Надо было заканчивать на любви

Дима сидел в окружении зеленого сада, за большим Дубовым столом, перед прозрачной рекой, которая протекала мимо его дома. Он быстро печатал что-то на ноутбуке, иногда опускал глаза на документы и снова возвращался к экрану. Иногда он прислушивался, принюхивался и поворачивался, чтобы узнать что происходит сзади него, на большой зеленой территории возле дома и на детской площадке. Когда на него смотрели горящие, веселые, пронзительно-голубые глаза, он улыбался, подмигивал, складывал губы в трубочку, имитируя быстрый поцелуй. Дима то и дело сверялся с часами, пока работал, но в какой-то момент он был так увлечен работой, что просидел за ноутбуком больше положенного времени, чем обещал тем самым голубым глазам. Благо обладатель прекрасных глаз и черных, чуть кудрявых волос, данного опоздания не заметил, потому что был увлечен игрой в различные фигурки супергероев, в машинки, в конструктор, пластилин, песок и еще невесть чего. Большая деревянная доска из темного дерева была полностью обустроена для целой захватывающей истории. Из конструктора были сделаны различные здания, дома, магазины, мост. В постройке мостов так же в помощь пошел и пластилин. Мелками была нарисована дорога, разметка и даже одна кольцевая. Рядом с этим прекрасным городком, была расположена своего рода пустыня. Половина доски было засыпано песком, кое-где были кактусы из пластилина и даже перекати-поле из разукрашенной бумаги, которую порезали на тоненькие полоски и скатали в шарик. Злодеи рушили дома, герои гнались за ними, спасали мирных жителей, котов, собак и даже пару змей в пустыне. — Ты повержен, мистер Рыбный! — воскликнула фигурка Шрэка, стоя плечом к плечу со своей командой: Человеком Пауком, Гарри Поттером, Бэтменом и маленькой плюшевой собакой в бронежилете, который Дима около месяца назад делал на 3D-принтере. — Вы снова победили! Но я еще вернусь! — ответил тот самый мистер Рыбный. Он же представлял собой средних размеров фигурку рыбы, с руками, ногами и оружиями на поясе, которую Дима тоже делал сам. — Команда львенка снова победила? — улыбнулся Дима и сел рядом с мальчиком. — Конечно, — фыркнул паренек самодовольно и, отряхнув руки, встал на ноги перед Позовым и обвил руками его шею, прижимаюсь щекой к голове. — Ты уже закончил, пап? — спросил Лео и весело взвизгнул, когда Дима перекинул его за плечо, поднялся с зеленой травы и закружил. — Да, чуть-чуть задержался, но к поражению мистера Рыбного я успел, — ответил Дима, когда перестал кружить сына и когда второй чуть успокоился, переставая заразительно смеяться, чуть морща нос. Дима с улыбкой смотрел на милое личико и несколько раз чмокнул розовые от смеха щеки. — Как я понимаю, мне нужно убрать это все? — медленно, с пониманием дела спросил шестилетний ребенок, повиснув у отца на плече. — Ты, как всегда, все правильно понимаешь, львенок, — улыбнулся Дима, опустил сына на землю и потрепал по волнистым волосам. — Ты пока убирай, складывай все на место, а я приготовлю что-то на ужин. — А что приготовишь? — оживился Лео, обнял отца за пояс и задрал голову вверх. — А что хочешь? — улыбнулся Дима, беря в ладони маленькое лицо. — Мясо! — Медвежатину? — Дима чуть нагнулся к сыну, улыбаясь. — Нет! — засмеялся мальчик, крутя головой. — Тогда может… Волчатину? — Папа! — продолжал смеяться Лео. — Снова нет? Может, пингвинятину? — Эй! — недовольно протянул мальчик. — Все, я понял, — серьезно кивнул Дима, нагнувшись к сыну, чтобы быть лицом к лицу. — Ты, должно быть, хочешь… рыбу! — Фуу, — завыл Лео, еле сдерживая хохот. Дима засмеялся, чмокнул сыну в лоб и распрямился. — Ты же знаешь, я ее терпеть ненавижу, пап! — Знаю, — кивнул Дима. — Уже вся округа знает. Ну, если ты от всего отказался, могу предложить индейку. — Да! С пюрешкой! — обрадовался Лео, а Дима снова взял сына на руки. — Ну конечно! — так же радостно согласился Позов. — Но обязательно с овощным салатом, понял? Даже львятам нужно кушать овощи. — Понял, — серьезно кивнул мальчик и с мольбой добавил: — Только без спаржи, ладно, пап? — Ладно, — протянул Дима и его снова обняли, прижимаясь нежной щекой к его лицу. После ужина Дима убрал все стола. Лео, который безоговорочно слопал свою долю салата, всецело помогал. — Молодец, львенок, спасибо, что помог, — сказал Дима и поцеловал урчащего сына в макушку. — А сейчас, думаю, пора позвонить Антону и спросить, когда нам стоит за ним выезжать, да? — Да! Я соскучился по Антону, — Дима улыбнулся и согласно кивнул. — Я тоже, малыш, — ответил Дима, набрав наконец номер друга. — Да, Димон, только собирался звонить, — сразу же ответил Антон. — В принципе, вы можете выезжать, ехать до вокзала еще где-то час, думаю, вы как раз приедете. — Все, понял, — кивнул Дима и без лишних слов, сбросил вызов. — Что, уже поговорили? — удивился Лео, вскидывая черные бровки вверх. — Что он сказал, пап? Нам уже можно ехать, пап? — Да, котенок, беги к себе и переоденься, я тебя жду и едем за Антоном. Возглас Лео перерос в ультразвук, и с этим ультразвуком, мальчик умчался наверх, в свою комнату. Дима в очередной раз улыбнулся, смотря сыну вслед. Кто бы мог подумать. Дима Позов, бывший стоматолог, любитель шумных мегаполисов, теперь владелец частных клиник, живет в тихом районе, на самом дальнем участке, вдалеке от соседей. Но самое главное, что теперь он отец прекрасного мальчика, которого он не без труда вынашивал девять месяцев и успешно воспитывал его уже шесть лет. Леон не по годам смышленый ребенок, очень активный, хочет делать все, что только увидит и чаще всего все отлично получается. Лео обожает мясо, с ума сходит по картофелю в любом его виде, недолюбливает спаржу, свеклу и просто на дух не переносит рыбу. Он часто говорит что-то смешное, у него заразительный смех и очаровательная улыбка. И глаза. Самые прекрасные глаза на свете, цвет которых Дима видел только у двух человек. У своего обожаемого сына и у… Попова. Дима нахмурился, отогнал ненужные мысли и воспоминания, чуть разозлился и коротко кашлянул. Когда он услышал быстрый топот по лестнице, Дима собрался окончательно и вышел к сыну с улыбкой. — А я думал, тут слонята топчутся, — с деланным возмущением проговорил Дима, а Лео засмеялся. — Давай, пап, поехали за Антоном, а то он ждать будет! — воскликнул мальчик и побежал в светлый коридор. — Ну подождет, полюбуется видами, — ответил Дима, идя за сыном. — Чем там любоваться, пап? Вокзалом? — поинтересовался с серьезном видом Лео, завязывая шнурки на любимых черных кедах. — Ну тогда поучится искать прекрасное в простом, — улыбнулся Дима, быстро обулся и открыл дверь, гремя ключами. Лео закончил со шнурками, вышел к отцу и отобрал у него ключи от дома. — Я сам закрою, — важно сказал ребенок и быстро закрыл дверь двумя оборотами ключа. Встреча с Антоном состоялась в сопровождении визгов, оров и свистов. При чем все это делали Антон и Лео, Дима ограничился счастливой, искренней улыбкой, идя за сыном, который уже успел добежать до Шастуна и повиснуть у него на шее. — Здарова, Антош, — тепло говорит Дима и оказывается в объятьях друга. Позов обнял его в ответ и похлопал несколько раз по спине. — Капец соскучился по вам, — сказал Шастун после объятий и потрепал волосы Лео, который прижимался к его ноге. — А мы-то как, — усмехнулся Дима, смотря на довольного сына. — А почему ты снова без Сережи приехал? — спросил Лео, высоко задрав голову. Дима коротко кашлянул, смотря на Шастуна с немой мольбой в глазах. — Он не хочет со мной знакомится или не соскучился по папе? Они же друзья, — серьезно спросил Лео. — Нет, львенок, Сережа с удовольствием бы познакомился с тобой, просто у него очень много работы и он снова не смог приехать. А по папе он, конечно же, соскучился, что за вопрос? Дима тихо выдохнул и кивнул Антону, молча благодаря его. Около часа ушло на то, чтобы уложить энергичного Лео спать. Успокаиваться он категорически не хотел. Он бегал, прыгал, кувыркался, делал колесо, танцевал под все песни, какие бы не играли. Антон и Дима сидели на диване, наблюдая за ребенком. Они то смеялись, то говорили быть аккуратнее, то вскакивали, когда думали, что мальчик вот-вот упадет. В какой-то момент Лео бежал мимо отца, и Дима быстро схватил его и перекинул через плечо, направляясь к лестнице. — Ну, пап, блин! — воскликнул Лео, хмуро смотря на смеющегося Антона. — Оладьи, — по-родительски парировал Позов. — Все, спать, львенок, завтра дел много. — Завтра бабуля с дедулей приедут, пап? Они должны приехать, завтра твой день рождения. Приедут, пап? — Это должен был быть сюрприз, — улыбнулся Дима, когда он дошел с сыном до комнаты и осторожно уронил того на кровать. — Я скучал по бабуле с дедулей, — заурчал Лео и зевнул в одеяло черного цвета с белыми минималистическими картинками из Гарри Поттера. Дима улыбнулся, вытащил одеяло из-под сына и осторожно накрыл. — Сладких снов, котенок, — прошептал Дима, когда сел на кровать рядом с мальчиком. — Спокойной ночи, пап, — улыбнулся Лео и протянул руки к отцу. Позов нагнулся и оказался в крепких объятиях. Лео несколько раз поцеловал отца в щеки и начал удобнее устраиваться. — Люблю тебя, сын, — Дима чмокнул сына в лоб и погладил по волосам. — А я тебя люблю, пап, — улыбнулся Лео и взгляд его остановился на входной двери. Дима обернулся и увидел Антона. — А я тоже пришел спокочи ночи желать, — тихо проговорил Шастун и подошел к кровати, садясь на карточки. — Сладких снов, артист. — Сладких снов, — не переставая улыбаться ответил Лео и обнял Антона, принимая свой поцелуй в макушку. Дима и Антон одновременно встали, помахали рукой Лео и вышли из комнаты. — Сережа к тебе очень хотел приехать. Я уже такое придумывал, чтобы он не ехал, но ситуацию спас, как бы странно не звучало, Арс, — начал рассказывать Антон, когда мужчины сели в беседку, взяв с собой несколько банок пива. — Он решил в гости приехать. Ну и само собой все вышло. — Встретился с ним или не успел? — спросил Дима, после неровного глотка пива. — Успел. Они меня провожали. Сережа сказал, чтобы передавал тебе привет и обнял. И Арс привет передал. — Серегу с удовольствием обнимаю в ответ, а Попов свои приветы может в очко засунуть, — хмуро сказал Дима, заправляя айкос. — Но Лео все больше становится на него похожим. — Да. Даже родинки все от Арса. И танцы, и улыбка, и мимика. Иногда я в ахуе, но иногда даже благодарен за это. Лучшая часть от Арса живет со мной. — Он же развелся кстати, — кинул Антон, закидывая несколько орешков в рот. — Несколько недель назад. Но не живут они еще дольше. — Ну, пусть ищет нового долбаеба себе или долбаебку, — фыркнул Дима беззлобно. — Опять про тебя расспрашивал. Каждый раз одно и тоже. Даже Сережа уже на него рычит, типа сам дров наломал, а теперь расспросы ведет. — Не будем об этом, Антош, — прервал Дима друга. — Ты лучше расскажи, как у вас с Серегой. Нормализовалось все? — Кажется, да. Я борюсь со своей обидчивостью, а он со своей вспыльчивостью. Про замужество говорит, планирует что-то, — со смущенной улыбкой проговорил Шастун, пряча розовые щеки в бокале пива. Дима тепло улыбнулся другу, и приобнял его за плечи. — Я очень рад за тебя, Антох. В следующий раз благословляю вас с Серым. Но если он тебя обидит, я ему яйца выкручу, и я не шучу. — Да я знаю, что не шутишь, — заулыбался Шаст. — Спасибо, Димон. Дима в очередной раз улыбнулся. Видеть друга наконец-то счастливым — одна из его сокровенных мечт. Сколько раз он успокаивал друга, когда Сережа в очередной раз шатался с другими. Сколько раз Дима ругался с Матвиенко, который пытался давить своим… Да хер пойми чем он пытался давить. У него никогда не получалось, ни у кого не выходило подмять, подчинить Диму. Сколько драк разнимали Арсений и Антон, когда Позов и Матвиенко выходили из себя и кидались друг на друга. Дима кричал, что Антон ему как младший брат, он член его семьи и, что какой-то злобный, хвостатый, дачный гном не смеет играть на его чувствах. В ответ Сережа орал, что это не его дело и они сами разберутся, без душного придурка. Арсений пытался их успокаивать, но зачастую сам мог попасть под горячую руку. Поэтому ситуацию чаще всего спасал Антон, который кричал о том, что если Позов и Матвиенко сейчас же не успокоятся, то он не будет разговаривать с ними двумя. Как не странно, это отрезвляло. Запыхавшиеся мужчины смотрели виновато на Шаста и снова с раздражением друг на друга. Со временем все стало более менее налаживаться. Сережа перестал маяться ерундой и мучать Антона, сказав лишь, что пока не хочет спешить, чтобы до конца быть уверенными и не сделать друг другу больно. Это всех устроило, и Матвиенко с Позовым наконец-то подписали мирный договор, чему Арсений и Антон были несказанно рады. И даже когда у Димы и Арсения были проблемы, Сережа всегда принимал сторону Димы, всеми силами поддерживая и защищая. Диме немного стыдно за то, что Матвиенко не знал про Лео. Сережа бы несомненно был в восторге от пацана и любил его, но его чувство справедливости не дало бы промолчать, и он, конечно же, рассказал бы обо всем Арсу. А Дима не хотел бы вновь впускать Арса в свою жизнь. Не после того, что он сделал. И не имеет значения, остались к нему чувства или нет. А чувства остались. И не переставали утихать с самого первого дня. Сложно забыть человека, которого любил больше жизни. Еще сложнее забыть, когда его маленькая копия — это часть жизни. — Дим, только честно, — прервал его воспоминания Антон. — Скучаешь по нему? — Тош, ну договаривались не говорить об этом. — Просто, мне кажется, что Арсений скучает. Давно тебе хотел сказать, но ты же бешеный блять, наотрез тему не хотел эту поднимать… Все-таки изредка мы видимся с ним, и с Сережей он постоянно общается. Я его не защищаю и нисколько не оправдываю, но он не хотел тебя бросать. — Меня не ебут его хотелки, Антош. Я полагался и полагаюсь на факты. А факт заключается в том, что он все-таки меня бросил, слушая своего отца-тирана, — прорычал Дима, сжимая до белых костяшек бокал и продолжил чуть спокойнее. — Я не хочу, чтобы этот старый гомофоб хоть как-то навредил моему сыну. И как бы я не злился на Арса, не хочу, чтобы он тоже пострадал. — Он не общается с отцом с тех пор, как все произошло. Подробностей не знаю. Сережа точно знает, но не признается: слово держит. — Все, Антошкин, закрываем тему. На сегодня лимит данной темы уже превышен, — улыбнулся Дима. — Давай хуйню лучше поразгоняем какую-нибудь. — Как тебе такая: не переоцениваем ли мы черешню? — Хорошо, что тебя не слышал Лео. За черешню он будет драться с тобой на световых мечах. А я тебе так скажу: мне ведро черешни дороже твердого кала. Антон громко засмеялся, откидываясь назад. Дима со смехом сделал глоток пива и выдохнул. Вот так ему нравилось. Как в старые добрые. Можно было забыть о многочисленных проблемах в голове и просто насладиться моментом. Свежий летний воздух пробирался под кожу приятным спокойствием, но навеивал воспоминания, которые каждый божий день проносились в голове, словно идиотское слайд-шоу с сопливой музыкой на фоне. Утро встретило Диму несколько не так, как он предполагал. Что-то с силой врезалось ему в лицо. Он приоткрыл глаза, убирая от себя кинутую подушку и чуть приподнялся, чтобы с прищуром спросить: — Какого х… — но вовремя опомнился, когда увидел перед собой Антона и Лео. Лео стоял с подушкой, а Антон, по всей видимости, уже от нее благополучно избавился. Лео, весело смеясь, тоже кинул подушку в отца. Дима, улыбаясь, откинулся на спину. Антон и Лео стояли непозволительно довольные для восьми часов утра. Антон держал в одной руке большую связку шаров, гремя ими, в другой подарочные пакеты. Лео деловито взял один пакет, как только выбросил подушку в отца. Оба стояли в забавных праздничных колпаках. Антон быстро нажал на электронные часы и из колонки прогремела детская песня про день рождения. Дима засмеялся и встал с постели, но чуть не упал обратно, потому что сын и друг кинулись к нему с объятьями, крича слова песни. — Мы тебя любим, пап, с днем рождения, — довольно сказал Лео, крепко обнимая Диму. Антон закинул одну руку на плечо друга и согласно кивнул, не переставая улыбаться. — А я то вас как люблю. Вы когда успели это сделать? — спросил Дима, когда он и Антон уселись на кровать, а Лео разлегся у них двоих на коленях. — Мы вчера с Антоном договорились рано проснуться, надуть шары и поздравить тебя, пока ты не проснулся. Тебе понравилось, пап? — проговорил Лео, выкручиваясь как червяк после дождя, не находя себе места от энергии нового дня. — Конечно понравилось, что за вопросы? Спасибо вам, — довольно сказал Дима. — А вы, я смотрю, и собранные уже. — Да, мы почистили зубы, умылись и переоделись. — Все верно. Я просто следовал инструкциям, — кивнул Антон, гладя Лео по волосам. — Так же было велено связаться с бабуленькой и дедуленькой, чтобы узнать их расположение. Они доложили, что прибудут в наш штаб примерно через два или три часа. — Отличная работа, маршал, — хмыкнул Дима, и нагнулся к животу Лео, выдыхая воздух из щек со смешным звуком. Мальчик громко засмеялся, упираясь ладонями в плечи отца, обтянутые в серую майку. Также Лео активно начал болтал ногами, чуть не заехав смеющемуся Антону в нос. Шастун ловко перехватил ноги мальчика, а тот смешно закричал. Далее утро проходило почти обыденно для Димы. Сходил в душ, начал готовить завтрак, но уже не на двоих, а на троих, отвечал на сообщения друзей и коллег, принимая поздравления. После завтрака Позов дал команду Антону и Лео немного прибраться дома и подготовить спальню для родителей. В качестве бонуса Шастун с мальчиком украсили деревья, что росли рядом со «сценой», на которой стоял массивный деревянный стол. Так же не поленились сделать гирлянду из бумаги с надписью «С Днем Рождения!». Тем временем Дима активничал на кухне, готовя то, что нравится родителям, и то, что наобещал приготовить для Лео. Даже для Антона не поленился приготовить пару его любимых блюд, хоть друг и был безбожно неприхотлив к еде. Встреча бабуленьки и дедуленьки сопровождалась как всегда ультразвуком от Лео. Дима, Антон и Лео уже были на улице, расставляя тарелки на стол, иногда прерываясь на догонялки друг за другом, пару раз пришлось сильно раскачать Лео на качелях и отговорить его прыгать в воду, хотя бы не в данную секунду. — Привет, мой мужичок, — засмеялся Темур, поднимая на руки внука. Мальчик несколько раз поцеловал мужчину в щеки, как Ангелина уже тянула руки к внуку и наконец забрала его у дедушки. — Да куда ж вы этого слона ворочаете? — спросил Дима, подходя к родителям. — Своя ноша не тянет, — улыбнулась Ангелина, когда расцеловала внука и все-таки поставила его на землю. — С Днем Рождения, сыночек, — все с той же улыбкой сказала мама и подошла к сыну крепко обнимая. Темур уже обнимал довольного Антона, потом такого же довольного сына, пока Ангелина сжимала в объятиях Шастуна. — Бабуль, дедуль, давайте покажу, как мы все украсили с Антоном! — запрыгал Лео и потянул за руки Темура и Ангелину. Дима с Антоном переглянулись и не сговариваясь пошли в дом, чтобы продолжить выносить тарелки. — Ну, на правах самого старого человека за этим столом, первое слово возьму я, — начал Темур, поднимаясь со стула со стаканом виски с колой. Дима, взяв такой же стакан, тоже встал. — Не старый, а мудрый, — улыбнулся Дима. — Нет, сынок, мудростью не пахнет даже, — покачала головой Ангелина, вызывая смех у всех за столом. — А ты не нюхай, — сразу же ответил Темур, а Дима прыснул. — Сын, за столько лет, я говорил тебе множество слов, но некоторые слова я не устану тебе повторять: я безмерно горжусь тобой и люблю. Я рад, что у меня есть такой сын. Я хочу пожелать, чтобы ты никогда не растерял того блеска в глазах, который есть у тебя сейчас. Пусть рядом с тобой будут только надежные, верные и любящие люди, которые никогда не бросят и которых не бросишь ты. С Днем Рождения, сын! — Спасибо, пап, — улыбнулся Дима, пожав отцу руку и потом был вынужден перегнуться над столом, чтобы отец чмокнул его в щеку. Каждый сказал несколько слов имениннику, говоря, как сильно его любят, а Позов благодарно принимал каждое поздравление. Лео поел быстрее всех, не в силах больше сдерживать всю свою безграничную энергию, и побежал на площадку перед домом, потому что в купании в речке ему снова отказали. Телефон Антона зазвонил, не предвещая никаких бед. Антон принял видеозвонок и на экране высветилось довольное лицо Сережи. — Привет, Антошкинс, — еще шире улыбнулся Матвиенко. Антон синхронно с Димой сначала посмотрели на игровую площадку, где Лео елозил по брусьям. Понимая, что мальчик не планирует к ним идти и называть Диму папой, снова повернулись к телефону. — Диман, здорово, родной, — протянул Сережа, когда Антон показал еще и Позова рядом с собой. — Здарова, Серег, где шляешься? — улыбнулся Дима, отмечая знакомый фон позади друга. — Ну так ты выйди за ворота и узнаешь, — просиял Матвиенко, а глаза Шастуна и Позова округлились до опасных размеров. Мама Димы подавилась вином, а отец нахмурился, смотря на ребят. — Сей… — начал Дима севшим голосом, но кашлянув продолжил: — Сейчас выйдем. Антон, так и не сказав ни слова своему мужчине, отключился и посмотрел на Диму. — Твою мать… — прошептал Дима, закрывая лицо руками, но тут же собрался, проводя пятерней по волосам. — Львенок, подойти, пожалуйста, ко мне! Лео, услышав, что его зовут, спрыгнул с брусьев и побежал к столу. Позов встал с места и сел на корточки напротив Лео. — Малыш, сейчас сюда придет Сережа, про которого ты спрашивал. — Ура! Я очень хочу с ним познакомиться, — радостно запрыгал мальчик, но Дима взял его за плечи, пытаясь подобрать слова. — Лео, пока здесь будет Сережа ты не будешь называть меня папой. Зови меня по имени, хорошо? Если что, ты мой крестник и я забрал тебя к себе на лето погостить. Хорошо, малыш? Я обещаю, что я все тебе объясню. — Понял, па… Понял, Дим, — кивнул Лео серьезно. — А Антона я знаю? — Антона знаешь, — кивнул Дима и обнял сына. — Прости, что заставляю тебя врать, ребенок. — Сделаем вид, что это не вранье, а игра, — успокоил Позова старшего Лео. — Да, ты прав, — кивнул Дима и встал. — Антош, пойдем твоего благоверного встречать. Антон кивнул и последовал за Димой. — Я вообще не понимаю блять почему он приехал, — прошептал Антон. — Может, Попов уехал, и твой решил сюрприз устроить? — Он может, — вздохнул Шастун и они подошли к массивным воротам. Затаив дыхание, Дима открыл ворота и почувствовал, как кровь отлила от головы. В ушах загудело и к горлу почти подступила тошнота. Кончики пальцев онемели, а сердце в груди то ли бешено колотилось, то ли вовсе почти не билось. Пара голубых глаз смотрели точно в его глаза. Они были такими же, как и шесть лет назад. Только сейчас в них плескалась растерянность, страх и боль. Арсений. Стоял чуть позади Матвиенко в какой-то знакомой Диме рубашке. Как всегда черные джинсы с дырками на коленях. В руках букет, в основном состоящий из темных цветов. Такие же цветы, что они дарили друг другу когда-то. Замешательство длится всего пару секунд, хотя Позову показалось, что он простоял здесь несколько часов, смотря только на одного человека. — Димон, я соскучился, — протянул довольный Матвиенко, и Дима резко перевел взял на друга. — Серый, — в тон другу протянул Позов, потрепал его по коротким волосам и крепко обнял, закрывая глаза, только чтобы вновь не наткнуться на взгляд Арса. — Диман, ты прости, но я и гостя привез, — виновато проговорил Сережа, оторвавшись от Позова. Он старательно прятал глаза, отводя их в сторону от Димы, но наткнулся на взгляд Антона, который сложил руки на груди и хмуро взирал на него. Диме пришлось вновь взглянуть на Попова. Тот глубоко вздохнул, облизнул пересохшие губы и коротко кашлянул, делая маленький шаг ближе. — П-привет, Дим, — прохрипел Арсений, не отводя взгляд. — Привет, Арс, — ответил Дима холодным тоном, беря себя в руки. — Это тебе, — Арс сделал еще шаг на встречу, протягивая букет. Дима медленно поднял руку, принимая знак внимания. Его пальцы коснулись чужих. Как всегда холодные. Такое забытое чувство прошлось иголками по всему телу. Стоит только Диме взять букет в пальцы, как вторая рука Арсения потянулась к его талии. Дима сделал шаг назад, распрямился и вздернул подбородок, запуская одну руку в карман брюк. За секунду его взгляд похолодел, между бровей залегла морщина, а зубы стиснулись так, что чуть челюсть не свело. Повисла гнетущая тишина. Арс растерянно смотрел, видимо сам не понял, как так его рука потянулась с объятиями. Дима выдохнул через нос. Нужно вести себя спокойнее. Мы давние друзья. Мы бывшие любовники, которые просто расстались много лет назад. Я не растил ребенка один. Он не оставил меня одного… — Ну чего стоим, давайте, проходим, — наконец сказал Дима и сделал шаг в сторону, чтобы Арс тоже прошел. — Только вещи из машины достанем, — кивнул Сережа и раскрыл заднюю дверь машины, доставая оттуда еще один букет, на этот раз очень нежных цветов, и подарочный пакет, судя по всему, с алкоголем. — Это твоим родителям Арс выбирал, — поясняет Сережа, подходя к застывшему Попову. Ко двору они шли, можно сказать, парами. Антон и Дима шли впереди, как можно медленнее, потому что Дима судорожно писал сообщение маме: «Мам, Арс тоже тут. Держите себя в руках. Мы просто люди, которые расстались, поэтому поводов для скандала нет. Мы не должны подставиться.» Отправив сообщение, Дима взглянул на хмурого Антона. Кажется, Матвиенко ждал серьезный разговор. Потом Дима снова посмотрел на телефон, где висело сообщение от мамы: «Пиздец, сыночек. Мы поняли» Дима усмехнулся и показал сообщения Антону. Шаст сначала сощурился, нахмурился, а потом громко засмеялся, утыкаясь в плечо Димы. Позов повернулся к Сереже, который даже не удивился поведению Антона. У этого высокого человечка настроение могло меняться раз десять за пять секунд. — Серый, — позвал его Дима и когда тот поравнялся с ним, перекинул одну руку через его плечо, чуть похлопывая. — Чего идешь, как котенок обосранный? Все нормально, братан, просто было неожиданно вас двоих увидеть. — Блять, я думал ты меня убьешь. Ну или точно в морду дашь, — выдохнул Сережа, тоже обнимая Диму. — Я теперь серьезный, уравновешенный человек, Серег, пока дело не доходит до игры в лото например, — проговорил Дима и Антон с Сережей громко засмеялись, а Арс наигранно цокнул языком и закатил глаза. — Я надеюсь, оно у тебя не с собой, Арс? Дима не представлял откуда он брал силы, чтобы обращаться к Арсению спокойно, шутя, почти как раньше. Снова забытое чувство. Непривычно было его видеть, слышать, обращаться к нему по имени, слышать свое из его уст, чувствовать его запах, от которого всегда сносило крышу. — В честь дня рождения решил его с собой не брать, — улыбнулся Попов, не отводя взгляда от Димы, который одной рукой обнимал Сережу, медленно топая во двор, а во второй руке он крепко держал букет. Встреча с родителями прошла даже лучше, чем Дима ожидал. Родители старательно играли людей, которые рады видеть Арсения, будто это не они собирали весь мат в его сторону в свое время. Больше всего он переживал за их встречу с Лео. Тот как раз выбежал из дома и вприпрыжку приближался к ним. — Привет! — поприветствовал всех мальчик, прижавшись спиной к ногам Димы. — Это Лео. Мой крестник. Взял его погостить на лето, — ровно проговорил Дима. — Знакомься, львенок, это Сережа и Арсений. — Привет, браток, — улыбнулся Сережа, протягивая ладонь для рукопожатия. Лео хлопнул своей ладошкой о ладонь Матвиенко и в один прыжок оказался рядом, обнимая. Сережа засмеялся и чуть наклонился, чтобы тоже обнять мальчика. — Привет, Лео, — улыбнулся Арс, также протягиваю ладонь, как сделал это Сережа несколько секунд назад. Его ладонь была проигнорирована, а кольцо детский рук обвилось вокруг ног Попова. Арсений усмехнулся и так же обнял мальчика чуть прижимая к себе. У Димы сердце забилось прямо в глотке. Все органы скрутились в один большой ком и казалось он вот-вот лопнет прямо внутри. Как врач, он знал, что такого быть не может по определению, но других предположений, почему он так хуево себя чувствовал, у него не было. Ему показалось, что Лео чуть дольше обнимал Попова и чуть крепче, чем следовало для первой встречи. Дима незаметно для всех, чуть сжал запястье Антона, пытаясь унять дрожь в руках. Шастун понял. Просто подошел ближе, как бы говоря, что все хорошо и он рядом в любом случае. Тем временем Лео оторвался от Арсения довольно смотря то на Попова, то на Матвиенко. — Я очень хотел с вами познакомиться, — признался Лео, а Дима выругался про себя. — Я с Димой часто смотрю альбомы и там все вы есть. С Антоном я познакомился, вот вас ждал. — Ага, — кивнул Сережа, стрельнув глазами на Антона, а после на Диму. — Ну-ка все к столу пойдем. Один Лео нормально покушал, а вы только бокалы в себя заливать успевали, — проворчала Ангелина, толкая всех мужчин к столу. — Как в старые добрые, — очень тихо произнес Арсений с горькой улыбкой, но Дима его услышал и отвел взгляд, послушно идя к столу. — Вы садитесь, мы с Антоном вам посуду принесем, — сказал Дима, остановившись и схватил Шастуна за запястье. Все кивнули, пока мама Димы гнала всех за стол. Лео побежал вслед за отцом и Антоном. — Арсений и Сережа клевые, — вынес свой вердикт Лео, когда мужчины доставали тарелки, бокалы и приборы для гостей. — У Арсения родинки прям как у меня вот тут. Лео провел ладонью по шее, а Дима глубоко вздохнул. Вот же блядство.