Не успел

      Меж зелёных крон деревьев начали бегать золотые шалунишки-лучики. Они отражались от водных поверхностей луж, оставшихся после вечернего дождя; играли с капельками, свисающими с листиков, и дарили им неповторимые переливы цветов.       А один из таких шалунов попал в спальную комнату одного из домов. Он отразился от зеркала и ударил в лицо черноволосого парнишки. Он инстинктивно прикрыл лицо свободной рукой и вернулся ко сну.       Однако буквально через минуты две сбоку затрещал будильник на телефоне. Из-за этого его не стукнешь, чтобы отключить. Надо откатиться к тумбе, взять в руки, отключить. Что, собственно, сейчас и делает парнишка, высвободившись из плена объятий любимого.       — Пора вставать, — растягивая гласные, проговорил голос сзади. Вокруг талии черноволосого вновь оказался капкан из рук беловолосого, на что первый улыбнулся. Вставать крайне не хотелось, но…       — Надо, Генри, надо, — в тон возлюбленному ответил Егор. Он говорил это, скорее, себе в попытке дать мотивацию вылезти из мягкой и тëплой — уже как четыре года — кровати. — Тебе надо быть в офисе уже к девяти, а мне ещë статью закончить надо до полудня.       — Кстати об офисе, — загадочно начал Лэмптон. Чëрная бровь медленно поползла вверх, выдавая любопытство. Умеет же он навести интригу.       — Что с офисом? — Егор поворачивается к мужчине и с любопытством смотрит в его гетерохромные из-за шрама глаза.       — Я уже некоторое время готовлю одну операцию… — и вновь повисло интригующее молчание.       — Генри Лэмптон, не тяни кота за хвост и говори уже, — в нетерпении выпаливает журналист и уже был готов ткнуть его в голень пальцем ноги, однако Генри всë-таки продолжает:       — Как насчëт встретиться вечером, после работы, и я тебе тогда всë расскажу? В мыслях Линча мысленно треснуло стекло. Генри Лэмптон, чëртов интригант.       — Приму это как комплимент, милый, — видимо, он сказал это вслух. Немного неловко даже. — Так что?       — Ты так меня заинтриговал и думаешь, что я откажусь? Естественно, я согласен. А конкретно во сколько и где?       — Я тебе напишу, когда освобожусь. А говоря про место… Что думаешь про «Mesto»? — после этого раздался смешок. Видимо, понял, что получилась случайная тавтология.       — Ой, там такие счета, ужас… — начал ворчать себе под нос Егор, но его прервали коротким поцелуем в губы.       — Не забывай, с кем ты туда идëшь, дорогой, — ласково проговорил беловласый и провел ладонью по доступной ему щеке. — Для тебя мне ничего не жалко.       Журналист растроганно смотрит на бизнесмена, а после ластится к гладящей его руке подобно коту. Беловолосый умиляется такому сравнению и целует возлюбленного в кончик носа.       — Кажется, кто-то хотел вставать? — лукаво подмигнул ему Генри, за что получил пояс рук на своей груди и черноволосую голову у своей шеи.       — Дай мне ещë пять минут, — мурлыкнул Линчевский, водя носом по впадине меж ключиц. Беловолосый хихикнул и сказал что-то про большую ложку, а потом зарылся носом в чёрные вихры на макушке. Лишние пять минут нежностей в кровати никогда не будут лишними.

***

      Солнце постепенно клонится к горизонту, предвещая восхождение вечера на пост. Кто-то едет с работы, другие только едут туда, а третьи просто гуляют. Хочется поскорее оказаться в числе последних, однако бумаги сами себя не разберут. Нужно оставить хотя бы минимум того, что есть сейчас, чтобы не передавать все проблемы разом в таком количестве.       Всю серьёзность развеивает вибрация телефона в потайном кармане пиджака. Неужели он наконец ответил?       После прочтения сообщения его догадка подтвердилась.

Егор

15:06. Через 2-3 часа должен освободиться. У тебя как с этим?

16:59 Шикарно ^^ Жду не дождусь узнать, что ты хочешь сказать, интриган) 17:02 Прости, приехал Джон и пришлось отложить телефон надолго. Уехал только минут 5 назад

17:04

О чем говорил на этот раз? Очередное дело?

17:05 Неа, просто искал свободные уши, чтобы рассказать о какой-то новой игре. Цитата: «Лукас и Лили в другом городе, Ирина на работе, а ты единственный дома». Все по старинке, короче -_-

17:07

А он разве не пишет что-то? Или я ошибаюсь?

17:08 Пишет вроде. Говорит, что вдохновения пока нет, вот и решил отвлечься. Одним словом, Джон 17:09 Я тебя не отвлекаю?       Генри коротко посмеялся, но ответил вполне логичным сообщением.

17:11

О нет, что ты. Если бы я был занят, не отвечал бы

17:13 Логично)

17:14

Вот и славно

17:17 Слушай, Генри, это может показаться странным 17:18 Но можешь взять с собой охрану? Время к вечеру идёт, хрен знает кто ходит по улицам       Это сообщение умилило Лэмптона. Егор иногда бывает параноиком в своей заботе. Да и не только в заботе. Учитывая, чем они с Джоном занимаются, это неудивительно…

17:20

Милый, я поеду на машине, там в любом случае будет водитель)

17:21. Я не сомневаюсь в Косте, но сам знаешь, у России две проблемы — дураки и дороги. Меня волнует первое

17:23

Хорошо-хорошо. Я возьму телохранителя, чтобы тебе было спокойнее

17:24 Спасибо большое. Люблю тебя)

17:26

Я тебя тоже, Егор.

Пойду дальше работать

17:27 Давай, удачи ♥       Поняв, что дальше сообщений не будет, Генри вернулся к бумагам. Осталось немного. По крайней мере, куда меньше, чем было два часа назад…

***

      Солнце уже почти приблизилось к горизонту, когда Лэмптон написал Егору о том, что освободился, и закрывал кабинет. Закончил он чуть позже, чем предполагал, но от этого хуже не становится. Можно будет после встречи прогуляться с Егором по парку, освещённому лишь фонарями. Теперь он может себе позволить такую вольность. Он всё подготовил для этого.       — Костя, езжай к кафе «Mesto», знаешь же где это? — озвучил направление бизнесмен, уже будучи в машине на переднем сидении. Он просто извергал положительные эмоции подобно источнику.       — Так точно, сэр, — отвечает ему водитель той же улыбкой. Раз он называет его кратким именем, значит он в хорошем настроении. А раз Генри в хорошем настроении, то намечается что-то грандиозное. За годы работы на этого человека Константин успел выучить всю его манеру поведения. — Что-то намечается?       — Ты прав, — подтвердил его догадки беловолосый, поправляя волосы в зеркале заднего вида. — Хочу сообщить важному человеку одну новость. Надеюсь, он будет рад.       — Я уверен, что ему понравится, — поддержал настрой начальника мужчина. Он был осведомлён о его планах, поэтому лишних вопросов не задавал.       Вскоре машина уехала со стоянки и понесла двух мужчин в сторону кафе. Эта встреча должна пройти идеально.

***

      На небе сгорел последний алый всполох, посланный солнцем, что уже скрылось за горизонтом. Тёмно-синее небо украшали сверкающие кристаллы далёких звёзд.       Пальцы одним нажатием блокируют экран с открытой перепиской с Генри, где висело непрочитанное сообщение: «Извини, опаздываю. Пробки чёртовы :<». Вторая галочка не появлялась уже минут двадцать, если не больше. Сердце разрывалось от нарастающей тревоги, и это раздражало.       — Блять, чёртовы пробки, будьте вы прокляты! — вырвались наружу ругательства из тёмно-синего внедорожника. — Какого хрена вообще в такое время на этой дороге пробки? Уже…       Не успел он договорить, как до его ушей донёсся звук приближающейся сирены. Скорая помощь? Так к ней ещё одна присоединилась минут через пять. Ещё и полиция? Там явно что-то произошло. Не зря же так долго стоят.       Дверка машины хлопает за Линчевским, а он сам направляется к причине этой пробки. Она, кстати, начала уже рассасываться. Видимо, там начали работать сотрудники ГИБДД, а не полиция, как он подумал сначала. Даже интересно стало. Можно будет первым записать репортаж, не зря же удостоверение в кармане лежит. Никогда не знаешь, когда случится что-то интересное.       Он протискивается через толпу, собравшуюся у жёлтой ленты и, показав удостоверение, оказывается рядом с полицией. Они недолго о чём-то болтают, а после спускаются в овраг, где, собственно, и покоится вылетевшая машина.       Уже будучи внизу он слышит сверху посторонние голоса и угадывает в них съёмочную группу. Уже приходилось работать с этими ребятами, он их голоса за версту узнает.       У места происшествия Егор начинает молиться. Молиться о том, чтобы это была не эта машина. Чтобы этот белый разбитый внедорожник у дерева не принадлежал ему.       — Ох ты ж блять, — эти слова заставляют Линча сорваться к сотруднику ГИБДД и продолжать молиться.       — Что там такое? — журналист смотрит сначала на мужчину в форме и, проследовав за линией его взгляда натыкается на рыжие вихры. Он не успевает вздохнуть от облегчения, когда понимает кому принадлежат эти волосы.       Господи, Костя…       Он даже не услышал обращение мужчины к нему из-за сковавшего органы чувств ужаса. Рубашку мужчины «украшало» огромное багровое пятно, а с шеи на опавшие листья всё ещё стекала кровь. Видимо, это произошло относительно недавно. Убийца не должен был уйти далеко!       Линч, не обращая внимания на окрики сотрудника правопорядка, начал осматривать землю на предмет каких-либо следов. Что-то обязательно должно было остаться! Не мог же этот ублюдок уйти и не оставить за собой следов!       Воздух будто свинцом налился, когда глаза натыкаются на нечто красное на опавших листьях. Сердце зашлось в бешеном ритме, когда взгляд побежал по кровавой дорожке вглубь чащи леса. Блять, нетнетнетнетнет…       Сзади раздался крик мужчины, когда ноги понесли журналиста по следу в лес. Ветки били по лицу, оставляя мелкие царапины, но ему было всё равно. Он запинался об корни деревьев, но поднимался. Лёгкие жгло от быстрого бега без перерыва, но он всё ещё бежал.       Он должен знать, что Генри в порядке.       Эта кровь — не его. Она стекла с оружия убийцы Кости, и он сейчас на него наткнётся.       Похрен, что наткнётся.       Генри должен быть жив!       На периферии зрения показалось что-то белое…       Брюнет резко тормозит, чуть проскользив вперёд на мокрой листве, и возвращается назад. Возвращается, чтобы потом припасть к груди в надежде услышать родное сердцебиение.       — Нет…       Тишина.       Линч не оставляет надежд и хватается за запястье и слушает пульс. Но и здесь ответа на его мольбы не последовало. Но сдаваться он не собирается. Всё произошло не так давно, ещё не поздно завести сердце вновь.       Брюнет складывает ладони в замок на грудной клетке и начинает искусственный массаж сердца. Он через каждые сто раз проверяет состояние Генри, но каждый раз натыкается на один и тот же результат.       — Нет, всё не может закончиться так, — он уже ничего не видит перед собой из-за пелены слёз, что водопадом стекали по щекам, но продолжает нажимать на грудную клетку беловласого. — Я не дам тебе умереть!       Кто-то кричит на фоне? Пытается что-то ему донести? Непонятно. Всё его внимание сейчас на его мире, который лежит перед ним и не дышит. Но он обязательно встанет. Вот сейчас. Осталось лишь несколько нажатий, и эти лучшие в мире глаза откроются. Сейчас Генри ему улыбнётся, а он ему в ответ. Его отвезут в больницу, подлатают. Он полежит несколько дней, а Егор будет приходить к нему, рассказывать о событиях снаружи. А после выписки они слетают вместе на море, как всегда и хотели. Вместе встретят рассвет, сидя на песке рядом друг с другом. Они вдвоём построят песочный замок, а потом сами же его и разрушат в процессе игры…       В мир его возвращает закрывающийся чёрный пакет, в котором с каждой секундой исчезает любимое лицо.       — Ч-что? — первым вырывается из онемевших уст журналиста. — Зачем они его туда кладут? Его ещё можно спасти! Нужно лишь…       — Парень, — Линч оборачивается на знакомый голос рядом и смотрит в глаза сотруднику ГИБДД, — он умер. Его уже не спасти.       — Н-нет, Вы несёте чушь, — Егор отрицательно помотал головой. Это бред. Он ошибается. — Я почти запустил его сердце! Почему они не продолжили делать то же самое? Почему они не хотят его спасти?       — Слушай, парень, я понимаю, тебе хочется в это верить, но это не так, — заговорил мужчина, дав брюнету выговориться. — Его раны были несовместимы с жизнью. Плюс, прошло слишком много времени, чтобы… Стоп. Раны? Несовместимы с жизнью?       — О-о каких р-ранах Вы говорите? — Линч в неверии смотрит на человека напротив, словно тот был сумасшедшим и сейчас говорил очередной свой бред. О каких ранах он говорит? Ничего же не было, кроме кровавого следа от удара об панель на лбу.       — Медики обнаружили на его теле множественные ножевые ранения разной глубины, но это ещё не всё, — мужчина вобрал в лёгкие больше воздуха, словно собирался рассказать нечто страшное. Он шумно выдохнул и продолжил:       — По всей площади передней части живота мистера Лэмптона был вырезан крест. Такой крест, которым…       Слова мужчины уже не доходили до разума журналиста. Вокруг словно пустили туман, а из-под ног выбили почву. Генри… больше нет?       Кто это сделал?

Что ему или ей сделал Генри?

Почему?

Почему это произошло?

Неужели он…

Не успел

Опоздал