взглянул на юношу. Тот не отрывал взгляда от окна и не переставал моргать, видимо, пытаясь смириться со всей информацией, — Не могу сказать, что я всё понял, но… Кажется, у меня не остается выбора, кроме как тебе поверить, — Пак удовлетворённо кивает. Что ж, вполне возможно, что доверие Рики к нему не пропадет.       — Спасибо, — вампир не мог не вздохнуть от слов младшего, что успокоили его. И всё-таки за одно это утро он испытывает эмоциональные качели слишком часто, и ему очень хочется с ними завязывать.       — И я так понимаю, что мне нужно делать вид, будто я не знаю о всём, что ты только что мне рассказал?       — Именно. Ни Ханджун, ни, тем более, твоя мама ничего не должны узнать. В том числе и то, что ты знаешь о том, что я вампир, — Рики удивлённо вскинул брови, — Я ей лично клялся, что ближайшие три года буду хранить это в тайне, — лишь подал плечам Пак.       — Почему так долго?       — Сам не знаю, это я не решил, — поджал губы Сонхун, понятия не имея, как продолжить диалог. Самое сложное он сделал, вроде бы ничего не испортил, но что говорить дальше он совершенно не знал.       — Ладно, — Нишимура устало вздохнул, зачесав волосы двумя руками, — Стой, — он резко оживился, — А что насчёт Канон?       — Я думал ей рассказать, как только ты перестанешь меня бояться.       — Признаю, уже не боюсь, скажи ей, — такая внезапная нетерпеливость не могла не удивить Сонхуна, особенно если учесть, что в предыдущие минуты Ники не особо воодушевленно участвовал в беседе.       — Реально не боишься или просто хочешь разделить мой секрет с Конон? — похоже, Пак попал в яблочко, ведь сидящий напротив юноша вздрогнул, словно его застали врасплох.       — Ты всегда так в душу смотришь? — Рики закатил глаза, расстроившись, что обмануть не получилось, а Сонхун мог на это лишь усмехнуться.       Они точно поладят, это Пак себе обещает.

***

      После разговора с Паком странные чувства не покидали Рики. Он ощущал ни то смятение, ни то удивление, ни то какое-то опустошение. Всё звучало слишком уж странно и подозрительно, хоть парень и поверил каждому слову. Почему-то возникло чувство, что Сонхун не врал. Чувство, что он просто не умеет говорить неправду.       Пролежав в кровати как минимум час после ухода вампира и ощущая в каждой клеточке тела какую-то пустоту, Рики решает, что пора уже вставать, не то Конон обязательно придет к нему и начнет выпытать причину его странного поведения. И парень даже не знает, хочет ли он, чтобы сестра знала, секрет Сонхуна или нет. С одной стороны, она воспримет это очень серьёзно, нервно и глубоко, что определено скажется на её состоянии и отношении к Паку, но с другой — юноша совершенно не хочет быть посвященным в тайну Сонхуна в одиночестве. Вместе уж справляться с изменениями всегда было, есть и будет легче.       С тяжестью на сердце Нишимура наскоро умылся, переоделся и спустился на кухню, где обнаружил, что он — пришедший последний. Так, Ханджун сидела в совмещённой с кухней гостиной за просмотром новостей (в эфире опять говорили про какие-то нападения животных на людей), Юзи жарила яичницу на всех, а Конон и Сонхун раскладывали тарелки на стол. Ники сразу направился помогать им со столовыми приборами.       Завтрак проходил хоть и молчаливо из-за сонного жевания, но уютно. Конечно, Рики снова ощутил непривычность приема пищи в таком большом для него составе. Первым начал диалог старший Пак:       — Кто чем планирует заняться сегодня? — спросил он, заставив парня задуматься. День будет выходным из-за недавнего праздника, а планов у него всё равно не было, поэтому Рики стал в уме вспоминать, есть ли у него какие-либо срочные дела, которые требуют выполнения сегодня же.       — Вроде ничем, — пожала плечами Конон, и брат с ней согласился.       — Я собиралась начать разбирать коробки, и вам тоже советую, — женщина обвела глазами девушку и парней.       — Я собирался прогуляться. Не хотите со мной? — Сонхун стал смотреть на Ники и Конон, ожидая ответа. Что-то здесь неладно, и Нишимура сразу это почувствовал. Неужели Пак хочет рассказать о себе Конон?       Рики сощурил глаза и нахмурил брови, надеясь, что сидящий напротив Сонхун поймет, что он явно недоволен это идеей. Но, похоже, он понял этот знак совсем не так, как нужно.       — Заодно покажу вам всё вокруг, — парень явно воодушевился этим предложением, что аж повеселел, — Ну как? — когда Конон моментально согласилась, вампир обрадовался ещё больше, — Отлично, тогда после завтрака идём! — он даже хлопнул в ладоши, как бы показывая, что всё решено, немного разозлив при этом Рики, мнение которого он даже не спросил.       Прикидывая весь завтрак в голове сотню вариантов развития событий их совместной прогулки, Ники и не заметил, как на улице сквозь вечно надоедливые и серые тучи показалось солнце, лучи которого растеклись по всему кухонному столу. Заметив их лишь под конец еды, настроение парня немного поднялось, ведь прогулка хоть будет под редкими солнечными лучами, а не под порывистым ветром и сильным ливнем.       Первые десять минут прогулки Сонхун пытался всячески заболтать девушку, задавая ей много вопросов, увлеченно слушаю её ответы. Они даже стали похожи на лучших друзей. Лишь потом Рики понял, что Пак пытался внушить к себе доверие, чтобы потом рассказать о своей сущности. Нишимура разозлился на себя, что не понял этого раньше и что не поговорил с Сонхуном перед выходом, и зря, ведь он бы попался уговорить его не раскрываться сестре, которая и так была порой слишком впечатлительной.       — Сонхун, не расскажешь, куда мы ещё пойдем? — нашагав по ближайшему к дому парку не один круг, решает перебить старшего Нишимура и выжидающе смотрит на него. Кажется, услышав не слишком довольный голос парня, Сонхун моментально мрачнеет, опустив уголки рта, словно расстроившись. Конон же смотрит то на одного юношу, то на другого, не понимая, что между ними произошло.       — Есть несколько вариантов, — вздыхает Сонхун, — И всё зависит от тебя, Конон, — девушка нахмуривается, напрягаясь всем телом, — Но для начала давайте сядем, — младший берет сестру под локоть, прекрасно понимая, к чему клонит Пак, и тянет её к ближайшей скамейке. Сонхун встаёт перед Ники и явно нервничает не меньше самой девушки.       Ники не был уверен, что действия Пака в данный момент слишком хорошая идея, но почему-то решил довериться ему и посмотреть, чем всё сложится. И парень очень надеется, что обойдется без криков и ссор.       — Так всё, Сонхун, давай ближе к делу, а то сейчас изведешь всех, — не сдерживается Рики, которого уже порядком достало смотреть, как его сестра помрачнела и переживает от всей внезапно серьезности. Пак аж подскакивает от таких резких слов, но быстро берет себя в руки, отчего Нишимуре даже хочется сказать ему спасибо.       — Так случилось, что меня обратили в вампира, — ни один мускул на лице девушки не двигается, но спустя пару секунд она не сдерживается и громко смеётся.       — Что? Ты сейчас надо мной смеёшься? Я уже реально поверила, что случилось что-то серьезное, аж перепугалась вся. Сонхун, придумай шутку пооригинальней, мы как будто в детском саду! — Конон хлопает в ладоши и не может остановить смех. А парни лишь смотрят на неё серьезно, и улыбка даже не хочет появляться на их лице, — А вы оба хорошие актеры! — наконец-то девушка успокаивается, вытирая слёзы, которые появились из-за активного смеха.       — Он не шутит, — Ники кладёт руку сестре на плечо, но та никак не реагирует. Это всё уже порядком начинает раздражать парня, хоть он и понимал, что сестра вряд ли сразу поверит, это ведь он, а не она, сразу увидел Пака со стаканом крови в руке.       — Да-да, так я и пове-, — девушка повернула голову в сторону Сонхуна, который открыл рот и зашипел, обнажая появившуюся пару клыков, — Что за пиздец! — благо, в парке люди были на большом от них расстоянии, так что крик, издавший Конон, не привлек внимания. Испугавшись тому, что она только что увидела, Конон со всей силой вцепилась ногтями в плечо сидящего брата, и Рики их почувствовал даже сквозь куртку, — Не подходи!       — Я даже не и планировал, — парень старается сохранять спокойствие и говорить вызывающем доверие голосом, скрывая при этом свои клыки, — Я не собираюсь тебя кусать, не беспокойся, — он поднимает ладони вверх, как бы показывая, что не хочет причинять вреда, а также делает пару шагов назад, чтобы точно дать Конон понять, что не опасен.       — Так. А теперь, — девушка так впечатлилась, что не может нормально дышать: лишь делает глубокие вдохи, стараясь придти в себя и сказать что-нибудь, — Живо объясни, что это, — она обводит стоящего перед ней парня рукой, намекая на его сущность, — Подожди, — она резко выпрямляется и поворачивается к брату, — То есть ты знал? И давно? Не думал, мне рассказать? — Ники сразу понял, что его сестра завелась, раз уж и ему досталось, поэтому парень взял её за руку, сжимая в немом знаке поддержки.       — Я узнал буквально ночью. Думал сказать тебе сразу с утра, но Сонхун мне всё о себе рассказал, поэтому поверь мне, он не опасен, — Конон недоверчиво прищурилась, пытаясь найти в мимике Нишимуры намек на ложь, — Доверься мне, с нами ничего не случится.       Сонхун ничего не говорит, не собираясь прерывать диалог брата и сестры и ожидая, когда девушка наконец-то уделит ему время и выслушает его. Когда Конон всё-таки переводит на него взгляд и кивает подбородком, показывая, что готова слушать, Пак начинает говорить. Рассказывает практически всё тоже самое, что и младшему, только в более короткой версии: и о том, как стал вампиром, и то, что они в основном пьют животную кровь, и о том, что их родители не должны быть в курсе, что они о многом знают.       — О боже мой, — девушка резко вскакивает, прослушав всю речь Пака невероятно сосредоточенно и не перебивая, разве что задавая вопросы, когда парень останавливался, — А мама знает, что Ханджун — вампир?       Сразу видно, что Ники и Конон — родственники, ведь первое о ком они думают, так это о своей семье. Пак думает об этом, понимая, что даже в какой-то степени завидует их связи,       — Да, знает. Это долгая история, да и я её толком не знаю. Но да, она в курсе, — Сонхун пожимает плечами.       — Что ж, ладно. Спасибо, что рассказал, — девушка поджала губы из-за неловкость от своей бурной реакции. Но, к счастью, от сказанного Паком ей стало намного легче, — Как будто бы от этого даже спокойнее стало. На сколько это, конечно, возможно в данной ситуации.       Сонхун позволяет себя улыбнуться краешками губ, чувствуя, как они втроём становяться нечужими друг другу людьми. Как минимум из-за секрета, который им приходится хранить.       — Спасибо, что отреагировали весьма понимающе, для меня это очень важно.       Рики слышит, как слегка дрожит голос Сонхуна, словно сказанные им словами дались ему тяжело. Однако смотря на отводящего от всех взгляд и пытающегося закрыть краснеющие уши Сонхуна, парень не может не улыбаться. Нишимуре приятно, что он стал одним из тех, кому Пак смог доверить свою тайну, хоть и не самую приятную.       — Лично я рад, что мы все нашли общий язык, так что давайте-ка ещё погуляем, — не ожидая от себя такой инициативы, но желая разрядить обстановку, говорит Ники, чувствуя, что всё идёт так, как нужно.       — Ты прав, идём, — Конон, кажется, уже совсем пришла в себя, поэтому на идею о продолжении прогулки реагирует с радостью и встаёт с лавочки.       Только Сонхун хотел сказать что-то с искренней улыбкой, как его телефон зазвонил, заставив парня ответить.       — Привет, Чонвон, что-то случилось? — Ники не услышал что ответил собеседник, но, видимо что-то не слишком радостное, ведь Пак начинает хмуриться и мрачнеть, — Я не могу бросить всё и поехать к вам. Я с Ники и Конон, я про них рассказывал, — Сонхун начинает нервно тереть переносицу, но Рики зацепился за другое: Пак, кажется, говорил о них с сестрой своему другу. Ну, или, как показалось Нишимуре, другу, — И что, что мы рядом с домом, они вряд ли захотят встречаться с ещё несколькими вампирами, — собеседник сказал что-то резкое, отчего Сонхун даже вздрогнул, — Да, они знают, Ханджун тоже в курсе. Ситуация слишком сложная, потом расскажу, — парень говорит что-то, что Ники опять не может разобрать, но спустя время Пак заканчивает разговор, — Да-да, хорошо, постараюсь приехать как можно быстрее. Пока.       Выключая звонок и недовольно цокая, Сонхун поднимает голову и встречается с двумя парами любопытных и ждущих объяснений глаз. Во всяком случае, Рики по-настоящему интересно узнать, что случилось, и он всей душой надеется, что ничего плохого не произошло.       — Твои друзья тоже вампиры? — первой молчание нарушает Конон, а Пак кивает в ответ.       — А дружишь с кем-нибудь из людей?       — Нет, слишком рискованно.       — То есть мы первые? — сразу спрашивает Нишимура, даже не подумав. Всё-таки иногда его рот быстрее ума.       — Ну если вы готовы стать ими, то да, — отвечает Пак, и Рики даже думает о том, что готов вечно смотреть на того смущающегося и неловко смеющиеся вампира. Мысль проскакивает всего на секунду. Но парню она определенно нравится.       — Готовы, поэтому рассказывай, что там у тебя случилось.       Парень моментально легонько толкает сестру в плечо, намекая на то, чтобы она не давила, хоть в глубине души уже сам готов наброситься на старшего с расспросами.       — Событие не самое приятное, поэтому мы с друзьями думали собраться в доме одного из нас, как обычно делаем. И так уж получилось, что нам сейчас от него идти минут десять, — Пак секунду молчит, пытаясь угадать настроение собеседников, пристально смотря на их лица, — Можете пойти со мной.       — Тогда идём, — возможно, Сонхун хотел сказать ещё что-то, но случайно перебивший его своей решительностью Ники сразу даёт понять, что так просто от них не отделаться.       — Согласна абсолютно. Показывай нам дорогу.       — Хорошо… Нам туда, — Сонхун на момент стоит в ступоре, но осознав, что стоящим перед ним не всё равно на его проблемы (которые, как понятно, связаны с вампирами), затем приходит в себя и двигается в нужную сторону.       — На самом деле, думаю, встреча с ними может быть полезна вам в случае чего. Они хорошие ребята, так что не беспокойтесь, что они вампиры. Хотя признаюсь, от меня это звучит не особо убедительно, — смеётся Пак по дороге, — Но самое главное, чтобы Ханджун не заметил, что вы с ними знакомы, потому что они иногда заходят к нам в гости. Поэтому запомните это.       — То есть Ханджун не должен знать о нашем знакомстве с твоими друзьями, а мама — вообще ничего о том, кем ты являешься? — уточняет Нишимура, чтобы точно всё запомнить.       — Именно так.       Они останавливаются перед кирпичным домом, огороженным высоким забором. Ники впервые был в этой части города, но красивые домики, аккуратно подстриженные деревья, да и вообще, умиротворенную атмосферу он заметил сразу. Словно они не в шумном городе, а в загородном коттеджном посёлке.       Сонхун с помощью ключа открыл ворота, и троица подошла к входной двери дома. Стоило старшему позвонить в звонок, как практически сразу дверь отворилась, и оттуда выглянул парень. Ники не вглядывался в его лицо, но для себя лишь отметил, что выглядел он ровесником Пака и, кажется, был в хорошем настроении, несмотря на возникшие неизвестные проблемы, ведь по-дружески обнял Сонхуна.       — Наконец-то вы пришли, теперь уж все в сборе, — парень отошёл от дверного проема, пропуская всех внутрь, — Я Джей, приятно познакомиться, — с улыбкой повернулся он к Ники и Конон, протягивая им руку для пожатия. Разувшись и повешав верхнюю одежду, сестра и брат последовали вглубь дома за двумя парнями, и чем дальше они шли, тем громче слышался какой-то спор.       Заметив для себя, что Джей выглядит очень дружелюбно, Ники понял, что никогда бы не подумал, что тот вампир, и это натолкнуло его на мысль о том, что, возможно, он не раз уже встречался на улице, в магазине, а может и вовсе в школе с этими существами, даже не подозревая этого. За мыслями парень и не заметил, как на пути оказался парень, принявшись с любопытством рассматривать гостей. Он был примерно одного роста с Ники, также у него были пепельные волосы и взгляд, от которого, как казалось, не утаиться ни одна мелочь.       — Сонхун, давно не виделись! — он восклицает, замечая друга, и сразу приобнимает его за плечи, а Пак лишь ворчит, что тот его сейчас задушит и советует представиться, — Я Ли Хисын, — улыбается парень, отпустив друга и переключив внимание, — Ты, я так понимаю Ники. Верно? — парень утвердительно кивает головой, — Ну, а ты кто? — Ли ухмыляются и подмигивает, смотря прямо в глаза Конон. Такое поведение уже заставляет Рики напрячься.       — Сводная сестра твоего друга, — по тону, которым она это сказала, и хмурому выражению лица сразу понятно, что Конон явно не понравился парень. Ники всегда знал, что такой типаж парней девушка терпеть не может.       — Даже имя не скажешь? Уверен, что оно такое же красивое как и твоё личико.       — Хён, не приставай к ней, — дверь одной из комнат открылась, и оттуда вышел худой парень с темными волосами. Он выглядел немного уставшим и сонным, хоть голос был и бодрый. Затем парень обратился к двум гостям, — Я Чонвон, приятно познакомиться — он слегка поклонился, — Не обращайте внимания на Хисына, он иногда себя так ведёт.       Ники не мог не заметить, что практически все в этом доме уже знают их имена. Почему-то он даже не думал о том, что Сонхун кому-то о них рассказывал.       Пак встретился глазами с Нишимурами и кивнул в сторону, чтобы те пошли за ним. Все направились дальше по коридору, и Рики услышал, как Хисын и Чонвон шепчутся, идя в самом конце.       — «Он иногда себя так ведёт», серьезно? Говоришь, как будто я собака, — тихо говорит Хисын собеседнику, недовольно цокая и наверняка закатывая глаза, хоть юноша сам не может в этом убедиться.       — Возможно, потому что стоит вести себя более вежливо и не пытаться флиртовать когда вздумается, — спокойно отвечает парень, и Ники предполагает, что Чонвон является главным островок здравого смысла и холодного ума всей компании.       Дойдя до гостиной, совмещённой с кухней, Нишимура оглядывается: светлая и даже уютная комната, большой обеденных стол, зона готовки и диван, рассчитанный на много человек. В общем, всё, как в обычных домах. Так и не скажешь, что в данный момент четверо вампиров стоит вокруг Нишимур, и ещё двое, расположившихся на диване с картами в руках и эмоционально споривших между собой.       — Сону, ты жульничал! — воскликнул парень, когда другой лишь изобразил наигранный смех, — Чего смеёшься? Я между прочим видел всё.       — Я? Жульничал? Скорее уж ты, — утверждал вампир, даже не замечая стоящих в проходе вампиров и людей, — Эй, Джейк, я вообще-то с тобой говорю, на что ты там смотришь? — поняв, что собеседник уже не смотрит на него, Сону оборачивается, проследив за взглядом друга.       Он наконец замечает не только друзей, но и тех, кого видит впервые, поэтому нечеловеческой скоростью оказывается прямо перед ними.       — Приятно познакомиться, я Ким Сону, а это Джейк, — он широко улыбается и указывает на сидящего на диване, — Я уж думал, что никогда вас не увижу, но рад, что Сонхун всё-таки уговорил вас придти, — всё тараторит вампир, и Ники понял, что чувствует от него наименьшую угрозу, хоть и остальные не пугали. Однако поняв, что Чонвон пристально смотрит, Сону сразу становиться серьезным, — Получается, начинаем? — спрашивает Сону у Яна. Тот молча кивает, и все вампиры направляются к дивану.       — Будьте паиньками, а то покусаю, — улыбаясь, шепчет Сонхун Ники и Конон, хлопая по их плечам.       — Обычно такое мамы в детстве своим детям говорят. Уверен, что мы подходим? — не может не съязвить девушка       — Ты только так и угрожаешь? Способа поинтереснее не придумал? — закатывает глаза Ники, старший же игнорирует обоих и садится рядом с Джеем.       Конон же садиться на самом краю, а Ники между нею и Паком.       — Рад, что все в сборе, — начинает Чонвон, хлопая в ладоши.       «Он тут главный? Не ожидал, но обычно лидеры как раз спокойные и серьезные, прям как он» — предполагает юноша, ожидая следующий слов говорящего.       — Ребят, вы уже со всеми знакомы? — парень обращается к брату и сестре, на что те утвердительно кивают, — Отлично. Вообще, удивительно, что вы пришли, так как мы все были уверены в том, что вы узнаете о тайне Сонхуна намного позже. Но, видимо, всё поменялось.       — Так уж вышло, что кое-кто решил наведаться ночью на кухню в самый неподходящий момент, — Пак коситься на сидящего сбоку Нишимуру, определенно не намекая на него. Но говорит он не со злостью, даже с какой-то иронией, что даёт парню понять, что Сонхун вовсе не беспокоиться из-за случившегося, — Но с помощью Ханджуна всё удалось уладить, так что сейчас они в курсе.       — В курсе всего? — подаёт голос Джейк.       — Нет, лишь самой малость. Времени на объяснение было мало, — отвечает Пак.       — Ничего страшного, успеем рассказать, — утешает Ян, а затем продолжает уже более мягким голосом, — Наверняка Сонхун вам уже говорил, но лично вам мы не собираемся причинять вреда. Мы, наоборот, вам друзья. Понимаю, что принять это и расслабиться в нашем присутствии не так уж и легко, Но знайте, что, пить вашу кровь вообще не планируем. К тому же, мы в любом случае когда-нибудь с вами встретились бы, это был лишь вопрос времени, — вампир пожимает плечами.       Либо слова Чонвона были настолько убедительными, либо Рики реальному поверил, но сердце уже давно перестало бешеного биться, а мышцы перестали нервно сжиматься.       — Это ты сейчас просто так сказал? — Джей смеётся и пристально смотрит на Яна, который лишь ухмыляется, что сбивает Ники с толку, — А то они прям моментально расслабились, — Рики поворачивает голову и замечает, что его сестра тоже перестала выглядеть взволнованной.       — Чонвон обладает гипнозом, — Пак наклоняет голову и шепчет Рики на ухо. То ли от неожиданной информации, то ли от внезапного движения, однако парень чуть вздрагивает, — Но он нечасто его использует, не бойся так, — Сонхун ухмыляется и толкает юношу локтем в бок.       Нишимура даже не успевает подумать о том, что такая способность весьма необычна для вампира, и задуматься, что умеют другие сидящие здесь, как Ян продолжает серьезным голосом.       — Как вы, наверное, уже слышали из новостей, нападения на людей участились, и это уже переходит все границы. Тут и тупице понятно, что это не дикие животные, — Нишимура хоть и внимательно вслушивался в каждое слово, но толком ничего не понял. Разве что речь идёт о недавних убийств людей животными, но раз из-за этого вампиры устроили сбор, то это даёт понять, что с этими нападениями не всё так просто.       — Ханджун тоже уже говорил, что не может терпеть их выходки, — сообщил Пак.       — Особенно ужасно складывается то, что все убийства были совершены неподалеку отсюда, и, похоже, нам с ними разбираться, — Джейк явно этим недоволен.       — Но самое странное то, что это именно те, кого раньше в городе ни разу не видели, — соглашается Чонвон, устало вздыхая и скрещивая руки.       — Кто эти «они»? Оборотни что-ли? — все с неким удивлением оборачивают на девушку, видвинувшую такую догадку. Услышав это, Ники понимает, что всё и в правду сходиться, и удивляется, что не понял этого.       — Именно так, — подтверждает Сону, — Но всё-таки, почему ты так решила? — Считают, что всё это из-за животных, так что я сразу подумала про них, — Конон лишь пожимает плечами с намеком на лёгкую довольную улыбку на лице.       — В общем, это оборотни, которых мы видим в городе впервые. Хотя даже в живую ни разу не пересекались, и, думаю, в ближайшее время встретимся, хотим мы этого или нет.       — Вам не кажется странным одна вещь? — Сонхун, что до этого сидел задумчиво, что краем глаза заметил Рики, прервал Чонвона, обратив на себя внимание каждого, — А именно то, что они убивают именно на нашей территории? По сути, лес окружает весь город, но они выбрали совершать нападения именно в этом районе. Как будто бы специально.       — У вас есть своя территория? — решает озвучить свой вопрос Рики, хоть и хотел бы спросить намного больше.       — Да, у нашего клана есть часть города, за которую мы как бы отвечаем. Следим там, чтобы, например, оборотни не убивали кого попало и всё в таком духе. Так, город поделён между несколькими кланами, чтобы поддерживать безопасность, — отвечает на вопросы Чонвон, а парень внимательно его слушает, стараясь уловить суть каждого слова.       — Пока что понятно. И ты как бы лидер клана? — надеясь, что из-за этого вопроса никто вдруг не разозлиться, Рики всё-таки решает спросить.       — Не думал, что вы всё так быстро схватите, — глаза вампира округлились, а брови поднялись в удивлении, — Но да, ты абсолютно прав.       — А я говорил, что они быстро вольются, — Нишимура и не думал, что когда-то Пак будет с такой гордостью отзываться о нём и сестре. Это, конечно, удивило, но было приятно, что он был уверен в них и даже доказывал это своим друзьям.       — Вообще кланы созданы для того, чтобы вампиры не находились в одиночестве, ведь это играет злую шутка над их состоянием. А ещё сражаться с врагами сложно в одиночку. Так что тут одни плюсы, — рассказывает Джей.       — И что же вы теперь будете делать с оборотнями? — интересуется Конон, которая заметно втянулась в разговор и словно поняла всю ситуацию.       — По правде говоря, уже много столетий между вампирами и оборотнями договор о том, что мы не трогаем обычных людей. Вампиры не пьют кровь, а оборотни не убивают ради сырой плоти, когда они в облике волка, — поясняет Хисын, который до этого никак не принимал участия в обсуждении, — Но при случаях нападения на мирных людей, особенно если их уже большое количество, как сейчас, то противоположная сторона имеет право лишить жизни тех, кто совершил убийства.       Последние слова заставили Рики задержать дыхание, а Конон резко выдохнуть. Они определено ужаснулись одного и того же.       — Намекаешь, что найдете оборотней и убьете их? — всё же решает уточнить юноша, хотя в глубине души почему-то очень надеется услышать отрицательный ответ.       — Получается, что так, — вампир пожимает плечами, не виде в этом проблемы.       — Но это уже крайняя мера, если ничего другое не поможет, — Ян укоризненно прожигает взглядом Ли, на что тот закатывает глаза, — Мы все прекрасно знаем о варианте убийства, но хотим решить всё более мирным путем, поэтому тебе, Хисын, всё-таки стоит привыкать к более щадящим методам.       — Сомневаюсь, что за семь лет, будучи вампиром, в нем что-то поменялось, так что не надейся, — устало шепчет Джей лидеру, и Рики приходит к двум мыслям: Хисын вампир уже немало, и Джей, наверное, столько же, раз так хорошо его знает. Ну, или вторую догадку он безосновательно надумал себе.       Однако Ли, казалось, приуменьшил свой пыл о идее с убийством, а всеобщее внимание снова обращается к Чонвону.       — В общем, пока что действуем так: стараемся не попадаться оборотням на глаза, но при этом аккуратно пытаемся найти их. Нужно хотя бы знать, как они выглядят, чтобы пойти на переговоры. Сонхун, поговоришь с Ханджуном, уверен, он что-нибудь придумает, — Пак кивает, а Рики всё никак не может понять, что мужчина может сделать, и как он вообще во всём замешан. Юноша сделала пометку в голове, что должен спросить об этом у Сонхуна.       — Да уж, что-то такие проблемы мне вообще не нравятся, — устало тянет Джей и потирает ладонью глаза.       — Мне тоже, поэтому можно воды? — Конон встаёт с насиженного места, вздыхая, — Или у вас тут только кровь?       — Очень оригинально, — Сонхун весело цокает, а остальные усмехаются. Решили, что раз она шутит, то вряд ли боится, а это очень хорошо для всех, — возле раковины есть кулер.       Конон подходит к указанному месту и наливает жидкость в стакан, а затем выпивает его залпом. Парень наблюдает за сестрой, потому что делать больше нечего: заводить разговор немного неловко, хоть ему и хочется узнать о вампирах побольше.       — Даже не смей смотреть в сторону ножей, — вдруг говорит Хисын, даже не поворачиваясь к Конон и заставив всех замолчать. От Ники не могло укрыться то, что выглядят вампиры скорее загадочно, а не удивлённо, словно знают какой-то его хитрый секрет. Девушка же чуть вздрогнула и на секунду подавилась водою.       — Э… Хорошо, — Конон всё ещё в недоумении, — Я даже и не собиралась, — она неловко пожимает плечами и переводит взгляд с одного угла комнаты в другой, лишь бы не пересечься взглядом с Ли, который обернулся к ней с хитрой улыбкой.       — Правда? Даже на секунду не представляла, как перерезашь ими мою глотку, — от каждого слова брови девушки поднимались на лоб всё выше и выше, а Рики в неизвестно какой раз за день не мог понять, что вообще происходит, и почему сестра так реагирует.       — Вот сейчас хочу уже в реальности так сделать, — Конон упирается спиной в столешницу, скрещивая руки на груди. Теперь же она скорее недовольна, чем удивлена.       — Уж поверь, эти ножи не убьют нас, просто ранят, и это будет безболезненно, в отличие от серебряных, — наигранно-растроенно вздыхает парень и по-актерски кладет ладонь на сердце в качестве «огорчения».       — Проверим? — ухмыляется Конон, быстро разворачиваясь к раковине, возле которой стоит подставка с ножами, и вытаскивает самый большой нож. Нишимура порядком сошел с ума, ведь не может понять, что вообще произошло с его сестрой. И от таких действий девушки, Чонвон с молниеносной скоростью оказывается возле неё, собираясь выхватить из рук острый предмет, — Ладно-ладно, я шучу, я не собираюсь становится убийцей в восемнадцать, — Конон отдает нож Яну и поднимает пустые ладони, сдаваясь. Остальные, что ещё секунду назад задержали дыхание, выдыхают и пытаются сдержать смех, — Но как ты это сделал? — по голосу слышно, что девушка даже не обижена, а хочет узнать правду от Хисына, на которого она смотрит в упор. Рики смирился, что вся сценка выглядит непонятно, поэтому просто ожидает того, чем всё закончится.       — Стоит сказать спасибо фортуне, что наделила меня такой способностью при становлении вампиром, — с весельем в голосе говорит Ли, а Конон требуется всего две секунды на переваривание мыслей, как она буквально взрывается:       — Ты что, копался у меня в голове?!       — Просто прочитал твои мысли, — вампир спокойно пожимает плечами, а девушка кусает губу от злости, но продолжает стоять на месте.       — И часто ты так делаешь?       — Когда как. Могут хоть постоянно, — от сказанных слов девушка раздражается ещё больше, но, как кажется Ники, пытается себя сдерживать, включая режим самосохранения в споре с вампиром.       — Ну вот так ты ещё не хвастался, — Джей хохочет, не сдерживаясь, — Ещё скажи, что побочного эффекта у тебя потом нет, — он вновь подструнивает друга, на что тот улыбаясь заказывает глаза, признавая свою ложь и заставляя остальных тоже повеселеть, в том числе и Конон, которая даже решила вернуться на свое место на диване, — Ребят, вы реально друг друга стоите, мне сейчас плохо станет.       Пара секунд — и уже все смеются. Ники и подумать не мог, что во всё это превратиться их серьезный разговор. Однако он не чувствует себя не на своем месте. Будто в его жизни всё идёт так, как надо. Хоть в ней есть и встреча с шестью вампирами в гостиной под громкий смех. Парень определенно не загадывал это на Новый год, да и на день Рождения тоже. Но почему-то в глубине души ему всё равно кажется, что это определено того стоило.       Странный день. Странный сводный брат и его друзья. Да и вообще, странно всё. А вместе с тем и немного пугающе. Однако Нишимура готов попробовать сделать все необычные перемены частью своей жизни. Вернее, он сделает всё возможное, чтобы это случилось.