Зря ты полюбила хулигана

      Морозова еще никогда быстро так не бежала. Сама даже не успела обдумать все, но голос Ромы будто не давал и шанса оспорить приказ. В груди все сильно сжималось из-за страха и холодного воздуха.       — О, ну ща повеселимся, — Белый поднялся с земли, вытирая слегка выступившую кровь с губы, — Пацаны! Гасите их всех!       В темноте осенних сумерек биты, кастеты, металлические цепи могли лишить жизни каждого из них. Но такой была реальность девяностых, не ты, значит тебя. Рома пробивался сквозь толпу, пытаясь добраться к своим. Он глазами искал Бяшу.       — Ромыч! — Вдалеке показалось знакомое лицо.       Бяшу отволокли в сторону трое из компании Белого, пиная ногами. На лице бурята уже было мало живого места.       — Сука, сука! — Пятифанов начал еще сильнее прорываться к другу, — Чем там остальные занимаются?       Сама по себе, рука уже нащупывала спрятанный на крайний случай нож. Был ли этот случай таким? По лицу периодически прилетали случайные удары в толпе, но парень не обращал внимания. Главное спасти друга. Непутевого, бестолкового, что вечно попадал в неприятности, но лучшего друга.       — Ну что, мразь, это тебе за сестренку! — Подошедший Белов сильным ударом ноги вбил лицо Бяши в землю.       Парень с трудом дышал. Еще один удар может стать последним. Бяша, кряхтя от боли, перевернулся на спину, чтобы увидеть лица тех, кто сотворил с ним такое. Надменные взгляды пронизали.       — Пора с тобой кончать, валите его, — Белов закурил сигарету, наблюдая за выполнением приказа, — старшие прикроют, если мусора будут спрашивать. Хотя кому, нахуй, сдался этот чурка?       Его друзья взяли в руки биты, Бяша смотрел как заканчивается его жизнь. Короткая, серая, тяжелая. Закрыв глаза, он приготовился к концу.       — А, сука! — послышался крик одного из банды Белова.       Выбора не было. Паника, адреналин помешали Роме принять, обдумать иные варианты. Лезвие его ножа нашло свою жертву, вонзившись в почку врага. Волчонок в состоянии аффекта. Вокруг бойня, много крови, переломов. Это не детские разборки.       — Урод, я тебя на ремни пущу! — Закричал Саша и кинулся уже со своим ножом на Пятифанова.       Хоть отец был тем еще козлом, но стоять за себя сына он научил. Руки сами двигались, почти что машинально уклонившись от атаки Белого, он вонзил нож-бабочку по самую рукоять в его грудь.       — Ромыч? — Настороженно окликнул друга Бяша.       Пятифанов даже не сразу обратил на зов внимание. Его глаза смотрели лишь на кровь, стекающую по рукам. Ноги стали ватными, адреналин поднялся до такого уровня, что уже не помогал. Кто-то из его компании подбежал к раненому Бяше. Парни поднимали бурята.       — Ром, валить надо, мусора едут! — Пятифанов даже не понял, кто ему это сказал.       Только спустя время, он увидел ярко красный и синий свет, что освещали тьму вдали. Приближаются машины. Паника еще сильнее его охватывала, с места преступления уже почти все свалили. Открывшаяся дверь ментовской буханки позволила сознанию вернуть контроль над ним.       Что оставалось сил, он начал бежать. Куда угодно, только подальше. Позади слышался крик, возня. Кого-то уже поймали.       — Надо отмыть руки, надо отмыть руки! — В страхе повторял сам себе.       Хорошо, что посреди поселка протекал маленький ручей. Холодная осенняя вода плохо смывала густую алую кровь. Рома тер кожу с невероятной силой, пока не понял, что уже это была его собственная кровь. Он обдал лицо холодной водой, и мысли потихоньку начали приходить в чувство.       — Я убил… — дрожащим голосом говорил парень.       Какое-то время Волчонок еще сидел у ручья, обдумывая преступление. Периодически, он успокаивал себя, что это было необходимостью. Но помогало слабо. Тошнота от поступка то и дело подступала к горлу и, вообще, его состояние стало ужасным.       Мигалки машин до сих пор кружили по поселку. Патруль пытался выловить сбежавших. Пятифанов пытался найти место где спрятаться. Незаметно подобравшись к дому, он уже заметил как милиция стоит у него на пороге. Либо его сдали, либо просто из-за прошлых дел сразу к нему направились, но дорога домой закрыта. У Бяши ситуация та же самая, только его еще и в больницу отвезли.       — Блядь, я так замерзну нахер!       Рома шел уже третий час по улицам поселка, постоянно опасаясь малейшего звука. Он вышел на длинную открытую дорогу, где на полпути из-за поворота показался свет фар.       — Сука! — Рома искал глазами куда бы спрятаться.       — Сюда! Давай скорее! — Двери одного из домов распахнулись, открывая путь к спасению.       Рома совсем не заметил как вышел на улицу Морозовой. Из головы вообще вылетело, что она была там. На размышления времени не было, нужно пользоваться ситуацией. Только нож-бабочка в внутреннем кармане заставил засомневаться, стоит ли подвергать девушку риску.       От крови он его очистил в том же ручье, но расстаться с драгоценным предметом не смог. Да и там в первую очередь начали бы искать. Волчонок легко перепрыгнул небольшой заборчик ее дома и через пару секунд дверь в дом была заперта. Снаружи слышался звук проезжающего медленно автомобиля.       — Я твой должник, Морозова, — тяжело дыша, сказал Рома. Полина смущённо смотрела в сторону, не знаю что на это ответить.       — Давай в мою комнату, — брюнетка взяла парня за руку, но сразу же остановилась, — только очень и очень тихо. Лучше дедушку не будить…       Пара тихо прошла по коридору к комнате девушки. Рома нервничал ещё больше, чем во время преследования. Что делать дальше, как себя здесь вести? Миллион вопросов вертелось в голове, но нежный аромат ежевики, исходящий от волос одноклассницы снимал всю тревогу.       — Красиво у тебя, — коротко сказал Пятифанов, закрывая за собой дверь.       — Спасибо…       Полина стояла некоторое время посреди комнаты, смущённо смотря в пол, пока не обратила внимания на ссадины на лице парня. Она заметалась по комнате, пока Пятифанов мог хорошо осмотреться. Волчонок, даже в столь уютной обстановке, все никак не мог расслабиться. С головы не выходило то, что сегодня он убил двоих людей. Про такие вещи ему часто говорили «Старшие». Рому они заметили еще в детстве, из-за связей его отца с преступным миром. Все начиналось с мелких поручений, принеси подай, а затем все более сложные и ответственные задания, пока парень не стал свидетелем криминальных разборок. Поэтому его волновал не сам факт убийства, а последствия, ведь сожаления он не испытывал никакой жалости. На кону была жизнь его друга.       — Можешь, присесть сюда пожалуйста, — тихо сказала Полина, указывая на край ее кровати. В руках девушка держала перекись, какую-то мазь и пластыри.       — Та не стоит, мне бы просто согреться и все, — Пятифанов действительно сильно промерз, холодный осенний ветер пробирал его до костей все время, что он скрывался от милиции.       — Садись, сюда, быстро, — приказным тоном повторилась Морозова.       — Та ладно, как скажете королева, — Рома снимал верхнюю одежду, замечая легкий румянец на лице Полины.       Пятифанов терпел жжение перекиси на ссадинах, рассматривая одноклассницу совсем в другой обстановке. В домашних шортах и розовой майке девушка выглядела совершенно иначе, будто строгая школьная форма все время скрывала сокровище от парня. Он и раньше считал ее милой, но Морозова всегда была через чур скромной и тихой. Ее сосредоточенное лицо, склоненное над ним, казалось ангельским воплощением.       — Что-то не так? — Полина немного отстранилась из-за пристального взгляда Ромы.       — Тебе раньше говорили что ты красивая? — Брюнетка замерла от комплимента, не ожидая услышать такие слова. «Блядь, и что я сейчас сказал?» — спрашивал сам себя Пятифанов.       — Н… Нет… Ты первый, — неуверенно сказала Полина.       — Ты ничего не хочешь мне рассказать?       Полина занервничала, вспоминая свой поступок в школе. Этого вопроса она боялась больше всего. Сердце стало биться чаще, а дыхание ускорилось.       — Прости, я не знаю как это получилось, случайно поцеловала, — пряча взгляд, ответила девушка.       — Поцеловала? — Пятифанов с трудом вспомнил вкус ежевики на губах после уроков, хотя не это сейчас его волновало, — ну за него, конечно, спасибо. Буду считать это благодарностью за скрипку.       — Снимай футболку! — Морозова хотела как можно быстрее сменить тему разговора.       — Это еще нахуя? Слушай, ты очень красивая, но не думаю, что сейчас время для этого, — ошарашенный хулиган совсем не узнавал свою тихую одноклассницу. — В тихом омуте черти водятся, да Морозова? — ухмыляясь сказал Рома.       В ту же секунду, подушка влетела в наглое лицо Волчонка. Рома аж откинулся на кровать от неожиданности. Полина стояла с таким лицом, будто хотела добавить лишних синяков на его лицо. Пятифанов сидел некоторое время в недоумении, пытаясь понять что произошло. Еще ни разу он не видел ее злой.       — Да че я сделал то?!       — Идиот, футболку сними, хочу убедиться, что там ран нету!       — Ааа, — протянул парень, — та не стоит, со мной все нормально, спасибо, — «Ну я и придурок»       — Снимай, у меня в комнате еще никто не умирал. Я хочу, что бы так и оставалось, — в таком же строгом тоне сказала Морозова.       Ран на его теле не было, но вот синяков хватало. Волчонка сильно удивлял контраст в ее характере. Властная госпожа и скромная тихоня. Все же в тихом омуте действительно черти водятся. Уставшими руками парень стянул с себя футболку, поворачиваясь к девушке спиной. Рома расслабился полностью. О нем никто и никогда не заботился, никогда не было такого теплого дома. Вся атмосфера в комнате действовала как успокоительное, заставляя забыть страшные события драки. Нежные руки размазывали мазь по мужской спине. Полина чувствовала как у нее самой поднимается температура, проводя ладонью по рельефу спинных мышц. Еще день назад, она и думать не мечтала, чтобы просто поговорить с ним, а сейчас она прямо трогает его тело, хоть обстоятельства совсем не те, нежели в снах, каких так стыдилась.       — Скажи, эти шрамы, это ведь… — Полина провела рукой по бесчисленным белым полоскам на его спине.       — Не важно, — слегка грубо перебил ее Рома. Ему не хотелось рассказывать о методах воспитания его отца. — Лучше ответь мне на другой вопрос, почему я тебя там нашел? Следишь за мной?       Рома решил сгладить вопрос шуткой, но сразу подумал, что получит очередной удар подушкой. Полина все так же сидела за его спиной, растирая мазь. Она совсем забыла даже поблагодарить одноклассника, что заступился за нее. И вообще если бы не ее любопытство, может с Ромой ничего такого и не случилось. Но все эти мысли перебил вопрос ее пациента.       — Случайно там оказалась, — быстро ответила брюнетка, — спасибо тебе…       — За что?       — Ну, ты же заступился за меня, — Полина встала, закрывая крышку мази, — даже не знаю, чтобы со мной случилось, если бы не ты…       Рома начал невольно представлять эту ситуацию, страшные картины мелькали в воображении. Белый ничего и никого не боялся. Имея богатых родителей, связи с влиятельными людьми, он часто делал все, что вздумается его голове. Изнасиловали бы, издевались, могли заиграться и вообще убить. Выбросили труп где-то в канаву, а прокурор легко бы закрыл дело. Сам того не замечая, на Рому начала накатываться злость и… страх?       — Я принесу тебе чай, — Полина вышла из комнаты за теплым напитком.       Боль постепенно утихала. И совсем не из-за мази. Ему было приятно, что с ним впервые общаются, ничего не требуя. Ни капли хитрости, выгоды, коварства в словах. Все девушки до Морозовой хотели быть с ним, только чтобы стать популярнее. Полина быстро вернулась с двумя кружками чая и нарезанными бутербродами. Не девушка, а золото — думал Рома, угощаясь ужином. Пятифанов ощутил, как сбоку что-то притронулось к нему.       — Мяу, — песчаного цвета кошка терлась о футболку парня.       — Джоанна! — Полина хотела быстро забрать питомицу, но резко остановилась.       — Хм, хорошенькая, — Рома поглаживал шерсть кошки, отчего животное начало сладко мурчать, улаживаясь на коленях Пятифанова.       — Надо же, — удивленно смотрела на происходящее Полина, — ты, наверное, первый с кем она так себя ведет.       — Все потому, что я человек добрый, — слегка засмеялся парень.       В такой непринужденной обстановке они и провели еще некоторое время. Девушка пыталась поинтересоваться, что же случилось в драке, но Волчонок само собой ничего не рассказал. Парень начал ощущать сильную усталость. Веки стали такими тяжелыми, что Пятифанову пришлось прилагать немалых усилий, дабы не уснуть во время разговора. К его счастью, Полина быстро это заметила.       — Все пора спать ложиться.       — Да, точно, совсем забыл о времени, — Пятифанов начал натягивать на себя свою кофту с курткой.       — Ты что это делаешь? — Удивленно спросила Морозова.       — Ну, домой иду, спать ведь пора.       — У меня переночуешь. Не хватало, чтобы ты еще упал без сил где-то на улице, — слегка стеснительно сказала брюнетка. Пятифанов ненадолго застыл, услышав приглашение на ночевку. Сначала хотел отказаться, но сил и правда было мало.       — Спасибо, тогда, куда я могу упасть? — Рома начал осматривать пол комнаты, выбирая место для сна.       — Сюда, — палец брюнетки указал на кровать.       Пятифанов чуть не подавился. Он джентльменом не был, но даже хулиган не станет отбирать кровать у хозяйки дома.       — Так а ты где спать будешь?       — Там же, — легко ответила Полина.       Роме стало немного не по себе. Волнение проснулось в груди, а живот странно скрутило. Он недоуменно смотрел на одноклассницу, проводя взглядом по фигуре. Судя по всему девушка не шутила. Что она задумала? Рома пытался разгадать замысел одноклассницы, сопоставляя все факты. Поцелуй в школе, ситуация перед дракой, помощь девушки. Но голова была сильно переутомлена событиями, чтобы понять очевидный факт. Поэтому недоуменный взгляд Романа все также рассматривал Морозову.       — Не смотри на меня так, матрац есть только в кладовке. Она возле комнаты дедушки, а его я разбудить не хочу, — Полина очень радовалось, что парень впервые в ее доме и не знает где на самом деле кладовка. Девушка сама не понимала, что делает, но остановиться не могла. Играть нужно до последнего, — Мне переодеться нужно, выйди пожалуйста в коридор.       Рома покорно послушался и собирался уже открыть дверь, но Полина резко поменяла свое решение, заставляя краснеть уже самого парня.       — Хотя стой, вдруг дедушка встанет, лучше просто развернись, — Рома удивился, но сделал как сказала брюнетка, — и не вздумай подглядывать, а то ночевать пойдешь домой!       Та больно надо — думал Рома. Парень услышал, как шуршит одежда по телу. Почему то появилось дикое желание нарушить приказ. Краем глаза он увидел небольшое зеркальце на тумбочке, но сразу же перевел взгляд в другую сторону.       — Рома, ты же обещал, не надо. Да и что там смотреть, будто ни разу девушку голой не видел, — пытался унять желание юноша, но становилось все сложнее и сложнее, — да че я как пятиклассник!       Волчонок сорвался и посмотрел в манящее отражение. Полина на всякий случай тоже отвернулась к нему спиной, открывая вид на утонченную талию, будто сама была скрипкой. Парень медленно опускал взгляд с ее шеи ниже и ниже. Спортивные бедра четко говорили, что девушка следит за своей фигурой. Лицо Романа начало гореть яркой краской, стало душно. Пятифанов наблюдал за каждым движением этой невероятной фигуры.       — И кто вообще придумал это дурацкую школьную форму?       — Ты что-то сказал? — Рома еле успел убрать взгляд с зеркала, когда Полина, закончив надевать пижаму, повернулась к нему.       — Нет, тебе послышалось…       — Ладно, я закончила, давай ложится, — Полина выключила свет, оставляя гореть лишь небольшой ночник.       Пятифанова еще больше завораживала нежная фиолетовая ночнушка, сидящая на теле одноклассницы. Полина легла в кровать и подвинулась ближе к стенке, оставляя побольше места между ними. Вместе с теплой постелью, Рому снова окутал запах ее волос, напоминающий ежевику. Он опьянял и подчинял его волю одновременно.       — Блять, только не это… — подумал Рома, начиная понимать корень его эмоций.