Некоторые соображения относительно ликантропов и ликантропии

      Тема оборотней внезапно оказалась интересной очень многим. Это кажется интригующим, особенно если учесть, что на тему оборотней пишется довольно мало фанфиков, и подавляющее большинство тех, которые представляют из себя что-то стоящее, заморожены, что о многом говорит они невостребованы, попросту говоря. Про фэндом 'Сумерки" лучше молчать. Практически все там - издевательство над здравым смыслом, включая сам его канон. Да и в целом, фанфики по ГП традиционно уделяют оборотням мало внимания, системы ликантропии в них зачастую содержат столько логических дыр, что состоят из них практически целиком, и без существенных дополнений вне Великобритании работать не будут, но это никого особо не волнует. Самое большее, в очередной раз выставляют Люпина жалким никчемным существом - это стало уже доброй традицией.       Для меня отсутствие системы кажется очень неудобным: если когда-нибудь в будущем я придумаю какой-нибудь сюжетный поворот, он может вступить в конфликт с ранее написанным (обычное дело, всегда так бывает). Во избежание хотя бы грубых ошибок следует учитывать ранее написанное, и тут держать в уме более-менее логичную систему (и выводить из нее следствия) намного легче, чем помнить кучу разрозненных, никак не связанных между собой фактов, которые написал полгода назад. И лучше бы эту систему всё же где-нибудь записать и сохранить.       Как обычно, хочу начать с того, что ни в коем разе не считаю свою систему единственно возможной, лучшей, предпочтительной или имеющей какие-либо иные преимущества по сравнению с остальными. Всё определяется сюжетом и сеттингом, и соответственно, всегда можно подобрать их такими, что моя система не подойдёт. И наоборот. Итак...       Система ликантропии, прежде всего, должна решить ряд общих проблем: без этого мир, в котором имеются оборотни, будет неправдоподобным, не имеющим истории и требующим "ручного управления". В общем, есть риск появления очередных "маховиков времени", которые появляются как чёрт из коробочки, и от которых потом приходится экстренно избавляться (самое неприятное в жизни автора, как по мне. Ну, кроме осознания того факта, что ты в принципе написал бездарную хрень. В этом случае остается только горестно оплакивать свою несчастливую планиду и писать статьи о ликантропии). 1. Обращение оборотней       Прежде всего, следует примерно определиться с тем, что такое ликантропия. Тут я не буду оригинальным и даже не буду пытаться. Пусть она будет особой формой проклятия, то есть исключительно магическим недугом, передающимся горизонтальным путем посредством укуса, причем "заразен", то есть способен к передаче проклятья, оборотень только во время обращения. Остальное оставим пока "за кадром". Это худо-бедно соответствует канону (неплохо) и фольклорным представлениям (а вот это для меня очень важно. Я считаю, что фольклор первичен, лучше британский, но на худой конец пойдет любой. Собственно, волшебный мир канона - это Роулинговская реконструкция британского фольклора, и местами это видно особенно ярко (и работа Роулинг, и фольклор).       Тогда определим собственно обращение как магический выброс, вызванный действием этого проклятия; выброс, достаточно сильный, чтобы на какое-то время (которое определено в первой главе - с этим мы разобрались) с непреодолимой силой ввергнуть оборотня в "волчий режим". Логично будет предположить, что для этого носитель ликантропии сам должен являться магическим существом, и это предположение на самом деле решает сразу несколько "больных вопросов":       Во-первых, самая важная проблема для любой болезни (и ее аналога), передающейся горизонтально - это проблема экспоненциального роста числа носителей. В мире, где каждый укушенный оборотнем или вампиром превращается в оборотня или вампира, вампиром или оборотнем за чрезвычайно короткое время станет всё население Земли. Очевидно, что с историей у такого мира - большие проблемы, особенно если заражению подвержены магглы, практически беззащитные перед магической напастью. В этом случае эпидемия неизбежна, а где она в таком случае? Ликантропия только внутри волшебного мира сразу снимает или в значительной степени ослабляет это ограничение. В самом деле: волшебников очень мало. Густонаселённая в маггловском мире Великобритания в волшебном мире - довольно обширная страна с населением маленького городка, причем это население ещё и размазано по всей немалой территории. Можно поискать аналогии в человеческой истории: среди охотников-собирателей, живущих небольшими группами в условиях вечно низкой плотности населения, эпидемии редки, и ко многим заразным болезням у них вообще нет иммунитета - эти люди за всю жизнь могут ни разу с ними не столкнуться. Эпидемии стали бичом человечества, когда нас оказалось достаточно много.       Этим же соображением можно (и нужно) объяснить желание волшебников (особенно блюдущих древние традиции) селиться подальше друг от друга и от мест массового скопления людей, несмотря на явное неудобство. Традиции такого типа расселения в этом случае получают простое и разумное объяснение - когда-то, в момент зарождения культуры волшебников, они имели смысл, были жизненно важны. Даже маниакальное доведение этого принципа до абсолюта у семейства Гонтов в этом свете уже не так странно - в Средние века такое поведение малочисленной и небогатой ни деньгами, ни сильными волшебниками семьи было скорее неизбежным решением проблем обороны дома.       Во-вторых, проблема численности оборотней. Чистокровных и происходящих из семей с одним чистокровным родителем волшебников мало, они прекрасно осведомлены об угрозе оборотней (Если они не идиоты. Большинство людей все же не таковы) и, что важнее всего, способны себя защитить. Откуда же тогда берутся все эти оборотни? На эту роль прекрасно подходят сквибы и магглорожденные волшебники. Они многочисленны, живут среди магглов, не осведомлены об угрозе оборотней и защитить себя не способны. И это автоматически делает их огромной проблемой для волшебного мира: магглорожденных волшебников хотя бы возможно выявить и обучить, правда, затратив на это много времени и сил, и получив в довесок большое количество носителей чуждой маггловской культуры, которых еще предстоит ассимилировать, а сквибы в таком случае вообще оказываются опасным и вредным балластом: защитить себя они не способны, выявить их среди магглов практически нереально, а пополнить собой стаи оборотней они могут легко. Это делает сквибов, если вдуматься, еще более худшими, чем магглы, от которых волшебникам обычно ни холодно, ни жарко. Таким образом, становится легко объяснима традиционная ненависть старых семей к сквибам и магглорожденным: не только "Ну что они такие не такие! Уууу, ненавижу просто так!", что несколько отдает глупостью, но и наличием в прошлом (напомню, времени появления обычаев, традиций и вообще складывания самой культуры общества волшебников) реальной опасности от этого типа людей. Никто не любит тех, кто создаёт проблемы. Этот факт сразу даёт моему миру долгую историю из глубины веков и до наших дней. Вообще, для большего правдоподобия причин должно быть больше одной. Я придумал три. Одна встречается в фанфиках, и не я ее автор. Но вторая - вот она (и я ее не встречал, так что надеюсь быть первым как Гагарин, сделать шаг как Армстронг, воткнуть флаг как Амундсен): способность передавать магические недуги при сложном решении проблемы выявления и воспитания для магглорожденных, а в случае сквибов - и вовсе голые проблемы при весьма сомнительной пользе. Традиции чистокровных в этом случае уже не выглядят порождением фашиствующих олигофренов, и мир становится более правдоподобным (евреев и цыган раньше тоже обвиняли в распространении чумы, поедании детей и прочем. То есть, одного факта того, что человек выглядит не так, для ненависти обычно недостаточно). 2. Опасность оборотня       Теперь следует определиться, почему оборотни столь опасны. В самом деле, зверь (что уже налагает ограничения на умственные способности), у которого лапки (ни меч, ни палочку держать не способен) - в теории с ним мог бы справиться и маггл. Пристрелить - и дело с концом. Да и для волшебника просто большой волк (Почти волк. В фольклоре упоминаются признаки, по которым волколак отличается от настоящих волков. Не знаю, как в каноне, а у меня это еще и размер) стал бы не слишком сложной добычей. Я решил вывести особенности оборотня из того же корня, что и его сущность, а именно, из того самого выброса магии проклятия, которое практически мгновенно превращает человека в зверя. Предположим, что оно действует всё время окна обращения, достигая пика своего действия в момент нахождения Луны над горизонтом (в соответствии со временем обращения, см. главу 1). Что произойдет в случае, если оборотень изменится? К примеру, в нем появятся дыры от пуль, стрел, вил; ожоги от костра, факела, бензина; тяжёлые переломы от камней, бревен, колес грузовика; отвалятся части тела вроде лап в результате действия Режущих заклятий, и прочих неприятностей, поджидающих оборотня в его нелегкой жизни в течение трех лунных суток. Предположим (Сделаем, сотворим. Демиург нового мира я или хвост собачий?), что проклятие ликантропии действует в этом случае абсолютно так же, просто не плодим лишних сущностей: практически мгновенно превращает человека в волколака. Волколак с дырками становится прежним волколаком, волколак без лап становится прежним волколаком. Мне это кажется вполне логичным и простым. И это будет проявлять себя как чрезвычайно мощные способности к регенерации (это я уже явно описывал, когда упоминал расстрел оборотня, так что спойлером не будет). Таким образом, всё, что не убивает оборотня мгновенно, не убьет его вообще - раны успеют зажить быстрее, чем он склеит ласты. А невероятно живучая тварь уже достаточно опасна по сути своей. Фольклорному средству в виде серебра легко найти место в этой системе: пусть оно ослабляет эту способность к регенерации в месте прикосновения. Тогда раны, нанесённые серебром, будут заживать достаточно долго, чтобы оборотень таки отдал душу госпоже Хель. Ну и устойчивости к магии, как и любому магическому существу, оборотням стоит добавить, тем более что в мире Hagborn все существа по этому параметру различаются (нужно было для объяснения системы магии и различий между разными магическими существами (и произошедших фактов, из этого напрямую следующих) и свойствами некоторых предметов, как уже имеющихся в каноне, так и "новоделов")       Из этой, производной от сущности оборотня, особенности легко можно сделать еще одно производное следствие, значимое в границах канона, а именно: 3. Приём Аконитового зелья       Аконитовое зелье, согласно канону, дает оборотню возможность сохранять человеческий разум во время обращения чтобы не представлять опасности для окружающих (ну или как-то так). Пить его при этом следует по определенному графику, а не когда попало. Пояснять тут особо и нечего, но приятно, когда даже мелочи укладываются в придуманную тобой систему так же же идеально, как лицо в салат.       "Создав" оборотней как чудовищно живучих и слабоуязвимых тварей, нужно теперь учитывать эту их живучесть и устойчивость. Логично предположить, что зелье, способное сохранять своё действие на оборотня даже в его зверином, измененном и накачанном магией теле, должно быть исключительно мощным. Предположим, что из-за своей специфической мощности оно крайне токсично для обычного человека (и оборотня вне окна обращения). Тут в общем-то и предполагать особо не надо. Аконит - это реально существующее растение и оно действительно очень ядовито. В таком случае пить его следует оборотню после открытия окна обращения, когда он уже не вполне человек, и действие ликантропии убережёт его от отравления. В моей системе ликантропии (может, стоит ее для краткости называть ликантропией Hagborn?) это вполне возможно, но есть ньюансы.       В случае, когда окно обращения открывается до восхода Луны, проблем нет: человек чувствует "приход Луны", "волчью ломку", спокойно и без особых напоминаний (зачем они? Нужный момент он вряд ли пропустит) выпивает зелье, и так до конца цикла полнолуния. Но в случае, когда окно обращения открывается уже после восхода Луны, он окажется в не очень хорошей ситуации: до этого несчастливого момента пить Аконитовое зелье нехорошо, и чем больше запас по времени, тем хуже: больше времени остается хрупкому человеческому телу, чтобы получить тяжелое отравление. А после обращения остается полуразумный зверь, который ядовитую, неприятную на вкус жидкость пить точно не станет, а споить ее насильно оборотню в полнолуние вряд ли найдется много желающих. И остаётся один выход - пить зелье в человеческом облике, но максимально близко к моменту обращения, чтобы не успеть отравиться. И вот теперь знание точного момента обращения совершенно необходимо. Нужно точно определенное время или специальные часы. И таким образом в том числе объясняется поведение канонного Люпина: заранее выпить зелье он не мог, а попросту перепутав или, что более вероятно, неверно рассчитав время, решил, что до обращения он успеет. Ошибку осознал слишком поздно. Простая неосторожность, с каждым может случиться.       Вертикальный путь передачи ликантропии.       То самое "наследование" ликантропии, которое вызвало вопросы, хотя не играло, не играет и вряд ли будет играть какую-либо роль в сюжете. Из канона (и традиционного фольклора) мы знаем, что в смешанных семьях наследования по мужской линии не происходит, что неудивительно, учитывая, что горизонтальная передача проклятия возможна только в полнолуние. Что происходит "по женской линии"? Ввиду отсутствия необходимости, я не углублялся в этот вопрос, и у меня есть две разные системы. Сначала я тяготел к одной, затем мне на глаза попалась одна интересная заявка, которая склонила меня к другой, и в результате я так окончательно и не определился, на чем следует остановиться. Более того, в процессе размышлений мне пришло в голову, что смешанная система тоже имеет право быть.       В общем, ничего определенного сказать пока не хочу.