Flower disease

Сердце – оно как цветок, его не откроешь силой, оно должно раскрыться само.

***

Мин Юнги - двадцатилетний парень, работающий в небольшом уютном кафе. Человек он простой, мудрый, добрый по натуре. Весьма приятной внешности: бледнолицый, с вьющимися чёрными волосами, что темнее чёрной фиалки Виттрока, с глазами цвета корицы и аккуратным носом. Живёт по принципу: «Сначала чувствую, а потом думаю», и почти ни на что не жалуется. С недавнего времени, каждый день в кафе приходит юноша, заказывает один и тот же цветочный чай, присаживается за столик и рисует. Если быть откровенными, Мин с первой же встречи словил себя на мысли, что тот очень красивый, словно он нарисован умелой рукой художника: молочного оттенка волосы, голубые вены светятся сквозь белоснежную кожу, моментами на лице сияет очаровательная улыбка, которая не оставляет равнодушным любого человека, и его безумно красивые тёмно-карие глаза, в которых виднелось сплошное радушие. Но порой казалось, что где-то там, на дне радужки, Юнги успевал замечать блики боли. От него исходила аура творчества и доброжелательности пополам с некими переживаниями. Видно, что он чем-то обеспокоен, хотя и старается не подавать виду. И Мин Юнги это немало пугало, только он не знает почему.

***

— Вам как обычно? — Да, пожалуйста. Пока лепестки розы варились, воздух в кафе пропитался этим безумно нежным ароматом. Юнги он очень нравится, такой головокружительно приятный... Он проникал под кожу как острые, но совсем не болезненные тоненькие иглы, прогревал кости, теплом растекался по крови, провожая печальные мысли из головы, и давая спокойствие. Данный чай был не признанным, оттого-то его никогда и не заказывали. И Мин искренне не понимал почему: Он ведь такой цветочно-сладостный на вкус! Сам он, взаправду, тоже его раньше не пробовал, как-то не доводилось. Но когда уже постоянный посетитель заказал этот горячий напиток второй раз, Юнги вместо того, чтобы вылить оставшуюся часть - налил еë себе в кружку. С тех пор он и полюбил это цветочное чудо. Процедив напиток и разливая его по кружкам, Мин время от времени посматривал на светловолосого. Тот снова что-то рисовал. Быть честными, его как магнитом тянуло к этому мальчишке. Просто казалось, что есть в нëм что-то такое неуловимо близкое душе. И Юнги вроде понимает, что это донельзя странно, но подсознание так и кричит: Всë правильно! Так нужно! И ведь ничего не остаётся, как познакомиться, верно? Но только от одной такой мысли, у Юнги где-то на краешке сознания вспыхивают огни тревоги, а по спине начинают скакать стада колких мурашек. Завести с кем-то знакомство у него никогда не составляло большого труда. Почему же сейчас он так реагирует, Юнги не понимает. Переведя дух и договорившись со своими мыслями, он относит заказ сам. — Ваш чай, — прозвучало почти непринуждённо. — Спасибо, — на мгновение отрываясь от рисования, ему кинули беглый взгляд и мягкую улыбку. Не упуская момент, Юнги с едва заметной нерешительностью в голосе заговорил: — Простите, а вы не будете против, если я составлю вам свою компанию? Моя смена скоро закончится и мы бы могли немного пообщаться, — На него смотрели, кажется, минуту с небольшой растерянностью, а после вновь тепло улыбнулись и ответили: — А знаете, я, наверное, не против. Кто-то облегченно выдохнул. Спустя добрых двадцать минут, Юнги, выпив чай и дождавшись сменщицу, быстро переоделся и пошëл к парню. Внутри тихо завывают смешанные чувства. Оставляя всю эту кашу в себе без внимания, он, приблизившись к столику, уселся напротив. — Я пришёл, — у светловолосого уголки губ снова вверх поползли, а глаза расцвели полумесяцами. — Меня Чимин зовут, — звонким, певучем басом, озвучивает новый знакомый. — Юнги, — улыбнувшись, он кинул взгляд на чëрный блокнот. — Что рисуешь? — Эустомы, — Эустомы? Это... — Цветы, — минутная пауза. Юнги казалось, он знает много цветов. — Можно глянуть? — Чимин лишь сильнее улыбнулся и пододвинул к Юнги блокнотик. Страница первая. Представляется, что страница блокнота - это пëстрое поле с россыпью безумно красивых цветов. Они выглядят столь реалистично, что кажется, будто чувствуешь их тонкий аромат. Мин Юнги окунулся в цветочный мир с головой. Вот он идёт по протоптанной тропинке, в руках пышный букет нежных полевых цветов, птицы поют добрые песни, лучи солнца ласкают лицо, а лёгкий ветерок приносит новыми порциями ароматы цветов и играется с чëрными волосами. Красочные цветы и тëмноволосый парень - сочетание довольно необычное, но до жути чарующее. Страница вторая. Теперь кажется, что Юнги находится в небольшой комнате, и смотрит через окошко на сад. Вон, около сирени посажены нежные лилии, широко раскинувшие свои прелестные лепестки-потоки белого цвета, справа от них большие кусты очаровательных, мягко розовых пионов, которые тянутся к солнцу, а слева от лилий растут яркие, завораживающие взгляд, фрезии. И все эти цветы настоль разные, но столь дивные, что кажется, они способны создать нежность и любовь даже в самом чёрством сердце. Страница третья. Всë та же комната, если осмотреться можно понять, что это маленькая, уютная кухня. На столе стоит ваза, а в ней какие-то цветы. Они дымчато-белого цвета и с розовой каймой, чем-то похожи на розы. Вот они-то больше всех и понравились Юнги. Подойти бы, насмотреться, только вот... Чей-то отдалённый, мелодичный смех оглушает, развеивает туман в голове и, кажется, приводит в чувства. ... Юнги будто током прошибло, а в вески на мгновение ударило болезненным импульсом. Полностью сфокусируя своё внимание на реальности, он видит громко смеющегося Чимина. — Привет, — и Чимин смотрит так мягко, смеётся так по-доброму, что Мин невольно улыбается уголками губ. — Знаешь, я даже немного испугался. Ты так смотрел! Как будто там нарисованы не цветы, а расчленёнки какие-то! — он ещё сильнее заливается смехом. А у Юнги внутри сейчас бушует буря эмоций, что он аж теряется - виду не подаёт, улыбается, но эта буря сносит всё со своих мест. Он не понимает что с ним происходит, и это пугает его. Чимин, словно чувствуя, перестаёт смеяться и обеспокоенно спрашивает: — Ты в порядке? Нет. Никак нет. Юнги считает себя странным. Но ведь Мин Юнги просто... Мин Юнги тонет в красоте цветочного мира и не хочет, чтобы его спасали. ... и ничего странного в этом нет. На четвёртой странице было пусто. Значит.. — Это эустомы? — игнорируя заданный ему вопрос, и перевернув страничку назад, едва хриплым голосом спросил темноволосый. Чимин почему-то смотрит понимающе, без недоразумения, без обиды и отвечает: — Да, они, — и вновь начинает посмеиваться так ободряюще, будто говоря, что всë хорошо, ничего страшного не произошло, подумаешь - залюбовался. И Юнги отчего-то безропотно верит ему. — Прости... Я в порядке. Просто ты очень красиво рисуешь, — с каплей смятения оправдывается Мин. Всё равно неловко как-то. — Спасибо. — немного смущённо ответил светловолосый. Юнги думается, что Чимин просто существуя излучает тепло и свет. Но отпечаток это неловкого знакомства или внутренняя константа Чимина - Юнги не знает.