Домовёнок

А вы слышали когда нибудь рассказ о заколдованном доме в чаще леса? Говорят, что когда то давно, там произошло жестокое убийство, где жертвой оказался молодой парнишка. После того, как он умер, его призрак остался в этом доме и пугает всякого, кто хоть ногой ступал на территорию густого леса. По легенде, жертве не было и 25. В один из дней, герой отправился в лес и наткнулся на дом. Одинокий дом в середине полянки, окружённой лесом. Звучит устрашающе, но парень набрался мужества и зашёл в этот дом. Почти сразу же дверь захлопнулась, а перед белым от страха лицом парня вырос темный силуэт. Последнее, что он видел - это тяжёлый топор, приближающийся к его горлу. Спустя время эта история утеряла много деталей и превратилась в байку, чтоб дети не ходили в лес, но была ли она настоящей - никто не знал. Маленький Хан, проживающий в глухой деревушке, много раз слышал эту историю. Естественно, ему было страшно. Добродушная и заботливая бабушка рассказывала ему эту историю, смягчая жестокие моменты рассказа, но делала это так искусно, что суть не терялась, и страх темного леса сохранялась. Джисон, будучи ещё совсем маленьким, конечно же верил ей, ведь кто б не поверил такой милой бабушке? Он послушно не ходил в лес, но порой, смотря из окна ветхого домишки, что-то тянуло его туда. Тонкие березы, грациозно танцующие вальс под тянущуюся песню ветра, будто предлагали станцевать вместе с ними. Высокая трава, укрывающая плодородную почву, смягчала вид и хотелось бегать по ней босиком. А эти яркие кусты дикой малины и шиповника? Их красивые цветы так и просились в руки, чтоб позже их положили в книгу, засушили и сделали красивейший гербарий. Ягоды с этих кустов были кислыми, но если их сварить и добавить сахар, то получалось отличное варенье, в особенности из малины. А вот из шиповника можно было приготовить чай, или компот! Бабушка Хана была очень хороша в приготовлении компота из шиповника. Даже без сахара он получался слаще самой приторной конфеты. А как же дикие яблони? Маленькие и зелёные яблочки, растущие прямо у дорог на диких яблонях отлично бы выглядели в походной корзине, но все жители деревень знали, что они обманчивы. Как бы сладко не выглядели - каждый плод был кислее лимона. Но даже не смотря на всю эту притягательность, Джисон понимал, что там опасно. Дома и во дворе тоже хватало интересных занятий. Самым любимым он считал игру с домашними животными. На пятилетие Хана одним из подарков стал котенок Люня. Серый котенок с кристально-голубыми глазами стал его лучшим другом на всю жизнь. Все значимые события в его жизни они переживали вместе. Бабушка постоянно удивлялась тому, насколько хорошо сдружились эти двое, потому что обычно дети в таком возрасте по незнанию мучают животных, от чего сердце разрывалось. Но это было не про них. Складывалось впечатление, что именно этот кот, именно Люня был предназначен Хану. Так же, во дворе их маленького домика жил самый, на вид, грозный пёс по кличке Рейнджер. На деле, это была самая добрая собака, которую можно было только представить. Когда дедушка был ещё жив, он привез домой маленького щенка, и предоставил Джисону выбрать имя псу. Помешанный на рейнджерах Хан безоговорочно дал ему кличку своих кумиров. Дедушка, посмеявшись, согласился. С тех пор, добрейшей души собака, жила на привязи в их дворе. Дедушка Джисона был загадочным человеком. Он любил истории и призраках, а в особенности об взаимодействии людей с потусторонним миром. Бабушка не разделяла его восторга от рассказов о встречах с чем то мистическим, а малыш Ханни каждый раз завороженно, будто под гипнозом, слушал дедушку. Работал дедушка на почте. Каждое утро, в шесть часов, он уезжал на велосипеде на очередной поставкой писем и, с петухами, развозил их по всей деревне. Работа была простая, и дедушка ее очень сильно любил. Вечером, после окончания работы, обычно в часов 7 вечера он приходил домой с парой карамельных конфет, которые ему выдавали за хорошую работу добрые сотрудники. Он вручал их Джисону за хорошее поведение в течении дня, и Хан очень любил эти конфеты. В один из дней дедушка заболел, и спустя много походов по врачам ему сказали, что даже после выхода из болезни он вряд ли сможет продолжать активно работать. Это расстроило всю маленькую семью, но даже такие трудности они проходили, ведь были сплоченной семьёй. Со временем, его состояние ухудшилось, в силу старости, но он не давал поводу грусти и каждый раз, когда тема разговоров косалась чего то тоскливого, дедушка разбавлял обстановку своими шутками. Ханни рос здоровым и большим мальчиком, все соседские бабушки завидовали и говорили, что вырастет отличный жених. Эти слова смущали Джисона, но в чем то он была ними согласен. Порой, сидя на ступеньках у дома, он задумывался, а когда же он встретит свою вторую половинку? Ему было интересно, какой будет она... Или он... Это уже было не важно. Из очередных таких раздумий его вывело громкое мяуканье. - Люня, девочка моя, ты чего ж размяукалась? Благодоришь меня за вкусный завтрак? - положив свою руку на серую кошку, он принялся гладить ее по голове, что вызвало бурную реакцию у нее. - Слушай, а ты никогда не задумывалась, что будет в будущем? А что происходит в недоступных мне местах? А что сейчас происходит, например... - его глаз остановился на тропинке к лесу, но тут же он его увел, - Например, в соседнем доме? Возможно, тебе это известно, так как ты у меня гулена. - он с лаской произнес последние слова и скцчающе посмотрел в небо. - Я бы так хотел оказаться птицей, свободно летающей всюду, и практически ничего ей не грозит... - Фантазер ты мой, - послышался нежный и знакомый голос, - значит с Люней размышлять о жизни ты хочешь, а помогать бабушке на огороде ты не собираешься? - шутливо возмутилась та. - Бегу я, бегу.. - усмехнувшись ответил Хан, и встав, отправил последний томный взгляд куда то вдаль и поднялся к дому, через который он выйдет на задний двор. - Слушай, бабуль, а та байка о умершем парне в домике на поляне была правдивой? Помню, когда мне было года четыре, ты мне эту легенду рассказывала чуть ли не каждый день на протяжении пяти лет, а в последний год почему то перестала.. - Я просто поняла, что ты у меня уже взрослый парень, все же, тебе недавно исполнилось 10 лет, и ты должен осозновать, что та история была придумана для того, чтоб ты не ходил в лес. - заботливо ответила бабушка и погладила его по голове, что очень любил Хан. - Ну хорошо-хорошо, показывай, какую траву там подергать надо? - вспомнив о том, что он должен был помогать ей на огороде, Джисон сменил тему и под тихий напев каких то старых песен бабушки они отправились на огород. Довольно таки часто Хан замечал за собой, что неосознанно начинает думать о том, как пошел бы по той самой тропинке, ведущей к лесу, прошел бы в чащу лесов, набрал бы цветов для гербария, ягод для компота и варенья, полежал бы на мягкой траве и оказался бы на той самой полянке. Порой эти мысли пугали, все же, он обещал бабушке и дедушке никогда не ходить в лес, но так хотелось... - Белочка, ты пойдешь с нами? - Куда пойду, бабуль?? - Мы идём в магазин с дедулей, хочешь с нами? - собирая сумку, спросила бабушка. - Я.. Думаю, нет, а то немного устал после работы на огороде.. - ответил Джисон и пожелав удачи родственникам ушел в свою комнату на чердаке. Она была небольшой, но хранила много секретов Ханни. Он постоянно выговариваться стенам этого дома, потому что держать обиду и тревоги в себе он не умел. С небольшого окна на чердаке была видна тропинка в лес. - Люня, - обратился Джисон к лежащей на его подушке кошке, - как ты думаешь, если я схожу в лес, кто нибудь узнает об этом? Все же, магазин находится далеко от дома, бабушку с дедушкой можно не ждать до вечера... - кошка неодобрительно мяукнула - Я понимаю, что это опасно и страшно, но я так устал от этих навязчивых мыслях о лесной свободе... Он долго не решался, то поворачиваясь к окну, заглядывая на эту тропинку, от отворачивался от окна, чтоб не видеть ее, но зато он видел спуск с чердака. Оба пути вели на улицу к лесу, и все же, он взял сумку, положил пару фонариков, мини-аптечку на всякий случай и много других полезных вещей. На последок, он пообещал Люне и Рейнджеру, что вернётся в целости и сохранности. И вот, он, с небольшой трясучкой в коленках от волнения, стоит напротив этой тропинки. Его взгляд начинает терятся в куче зелени. Джисон уже представлял, как прямо сейчас окажется где то в траве, узнает, так ли он мягка, как он себе это представлял. Одной ногой он ступил на тропу, затем второй, и уже более уверенным шагом побрел в загадочную зелень. Ощущения были непередаваемые. Тревога и адреналин смешались в его голове, он мало что понимал. Каждый его шаг уносил куда то вглубь леса, но создавалось ощущение, что так и должно быть. Руки парнишки срывали каждый необычный цветочек, травинку и ягодку, чтоб положить к себе в сумку и сделать позже гербарий. Деревья, зовущие танцевать с собой вальс, сегодня были чуть спокойней, так как их любимый композитор "ветер" сегодня был не на их празднике, но они все равно выводили своими ветвями-руками какие то узоры. Джисон снял ботинки, носки, и прошёлся по траве. Она оказалась намного мягче, чем он представлял. Каждая травинка приятно щекотала ногу, и тут же отдавала нежными ласканиям. Ханни хотел собрать немного ягод шиповника и малины, но понял, что не сможет объяснить их появление в доме, не скажет же он, что ходил в лес? Вот-вот, потому он отложил эту идею. Проходя босыми ногами дальше в чащу, он видел все больше и больше различных картин природы. Вот тут пролетел майский жук, добродушно махая лапкой, а вот тут, как бы приглашая с собой погулять, взмыла ввысь божья коровка. Недалеко пробегала орда муравьев, показывающая, как складно они работают для своей королевы, и что с них нужно брать пример. А вдалеке казалось... Поле, полное ромашек! Эти чудесные цветы напоминали ему о бабушкиной подруге, дарившей букет ромашек их семейке на каждый праздник. Милая женщина, но порой надоедала распросами о том, что милый Ханни будет делать после совершеннолетия. Но сейчас это было не важно, он побежал к этому полю, желая утонуть в огромном количестве цветов. Рыская поле, он нашел множество других красивейших растений, которые он собрал для своего гербария. Насладившись запахом цветов, он встал с земли и огляделся, размышляя, куда пойдет дальше. Посмотрев на небо, он сложил такую мысль, что не успеет хорошо изучить новую местность и лучше оставить ее не потом, а сейчас пойти домой, нагреть чайник, сложить все цветы в книги и нарисовать примерную карту его маршрута. Дорога назад была не менее завораживающей. Муравьев было уже меньше, божья коровка смиренно отдыхала на листочках подорожника, трава подстилалась под ноги Ханни, проважая домой. Когда он вышел из леса, напоследок ему помахали тонкие березы, как бы говоря о том, чтоб он вернулся в более ветреный день и станцевал с ними вальс. Он обещал себе вернуться. Как он прогадал, спустя 10 минут после его возвращения домой, чайник нагрелся и бабушка с дедушкой зашли. Они попили чай с пряниками, взятыми в магазине, мило поговорили и собирались ко сну. Вот только Ханни не мог уснуть, он прокручивал все запечатлённые в своей памяти моменты с сегодняшней прогулки. Каждый листик, каждую веточку он вспоминал с теплом, и с этими мыслями постепенно погружался в сон. Тревожила его лишь одна мысль. Все свою прогулку он ощущал чье то предсуствие. На следующее утро Хан открыл свою любимую книгу со сказками, которые ему в детстве читала бабушка. Каждую из них он знал наизусть, поэтому потребности в прочтении она не имела, но зато служила хорошей для сушки цветов. Ромашки, аконит, васильки, клевера, герань, пижма и много других красивейших цветов аккуратно разложены в книге. За ночь каждый цветочек высох. С помощью пинцета, Джисон аккуратно выудил каждый из них и положил на стол. Из шкафчика, находящегося рядом, он достал тетрадку. В ней было заполнено всего лишь два листочка. Цветов, растущих на территории деревни было очень мало, но теперь, когда он не боялся леса, он смог бы запросто заполнить эту тетрадь. Словно мастер с подковой для блохи, он пришивал растения к тетради, и по памяти подписывал. Когда то давно бабушка ему рассказывала о огромном множестве цветов, о том, как они выглядят, где растут и какие вкусные чаи из них получаются. Ханни так хотел попробовать их, но бабушка говорила, что за травами надо идти в лес, а времени на это никогда не хватает. Теперь, Джисон каждый день ждал лишь один слов: «Мы с дедулей уходим в магазин». Только в моменты их ухода он мог спокойно идти гулять в лес на часа так три. После первой прогулки прошло около двух недель. Ханни по памяти нарисовал карту: В начале пути был муравейник с работягами-муравьями и божьей коровкой, небольшие кусты и танцующие березы, дальше была чистая тропинка с мягкой травой, а после нее поляна с цветами. Это всё, больше он нигде не был, но пообещал себе, что нанесет на эту карту ещё больше меток. Джисони успел соскучится по лесу. Как он понял, его родственники в конце каждого месяца уходят в магазин надолго, чтоб купить продуктов и сладостей на выданную им пенсию, так как обы уже были не способны работать где то кроме огорода. Хана это расстраивало, его б воля, он бы жил в лесу, но к сожалению такой возможности он не имел. - Джисони, мы с дедушкой... - Идете в магазин? - прервав ее с радостью воскликнул Ханни. - Ой, прости, что перебил.. Вообще, я хотел попросить у вас кое-что. Помните, месяц назад вы покупали очень вкусные пряники? Если будут, можете взять что-то похожее на них?? - Конечно, бельчонок. Если станет скучно - можешь прополоть грядку с морковкой, а мы пошли! - крикнула напоследок бабушка и скрылась за калиткой. Через пять минут Ханни уже стоял с сумкой у тропинки, ведущей к лесу. На этот раз он взял небольшие баночки, чтоб все же собрать ягодки. Так же он взял тетрадку и ручки, чтоб записывать какие либо мысли. В прошлую прогулку его будто настигло вдохновение, и его мысли начали складываться стихами. В этот раз он решил не упускать момент и записывать все сразу. Он прошел по тропинке, видя уже знакомых ему насекомых, после которых шли кусты с ягодами. Там он достал две небольших баночки из под меда, тщательно вымытых и подготовленных именно для этого момента. Кусты малины были колючими, но Ханни действовал осторожно. Аккуратно, он собирал каждую ягодку и складывал в баночку, тоже самое он делал с шиповником. Для чего именно он их собирал, точно не знал, но ему просто хотелось. Набрав полные баночки, он продолжил свой путь через душистое поле и оказался в менее цветочной его части. Там был пруд. Совсем крохотный. Вокруг него аккуратно выложены камни, как будто кто-то ухаживал за ним, но так как жителей в деревне много, это не особо удивляло - кто-то мог присматривать за лесом. В самом прудике росли пару водорослей, а рядом, на большом камне, сидела зелёная лягушка. Ханни пришел в восторг от этого замечательного вида. Он тут же взял листик с ручкой и зарисовал это. Дома он его обязательно дорисует, а сейчас он бы хотел понаблюдать за лягушкой. Она неподвижно сидела и смотрела в пустоту, иногда моргая. Смотря за ней, Джисон подумал, что она на охоте, и не ошибся. Как только рядом с ней села какая то мошка, ее язык стремглав захватил этого москита и потащил к себе в рот. Это произошло так резко и быстро, что даже Хан испугался. Лягушка повторила так ещё несколько раз, и наевшись, постепенно сползла в пруд и скрылась в темной глубине. Наметив на карте маленький рисунок лягушки, парнишка пошел дальше. За прудиком, была какая то развилка, видимо, кто-то тут ходит. Путь по праву уводил куда то далеко в лес, скорее всего, там грибники собирали после грибных дождей маленькие подосиновики и подберёзовики. Путь по леву вел куда то дальше в поле, и Джисони решил пойти именно этой дорогой. В пути его встретили сосны и ели, приветствуя своими танцами, ведь сегодня было ветренее, а значит "дискотека" деревьев продолжалась. Уходя дальше, он увидел домик, одиноко стоящий на поляне. Хан удивился, что в такой глубине леса мог забыть дом? На вид ему было в два раза больше, чем Джисону. Его дряхлая крыша выглядела так, будто вот-вот отвалится. Деревянные стены отрасли мохом, который, скорее всего, приходили есть лоси и олени. Дверь дома тихо покачивалась от ветра, старые петли уже не могли держать ее. Вокруг дома росла трава, и больше ничего. Ничего, что напоминало бы хоть небольшое предсуствие цивилизации в прошлом. Но это было до тех пор, пока Ханни не зашёл в дом. Каким бы ветхим он не был, интерес Джисона явно выигрывал в этой части. Он аккуратно отодвинул дверцу, чтоб та не ударила ему по лицу. В домике стояла печь, которой явно не пользовались дольше, чем этим домом. В другой стороне, около окна, по всей видимости, была кухня. Там стоял стол и стулья, а рядом находились шкафчики, где хранилась посуда. И в принципе то, больше ничего не было в этом доме. Пройдясь около этого странного помещения, и вновь зайдя внутрь, Ханни решил остаться там на время и передохнуть, чтоб с новой силой пойти изучать местность. За домом виднелось лишь бескрайнее поле, а вот на развилке, по правой стороне, были дороги грибников, там явно что-то интересное есть. Находясь в своих раздумьях, Джисон и не заметил, как дверь дома потихоньку прикрылась. Из раздумий его вытянул чей то голос. - Хей.. Хеей, малыш. - доносилось откуда то сбоку. - Я тут, справа, только не пугайся. Хана слово заморозило. От страха он был не в силах что-то сказать, тем более повернуться. Что это было? Галлюцианция? Призрак? Голос настойчиво просил повернуться. Джисон сглотнул и повернул голову. Его взгляду предоставилось белое сверкающее пятно, чем то напоминающего человека. - Молодец... Только не пугайся, не кричи.. Умо.. - не успело договорить это нечто, как Хан почувствовал в себе прилив адреналина и схватив сумка дал деру. Он бежал без оглядки по уже знакомой дороге. Но теперь лес не казался таким радушным. Все вокруг угрожающе свистело. Трава казалась острой, словно иглы. Деревья танцевали не медленный вальс, а будто заманивающий шаманский танец смерти, гипнотизирующий и жестокий. Божья коровка и муравьи теперь пытались залезть под одежду Хана и укусить его. Все вокруг стало чужим. Он пробежал всю дорогу, ни разу не остановившись перевести дух. Вдохнуть полной грудью он смог только дома, заперевшись на все замки. Что это, мать его, было? Неужели лесной запах опьянял, вызывал галлюцианции? Или может это был.. И вправду призрак. Только спустя время, он вспомнил ту самую байку об умершем парне 25 лет в одиноком доме на поляне в лесу. И почему же он сразу не догадался, увидев этот дом? Было не ясно. Понял он лишь одно - он больше никогда не вернётся в этот лес. Шло время, Джисон рос, помогая бабушке и дедушке в хозяйстве. После этого случая он и вправду никогда больше не сувался в лес. Все теплые воспоминания обратились тревогой и страхом. Хан не верил в увиденное, но пойти удостовериться не осмеливался. Так пролетели года, и вот, Джисону исполняется 16 лет. Бабушка позвала всю деревню на это празднование. - Наш бельчонок, ты стал уже таким взрослым... Через пару лет и выпрыгнет из родного крыльца в поисках лучшей жизни, да? - со слезами на глаза проговорила старая бабушка. - Ну чего ж это ты, бабуля, я вас с дедушкой никогда не забуду и буду часто приезжать, дабы навестить. - принялся успокаивать ее Хан. Любимая бабушка постаралась на славу, и гостей ожидал огромный стол. Одна из ее подруг описала это застолье красивыми стихами, в которых упоминала о том, что чем старше человека, тем масштабней становятся празднования, и где то к старости намечается пир на весь мир. Гости приподносили разные подарки, кто-то дарил немного денег, кто-то дарил сладости, а кто-то даже песни придумал в честь Джисона. Но один подарок тронул Хана до глубины души. Дедушка, которому было тяжело ходить, но ради внука он встал из-за стола, прошел к Джисону и вручил ему флейту. - Этот загадочный инструмент когда то подарил мне мой батенька, - рассказывал дедуля, - мне тогда тоже исполнялось 16 лет. Я очень ценил ее, и решил, что передам тебе такую драгоценную вещь. Если хочешь, я могу тебе рассказать побольше о ней и о том, как правильно играть, но думаю, ты должен обучится этому сам, как я в твои годы. - Спасибо, дедушка... - завороженно проговорил Джисони смотря на белоснежную флейту. Он давно мечтал научится игре на каком либо интсрументе, поэтому был очень рад такому подарку. Празднование было громким, все веселились, шутили, пили, танцевали и пели. Ханни не очень любил такое громыхание на всю деревню, но старался не задумываться об этом в свое день рождения. Весь день парень смотрел на свою флейту и ему хотелось попробовать поиграть на ней, но шум гостей мешал. Приятный июньский ветерок отвлек Джисона, предлагая посмотреть туда куда он дул. Прямиком в лес. Ханни задумался, а может тогда, 6 лет назад, ему всего то привиделось? Может, он настолько расслабился, что его мозг решил проверить, жив ли он.. Все могло быть. В лесу была тишина, а на застолье громкое пение. Взвесив все "за" и "против", он взял флейту и ушел за ветром. Встретила его тропинка, как и в первый раз, зовущая поиграть. После нее стоял разрушенный временем муравейник, божьи коровки больше не летали около этого места, ведь прошло уже много лет. А вот кусты малины и шиповника продолжали расти, приветствуя Джисона новыми ягодами. А берёзки то как обрадовались его приходу! Они начали танцевать под песни ветра в честь того, что их старый друг вновь вернулся. Поле с цветами показало новые краски, спустя время здесь появились новые виды растений, которые ждали, пока их сорвут, засушать и положат в гербарий.. - Интересно.. А где же мой маленький блокнот с цветами.. - задумлся Хан и продолжил свой путь. Это же развилка! В право - дороги грибников, а в лево.. Тот самый дом. Стоит туда возвращаться? Джисон не знал ответа. Поразмыслив, пути назад уже не было, поэтому он ступил по левой тропе. На удивление, за долгое время тут практически ничего не поменялось. Единственное, так это дверь. Она все таки слетела с петель и лежала, покрытая мхом. Ханни обошел домик. Приятные и пугающие воспоминания вспылли в его голове. Он вспомнил, как будучи маленьким мальчиком изучал это место, как удивлялся каждой травинке и как испугался чего то непонятного. Первой эмоцией при в ходе в домик стало удивление. Все стояло на своих местах, и вроде ничего нового, кроме его блокнота. Он лежал на столе, рядом с ним лежала ручка и казалось, будто Хан спугнул того, кто делал записи в его записной книжке. И он не ошибся. Подойдя ближе, но открыл самую первую страницу и узнала рисунок того самого прудика. За это время он явно зарос, так как по дороге не увидел чего либо похожего. Сложив блокнотик, Джисони достал флейту. Она аккуратно лежала в его руках. Хан приблизился к дульцу флейты и попробовал дунуть. Появился тихий намек на музыку. Закрыв одно из отверстий, он дунул ещё раз и звучание приобрело новый смысл. Джисон как будто знал, что надо делать, поэтому решил дуть подольше, перебирая пальцами отверстия, закрывая их в различном порядке. Может он и не знал, как на ней играть, но даже такое звучание радовало уши. Эта мелодия напоминала реку, с огромным количеством камней. Была эта река не быстрой, но из-за камней часто меняла свой ход и темп, получался своеобразный, но по своему прекрасный мотив. Отодвинувшись от флейты Ханни не мог нарадоваться тому, что наконец то поиграл на ней. Это звучание успокоило его душу, но не на долго. Он открыл записную книжку. Там была вся та же зарисовка пруда и лягушки, разлегшейся на камне. Рядом с ней летали мошки. Так же, рядом с этим рисунком был набросок карты, и Джисон, взяв ручку, дорисовал все ему известное. Развилку, тропинку грибников и домик. Но тут ручка выпала из его рук. - Какой растяпа. - послышалось в голове Хана. Сначала он не понял, что произошло. Подняв ручку он решил, что сказал это сам себе, точнее, заверил себя. Голос был громкий и четкий, но Джисон решил, что будет лучше думать о том, что тот неосознанно начал осуждать себя. Пока он поднимал ручку, ветер поиграл с блокнотом и перелестнул пару страниц. На них парень увидел незнакомые записи. «Сегодня, спустя огромное количество лет, ко мне в домик зашёл мальчик. Он был напуганными, но заинтересованным в лесных красотах. Я видел его уже второй раз в этом лесу, и мне он показался симпатичным малым. Когда он сел за стол, вытащил блокнот и задумался, я подсмотрел его записи. Знаю, так делать нельзя, но меня зацепила та зарисовка прудика, за которым раньше ухаживали грибники. Вдоволь насмотревшись, я почувствовал в себе силы заговорить с ним. Но к сожалению, как только я издал звук он убежал, сверкая пятками, но зато оставил свой блокнот. Теперь он будет и моим!» - Что... Кто писал эти записи.. - в недоумении сидел Хан, переворачивая страницы. «Прошло так много лет, а парнишка так и не вернулся... Каждый день я корил себя за то, что напугал его, ведь он был единственным, с кем я мог поговорить... Интересно, он вернётся сюда когда нибудь? Я бы попытался с ним вновь завести диалог...» - Кто ты? - выкрикнул Хан, почувствовав на себе взгляд. Взгляд, жгущий спину. - Я хоть и боюсь, но интерес сильнее.. - признался пустоте Джисон. - Я знаю. - вдруг донеслось откуда то из глубины дома. - В прошлый раз было так же, помнишь? И вновь это белое свечение наганяло тревогу и почему то.. Теплоту? Теплоту от воспоминаний? Что-то явно было не так. Белый силуэт вышел из-за печки. - Умоляю, не убегай как в прошлый раз... - произнесло нечто, стоящее прямо перед Ханом. Его удивлению не было предела. Все же, ему не показалось тогда! Он протер глаза руками, стараясь не сорваться и побежать домой, а понять хоть что-то. - Ты.. призрак? - Нет блин, лесник местный. - ответил некто стоящий впереди. - Ну конечно же, а ты думаешь, я бы просто так тут жил несколько лет, ожидая тебя? - Звучит так, будто ты хочешь меня... Убить.. - изумлённо глядя на фигуру произнес Джисон. - Мне не нужны жертвы, я просто хочу поговорить. Я ни с кем не разговаривал несколько сотен лет.. - Сотен лет... Чего... - Давай я тебе все объясню. Ты же слышал эту байку о умершем парне в домике? Ну, приятно познакомиться, меня зовут Ли Минхо. - протянув еле видную руку представился Ли. - Хан Джис-сон.. - заикающе произнес тот, не желая пожимать руку чему то, не имеющему материальной оболочки. - Так ты и вправду существуешь... - Нет, это все твои галлюцинации.. - в очередной раз подколол Минхо. - Конечно существую, вся эта история абсолютная правда, доволен? Ханни не мог поверить своим глазам и ушам, это все выглядело, словно он снимался в мистическом фильме, но это все происходило на самом деле. - Мне так понравился твой рисунок... И твой гербарий, он чудесный! А как ты играл на флейте... Это было великолепно! - восторженно начал рассказывать Ли. - Ты такой творческий человек, не зря пригляделся мне сразу. Думаю, нам будет о чем поговорить! - О чем можно говорить.. С призраком? О том, какая твоя любимая еда? - У меня нет любимой еды, потому что я не человек. - перебил его Минхо. - Я думаю, тебе лучше отправится домой и переосмыслить все увиденное сегодня, но знай, что завтра я тебя буду ждать! Можешь не верить в это все, но дай мне поверить в то, что моя многолетняя мечта наконец то сбудется и я заведу себе хорошего собеседника, возможно даже друга... Минхо одарил его беглой улыбкой, которую было еле видно из-за небольшого сияния. Джисон молча вышел из домика, забрав все свои вещи, и направился в сторону дома. Ли помахал ему напоследок, но Ханни уже этого не видел. Он медленным шагом направлялся в сторону дома, надеясь, что его не потеряли. Во время дороги Хан успел придумать себе миллион болезней, из-за которых начались такие сильные галлюцинации, но все же он понимал, что никогда не был болен. «Это какая то фантастика!» - думал Джисон. Как же ему теперь жить дальше, зная, что он видел призрака.. Когда он вернулся домой, все гости ещё сидели за столом, но были уже не громкими. Они вспоминали старые истории, времён их молодости. В эти моменты к ним не стоило лезть, поэтому Ханни поднялся к себе на чердак, лег на кровать и достал блокнот. Все же, он много чего не дочитал. «Свершилось чудо! Этот милашный мальчик вновь показался на тропинке у леса! Я так счастлив! Не знаю, кому молится, но надеюсь мы поговорим...» Запись оборвалась, скорее всего потому, что именно в момент написания этой заметки Хан оказался в домике. Если так подумать, то Минхо было даже жаль. Сидеть много-много лет в одном домике, и ждать, просто ждать чего то.. Или кого то... Вопросов было много. Он вспомнил, как дедушка в детстве рассказывал о встречах с потусторонними. Интересно, обрадовался ли он сейчас, узнав, что где то в глуши Хан все же увидел приведение... Люня громко мяукнула, показав свое появление в комнате. - Люня! Здравствуй, доченька. - поздоровался с ней Джисон. - Представляешь, я сегодня увидел настоящего призрака! Хочешь, расскажу, как это было? Под свой же тихий рассказ Джисони не заметил, как уснул. Проснулся он в середине ночи, ощущая чье то предсуствие. - Ханни? - доносилось со стороны окна. - Ты спишь? Опять это белое свечение, и Джисон уже знал, кто там. - Ли, ты зачем пришел ко мне... Ещё и ночью, обещали же встретиться завтра.. - Я просто подумал.. Я сидел в домике и мне стало скучно, а от осознания того, что в паре метров отсюда сидит мой новый друг, мне стало грустно.. И я пришел к тебе, составить компанию! - Составить компанию для сна? - с недоверием спросил Хан. - Ну, если ты так хочешь спать, то я могу посидеть рядом и погладить твои волосы! - радостно продолжал Минхо. - А ты разве можешь так сделать, ты же призрак и все такое? - А.. Ну, вообще, я сам не знаю, поэтому хотелось бы проверить.. Ты разрешишь? - Он поднял свою руку около головы Хана. - Ладно, мне тоже интересно, валяй. - ответил Джисон. Ли обрадовался этому, и попробовал провести рукой по волосам. Сначала на его лице выразилось явное недоумение, а после напряжённость исчезла, на смену пришла теплая улыбка. Такая красивая... Джисон, вместо руки, ощутил дуновение ветерка, будто он приглаживал его волосы, но при этом в комнате было закрыто окно. - Ну как ощущения, чувствуешь мои волосы? - Немного... Я будто с травой играю.. Так мягко, как я и предполагал.. - задумался Ли. Джисон отметил, что даже в задумчивости он не теряет своей изящности. - А у тебя как? Ты хоть что-то чувствуешь? А то так и не изменился в лице. - Хм, ощущение, будто мне ветер дует на волосы, но это так приятно... - словно кот, он ластитлся под руками Ли. Он мало что соображал, хотелось спать. - Если я продолжу, ты и вправду уснешь. - будто прочитав мысли сказал Минхо. - Давай, ложись, а я посижу рядом с тобой и твоей кошкой. Кстати, она меня так спокойно приняла, могу ли я узнать имя этой чудесной девочки? - Ее зовут Люня, она мне как дочка. - Люня... Какое красивое имя... У вас это семейное, быть такими красавичками с шикарными именами? - без каких либо затруднений спросил Минхо. - Аэ.. Да, наверно.. - запнулся от неожиданного комплимента Джисон. - Спасибо за приятные слова... Ещё несколько минут они сидели в тишине. Ханни уже засыпал, и Минхо наблюдал за ним, словно за телевизором. Окончательно потеряв контроль, Джисон свалился и уснул. - И вправду, не зря бабушка называла его бельчонком.. - Подумал Ли, подсаживаясь ближе, продолжая гладить его волосы. Хотелось обнять Ханни, прижать к себе и уснуть, но он не мог этого сделать. На утро Джисон проснулся один. Он не помнил, как и с кем уснул, помнил лишь лёгкое дуновение ветерка всю ночь. - Доброе утро, бабушка. - вяло протянул Хан. - Как настроение? - У меня все хорошо, вчера все гости благополучно разошлись и мы мирно легли спать. А ты как? Тебе вчера плохо не было? Слышала, что кто-то ночью разговаривал, подумала, что это ты.. - Я... Вряд ли, но все может быть. Спал по крайней мере хорошо. - ответил Джисон, присаживаясь за стол. - Сегодня мои любимые оладушки, спасибо за чудесный завтрак, бабуль. - Все для тебя, милый. - в доме царила теплая и комфортная атмосфера, ничто бы ее не разрушило. После завтрака Джисон обычно ходил за водой к местному колодцу. Идти было недалеко, но через довольно таки высокую траву. С каждым годом ее срезали все больше и больше, но она не сдавалась и росла все выше и выше. Хану повезло, пару дней назад сосед по имени Костя срезал тут траву и вырасти та не успела. Колодец был старый, но крепкий. Пережил он уже не один век. Джисон задумался, пережил ли этот пенек Минхо? Ходил ли он когда то сюда за водой? Мысли о его новом знакомом не давали проходу другим. Работа в доме шла полным ходом. Надо было прополоть все грядки, полить цветы, обработать помидоры с огурцами, подмести двор и косить траву. Так как дедушка был не в силах, а бабушке тоже было тяжело, большинство обязанностей свалилось на плечи Джисона. Но он не жаловался, а с охотой помогал любимым родственникам. Время за работой летело быстро, не успел оглянутся, и уже обед! Ещё немного поработал, и уже темнеет! Так проходили его дни, но теперь Ханни искал время для похода в лес. Так же он размышлял, а как долго он будет скрывать от родственников, что ходит гулять в лес? Даже не просто гулять, а встречаться с симпатичным призраком? Об этом он решил умалчивать до самого конца. - Бабушка, - позвал ее Хан. - нам надо поговорить. После того, как дедушка подарил мне флейту, я долго думал, где же мне будет комфортнее играть. Недавно я ходил в лес, да, я ослушался, но только там я почувствовал себя спокойней и нашел место, в котором смог нормально поиграть. Могу ли я попросить у тебя разрешения каждый вечер, хотя бы на час, отлучаться в поисках вдохновения? - Ох, ну раз так... Я думаю, ты уже взрослый, - начала бабушка. - и запрещать тебе куда либо ходить глупо, тем более, раз тебе там хорошо. Спасибо за честность и пожалуйста, будь осторожен, ведь в этом лесу и заблудиться не трудно. - Я понимаю, обещаю, буду по максимуму аккуратен, а теперь я пойду, так как вся работа по дому сделана. - Огромное спасибо, бельчонок... Обняв бабушку напоследок, он взял флейту, блокнот с ручкой и отправился к знакомой тропе. Встречали его те же виды: кусты с ягодами, танцующие деревья, разрушенный муравейник, поле с цветами, заросший пруд, и, наконец таки, домик. - Эй, Минхо, ты тут? - зайдя в дом спросил Джисон. - Конечно тут, где ж мне ещё быть? - за столом сидел белый силуэт, сложив ногу на ногу, он стучал по столу, но звука не было. - Рано утром к тебе зашла бабушка, дабы проверить, и я по быстрому умотал, чтоб у тебя не было проблем. - Отлично, спасибо. А теперь давай я узнаю у тебя пару десятков мелочей.. Отвечай на мои вопросы, можешь подумать, но я долго ждать не буду. - Ого, какой прямолинейный, мне такие нравятся. - одобрительно кивал Минхо. - Ладно... Давай по порядку.. - игнорируя вышесказанное начал Хан. - Вся та история реальна? Я бы хотел узнать больше деталей. - Вообще, да. Мне было 22, когда я впервые увидел этот дом. Несколько месяцев подряд я наблюдал за ним, желая узнать, кто живёт в такой чаще. Но никого не было. В один день я залещ в дом, за мной захлопнулась дверь и на меня вышел дровосек с топором в руках. Последнее, что я видел - топор, а далее - темнота. Как именно я превратился в призрака, точно не знаю, это не сохранилось а моем памяти так же, как и воспоминания из людской жизни. Я не помню ни семью, ни дом, ничего. - Ого.. Звучит жестоко.. - ответил Джисон. - Спасибо за пояснения, теперь я бы хотел перевести немного тему. Как ты смог оставить записи в моем блокноте? Ты можешь держать предметы? - Да, - произнес Минхо, - могу. Сам не знал этого, пока ты не оставил свою канцелярию. Жаль конечно, что только ее я и могу держать в руках, а так хотелось бы тебя.. - Я понял, можешь не продолжать.. - Джисона смущали ласковые речи Ли. - Ехе, ладно, ты прости меня. Если тебе некомфортно, то так и скажи - я перестану. А Хан сам и не знал, смущение было приятным, или отвратным? Поэтому попросил Минхо не прекращать, чтоб точно удостовериться в этом. Джисони спросил ещё несколько вопросов о жизни призрачной, записал в блокнот и достал флейту. - Ох, это та самая. - отозвался Ли. - Мне так понравилось, как ты играл в прошлый раз.. Думаю, я смогу тебя отвести в одно красивое месте неподалеку, там ты должен набрать больше вдохновения! Обычно живописные места пробуждают в людях творческую натуру, как у меня. Я очень люблю смотреть на танцы деревьев и зарисовывать их движения. - Ты тоже сравниваешь деревья с танцорами? - Воскликнул Хан. - Да, их движения так грациозны, будто они танцуют вальс на выпускном, а ветер с птицами являются композиторами для их песен. - ответил Ли. - Я знал, что мы с тобой похожи, Хан. - По всей видимости, да... Но нам ещё предстоит узнать друг друга получше, чтоб официально зваться друзьями, так ведь? А ещё твое предложение сходить в красивое место я одобряю, но только оставим его до следующего раза, а сейчас мне пора идти. Темнеет на улице, бабушка будет волноваться... - Ох уже это время... - с грустинкой сказал призрак. - Я провел бы с тобой целую вечность.. Эх, почему же ты не можешь остаться тут. Они вышли из домика, договариваясь о встрече завтра рано утром. Но где то около кустов малины Хо предложил другую идею. - Слушай, а давай я к тебе приду так же, как и вчера... Мне просто так понравилось лежать рядом с тобой, трогая шелковистый волосы и слыша тихое сопение... - Если ты так хочешь повторить, то я буду ждать тебя, но не сейчас точно. Мне нужно быть с дедушкой и бабушкой, не знаю, сколько примерно будет длиться наше времяпрепровождение, но в полночь мы явно освободимся. - размышлял Джисон. - Я так хочу обнять тебя. - вдруг резко сказал Минхо. - Можно, я сделаю это? Хотя бы попробую? Джисона будто ударило током, когда он посмотрел на опущенный взгляд Ли. Его слова будто заставляли сердце пропустить удар. - Ну.. Попробуй, я не вижу в этом чего то.. - он не успел договорить. Его тело обволок холод. Ветра на улице не было, всему виной был Лино. Пока тот обнимал его, Джисон успел замёрзнуть. Но в глубине души ему было тепло, находясь рядом с холодным призраком. - Спасибо.. Мне этого не хватало.. - отстранившись ответил Ли. - Я буду ждать ночи. С загадочной улыбкой он повернулся и ушел, растворяясь в зелени. Внутри Хана бушевала буря. Это все было так... Приятно и романтично, но о какой любви может идти речь, если Минхо призрак? Да, дедушка говорил в детстве, что материалезировать призрака на сутки возможно, но правдой-ли это было? Джисони нужен был стакан воды прямо сейчас, иначе ему станет плохо. - Ладно, бабушка, спасибо тебе за чай с пряниками. Сегодня я так вымотался, пойду спать. Сладких снов вам, надеюсь, домовые не съедят ночью наши пряники! - шутливо сказал Хан, и обняв на ночь росдтвенников удалился на чердак. Долго ждать ему не пришлось, как только он лег на кровать перед ним резко всплыло белое свечение, чутка напугавшее Джисона. - Ты так резко больше не появляйся, хорошо? Предупреждай хоть... - Хорошо, бельчонок. - пропел Минхо и лег на кровать рядом с обитателем чердака. - Не называй меня так, пожалуйста. Этой кличкой можно только бабушке с дедушкой звать меня... - переключившись на более серьезный тон ответил Хан. - Ой, прости меня, не знал. Теперь запомню, но как мне тебя называть? Хочу обращаться к тебе как то.. с теплотой? - Обычных "Хан" или "Джисон" в полное хватает... - где то в глубине души он очень любил прозвища, но не показывал этого. - А что.. На счёт тебя? Хочется иметь дополнительное имя, которые ты будешь слышать только от меня? - Звучит, как мечта.. Я не силен в таком, потому можешь придумать мне сам что-то.. Если тебе не трудно. - задумчиво ответил Лино. "Сам.." аукнулось в голове Хана. Существовало много милых имён, но среди них не было подходящего для Минхо. Хотя, одно все же есть. - Домовёнок. - Чего?.. - с недоумением посмотрел Минхо. - Домовёнок, мило, не правда ли? - глаза, полные надежд устремились в сторону Хо. Смотря на них, призрак готов был второй раз умереть. - Домовёнок... Как мило... Пусть будет так. Лунный свет просачивался в комнату сквозь окно, освещая лицо Хана, активно рассказывающего очередную историю из жизни, которых на деле было много, хоть он и не выходил за пределы дома. Рядом лежал хихикающий призрак, поглаживающий шелковистые волосы Джисона. За ними наблюдала кошка Люня, которая в эту ночь решила не спать и составить им компанию. Эта троица обсудила все на свете, выслушала каждого, даже Люню. Уже светало, когда Ханни понял, что они проболтали всю ночь. И наверное, это было не зря, ведь он никогда не видел в своей жизни рассвет, а из его окошка он был виден лучше всего. Небо из темно-синего становилось аллым, попутно окрашивая облака в розовые оттенки. Красное солнце выглядывало из-за красавиц берёз, приветствуя всех и вся. Непередаваемые красота. - Джисони, мне кажется, это не последнее утро, что я тебе подарю. - нежно произнес Ли, держа свои руки на талии Хана. - Мы ещё много таких встретим, так ведь? - Конечно, Домовёнок, и Люня вместе с нами. - взгляд обоих упал на кошку, тихо спящую на подушке Джисона. - Ну, она наполовину с нами. Минхо наслаждался этим моментом по максимуму. В один момент, что-то в нем повернуло, и он опустил свою голову на плечи Хана. - Знаешь.. Наше с тобой общение такое необычное, но почему то, я хочу тебя поцеловать. - озвучил свои мысли Хо. - Ты такой теплый.. Твоя шея так и манит к себе, мне хочется зацеловать ее всю, чтоб получить то самое тепло, ведь я холоден.. Даже не знаю, смогу ли я когда то в жизни получить это тепло по настоящему. Слова вскружили голову Хана. Ноги подкосились, и он упал на кровать. Такая правда была.. Сладкой. Джисона за это время перестал пугать холодный ветерок, постоянно шуршащий вокруг Ли, он только привлекал к себе в теплые дни. - Ханни, солнышко, с тобой все хорошо? - обеспокоено спросил Минхо. - Можешь меня целовать сколько захочешь. - вместо уведомления о своем состоянии он ответил на другой вопрос. - Меня не отталкивает твой холод, Минхо. И да, со мной все хорошо. Теплая, как и сам Хан, улыбка заверила призрака о том, что все и вправду хорошо. Нависнув над ним, он поцеловал лоб Хана. - Такой горячий.. Нет, даже пылающий! - подумал Минхо, спускаясь ниже к щекам, от них к шее. - Такой леденящий.. - в это же время рассуждал Джисон. Может оно и ощущалось как дуновение ветра, но зато его причина кружила голову, прям до упаду. Тело Хана начало невольно трястись, то ли от холода, то ли от перевозбуждения, а может быть все вместе? В любом случае это была даже радостная трясучка. Джисон никогда ранее не испытывал такого. Чем чаще Минхо касался губами плеч парня под ним, тем более обычные вздохи становились похожими на стон. - Неужели у тебя такие чувствительные предплечья, что ты перешёл на стоны... По сути, тебе просто обдувает ветром, а ты уже извиваешься подо мной.. Как жаль, что я не смогу дать тебе большего. - На этих словах он отстранился. - Скоро проснется твоя бабушка, мне пора идти. Ложись, поспи хотя бы пару часов, чтоб были силы на работу во дворе. Ты справишься быстро со всеми делами, я верю в тебя, лучик. Видимо, у Минхо был фетиш на резкий и эффектный уход, потому что после этих слов он растворился в комнате. Хан же, заведённый обычными поцелуями, лежал в недоумении. Ему было приятно, но тяжело одновременно. Ли был прав, он не могу большего дать Хану, так же, как и он Минхо, поэтому было грустно. Джисон пообещал себе, что когда то с этим разберётся и что нибудь сделает. А пока что он лег спать, чтоб, по словам Минхо, завтра были силы на работу. - Ты так много работал и так мало спал, что уснул прямо на скамейке рядом с домиком... Как это мило.. - думал Минхо, смотря на переработавшего Хана. Сегодня они обязаны лечь раньше, а не так, как вчера. Или правильней сказать, сегодня? А пока что Ли мог насладиться красотой спящего Джисони. Теперь именно по таким сценарием проходили дни. Хан весь день работал, вечером ходил в красивые места вместе с Минхо, а ночью они разговаривали обо всем, параллельно дразня друг друга тем, что они полноценно не могут прикоснуться к другому, что на самом деле было грустно. Далее Хан снова работал, а вечером рано засыпал под тихие напевы Лино. Так прошел год. Призрак и человек стали лучшими друзьями. Или, чем то большим? Этот вопрос не давал покоя Хану, ведь по сути они и не могут, даже при наличии чувств, вступить в отношения. Это ранило его сердце. Он вспоминал свои обещания о том, что спросит дедушку по поводу встреч с призраками, но он не мог больше этого сделать. Именно в этом году он умер от старости, плакала вся деревня. Каким же замечательным человеком он был, царство ему небесное. Единственное, что осталось после него - это воспоминания. Бабушка и Джисон тяжело пережили это событие, но не сдались, и продолжили идти дальше. После этих событий Ханни каждый день вспоминал рассказы дедушки о том, как он смотрел передачи связанные с призраками, где показывались обряды для встреч с ними. Джисон помнил об этом, но не знал всех точностей, потому перебирал среди множества обрядов тот, который запомнил лучше всего. Все это было ради того, чтоб на некоторое время он мог контактировать с Минхо, как с человеком. Это была главная его мечта. Среди десятков обрядов он выделил всего лишь два: Суть первого заключалась в жертвоприношении. Нужно было ранним утром составить договор с дьяволом, приподнести ему тушу животного и колбу человеческой крови, чтоб он пустил одну душу погулять на два часа. Второй был так же основан на жертве, но уже более серьезной. В ночи нужно было заключить договор. Но цена была другой. Дьявол выпускает душу на сутки, и если ровно она не вернётся в то же место то заберёт не только ее, но и вторую любую с собой. Хан был готов на пожертвование собой, лишь бы встретиться с Минхо на сутки.. В один из вечеров белочный парень рассказал Ли о первом договоре с дьяволом. Сначала призрак не оценил эту идею, но поразмыслив он понял, что такой шанс выпадает редко. В ту же ночь Хан взял лист бумаги, написал на нем цену за обряд и условие, капнув кровью для "росписи" на документа. Этот листочек нужно было сжечь, чтоб время началось. Следующим утром, рано рано, когда ещё ни один петух не проснулся, он отправился в лесной домик, где его поджидал Минхо. - Итак, ты готов целые сутки провести со мной в облике человек, Ханни? - его радости не было предела. - Я уже не могу дождаться! - Я так давно мечтал об этом... Он зажёг спичку, и лист вспыхнул синим огнем, что давало подтверждение договору. Но только одного Джисон не сказал Минхо. Он заключил договор, в котором на кону стоит человеческая жизнь. Жизнь Хана, а не животного, как изначально сказал Джисон. Но это не стоило внимания, важнее было то, что они вместе проведут целые сутки, а потом торопясь прибегут сюда, что продолжить жить так же, как и раньше. Договор вступил в силу. Тут же Ли, стоявший рядом исчез. Сначала Хан запаниковал, но успокоился, услышав знакомый голос за домом. - Ау.. Как больно падать.. - произнес Минхо, поднимаясь на ноги, но тут же он замер, увидев перед собой Джисона. - Ну что, бельчонок, иди ко мне. Секунда, и Хан повалил его вновь на траву. Наконец то он могу ощутить теплоту в объятиях. Наконец то он мог в ответ потрогать Минхо. Наконец то он мог ответить на всю ту ласку, которую ему давал тогда Ли. По его щекам катились слезы счастья. - Минхо... Домовёнок мой.. - всхлипывая, словно в бреду, потворял Хан. - Наконец то я могу тебя обнять... - Я так рад, ты не представляешь.. - поглаживая его по голове сказал Ли. - Это будет лучший день в нашей жизни. И он не ошибся. Минхо аккуратно подал руку Джисону, помогая встать с травы, но это был ход-обманка. Как только парень встал на ноги, он тут же оказался прижатым к стене домика. Казалось, будто он вот-вот рассыпется, но Ли надеялся на лучшее. Он без слов вцепился в губы парня. Хан лишь издал довольный стон, тая в массивных руках Ли. Его язык жадно шарился во рту Джисона, будто голодный волк искал добычу. Все это было так громко и так грязно, но при этом желанно. Хан держался обоими руками за широкие плечи Минхо, пока тот придерживал одной рукой лицо, а другой талию парнишки. Это был, наверное, самый долгий поцелуй, который только мог произойти. Когда оба уже понимали, что начинали задыхаться, Ли отстранился. - Знаешь, Ханни, я люблю тебя. - так просто, запыхаясь, произнес Минхо. К глазам Джисона поступали очередные слезы счастья. - Я тоже люблю тебя, Домовёнок... Весь день они провели вместе: - Бабушка, давай я познакомлю тебя с моим новым другом Минхо! Он, как и я, любит творчество, поэтому мы быстро нашли общий язык. Ли сказал, что поможет нам с огродом. - радостно забежав домой протороторил Хан. - Приятно познакомится, я очень рада, что у моего внука появился друг. Минхо, если он будет слишком гиперактивным - то дай ему чего нибудь сладкого, и он успокоится. - Бабушка!! - с возмущением отреагировал Джисон. - Это было лишним!.. - Хорошо, я запомню. - с усмешкой ответил Ли. - Пойдем грядки полоть? - Хорошо, пойдем.. Они вышли на задний двор, вооружившись тяпками, перчатками и лейками. - Предлагаю соревнование, - сказал Хан, - кто больше вырвет травы с грядок? - Зря ты нарываешься, Ханни! - глаза Минхо запылали. - Не переиграешь! Перепачкавшись землёй, облив друг друга водой они закончили работу. Между ними двумя царило понимание с полуслова, комфорт и любовь. Обедали они втроём, с бабушкой. Рассказывая кучу смешных историй друг другу, время летело быстро. Но это было счастливым временем. Думать о том, что было вчера и будет завтра не хотелось. Надо жить настоящим. - Слушай, Ханни, а что будет после того, как я вновь стану призраком? Мне кажется, я за один день привыкну к новым ощущениям, и не смогу воспринимать холодные косания дальше. - обеспокоенно спросил Минхо. - Я думаю, лучше оставить этот вопрос на потом, - Джисон повернулся к нему лицом. Оба сидели на его кровати, - а сейчас заняться более важными вещами. Я люблю тебя, Домовёнок. - после этих слов он прильнул к губам Минхо. Ли с восторгом ответил на поцелуй, сплетая языки в одну линию. Учащенное сердцебиение задавало темп. Руки Хана вжались в голову Хо. Сжимая между пальцами его волосы, послышался недовольный стон, потому Джисони ослабил хватку, не сдержав мелкого смешка. Минхо постепенное, теряясь в поцелуе, стягивал футболку с Хана, и отстранившись друг от друга окончательно снял ее. Чтоб дать нижнему пару минут на отдышку, он стянул верх и с себя. Проведя рукой вдоль торса Хана, Ли будто выстраивал маршрут, по которому он примится целовать тело Джисона, переодически оставляя укусы. Переходя от пресса к груди нижний становился чувствительней, этому свидетельствовали вздохи, становившиеся все громче и громче с каждым новым укусом. Мокрые дорожки на теле Хана подводили все выше и выше к груди. Задев языком один из сосков, последовала бурная реакция, в видео громкого стона на всю комнату. - Ты это.. Чутка полегче, крошка, а то от твоей бабушки мы не отделаемся. - с небольшим стебом подметил Минхо, намеренно задевая уже с другой стороны. Джисони был не в силах что либо сказать, поэтому просто прикрыл одной рукой рот, а другой погладил волосы Ли, как бы говоря этим жестом «Не останавливайся». А Минхо и не собирался. Словно кот, он вылизывал тело нижнего. В штанах уже не на шутку пекло, но перед тем, как войти ему надо было растянуть Хана, а для этого нужно было хоть немного лубриканта, но в данный момент взять его было негде, поэтому Ли поступил по другому. Стянув с Джисона все, что мешало и не имело смысла, он коснулся твердого стояка нижнего, из-за чего Хан прогнулся в спине, крикнув себе в кулак. Минхо провел пальцем, собирая стекающий природный лубрикант, который он и будет использовать, но перед этим обхватил член парнишки и провел пару раз вверх-вниз, заставляя его все больше прогибаться в спине. После этого он подключил свои губы, переодически целуя красную головку, он продолжал вести рукой. Хан терял контроль над собой, слишком сильно действия Минхо кружили ему голову, не давая думать о чем то помимо массивных рук и алых губ, ублажняющих его прямо сейчас. Все это было в новинку, но так как Джи полностью доверял Лино страх улетучивался. - Х-хо, если я сег-годня сойду с ума, то виной всему б-будешь ты-ы.. - закатив глаза и опрокинув голову ещё выше высказался Хан, не имея сил на продолжение своей мысли. В это время Минхо постепенно брал за щеку орган Хана. Ещё чуть-чуть, и он бы кончил ему прям в рот, но Ли во время подставил ладонь, не желая терять драгоценные капли природной смазки. - Как ощущения? Готов продолжать, или требуешь небольшую передышку? - заботливо спросил Хо, целуя парня в щеку. - Я.. Я не желаю останавливаться до вечера.. - не совсем честно ответил Джисон, воздуха было катастрофически мало. - Давай я открою окно, - словно прочитав мыли спросил Ли, - но ты только не так громко выражай свои эмоции, а то на улице слышно все отлично... Хан кивнул, и почувствовал прилив ещё большего наслаждения, когда воздух в комнате стал на немного чище. Все это время, пока Джисон приводил в норму свое дыхание, Ли наблюдал за тем, чтоб лубрикант из его ладоней не пролился, и как только Хан был готов, он смазал им руки. - Повернись ко мне задом, дорогой. Джи послушно лег на живот, ощущая, как Минхо постепенно, не торопясь, вводил пальцы в его зад. Голова шла кругом ещё сильнее, чем раньше. Хан уже не соображал, что и как происходит, он лишь подавался рукам Ли. Достаточно растянув Джисона, Ли уже не мог терпеть. Его шорты и нижнее белье оказались в другой части комнаты. Осторожно, он начал входить в все ещё узкого Хана. - М-Минхо-о.. - Произнося его имя куда то в подушку Джисон потерялся во времени и смысле происходеящего окончательно. Своими ослабевшими руками Ханни пытался ухватиться за все, что было рядом, когда Минхо полностью вошёл и постепенно начал набирать темп. Его движения были осторожными и продуманными. Больше всего он боялся сделать что-то не так, из-за чего у Джисона, с огромной вероятностю, осталась бы травма, но благо этого не произошло. Двигаясь уже уверенней, полностью привыкнув к обстановке внутри, Минхо готовился к приближающейся волне наслаждения, настигнувшей обоих практическ одновременно. Удовлетворение нахлынуло с головой, от чего пара практически в унисон произнесла характеризующий стон. Выбившись из сил, Минхо лег к Хану. Тот, так же без возможности встать, лишь немного продвинулся, подарив ему поцелуй, более нежный и чувствительный, чем в начале. - Я люблю тебя, Домовёнок. - И я люблю тебя, Ханни. Больше слов не нужно было, парочка уснула в обнимку, совсем позабыв о договоре с дьяволом. Джисон проснулся в середине ночи от тяжести в дыхании. Что-то будто наполовину перекрывало поток воздуха к лёгким и обратно. Он начал задыхаться. Минхо сразу же подскачил, в недоумении смотря на Хана. Почти сразу же его отпустило, он смог вдохнуть полной грудью, но не надолго. - Минхо! Договор! - опомнился Джисон. - Нам нужно, кхе, быть у домика как можно быстрее.. Без слов, Ли поднял на руки Хана. Время бешенно неслось, считая последние минуты. Минхо выбежал из дома, минуя тропинку, кусты, березы, поля и пруд. С каждой секундой Хан понимал, что он вот-вот задохнётся. - Домовёнок... - краем уха услышал Ли. - Я люблю тебя больше всего на свете... «БЫСТРЕЕ, БЫСТРЕЕ» - Било в голове Минхо, услышав слова Хана по его щекам потекли слезы. - Вот он, домик! Ещё чуть-чуть, и ты будешь спасён... Ханни?.. Упав к порогу дома Хо посмтрел на своего возлюбленного. - Почему... Ты не дышишь... Мы прибежали, мы успели! Ханни, бельчонок, ну же, очнись! - в отчаянной истерике бился Ли. - Мы должны были успеть, за что! ПОЧЕМУ.. Холодное тело Хана лежало у ног Минхо. Не успели, всего лишь, на несколько минут. Ли кричал и не хотел верить в это. Джисон пожертвовал собой ради того, чтоб этот день они провели вместе.. Жизненные силы были на исходе, и он понял, что сам так же близок к смерти. Обняв бездыханное тело, Ли пустил последнюю слезу и покинул этот мир, понимая, что они больше никогда не смогут насладиться чувствами друг друга по полной.

Теперь, где-то высоко две души любили друг друга неживой любовью.