Пожалуйста, не уходи! Не оставляй меня одну!

      Середина зимнего дня, светло, большие хлопья снега падали на мою голову с неба. Зима, мое любимое время года. С самого детства, как только приближалась зима и выпадал первый снег, я начинала ощущать себя частью волшебной картины, в окружении белого великолепия природы. Хрустящий снег под ногами создавал музыкальное сопровождение каждому моему следующему шагу, а воздух наполнялся свежестью и прохладой. Жизнь вокруг меня словно замерла, абсолютно голые кусты и деревья, ветки которых были усыпаны снежными шапками, предавали окружению некую загадочность.       Небо было покрыто серебристыми облаками, которые блестели на солнце. Лучи солнца играли на поверхности снега, создавая волшебные блики и отражения. Это было похоже на чудо, словно сама природа творила искусство перед моими глазами.       Свернув губы трубочкой, я выдохнула пар, будто то был сигаретный дым, во рту остался приятный вкус прохлады и свежести зимы. Хотелось вдохнуть в себя всю эту зимнюю магию, чтобы она оставалась со мной долго.       Я продолжила свой путь по заснеженным улицам, ощущая мягкий и прохладный ветерок на лице. В реальность меня вернуло ощущение прохлады на моих ушах и отсутствия важной детали. Я повернула голову и посмотрела на свою одноклассницу – Эмити. Она смотрела на меня хихикая, держа в руке мою шапку. Я потянулась на ней, но Эмити отвела руку подальше. – Слушай, отдай мне шапку. – Как тебе не холодно в ней, она же весенняя? – сказала Эмити, указывая на то, что на улице не та температура, под которую подходит мой головной убор.       Я шагнула в сторону Эмити пытаясь взяться за шапку, но та успела увернуться и вновь захихикала. Я встала напротив нее и, схватив ее за бок начала щекотать ей ребра сквозь плотную куртку. Пока Эмити смеялась, мы кружились будто в вальсе. Я прижала подругу к себе, и та случайно наступила на мою ногу, продолжая заливаться смехом от непрекращающийся щекотки. В этот момент я попыталась отступить, но не смогла удержаться и начала падать на спину, продолжая прижимать Эмити к себе. Девушка приземлилась сверху.       Часть моих длинных волос накрыла мое лицо, и я начала зажевывать их, а потом сразу отплевываться, чтобы убрать их с лица. Эмити лежала, сверху смотря мне в глаза и улыбаясь. В отличии от меня, Эмити носила более короткую стрижку, так что даже если бы на ней не было шапки как сейчас ее нет на мне, я бы все равно видела ее лицо. – Ладно, ты победила, – сказала Эмити и начала накладывать мои волосы, будто спагетти в шапку, прежде чем одеть ее на меня. – Да, я такая!       Собачий лай вернул нас обеих в реальность. Я повернула голову и увидела, как какой-то пес, натянув цепь, рвался к нам, задыхаясь от своего же истошного лая. Мы поспешили подняться и, не отряхиваясь, побежали к дому Эмити.       Пес утих, и мы остановились, чтобы отряхнутся от прилипшего к нам снега. Так как я была снизу, то вся моя спина была покрыта им, у Эмити же только варежки и низ штанов. Отряхнувшись быстрее меня, она принялась помогать мне. Снег уже прилип, так что Эмити буквально отрывала мелкие комки от моей одежды.       Когда мы поняли, что ничего не удастся, было решено пойти к Эмити домой. Я никогда у нее не была, но много слышала. Подходя к дому подруги, та закинула руку за калитку и начала пытаться скинуть крючок с противоположной стороны. Через несколько попыток калитка отворилась, с небольшим усилием, раздвигая наваливший снег, Эмити зашла во двор, обернулась и посмотрела прямо в мою душу. – Помнишь, я про дедушку рассказывала?       Я молча кивнула. – Какой он добрый, заботливый, умный. Но это лишь половина от всей правды.       Эти слова сильно заинтересовали меня и я смотрела на Эмити, ожидая продолжения. – В последнее время он... – Эмити сделала паузу, ища нужное слово, – Стал немного чудным. Да, пожалуй. С возрастом стал таким, так что, не удивляйся сильно.       Я молча кивнула и вы прошли по заваленной тропинке, Эмити будто первопроходец семимильными шагами шла сильно задирая ноги, а я старалась наступать в ее же следы. Пройдя в дом, я взяла веник что лежал рядышком и начала сметать снег с ботинок. – Раздевайся и постой тут, а я пока приберусь в комнате. – Окей.       Эмити сняла курточку и буквально выпрыгнула из ботинок, забежала в комнату напротив парадной двери. Я сняла верхнюю одежду и села на рядом расположенный табурет. Начала осматриваться, дом Эмити был наполнен разными интересными вещами.       Я услышала скрип и по полу начала растягиваться чья-то тень. – Эмити?       Из-за угла, что скрывал неизвестного, выкатилась инвалидная коляска, на которой сидел пожилой мужчина, смотревший на меня. Ничего не сказав, он подъехал ко мне. – Ты, наверное, одноклассница моей внучки Эмити? – Да, Луз Носеда. – ответила я, слегка запинаясь.       Старик улыбнулся и пожал мне руку, не смотря на его возраст, хватка была очень крепкой. – А я Аладор, – старик произнес свое имя с ударением на последнюю гласную. – Очень приятно! Очень. Имя старое, означает «Удача»       Какое-то дедушка Эмити молча, смотрел на меня, пока не задал вопрос: –А знаешь ли ты, что твое имя означает? – Нет. – Имя «Луз» берет свое начало из Португалии и Испании. По разным источникам, это имя означает «Добрая сердцем» или «Светлая»       Я хмыкнула, да, это похоже на меня. – А Эмити? – Эмити имя довольно многогранное, оно берет начало с латинского слова «Aemulus», что означает «Соперница».       Я задумалась, и правда, до того, как мы сдружили, мы были соперницами с Эмити. – Но в зависимости от культуры и религии, имя Эмити приобретает новый смысл. Например в Индии, это означает «Возлюбленная», а вот например в Исламе, если я не путаюсь конечно... «Благородная». – Вы так много про имена знаете? – Конечно, я каждому дереву давал необычное имя. – Дереву? – Да, Эмити не рассказывала? В молодости я был кородером, каждое дерево знал, и имя ему давал. Потом, менял профессии конечно же, был инженером например, в НАСА работал. – Да ладно? – Да, поверь, я много где был в молодости.       Дверь в комнату Эмити приоткрылась. – Луз, можно заходить!       Аладор отъехал, давая мне пройти. – Скырлы-скырлы-скырлы... – сквозь зубы произнес старик, но я не обратила внимания. – Приятно было познакомиться. – И мне Носеда Луз, и мне...       Я зашла в комнату Эмити и была удивленна приятно обстановкой, стоя в прихожей, я ожидала немного другой картины, но я была рада, что ошибалась.       В комнате было уютно и тепло, с большими окнами, пропускающими яркий свет. На полу лежал ковер с яркими цветами, а на стенах висели картины с пейзажами и фотографии счастливых моментов. В углу стояла небольшая полка с книгами, а на столике была разложена игра в шахматы, видимо Эмити с дедушкой не доиграли. – Дедушка тебя не сильно донимал? – произнесла Эмити, встав передо мной. – Да нет, он довольно... интересный. – Что, уже рассказал тебе свои сказки? – Сказки? – Да, сказки. Про охотников, ведьм, русалок, волшебную картину? – Нет... можешь рассказать?       Эмити усмехнулась, – потом.       Я улыбнулась и посмотрела на картины. – Мило... – Ага, только если они предложат зайти к ним, не делай этого.       Я посмотрела на Эмити. – Что?! – Ничего. Ну ладно, познакомься с Призраком.       Эмити указала на мягкий стул, на котором сидел абсолютно белый кот. Я попыталась его погладить, но тот зашипел и запрыгнул на шкаф, хитро смотря на меня, как на свою добычу. – Прости, он, не любит незнакомцев. – Окей. А почему именно Призрак? – Да так, когда он появился, думала над именем, а в тот момент у меня играла группа «Ghost».       Мы еще какое-то время говорили о музыке, Эмити чаще всего слушала иностранные группы. По типу «Ghost», «KISS», «SKILLET» и так далее. А я больше за нашу русскую музыку: «Король и Шут», «Ария» «Яркона»...       Прекратив обсуждать исполнителей, Эмити села за пианино и решила немного мне поиграть. Я была удивлена тому, с какой легкостью она касается клавиш и не запинается. С смотрела на это, улыбаясь и скрестив руки на груди. Сделав шаг назад услышала вопль, который заставил меня подпрыгнуть. Призрак спустился со шкафа и я не заметив его случайно наступила ему на хвост.       Одним движением обезумевший кот вцепился в мою ногу острыми когтями, а затем запрыгнув на стену изорвал постер к книге «Добрая ведьма Азура». К моим ногам упали несколько кусочков, другая часть продолжала висеть на стене за кнопки. – Призрак! – злобно прокричала Эмити на кота, не знаю, винит она его за плакат, или за мою ногу. А может и за оба инцидента.       Она грустно посмотрела на меня и на мелкие дырочки моих черных штанов, вокруг которых все намокало и темнело. – Давай обработаем рану, а то кто знает, кого Призрак до тебя царапал. – Да ладно тебя, все хорошо будет. А вот твой плакат...       Эмити подошла к полке, откуда достала бутыль йода и вату. – Плакат это ерунда, у меня, если что найдется скотч, а если нет, у дедушки клей есть, намажу полоски из бумаги и склею.       Эмити открыла бутылек и макнула немного на вату. – Ладно, давай намажу, а то я видела, как Призрак утром крысу ест. Давай, снимай штаны.       Я немного замешкалась и не торопилась выполнять просьбу подруги, в школьной раздевалке это одно, но в гостях совсем другое как по мне. Так что Эмити убрала вату и йод на стол и подошла ко мне. – Больной, доктор сказал, что это необходимо. Еще никто не умирал у меня в комнате. И я не хочу, что в списке жертв появилась имя. Так что не сопротивляйтесь.       С этими словами Эмити продела пальцы в шлевки для ремня и потянула их вниз. Я отошла назад, но Эмити вновь настигла меня, но уже стоя сзади она вновь попыталась снять с меня штаны и выполнить обещанное. Я крутанулась и схватила Эмити за бока, пока та заливалась смехом. Шагнув назад я споткнулась и упала вместе с Эмити на ее кровать. Железная сеть, из которой она состояла характерно ушла вниз под нашил общим весом. Я лежала снизу, пока Эмити гордо возвышалась надо мной и смотрела мне в глаза. – Что такое? – Да ничего. Просто ты Луз очень красивая.       Я была смущена и кажется покраснела. – Да ладно. – Я тебе клянусь.       Мое сердце начало бешено колотится, причем так, что даже Эмити его слышала. – Знаешь Луз... а я никогда не целовалась с девушкой. – Я тоже.       Мое сердце начало бешено колотится, я перестала дышать, было видно, как моя грудь кратковременно дергается от каждого следующего удара сердца.       Эмити закрыла глаза и молча, опустила голову, наши губы соприкоснулись. Я прижала Эмити со спины к себе и положила руку ей на голову. В ушах заиграла музыка счастья, это было нечто... нечто такое, что мне не хотелось прекращать.       Я открыла глаза и посмотрела в сторону. Зеркало! Зеркала в котором отражался дверной проем, в нем стоял Аладор и смотрел на нас пустым взглядом. Поняв, что он пойман с поличным, старик поспешил отъехать. Я тут же оторвалась от сладких губ Эмити, да саму ее я подвинула в сторону, приняв сидячее положение.       Непонимающе, Эмити посмотрела на меня, я к тому моменту уже встала. – Что случилось? – Ничто! Просто... мне нужно домой, я... я вспомнила, что обещала поиграть в на улице, пока еще светло.       Я подтянула штаны, которые Эмити чуть приспустила, как вдруг ощутила ее руки на моем животе, тянущие меня к ней. Я едва вырвалась из ее хватки и упала на пол отползая. – Луз... – Эмити, прости... – Не надо Луз, не уходи!       Голос Эмити задрожал, а из ее глаз хлынули слезы. Из жизнерадостной девушки Эмити вмиг превратилась в настоящее олицетворение горя и печали. – Пожалуйста, не уходи! Не оставляй меня одну!       Эмити повалилась на кровать, закрыв лицо руками. Всхлипы становились все более громкими и душераздирающими. – Эмити прошу тебя...       Эмити меня будто не слышала, она закричала еще сильнее и начала катятся по кровати.       Я не знала что делать, все что пришло на ум, это оставить ее, чтобы она успокоилась. Я буквально вылетела из ее комнаты и поспешила накинуть куртку, не развязывая шнурки, я пыталась как можно скорее продеть ногу в ботинок. Когда подняла голову, то увидела Аладора. Старик сидел и спокойно смотрел на меня. – Уже уходишь, – он подъехал ко мне, – так быстро. – Д-да, у вспомнила о важных делах.       Старик озадаченно посмотрел на дверь в комнату Эмити, из которой продолжали доносится вопли. – Почему Эмити плачет? Что случилось?       Старик посмотрел на меня и злобно оскалил зубы, но через миг он снова улыбался мне, блестя своими железными зубами. – Скырлы-скырлы...       Я смотрела на него, не отрывая взгляд, по телу пробежали мурашки. – Пойдем на кухню, чаю выпьем. – Меня ждут... – вырвалось из моего горла. – Подождут и перестанут... Ну пойдем, пойдем. Я тортик разрезал.       Мое дыхание стала прерываться... я только и думала, как сбежать из этого дома ужасов. Но крик Эмити снова вернул меня в реальность, я не хотела бросать свою подругу в таком положении, будет ли она мне подругой после этого? – Окей...       Я произнесла это так тихо, как только могла. Но Аладор меня все равно услышал и улыбнулся. – Замечательно... ступай на кухню, я позову Эмити.       Я вернула куртку на место и прошла в глубь дома, взяв кружку и положив туда сахару с заваркой, я залила до середины кипятка, потом так же и со следующей, и снова. Сев за стол в ожидании, я увидела, как старик подъезжает и останавливается у стола напротив меня. – Эмити? – Она сейчас подойдет, не бойся. Мы просто поговорим.       Так и случилось, через пару минут неловкого молчания на кухню зашла Эмити чуть ли не черными от слез глазами, рукава ее рубашки были насквозь пропитаны слезами и слизью из носа...       Эмити молча села и небольшими глотками начала пить горячий чай. Аладор открыл контейнер с разрезанной половинкой торта и подвинул его к нам с Эмити. – Угощайся Луз.       Я достала из кружки ложку и аккуратно взяла кусочек. – Скажи Луз, сильно ли отличается система образования в городе и у нас?       Я сглотнула и чуть не подавилась? – Не знаю, особых отличий не нашла...       Старик хмыкнул. – А вы уже изучали генетику? – Нет... – Я помню, как в детстве плохо понимал эту тему, – Аладор сделал паузу и посмотрел на внучку, кожа под глазами Эмити начала приобретать естественный цвет, но по коже прошли мурашки. – Я могу ошибаться, но если я все правильно помню, то примерно есть один из девяти шансов, что ребенку передастся что-то через поколение. (ребята, это точно не правда, я сам не помню, и тупо взял факт из воздуха, так как не нашел ничего...) – Я не до кона понимаю... – Луз! – крикнула Эмити, чем очень напугала меня, – у меня раздвоение личности! Как и у моего дедушки.       Я ошарашено посмотрела на Эмити, я ожидала всего, но не этого. Аладор печально посмотрел вниз.       Что прилетело в окно, мы все посмотрели в него и увидели размытую фигуру, стоящую и катающую что-то в руках без перчаток. Снова удар, это оказался снежок. – А ну выходи! Я знаю, что ты тут! Предатель!       Я узнала этот голос. Боша! Она пришла и к Эмити, явно понимая, что я тоже здесь. – Зайдите в комнату, я разберусь.       Аладор выехал из-за стола, а мы с Эмити зашли в ее спальню. Старик открыл дверь, в десяти метров от входной двери стояла Боша, щека были покрасневшие от слез, а руки дрожали. – Тварь! – завопила она сразу как увидела меня. – Ирод! Ты что орешь так, иди от сюда. – Только с этим предателем!       Боша сунула руку в карман и достала нож-бабочку. – Я боялась, что с ней что-то произошло... уже была готова пойти искать ее... а потом я узнаю, что она ушла... вместе... вместе.       Изо рта Боши выступила пена и та поспешила убрать ее, упав на колени, она зарыдала еще сильнее. Взяв нож в зубы, Боша сжала челюсть так, что из ее рта пошла кровь. Она побежала на четвереньках к двери, но Аладор успел закрыться.       Боша начала молотить по двери, кричать, что убьет нас всех. Бить лезвием ножа по двери...       Мы с Эмити сидела на ее кровати и прижимали друг друга к себе, мне было не сколько страшно за себя, сколько за подругу.       Потом мы услышали крик, с улицы. Было не понятно, это кричит Боша, или кто-то другой. Наконец крик стих и подошли к двери, у входа лежал этот самый нож, на снегу были капли крови, вытекшие изо рта Боши, но самой ее не было.       Эмити и я обменялись взглядами, полные тревоги. Мы не знали, что произошло с Бошей, но были обеспокоены ее состоянием и я насторожено вышла на снег без обуви.       Вызвали полицию, мы все рассказали и они уехали.       Вернувшись домой, я вновь застала родителей спорящими на кухне, мама то и дело размахивала руками стараясь возвышаться над отцом, но тот будто медведь не колыхался, а лишь медленно наступал.       Дома я всю ночь я не могла уснуть, так что легла в одну кровать с Ви, чтобы хотя бы она поспала.       Утром, стоя у доски объявлений в школе я смотрела на объявления о пропаже детей. Встав на цыпочки, чтобы хоть что-то разглядеть из-за затылков старшеклассников, я увидела знакомое лицо на черно-белой фотографии. Я узнала остро выраженные черты лица и характерный пучок волос.       Боша пропала...