Мир А-Чена

- Где, блять, этот дебил?! – крик сопровождался грохотом, кажется разбилась фарфоровая ваза в гостиной на втором этаже. Потом зашуршали приглушенные голоса прислуги, кажется, испуганно-успокаивающие. Но Ванцзы не обратил внимания, не мог. Все его мысли были заняты движениями тела под ним, стонами, шёпотом и тонкими сильными пальцами, вцепившимися в его предплечья. Ванцзы держал и трахал своего любимого так сильно, что единственное, что могло его остановить – пуля в висок. Возможно, удар в дверь его комнаты и был с этим схож, но убойной силы ему явно не хватало. К тому же в этот момент Вей Ин, вскрикнувший особенно сильно, начал кончать, сжимая внутри своей задницы немалый член Лань Чжаня и раскрыв свои невозможно глубокие серые глаза в которые Ванцзи провалился, также соскальзывая в оглушающий оргазм. На самом деле оглушающей, потому что все звуки исчезли, а уши заполнило глубокое дыхание Вей Ина. - Сука, немедленно открой дверь или я… ! Дверь с грохотом распахнулась, являя гром и молнию всей Академии Гусу и по совместительству шиди Вей Усяня – Цзян Чена. Возможно, это был бы последний день ослепших и оглушённых друг другом любовников, потерявших представление о месте и времени, поэтому абсолютно дезориентированных, но перед сверкающим воплощением праведного гнева оказался непоколебимый как айсберг - старший брат Ванцзы, Лань Сичень. - А-Чен, - он обхватил плечи искрящегося электричеством парня и заговорил. Ванцзы подозревал, что старший брат обладал даром заклинателя змей, потому что его голос действовал так же волшебно и безотказно. - А-Чен, не представляешь как я тебя рад видеть в нашем доме, но ты перепутал комнаты, пойдем. Твой любимый балкон ждёт тебя, и я тоже, наша партия сянцы не окончена. Все, кого ты пожелаешь увидеть спустятся чуть позже… -Ты… - Чен ткнул пальцем в Вей Ина, из-за плеча Лань Сиченя. – ТЫ! Я по частям доставлю тебя домой! Вей Ин совершенно неспособный говорить, а возможно и дышать, закрытый телом своего любимого и тонким шёлковым покрывалом, облизывающий обметанные губы, повернул голову к брату и кажется, не совсем узнавая, расфокусированным зрением, кто его зовет, простонал невнятное. - Сейчас выходной… какая разница, когда… - Пизда! Блин! Родители приехали вчера вечером! До тебя не дозвониться!!! Тебе твой парень мозги вытрахал?! Последнее он выкрикнул уже из коридора, потому что противостоять мягкой силе старшего Ланя вряд ли смог бы даже удар молнии. Ванцзи даже не удостоил вниманием разыгравшийся у дверей спектакль, он всё время смотрел на нежное, в пятнах от поцелуев, лицо Вей Ина. На его невозможный разрез глаз, на тонкие крылья носа и родинку под губой, которая сводила его с ума с того момента как он увидел её у влетевшего в аудиторию урагана по имени Вей Усянь: «Привет, я новенький, буду учиться с вами, надеюсь станем хорошими друзьями и будем весело проводить время». Три года назад. Три года. Да если бы кто-то сейчас попытался рассоединить их, он бы физически не смог. Лань Чжаню, казалось, он прирос к телу Вей Ина. Из сомкнутых губ вытек полустон, полувздох. И тут серые глаза распахнулись ещё шире. -Ты… продолжаешь?! – изумлённо-восхищённо простонал Вей Ин, чувствуя как твердеет член Лань Чжаня в его скользкой от спермы попке, - Лань Чжань, ты... невозможный..., бесстыдник. - Мгм… Ванцзы задвигался снова, скользя напряжённым членом в розовой припухшей дырочке, из которой обильно вытекало его же молочное семя. И ещё, и ещё. Он снова терял связь с реальностью ориентируясь в этом мире, словно на маяк, только на стоны наслаждения Вей Ина. *** - Друг мой, чай, сок…? Что утолит ваш пожар? – Чен понимал, что отчасти Сичень издевается, но, во-первых, тот был старше, а Цзян Чен был слишком хорошо воспитан, чтобы грубить старшим, а во-вторых, Сичень был тем человеком, на которого не мог сердиться никто. Возможно, это какая-то магия, возможно генетика, но даже старший Не никогда не кричал в присутствии Сиченя. Ну, скажем, не кричал так, как кричал без него. - Чай. Пуэр есть? - Да, конечно, вишнёвый, я помню, уже приготовил. Я понимаю, что А-Сянь, - кроме сестры, только старший Лань мог называть Усяня так, по-домашнему, - не зарядил телефон. Но тут скорее моя вина, они столько тренировались вчера с А-Чжанем, когда вернулись, буквально свалились с ног… - В постель… - Ну, на полу было бы не гостеприимно. - Хуань! - Друг мой, ты уже давно зовешь меня Сиченем, зачем изменять эту степень дружеской близости... Вот чай. Сичень протянул голубоватую пиалу, сквозь полупрозрачные стенки которой подсвечивали лотосы, словно заключённые внутри хрупкого фарфора. Тонкие изящные пальцы ловко крутанув чашу, буквально ввинтили её в ладонь Цзян Чена. – Чувствуешь аромат? Цзян Чен всегда любовался руками старшего Ланя, ему самому часто говорили, что его кисти очень аристократичны, но ладони Сиченя были просто произведением искусства, китайских живописцев средневековья. Наследник Цзянов вздохнул и поднёс к губам пахнущий пряными вишнями напиток. *** На балкон, к братьям, Ин и Ванцзы поднялись минут через сорок, а то и больше. Душ, сушка волос поцелуи на каждой ступеньке, отняли ещё время. К тому же, Вей Ину было не очень удобно идти. Как только Лань Чжань брал его на руки, они замирали на пару мгновений, чтобы нацеловаться. - Лимон съешь, - хмуро бросил Цзян Чен окинув взглядом брата, губы которого не покидала блаженная улыбка, и сделал вид, что его взгляд прикован к полю сянцы. На доске ситуация была явно не в пользу его императора, советника которого слоны противника оттеснили к реке. - Из -за чего столько шума, А- Чен? - Усянь потянулся, отстраняясь от объятий Ванцзы, потом потянулся за яблоком в плетёной корзиночке и захрустел им с таким удовольствием, демонстрируя белоснежные резцы, что у всех во рту собралась слюна. - Мать с отцом вернулись вчера вечером. - Но они же собирались в понедельник… -Тебе сказали телефон не выпускать из рук. - Я не выпускал… - Он разрядился, - уточнил Ванцзи. - Поэтому и разрядился, - пояснил Усянь, - потому что был в руках, а не на зарядке. - Он уже опирался на витые перила балкона, осматривая цветущее великолепие сада Ланей. Внизу благоухал жасмин и белая акация. - Потом, он выпал, - пояснил Ванцы. - Вот давайте без подробностей! - взвился Чен. – Мать хотела в морги звонить, Янли вызвала, хорошо Сичень, отозвался! У вас обоих вместе с телефоном мозги выпали и разрядились! - Три хода, - сказал Ванцзи не меняя интонации. - Что три хода? - Спросили все повернув головы в его сторону. - Игру можно закончить в три хода. Наследник Цзян проиграл. - Всё! – Цзян Чен, подпрыгнул, шлёпнув ладонью по столу и одновременно с ним подпрыгнули шашки. -А-Чень, - Сичень, поднимаясь перехватил его запястье, – А-Чень, я не успел тебе показать новый нож, который пришел из Швейцарии, по моему заказу, помнишь? Мы обсуждали, полгода ждал… и ещё, помнишь, говорили про питомник собак... Чен замер, словно околдованный глядя на Лань Хуаня. - Кстати, - Сичень перевёл взгляд на брата, - Чжань-ди, ты хотел показать Вей Ину свой новый зверинец, давайте через час-полтора встретимся в столовой. И там договорим. Он, почти танцуя, настолько легкой и плавной была его походка, протащил Цзян Чена в боковую галерею, чтобы проводить в свой кабинет. Усянь перестал разглядывать сад, обернулся к Ванцзы и обнаружил что его снова сжимают в недвусмысленных объятиях. - Лань Чжань, - прошептал он, запуская пальцы в аккуратную стрижку теперь уже своего парня, - Лааань Чжань, скажи, как это всё получилось… я не успел осознать… Я ещё полтора дня назад думал, что ты и Мянь-Мянь… Ванцзы глухо зарычал, выцеловывая узоры на длинной шее Вей Ина будто созданной для его губ, прихватывая острый выступ кадыка и чувствуя как нервно он дёргается. - Да, а что? Все об этом говорили! И она на самом деле славная девушка… Ай, почему ты кусаешься? Чжань, если ты не прекратишь, мы не сможем спуститься в сад… Мы вообще не сможем никуда спуститься… А сделать это…, ты собираешься сделать это на балконе, здесь?.. Рядом же кабинет твоего брата…Ах… Губы Вей Ина накрыл горячий рот Лань Чжаня, прекращая этот поток слов. А мягкие домашние штаны, чуть великоватые, потому что принадлежали Лань Чжаню, и были выданы на время в качестве приличной одежды, поползли вниз. Парни сами как-то сползли на прогретый полуденным солнцем пол с мягким покрытием и Вей Ин уже плохо соображал где пол, где потолок, просто всем телом отвечал на ласки, нежных рук любимого. Его плечи, живот подвздошные косточки, бедра ничего не оставалось необласканным, эти красивые пальцы, вопреки сдержанности своего хозяина были невероятно бессовестными. Они залазили в любую выемку, оглаживали, задевали, царапали все что оказывалось у них на пути. Нежно очерчивали ореолы сосков, потом зажимая их тихонько тянули пока набухшая кнопочка не выскальзывала между подушечек пальцев, потом проходились вверх и вниз по кубикам пресса и кружили, разминая поясницу. - Ахм… А-Чжань, пожалуйста, пожалуйста осторожнее, третий раз за утро… я очень, очень хочу, не думай… ах, продолжай, ещё… Просто, никогда не думал, что прилагательное, заёбанный, будет иметь физическое воплощение… ах! Спустя пару минут Ванцзы двигался внутри него так быстро, что Усяна подбрасывало и он понимал, что просто не удержится на вытянутых руках, упираясь в пол, локти подгибались. Звук напоминающий скулёж сорвался с его губ. Тогда его подтащили назад, прижали спиной к груди, посадив на колени, чуть сбавив интенсивность ебли. Скользкая упругая головка выскользнула из попки и член Лань Чжаня проехался по его члену, заливая живот и бёдра тёплой спермой. Солнце такой теплое, такой ласковое, запах жасмина и цветов апельсина из сада, всё тонуло в этом мареве бесконечного наслаждения обволакивая разум и тело Усяня, превращая в безвольное желе, когда единственное о чём хотелось думать как ещё сильнее прижаться к своему любимому, вдохнуть его запах, раствориться в нём. *** Спазм снова свел внутренности, и уксусная желудочная жидкость вытекла в унитаз. Вей Ин уже не мог блевать, но тело ещё раз содрогнулось в судороге. Он приподнял руку, чтобы забрать протянутую Вень Цин бумажную салфетку. - Пиздец, – констатировала девушка. – Как ты умудрился? Вопрос риторический. Вей Ин дернул плечом. Горло саднило, говорить не хотелось. Вень Цин слишком умная и так всё поняла. - Отец - Лань Чжань? - за требовательными нотками в голосе девушки скрывалось беспокойство. Ну вот, слишком умная и ни грамма такта, впрочем, в этом они одинаковы. Вей Ин не в обиде. Слишком много их связывало дружеских секретов и помощи во всяких передрягах. Он кивнул, вытер рот и попытался встать. Его мотнуло в сторону. Вень Цин попыталась поддержать, но силой она никогда не отличалась, поэтому просто опустилась рядом, на белоснежный кафельный пол. И не побоялась же потащиться за ним в мужской туалет. - Глупо спрашивать, - она сделала паузу, - но, что собираешься делать? - Переду в Гонконг, поступлю заочно, найму няню…, - Вень Цин, с недоумением, смотрела на говорившего. Голос Вей Ина был настолько серьезным и усталым, что она вдруг поняла, что он не шутит. В том, что он говорит нет его привычного легкого юмора. - Ты с сосны свалился, тебя Синчень укусил, теперь ты у нас блаженный? Какого гуя? Ты должен немедленно всё рассказать Ланю! Пусть берёт ответственность. Да, я сама это сделаю! - Сядь! - рявкнул Вей Ин и откинул голову на белоснежную кафельную стенку, на это ушли его последние силы. Голова закружилась, перед глазами побежали разноцветные искорки. Вень Цин снова примостилась рядом с ним, на прохладном полу, вдыхая запах хлорки вперемежку с лимонным освежителем. - Ну, - сказала, она, - Твой план Б? Дверь закрыл, пока жив! – рявкнула она на попытку какого-то студиоза пробиться в уборную. От её крика не только дверь закрылась, но и тот, кто её закрывал упал на пол, судя по звуку. - Никакого плана Б. Я не могу портить жизнь Лань Чжаню. Мы с ним не договаривались, что я залечу вот так, в первые две недели. У нас через полтора месяца защита, у него два проекта и семейная фирма, как он должен на это среагировать? Как я вообще умудрился… даже течки не было… - Такое бывает. Хочешь расскажу, у нас отдельный курс был по репродуктивному поведению омег. Видимо у вас стопроцентная совместимость. Такое редко, но бывает... - Не кажется, что поздновато с просвещением? – хмыкнул Вей Ин. - Ты можешь сделать аборт, особенно если ранняя стадия… -Я, - Вей Ин глубоко вздохнул, - я не хочу… Я когда в пятницу понял и тест сделал, мне так хорошо стало… Я такой дурак. Но, знаешь, как будто часть Лань Чжаня со мной, всё время… Вень Цин хмыкнула, кивнула. Её аккуратное каре качнулось в такт движению головы. - Кому-то ещё сказал? - Кому? Семье? Цзян Чену? - Нет. А -Чену нельзя, он слишком за тебя переживает. Ему эта новость снесёт крышу… - Ты зовёшь шиди А-Чен? - Усянь приподняв бровь взглянул на подругу. Вень Цин стукнула его кулаком в плечо и отвернулась, закусив губу. - Да, ладно, а он тебя как? - Никак! - Что этот тупица до сих пор не понял, что у вас всё взаимно. Знаешь, я тебе как-нибудь его стенку в шкафу с книгами сфотографирую, там штук двадцать твоих фотографий… Вень Цин, вдруг, уткнулась в рукав футболки Усяня, куда пару минут назад съездила кулаком. - Ну, сестрёнка, ну… не вздумай плакать, это же… это так здорово, у вас всё сложится! – он чувствовал, как стремительно намокает ткань. – Ну, сама ему скажи. Возьми за ворот, ты же можешь, пни под коленку, чтобы сел, а то он упадёт и сломает себе ногу от счастья... - Отстань, - буркнула Вень Цин - Хочешь, я его сам стукну? - Нет! В твоём положении! Ты у меня лишнего движения не сделаешь…. И, извини, это у тебя проблемы, а я расклеилась… Но знаешь, я уже так вымоталась. Он какой-то … Не знаю, всё время о чем-то переживает, думает, говорит… Знаешь, он меня провожает, отдаёт сумку, кланяется и уходит. Как будто долг выполняет. Я даже сказать ему ничего не могу. Даже на чай пригласить… -Не переживай, сестрёнка, – ухмыльнулся Вей Ин, - А-Чену всегда нужно было больше времени, чтобы договориться с внутренним собой. - Всё, - Вень Цин провела рукой по глазам. – Сейчас, ты важнее. Идём домой, я тебя отвезу. Тебе надо выпить чай, зелёный, он отлично снимает тошноту и полежать. Потом подумаем, что делать. - Спасибо. - Не смей говорить мне спасибо, я твой друг, так что просто заткнись, возьми бутылку с водой у меня в сумке и пойдем. Моя машина около клумбы. Пойдём к западному входу, там не многолюдно, и есть шанс не наткнуться на вездесущего младшего Не. *** Вень Цин протянула ему конверт. Ванцзы недоумённо посмотрел на неё, машинально взяв протягиваемый ему голубой конвертик с кроликами. Всё последнее время его мысли были заняты рассеянным Вэй Ином, исчезнувшим Вей Ином… Вей Ином не отвечающим на звонки… Вей Ином сбежавшим с экзамена. Он опустился до того, что караулил его у выхода из Академии. Но поймать не удалось. Когда Вей Ин пропал на неделю, Ванцзы сходил к дяде, по совместительству директору Академии Гусу и написал просьбу об академических каникулах для Вей Ина. Дядя был недоволен. -Усянь меня убьет... Ванцзы продолжил держать конверт, вопросительно глядя на девушку. В таких конвертах передавали любовные послания... -Ну! - взорвалась та. – Ты вроде до сегодня хорошо соображал! Открывай и сделай уже что-нибудь! Потому что, если ты ничего не сделаешь, я… я тебе ноги переломаю! - Что? – вздрогнув изумился Ванцзы. - Ну, у А- Чена срабатывает, – пожала плечами Вень Цин. Девушка была ровно на голову ниже Ванцзы, с особой трогательной хрупкостью рук, плеч, шеи, напоминавшей фарфоровую куколку эпохи Мин. Ванцзи усмехнувшись, вздохнул и открыл конверт. Спустя секунду его глаза увеличились в два раза. Через десять минут его белоснежная тойота уже мчалась в направлении аэропорта. В ушах звенел голос Вень Цин: «Будь предельно осторожен, у него конец первого триместра, он не стабилен! Ты понял! Предельно!» *** Аэропорт был многолюден. Вот так, банально, все занимались своими делами, каждый со своей судьбой планами и усталостью. Вей Ин прошёл в зону ожидания, шелестя по начищенному до зеркального блеска полу небольшим фиолетовым чемоданчиком на колёсах. До вылета два часа. Можно просто посидеть и поиграть или потупить… Или повспоминать. Последнюю неделю его всё время тянуло в сон. Чувства притупились, только небольшая озабоченность, связанная скорее со здоровьем ребёнка, чем с собственным комфортом занимала ум. - Сейчас мы тихонько дойдём до эскалатора, сейчас мы тихонько дойдем, – бормотал Усянь себе под нос, одной рукой катя чемоданчик, вторую держа в кармане на животе объемной черной кенгурухи. В таком виде определить его девятинедельную беременность не смогла бы и госпожа Юй. – А когда дойдем, отдохнём и выпьем сок. Ты же любишь морковный сок… Я прочитал, что он очень полезен. Кажется, крольчонок, ты будешь очень любить этот сок. Усянь вздохнул. Надо сказать, что последнее время морковный сок и сок манго это было то, что он мог вливать в себя без какого ты ни было протеста стороны организма. Тошнота, головокружения и тяжесть, особенно утром, сопровождали его всё время. Ему даже пришлось удрать с экзамена по английскому, чтобы его не вывернуло прямо на экран монитора. Повезло, что Лань Чжань, кинувшийся за ним, чуть промедлил и Усяню удалось скрыться. Вей Ин очень слабо представлял, что будет делать, но уже снял квартиру в Гонконге, недалеко от медцентра и решил, что месяц просто отлежится. - Ну, вот, крольчонок, уже немного, - Усянь глядящий себе под ноги, чтобы не споткнуться вдруг стукнулся лбом во что-то упругое и недовольно поднял голову. – Ааа…ах! И остался с приоткрытым ртом посреди зала. На него смотрел Лань Чжань, выросший словно из-под земли и как не… божья кара вставший на пути у всех его планов. - Лань Чжань! Тот ничего не говоря протянул руки и сжав его запястье одной ладонью, а выпавшую из ослабевшей кисти, ручку чемодана другой, а потом он просто повел его в сторону выхода. - Куда, Лань Чжань?! Лань Чжань… Извини…я не сказал… Да, куда мы идём, почему ты не говоришь?! - Через четыре часа регистрация брака. - Что? Какого? Чьего в смысле, да отпусти, же ты Лань Чжань! - Вей Ин затормозил перегибаясь пополам, а потом упрямо встал, всей своей позой показывая, что с места не сдвинется если не получит ответы на все вопросы сразу. Он был похож на маленького черного ослика. Длинный хвост тяжело качнулся за спиной, а шелковые ленточки бровей сползли к переносице. - Мой ребёнок и дня не будет без отца, – строго сказал Ванцзы. -Ты!!! Да, ты! – Вей Ин аж задохнулся от горячей волны возмущения. – Как? Какой ребёнок?! Это мой ребёнок! Ты решил, что можешь …Да, я..! Кто тебе…? Вень Цин?! Я же письмо просил только завтра отдать! Он так разволновался, что пошел красными пятнами, особенно ярко выделяющимися на его бледной коже. Видя это Ванцзы не на шутку испугался, что любимому станет плохо. Он прижал его к себе преодолевая сопротивление и зашептал. - Вей Ин! А- Ин, пожалуйста, я не могу тебя отпустить, я сделаю всё что ты хочешь, я буду рядом с тобой, где бы ты не решил быть. Пожалуйста. Я так тебя люблю. Эти слова сами соскользнули с языка сами собой, просто стекли. Вырывающийся Вей Ин вдруг замер, в кругу его рук, сжав белоснежную рубашку длинными пальцами и весь как-то обмяк. Потом поднял голову, поймав взгляд невозможных золотисто-карих глаз, прошептал. - Повтори…Лань Чжань, повтори… - Вей Ин, я люблю тебя, я не могу тебя отпустить. Выходи за меня. Я не хочу, чтобы ты решал все проблемы один. Я беру на себя всю ответственность. Вернись со мной. И тогда, Вей Ин обнял его в ответ. *** Цзян Чен не ел уже второй день и спал, от силы, четыре часа за последние сутки. Он с трудом запихнул в себя несладкий кофе и сейчас старался изо всех сил сосредоточится над переводом статьи по новым технологиям в производстве экологически безопасных двигателей. Но английские буквы превращались в ничего не говорящие закорючки и прыгали перед глазами. А в голове был такой кавардак, от которого ломило виски. Он посмотрел в шкафчик, но в его холостяцкой квартире не оказалось таблеток. Выдохнув, он снова сел за стол. Он привык действовать, бежать, решать, кричать, бить… Ситуация вокруг брата ставила его в такой тупик, что взрывался мозг. Куда пропал Вей Ин, что опять с Вей Ином, почему не сдан последний экзамен, что сказать родителям… Мелодичный звонок прервал его переживания. Он раздражённо фыркнул и направился к двери, гостей он не ждал. Резко открыв дверь, он оторопел. На пороге стояла Вень Цин. Милая, маленькая, аккуратная Вень Цин, с голубым пакетиком из соседнего кафетерия. Она вздрогнула от слишком резко открывшейся двери и посмотрела на него так, как будто это он внезапно появился у неё на пороге в шесть часов вечера. - А… - А… Этот звук, знаменующий приветствие, вопрос, объяснение и ещё много каких смыслов они произнесли вместе. - Добрый вечер, заходи, пожалуйста. Чен показался сам себе нелепым в домашнем фиолетовом костюме и немного взъерошенными после душа волосами. - Добрый вечер, тебя не было в библиотеке, как обычно и в клубе… Я подумала, вдруг тебе нездоровится. Я из клуба, вот, заехала… Это ужин. Я же знаю, что ты не любишь готовить. В этой небольшой речи Цзян Чен внезапно узнал о себе больше, чем в часовом диалоге с психологом мамы, к которому та отправила его ещё на первом курсе. И то что он не любит менять расписание, и то что не любит готовить, и его ежедневное посещение библиотеки и спортклуба, которое успокаивает больше прогулок... И осознание того, что есть ещё кто-то, кроме брата и сестры, кто так хорошо знает его предпочтения. Вень Цин замерла на пороге, а Чен понял, что он болван. - Давай пакет, он же тяжелый… - Да-да, конечно, - девушка протянула пакет. И тут Чен снова понял, что он действительно болван – почему он решил, что пакет ему. - Я могу поставить продукты в холодильник… - неуверенно сказал он. Вень Цин снимая кроссовки посмотрела на него удивлённо. - Зачем? Там всё ещё теплое… Я … Я купила то, что ты любишь… Или ты ужинал? Её обычно уверенный голос, как-то странно завибрировал. Чен смотрел на её длинные худенькие ножки в белых носочках, форменную короткую юбку и у него пересыхало во рту. - Нет-нет… - поспешно сказал он, помотав головой. - Я не ел. А ты? - Я тоже, но мне ещё пол часа нельзя после тренировки. Давай я поставлю чай. Или… Вень Цин впервые оказалась в квартире Цзян Чена, которую тот делил с Вей Ином, недалеко от Академии. Она походила на кошечку осторожно обнюхивающую новую территорию, и вдруг ей пришло в голову, не слишком ли она навязчива? - Да, чай, конечно! Я поставлю. Проходи… О, извини, я не очень хороший хозяин. Друзья приходили в основном к А-Ину…Ты не знаешь где он? Кстати. Вы же общаетесь… Второй день не дома… Наверно у своего Ланя…Кролики чертовы, – последнюю фразу Чен пробормотал себе под нос, чувствуя, как вспыхнули щеки. Знать, что твой старший брат омега… Что он нашел себе пару. Наследник клана Цзян все ещё не мог с этим внутренне смириться. И пусть даже это божественный Лань Ванцзы, гордость Академии Гусу. На кухне забурлил чайник. Стало уютно. Вень Цин обернулась. Светлая квартира и натёртыми деревянными полами, открытый балкон, через который тёплый июньский ветер загонял белоснежную занавеску… Это так не вязалось с образами братьев, но так нравилось ей… Она на секунду подумала, что ей хочется остаться. - Да, общаемся… - Она прошла на кухню. – Давай сначала поедим… Они, почти не разговаривая, начали накрывать на стол. Чен смотрел как девушка моет руки, ловко достаёт из шкафчика тарелки, убирает ненужное со стола. Он просто залипал на каждое её движение. - Очень вкусно, - он прожевал баоцзы. - Как тебе пришло в голову взять именно их? - Я уже привыкла, что на ужин ты ешь что-то мясное, а в кафе они были свежие… - Вень Цин пожала плечами, – и, я тоже люблю баоцзы. Они замолчали, пережёвывая вкусные и ароматные пельмени. Потом девушка налила чай, а Цзян Чен глубоко задумался уместно или будет предложить пиво, которое было в холодильник. Его купил Вей Ин и как эксперт в алкоголе, сказал что оно – отпад…правда, почему-то так и не выпил… Кстати, Вей Ин! Эта мысль просто ошпарила Чена. - Вень Цин, ты хотела что-то сказать про Вей Ина. Что-то случилось? Девушка подняла голову и посмотрела на Чена нечитаемым взглядом. - А, да, Вей Ин… Мне нужно тебе кое что рассказать… Чен-сюн, Вей Ин… Ты конечно… Только не переживай. Потому что уже всё хорошо. На самом деле хорошо. Лань Ванцзы сегодня забрал его из аэропорта… Палочки, которые держал Чен со звоном упали, ударившись о блюдо. - Какого аэропорта?! – Его выразительные глаза с длиннющими ресницами вспыхнули фиолетовыми искрами. Меж бровей возникла упрямая чёрточка. - Подожди, - она коснулась кончиками пальцев его запястья. – Я тоже не так давно узнала. Так вот… Спустя полчаса Чен носился по квартире, останавливаясь то у шкафа, то у окна. - Чен-сюн, Чен-сюн, - Вень Цин смотрела на него сидя на диване обхватив руками острые коленки. Она мучительно искала слова, чтобы остановить эту мечущуюся по комнате пантеру. – Чен-сюн… Девушка стекла с насиженного места и встав на пути у фиолетовой молнии, уперла ладошку ему в грудь. -Чен-Сюн, ты только подумай, как удивительно, Унянь не только нашел свою пару, но и подтвердил свою природу… - Да не удивительно! Те две недели они трахались как кролики! Боже, когда узнает мама… я не знаю кого она убьёт! Кого убьёт первым! Ну ладно, А- Ин всегда был безголовым, но Ванцзы, Мистер - Я всё знаю лучше всех, чем он думал?! Вень Цин! Как это вообще произошло у А-Ина же не было течки... Я точно знаю. - Справились. - НЕ РАССКАЗЫВАЙ! Нет, я убью их раньше. Я сломаю Усяню ноги чтобы сидел дома! Гуй, уже поздно… - Думаю, какое-то время он вынужден будет сидеть дома… И потом, зная Лань Ванцзы, он теперь точно всегда будет под присмотром. Цзян Чен застонал, зубы сжались от вспышки головной боли, пронзившей виски. Он опустился на диван. - Подожди, я помогу… Прохладные пальчики Вень Цин скользнули ему на виски, аккуратно прошлись по дугам бровей, очертили высокий лоб и зарылись в шелковистые волосы, разминая, поглаживая, массируя. Железные обручи, сдавливавшие голову, постепенно разошлись и полувздох, полустон облегчения сам собой слетел с губ Чена. Непреодолимое желание прижаться к этим мягким, пахнущим резедой и медом, рукам, дарящим такое облегчение, целовать их, не отпускать от своего лица. Он исподлобья взглянул на Вень Цин. Та, поймав его взгляд, ощутила кипяток на щеках и отвела глаза. - Пойдем завтра в клуб? Не знаю, штанга, стенка... хочешь на конюшню съездим или в аквапарк? Это переключает мысли… И ещё надо решить, что подарить им на свадьбу… Знаешь не каждый день твой старший брат женится. Цзян Чен ещё внимательнее посмотрел на девушку, не издевается ли она, а потом закатил глаза. Откинул голову прижимаясь щекой к её мягкой ладони. - Пойдём… Куда хочешь пойдём. И… Поможешь мне выбрать им подарок? *** Округлившийся живот Вей Ина делал его каким-то очаровательно уязвимым. Толстовки, худи, свиншоты все это превращало его в милого, невероятно милого, крольчонка, объевшегося морковки. К слову сказать, морковку он грыз всё время, своими крупными белоснежными резцам. По мнению Лань Чжаня больше всего ему шли майки, огромные майки с вечно сползающими с плеча лямочками, иногда открывающими нежные ореолы сосков. Лань Чжаная просто клинило. Он мог, оторвавшись от вычислений, просто уставиться на Усяня, сидящего в кресле с планшетом и потеряв счёт времени пялиться как тот прикусывает нижнюю губу, поправляет наушник… Как задирается футболка сбоку, открывая вид на натянутую белоснежную кожу животика. Заканчивалось это обычно одинаково, мягкие штаны ВейИна, трусов он дома уже не носил, слетали на пол, сам он на четвереньках утыкался лицом в кресло или в диванную подушку и только довольно постанывал, потому что все занятия сексом с Ванцзы это непрекращаемое удовольствие. Ванцзы всегда был ласков, всегда предупредителен и, когда, его тёплые ладони ощущали мягкий животик Вей Ина, в котором был их ребёнок, голова просто переставала соображать, затопленная водами, смывающих всё возбуждения и нежности. Он очень любил целовать и вылизывать этот животик, особенно после того, когда, в одно из самых прекрасных летних утр, Вей Ин вдруг завозившись у него под боком, схватил его запястье и прижав к своему животу зашептал: - Чжань-ге, Чжань-ге, почувствуй, вот здесь! Чувствуешь, он толкается. Малыш толкается. - Тебе больно? - озабоченно прошептал Лань Чжань, всматриваясь в полуприкрытые глаза любимого. Вей Ин счастливо засмеялся. -Нет, конечно, это так необычно, но приятно… это же твой малыш, А-Чжань, я так счастлив. Как-то они, не выдержав ожидания, занялись сексом прямо в доме Цзянов, в детской комнате Вей Ина, которая сейчас стояла пустой. Пока главы семейств Ланей и Цзянов, пытаясь не начать третью мировую, вели переговоры по поводу кто, что и как не проследил и упустил в воспитании своих отпрысков. Как только они зашли в спальню Вей Ина, заполненную его запахом, плакатами каких-то рок групп, картами звёздного неба, таблицами по химии, Ванзы понял, что они просто так отсюда не уйдут. Шортики его любимого крольчонка спустились к щиколоткам, струящаяся туника-размахайка поднялась к плечам и Ванцзы усадив любимого на колени спиной к себе толкался в него горячим членом, придерживая животик одной рукой и потягивая за влажные сосочки другой. - Ещё, ещё… Чжань-ге, любимый, сильнее не бойся, нам так хорошо…- горячечно шептал тот, подставляя под мокрые поцелуи длинную шею. Они расположились на прямо на кровати Вей Ина, и он подпрыгивая на коленях Лань Чжаня и держал руку на животе, а в другой зажал свой член, дрочить который у него правда не было сил. Впрочем, за последние пару месяцев он научился отлично кончать без дополнительной стимуляции. Только от того, когда твердая головка члена его мужа проезжаясь в его попке давила на простату. А тот прекрасно знал, как и от чего сносило голову у его партнера. *** Лань Хуань с садовыми ножницами поправлял веточки бонсай в саду Ланей. Мен Яо стоял рядом, с плетёной из тонкой лозы корзиной, и вежливо составлял беседу, в то время как его сердце пыталось покинуть грудную клетку через горло от слишком близкого нахождения со старшим из Нефритов. Это прозвище братьев Лань Мен Яо нравилось особенно. - В этом году цветение длится на редкость долго... - Да, – сказал Мен Яо. - Кажется, фестиваль бонсай уже через пару недель, я приготовил несколько экспозиций. Поможешь мне. В прошлом году мы отлично справились вместе. - Да, конечно, - Мен Яо слегка наклонился, чтобы было удобнее положить в корзину срезанные веточки пихты. В груди просто били крылышками колибри. Воспоминания о том, как он, вечно шпыняемый своими сводными братьями полуродственник, скрывался в оранжерее и от нечего делать начал там прибираться, а потом натолкнулся на Лань Хуаня – Первого Нефрита, Небожителя академии Гусу. И тот не выставил его, не высмеял, а стал совершенно на равных показывать и рассказывать о цветах, а главное о своём любимом хобби и предложил заниматься этим вместе… - А-Яо, милый, ты не помнишь, мы же взяли те плетёные шары, для корзины с ветками клёна? - Да, - сказал Мен Яо, пытаясь вспомнить, где именно он оставил коробку с декоративными шарами. - Пойдешь со мной на свидание? - Да, - механически повторил Мен Яо, не выходя из задумчивости, и вздрогнув от понимания смысла, дошедшего до него, уронил корзину, прикрыв рот ладошкой и таращась во все глаза на Лань Сиченя. Потом он поспешно присел, собирая разлетевшиеся веточки… Сичень так же присел, положил пару веточек, не переставая любоваться красной мордашкой парня и, перехватив его руки, переплетя их пальцы и сказал. - Я не пошутил, А-Яо пойдешь со мной на свидание? - Ддда… - Мен Яо все ещё сомневался в том, что он не во сне. - Попозируешь мне? У меня есть одна задумка, для фотосессии? Лань Сиченью уже год как снились ямочки на щеках его добровольного помощника. *** - Когда я буду рожать будешь рядом. - Мгм… - Я тут подумал, я не боюсь…, но, если я буду один, мне будет… не знаю, грустно что ли. А вдруг, ребёнок почувствует, что я один… мы одни… - Вей Ин, я буду с тобой. - Ты будешь с нами. - Я буду с вами. Засыпать, глядя на звёздное августовское небо, покачиваясь в огромном гамаке, когда рядом лежит любимый, Вей Ин решил, что это одно из самых прекрасных переживаний его жизни. *** Конюшня Цзянов была бесконечна. На самом деле Вень Цин ещё ни разу не объезжала её полностью. Сегодня они с Ченом позанимавшись на площадке, поехали в парковую зону и вот уже более часа неторопливо, разговаривая о всяких пустяках, проезжали верхом по прогулочным маршрутам. Вень Цин была не очень хорошей наездницей и Цзян Чен подстраивался под свою гостью, стараясь создавать как можно меньше неловких ситуаций. И всё же… - Подожди, пожалуйста, я уронила телефон … я сейчас… - Сиди. Я сам его тебе подам. Вень Цин было страшно неудобно за свою неловкость, она просто хотела сделать селфи для динтока, а телефон выскользнул из рук. Совершенно недопустимо чтобы А-Чен его искал в траве. Вопреки словам друга она перебросила ногу, чтобы слезть, но замешкалась, нетерпеливый конь двинулся вперед и .. Вень Цин бы точно шлёпнулась не подхвати её сильные руки, не задержав на пару мгновений в воздухе и поставив на тропинку. - Спасибо, - мучительно краснея и злясь на себя, почти прошептала она. Они стояли так близко друг у другу, как ещё никогда, его дыхание, запах парфюма отдающий терпкой нотой , легкий ветер доносящий смолистый запах сосен, всё это смешалась в невозможно пьянящий коктейль и не хуже сильного спиртного ударило в голову… Вень Цин впервые вспомнила, о своей природе так прозрачно её осознав. Стало так страшно и так приятно одновременно, как будто с большой высоты смотришь на расстилающуюся перед тобой долину. Девушка понимала, что надо что-то сказать, но почему-то все слова стали неправильными. Они как-то бестолково теснились в черепной коробке и не могли сложится в осмысленные предложения. - Понимаешь… - Она поправила шелковистую прядь, мягко соскользнувшую на лицо, и не смогла заставить себя поднять голову… - Понимаешь… - судорожно вытолкнула она из себя, не в состоянии произнести больше ни слова. - Вень Цин, я, - Цзян Чен повернулся к ней полностью, - я очень тебя люблю, я понимаю, что ты вряд ли… - Да! Цзян Чен вздрогнул – Что? - Да, я тебя люблю А-Чен! Тоже, так давно! – дыхание перехватило, сухость в горле и во рту была такая, что звуки просто не могли родиться, одно шелестение. - Меня? – Цзян Чен смотрел на неё с таким удивлением и недоверием, как будто услышанное им было запредельной ненормальностью, а Вень Цин не могла проронить ни звука, она молча кивнула, а потом подавшись вперёд обхватила его , обвила руками грудь, с намерением не выпускать никогда. - А-Цин…- потрясённо прошептал он, не удерживая выскальзывающую уздечку и слыша смешливое фырканье коня. А потом, его захлестнула волна невероятной радости, от которой хотелось кричать и бежать. Он подхватил легкую как перышко девушку и закружил её, чувствуя как та сначала сжавшись от неожиданности в комочек замерла, а потом в таком же счастливом порыве потянулась к нему и обхватив за шею и прижалась губами к его губам. *** Это было прекрасное утро ранней осени. Такое нежное, спокойное, с птичьим гомоном из сада. Цзян Чен лежал, боясь пошевелиться, потому что на его правой руке покоилась маленькая головка Вень Цин, и от этого его сердце почти взорвалось от счастья , он очень осторожно повернулся, чтобы удостовериться что это не сон и на его руке действительно покоиться голова Вень Цин, его любимой А-Цин, которая была с ним всю ночь. И сейчас очень уставшая уснула. Они уже пару месяцев жили вместе и об этом, по секрету, знали все. Потому что Вей Ин случайно упомянул об этом Не Хуайсану, с которым они покупали праздничный комплект для новорождённых. Выбор Цзян Чена, по секрету, одобрил даже железный Не Миндзюэ, также, по секрету, упомянув об этом своему другу Лань Сиченю. От кого, по секрету, об этом узнала госпожа Юй осталось тайной. Но, она, по секрету, сказала Янли, что вполне одобряет выбор сына. Янли точно помнит, что сказала об этом, по секрету, только Вей Ину и Цзысюаню, ну, не могла же она держать это в тайне от своего мужа, возможно, Цзысюань, по секрету, упомянул это маме за чаем, в присутствии Мен Яо и отца… семейные секреты всегда были сильной стороной семейства Цзинь… В общем, когда в октябре, в пятницу, на семейном обеде, Цзян Чен решил, что надо представить свою любимую семье, госпожа Юй сказала, что уже созвонилась с господином Венем, дядей и единственным старшим родственником Вень Цин, и они уже забронировали два этажа ресторана «Безночный город» с видом на реку, для знакомства между семьями и официальной просьбы на ухаживание наследника Цзянов за племянницей главы семьи Веней. Сидевший за столом Вей Ин хрюкнул, уткнувшись в плечо Лань Чжаня, на что госпожа Юй посоветовала Лань Чжаню сводить своего жениха к ветеринару. С Вей Ином она демонстративно не разговаривала до их свадьбы, которая должна была состоятся в середине ноября, поскольку быструю роспись в мэрии, свадьбой считать отказывалась. Кстати, это не мешало ей пристально следить за тем, как тот посещает всех предписанных врачей и еженедельно читать Лань Чжаню лекции на тему какие витамины в какой период полезны для беременных и высылать эти витамины с курьером к ним на квартиру. Официальное знакомство семей Цзян Чен помнил смутно. Его уверенность вернулась только когда в его руке оказалась тонкая ладонь Вень Цин, а Вей Ин обнимая как будто для поздравления шепнул: - Бегите, мы в А-Чжанем вас прикроем. Цзян Чен был ему невероятно благодарен. Поскольку терпеть старшего Веня он ещё мог, из почтения к родителям, но вот двоюродные братья Вень Цин…, его просто с ума сводило, что они будут его родственниками. *** О родах Вей Ина им сообщили, когда они сидели в кафе, недалеко от дома и пересматривали каталоги квартир. *** За окном падал снег. Цзян Чен стоял спокойно, не отходя от окна. Но по тому, как побелели костяшки сжатых в кулак пальцев, Вень Цин поняла, что переживания захлестнуло его волной. Поэтому она просто встала рядом и почти невесомо обхватила кулак его левой руки своими ладонями в очередной раз поразившись, насколько хрупко выглядят её руки по сравнению с руками её возлюбленного, и тихонько начала их гладить. Спустя пару минут руки разжались и А-Чен повернулся к ней. Если бы она плохо его знала, подумала бы что он сердится, но тут она ясно поняла, как же он переживает. - Почему так долго? - Не так уж и долго, первые роды могут быть часов десять, двенадцать… Мы здесь только два… - Но по словам Ванцзы всё началось уже часов восемь назад… К нему можно? - Нет, с ним Ванцзы, не думаю, что Вей Ин хотел бы столпотворения в его родовой палате. Смотри, врачи говорят, что всё по плану, и все уже здесь… - Да, уж… Весь клан Лань… - Это их первый наследник. Они все очень волнуются. Учитель Лань кажется сейчас упадёт в обморок. - Его Сичень держит. - Первый Нефрит сам невероятно переживает, ты не представляешь как он симпатизирует Вей Ину и Ванцзы, он просто их стена и опора в семье Лань, я сама от Вей Ина слышала такие истории… - Не хочу ничего слушать... я понять не могу , что я вообще здесь делаю. - Так же как и мы все - волнуешься за Вей Ина... - Янли будет рожать только через шесть месяцев… Кто бы знал! Снег ещё этот... - Снег — это прекрасно! Малыш, родившийся в снегопад, должен быть особенно красивым и счастливым. - Почему? - Снег превращается в весну… Чен не успел ответить, вдруг, вокруг всё пришло в движение. Все одновременно встали обернулись к дверям родового зала. На пороге стоял невероятно взволнованный Ванцзы. В жизни ни разу по нему не было так видно, что он совершенно счастлив. Второй Нефрит держал на руках белоснежный свёрток, и видимо отвечая на неуслышанный Цзян Ченом вопрос говорил: - Да, мальчик… Все хорошо, Вей Ин молодец, он отлично справился. Он так устал, что уснул почти сразу, только посмотрел на сына… *** Девять месяцев спустя. Цзян Чен очень любил август. Тёплый, ласковый август, полный цветения и спокойствия. Сегодня он сам накрыл в обеденной зале стол и ждал, когда вернётся Вень Цин. Он готовился к этом дню почти год. С того момента, как девушка на конной прогулке прижавшись к нему сказала, что любит. И вот сегодня, сегодня он должен будет сказать ей очень важную вещь. Он уже всё продумал… Как только раздастся звонок он спуститься, встретит Вень Цин и передаст ей красную коробочку, которую сжимает в кармане. А потом, когда они скажут друг другу много хорошего, они пройдут в зал, немного перекусят, потому что через два часа придёт его племянник… Тонкие губы Чена сами сложились в улыбку, он не смог по другому, потому что когда ему в первый раз передали в больнице на руки этот комочек, он кажется так растерялся, что боялся дышать, малыш появился полчаса как. Вей Ин отрубился и спал как сурок. Ванцзы сидел рядом держал его за руку и кажется застыл, глядя на своего мужа, боясь, что тот исчезнет. На самом деле все боялись даже говорить. Только мама, совершенно спокойно и правильно взяла младенца, осторожно качнув улыбнулась и сказала. - Здравствуй, … мы все тебя ждали. Тогда он впервые видел директора Циженя таким. Казалось, почтенный господин Лань начнёт кружиться по коридору… Самые тёплые воспоминания хлынули, вызывая улыбку… Так вот, приедет замечательный племянник и его несносные родители, которым они первым сообщат о своём решении… Но сначала, с минуты на минуту, подъедет Вень Цин.