Бесишь

Честно говоря, он уже довольно долго сдерживал холодную, растекающуюся по венам ярость. Слишком долго терпел этого заносчивого ублюдка. Слишком долго играл в спектакль, устроенный для него. — В то время как я буду греться под светом трёх солнц, — в голове снова раздался смех Эбардо. Лололошка посмотрел на Сан-Франа стоящего рядом. Взгляд любимых чёрных глаза его, окутанных зелёным свечением, устремлён в никуда, руки сжаты в кулаки до такой степени, что между пальцами уже начала просачиваться кровь, на ресницах едва заметно блестят начавшие проявляться слёзы. Нет, так больше нельзя. — А на этом я с вами прощаюсь. Голос Эбардо вдруг замолк, зелёный свет, обозначающий его присутствие, исчез. Главы впереди заозирались по сторонам, тихо что-то говоря себе под нос. Они думали это конец. Эбардо прервал связь. «Но как бы не так, » — зло подумал Лололошка. Этот придурок явно не закончил свою речь, но и терпеть его заносчивый, полный издёвки тон больше нет сил. Он повернулся к Франу, сразу отметив его едва уловимую дрожь. Нет, так точно больше не может и не будет продолжаться. Мироходец коротко рыкнул себе под нос. Никто не смеет доводить Сан-Франа. И так пришлось сдерживать себя изо всех сил, чтобы не пойти и не убить Эбардо после смерти Фарагонды и того, как это подкосило гаранта, но теперь уже поздно. Его терпение лопнуло. Лололошку на мгновение окружили голубые с примесью фиолетового частицы магии, и он увидел перед собой уже знакомый зал. Стол, камин, доисторические свечи. На него с удивлением, восторгом и замешательством смотрел Эбардо, снова сидящий на столе в позе бабочки, прямо почти как свой брат. Фран, тоже перемещённый, подошёл ближе, почти прижимаясь к нему дрожащим от страха и гнева телом. — Что, всё же передумал? А, Лололошка? — вальяжно спросил Эбардо с хищной, самодовольной ухмылкой, наблюдая. — Принёс маленького гаранта в качестве презента? Лололошка сдержал клокочущий в груди рык. Хотелось впиться этому уроду в глотку хотя бы только за то, что он посмел такое предложить. Фран рядом взял его руку в свою, переплетя пальцы — знак близости. Он тяжело сглотнул под испытующим и довольным взглядом зелёных глаз, не решаясь что либо сказать. Просто боялся, что может не сдержаться и даже невзначай что-нибудь натворить. — Ну же, чего ты ждёшь? Без сомнений, искра этого эльфа относительно сильна. Надеюсь, ты всё же… — Бесишь, — наконец сказал Лололошка и снял очки. Его чёрные, пустые, всепоглощающие глаза словно уставились прямо в душу Эбардо. Начали разъедать её, опутывать сотней нитей тьмы, постепенно в неё же и погружая. — Ты даже не представляешь, как меня бесишь. Просто из себя выводишь. Голос его отдался эхом во внезапно наступившей в помещении тишине. Даже огонь в камине перестал потрескивать. Стало слышно лишь сбитое, неровное от настигшего его ужаса дыхание Эбардо. — На колени. Голос, холодный, полный стали, словно режущей, как острейший клинок, был одновременно везде и нигде. Раздавался в голове и звучал снаружи. — Ч-что? — наконец выдавил из себя Эбардо. На мгновение вокруг него взметнулась зелёная магия, но тут же быстро исчезла. Он посмотрел на свои руки, поражённый. — Я н-не… Кто… Что ты? Он попытался сдвинуться с места, но ничего не вышло. Конечности налились свинцом, а душа медленно погружалась во тьму. Лололошка снова молчал. Молчал, сверля его пустым взглядом. Он посмотрел на Сан-Франа, теперь более спокойного. В его чёрных глазах появились искорки интереса и торжества. — Я сказал: на колени, — он снова повернулся к Эбардо. — Я не бу- Голос того оборвался посередине фразы. Горло внезапно обвила магия, светящаяся ярким голубым с примесью фиолетового цветом. Пальцы Эбардо заскользили по коже, проходя сквозь кольцо, царапая горло до крови. Раздались хриплые полу всхлипы. Какое же жалкое зрелище. Затем наконец Эбардо замер, смотря в пустые глаза Лололошки, словно загипнотизированный, после чего медленно, нехотя подошёл и встал на колени. Лололошка довольно хмыкнул. Было даже отчасти приятно видеть этого подонка в таком жалком положении. А сколько ведь было гордости, самовлюблённости и уверенности. Фран рядом сделал шаг назад. Он смотрел на заклятого врага сверху вниз с отвращением и гневом, тихой радостью. Обычно Сан был против, когда он что-либо хотел сделать насильственным путём. Отговаривал, уверял, что можно и по иному. Но не сейчас. После смерти Фарагонды, после всего произошедшего по вине стоящего сейчас перед ним на коленях человека что-то внутри у него сломалось. Безвозвратно и окончательно. Что-то очень важное. И Лололошка это просто так не оставит. — А теперь извиняйся. Эбардо тихо, почти шёпотом забормотал что-то неясное жалким, плачущим тоном. — Громче. — Я прошу прощения! Извините! — голос того сорвался на крик, почти перешёл в рыдания. Эбардо, вдруг ослабев, рухнул на каменный пол, снова вцепился в давящее на горло магическое кольцо. Но голубое сияние не поддавалось, лишь переливалось изредка красками, словно издеваясь. — Надеюсь, на первое время этого хватит? — спросил Лололошка Сан-Франа, притягивая его к себе и зарываясь носом в белые мягкие волосы. — Ещё как, — тепло усмехнулся тот, обдавая шею тёплым дыханием. Холодное пламя в груди потихоньку начало утихомиривать свой пыл под нежными прикосновениями любимого. Лололошка выдохнул и снова надел очки. — Что ты с ним сделал? — с каким-то садистским интересом спросил Фран, отдаляясь и смотря на всё ещё пытающегося выбраться из оков Эбардо, который явно уже находился в каком-то бреду. — Ничего такого. Просто теперь его душу медленно поглощает пустота. Давай, пожалуйста, не будем сейчас об этом? — недовольно проворчал Ло, впиваясь в губы эльфа в жадном поцелуе. Он и не знал, что ему прям настолько не хватало лёгкого, ненапряжённого Сан-Франа. Холод и пустота в груди наконец окончательно утихли.