из серебра и пепла

— Давай, пирожочек, кушай, а то занятий у тебя сегодня почти до вечера! Аякс налетал бутерброды с чаем и охотно кивал, пока смотрел на часы. Женщина снова воскликнула: — Не, не, ты успеваешь, пока не съешь всё, со стола не встанешь! Хотел бы парень возразить своей тёте, но жизнь уже научила его что в этом мало толку. Она всегда то и дело ноет что племянник у неё «кожа да кости!!!», зато частенько даёт ему тайком от мамы деньги на еду. Тут уже мама вмешалась со своим: — Маш, не начинай. — Как не начинать, ты целыми днями на работе пропадаешь, а ребёнок сидит, голодает. Стоит мне только разок в отпуск увельнуть, как Аякс скелетом становится. Тут уже сам парень проглотил всё и с улыбкой успокоил её: — Тётя Мария, я давно не ребёнок и сам себе готовлю. Его тётя обеспокоенно покачала головой, напомнив: — А как же твоя болезнь, мальчик мой? За твоим питанием же нужен глаз да глаз. и раз твоя мать снова завалена на работе, я снова переезжаю к вам на первое время. Парень с неловкостью посмотрел на ангела, который прохлождался в углу и смотрел внимательно за семейным завтраком, и быстро отвёл взгляд. Насколько он понял, другие люди не могут увидеть бессмертного если он того не пожелает. И мама с тётей не знают что сейчас за ними смотрит в буквальном смысле стражник небес. Так что Аякс быстро отвёл внимание от упоминания болезни фразой: — Эээй, ну вообще-то это давно было, врач уже лет сто назад сказал что со мной всё хорошо, главное. ой, я же в школу опаздываю, ну всё, я побежал! Не дождавшись никаких комментариев, быстро пошел за рюкзаком и на улицу, где ждёт давно любимый, разукрашенный в синий самокат. Кэйа всю дорогу странно улыбался и следовал за ним, а перед тем как рыжий сел на самокат, ангел благополучно хмыкнул и сам начал разговор с ним: — Просто на будущее — я и так знаю о тебе всё. Аякс и сам об этом догадывался, но всё равно размусоливать неприятные ему темы — неприятно, как можно догадаться. Парень даже не знал что на это ответить, порой даже забывает что перед ним не какой-то чудик, а одно из самых сильных существ мироздания. Это следует держать в уме, может даже этот ангел косящий под рок звезду может читать мысли! Рыжий даже забыл про школу, про то что надо уже ехать, потому что его резко окутало чувство незащищённости. Словно он полностью нагой, обнажил все мысли и переживания перед целой толпой, и раньше он хотя бы жил в иллюзии что может существовать вне компании других, что может скрыться ото всех и побыть в одиночестве, но оказывается, в любой момент, когда он думал что один, за ним мог кто-то наблюдать: когда был в душе, когда в ванной рассматривал собственные гениталии перед зеркалом, когда представлял себя в музыкальном клипе и танцевал как озверевший… как же стыдно, а главное, страшно. Почему до него только сейчас дошло? Это так сильно сбило его с толку, что ненароком погрузился в раздумья и даже не заметил как Кэйа поставил руку на спине своего подопечного и легонько толкнул, чтобы самокат поехал. Когда Аякс очнулся на движущимся самокате, Кэйа всё ещё не убрал руку со спины, и уже с серьёзным тоном спросил: — Ну и что так задумался? Надумал что раз я в курсе всех твоих грязных секретиков, могу в любой момент начать шантажировать тебя? — Да нет, задумался… — О чём? — Ну, ты же выходит. всю жизнь за мной наблюдал? Я даже не знал что я не один. — Неправда. Аякс посмотрел на Кэйю, а тот, чтобы успокоить его, немного преврал, совсем чуть чуть: — Я не так пристально следил за тобой, у меня есть и другая работа, и я не так часто спускался на землю чтобы увидеть тебя вживую. Рядом с тобой была частица моей энергии, которая не передаёт мне напрямую картину происходящего, а скорее сообщает через энергетические волны твоё состояние, эмоции. Если чувствуешь опасность, страх, адреналин по всему телу и так далее, то это передаётся мне. — Правда? Ничего себе. — А ты что думал? Все люди подряд у нас стоят на центральной плазме там, в облаках, и мы в любой момент радостно кричим «ребята, собирайтесь, джон и мэри опять снашаются!»? Зачем нам это видеть. Аякс рассмеялся, а Кэйа продолжил нравоучения насчёт его глупых представлений: — Нет, ну согласись, люди очень мерзкие, и мы не всё хотим видеть! Нет, ну, посматриваем там какие-нибудь эпизоды смеха ради, когда скучно… Рыжий уже немного расслабился и стать смотреть только вперёд, на дорогу, а Кэйа тоже сел на самокат, но сзади, охватывая свободное пространство за подростком, только не был до конца уверен куда деть свои руки. Сначала по привычке хотел уложить на талии рыжего, но быстро передумал. От этой мысли даже в единственном глазу потемнело, он и так посмел себе слишком много, в принципе коснулся Аякса, уже вольность маячущая на краю. К тому же у него есть крылья, и магия, с этого слощавого драндулета не упадёт, поэтому посмотрел по сторонам, в поисках опасностей, и проговорил: — А если есть терзающие тебя вопросы… — Есть, ещё как, но их слишком много, мы должны, ой!!! Неизвестно откуда взялась машина, на тротуаре для пешеходов, причём, которая вот-вот собьёт самокат с двумя пассажирами на нём. Кэйа и бровью не повёл, пролетел, быстро взял рыжего за шиворот и поднял над машиной, второй тем временем держался крепко за драгоценный транспорт, и пролетел так над машиной, мягко приземлившись на тротуаре и продолжил дальше ехать. Для других людей это выглядело как невероятный трюк, что парня преследовали шокированные взгляды пока он не исчез из поля зрения. Кэйа быстро спрсил: — Ты в норме? — Ещё как. это было… круто! Просто ахрененно! Носящий титул Каэнри’а снова каснулся спины смертного и заметил участившее ритм сердце. Ну конечно, они же буквально самокатом машину облетели. Ангел притормозил их транспорт и осторожно спросил: — Может дальше пешком? Или на автобусе? — Не сбавляй скорость, мистер ангел, мы же только начали! Стой, идея, а если объеденить твои крылья с самокатом… получится сверх скоростная пушка на ветру! — Но это вызывает лишнее внимание. К тому же, хватит говорить сам с собой, со стороны это выглядит странно. Аякс быстро повернул голову врерёд, засмущался не больше секунды, затем не придал значению косые взгляды прохожих. Это действительно лучше запомнить, хотя, в школе — хоть говори сам с собой, хоть нет, всё равно будут задирать. Ученик на этот раз не забыл закрепить самокат у перил, поздаровался с пару человек, не все ответили приветствием, и пошёл в коридор, бессмертный за ним. Рыжий говорил негромко, голос его сливался с толпой: — Ну, мистер ангел, и как ты собираешься делать из меня крутого? — Пока сам не решил. Но план уже на подходе. Кэйа задумчиво перемещался сквозь проходящих учеников. — Ну тогда слушай мою идею: даём всем по пять долларов и молим проголосовать за меня как за президента школы! Ангел остановился, увидев плакаты с кандидатами и тут его правда осенило. Это действительно то что нужно. Увидев серьёзное лицо хранителя, Аякс быстро добавил: — Эта шутка была, не собираюсь я такой ерундой заниматься. — Это почему же? — Почему? Аякс и сам не знал. Такое просто не интересно, и всё. Поэтому рыжий пожал плечами, скривив нос. Удивительно, но даже если он совсем не против дурачиться на людях и выставлять себя тем ещё выпендрёжником, парень всё ещё остаётся замкнутым и отчуждённым в других сферах. Может просто не хочет лезть в политику. Так и сказал Кэйе: — Политика — слишком грязное дело. Синеволосый согласился, потом всё же оставил эту затею и поинтересовался: — И куда же мы направляемся? — Как это куда? В спортзал. Будем разминать мышцы, тебе кстати тоже не помешает, если всё время только на крыльях гоняешь. — Мои мышцы отличаются от твоих. но не важно. Идём тогда в спортзал. Кэйа с Тартальей продолжили обсуждать свои дальнейшие планы, когда группа парней окликнула рыжего, прямо у дверей зала: — Эй, чудик, ты уже сам с собой разговариваешь? Снова шиза достала? Так ты отгул возьми! Аякс скрестил руки, отвернув голову от ангела, и с раздражённой улыбкой крикнул: — Мечтай дальше, утырок. Кубок тебе не светит. — Ты что, надеешься на игру? Таких уверенных в себе ебланов нужно ещё поискать! Скажи своему тренеру, пусть священника заказывает, тебе он понадобится. И пока он ничего не ответил, группа благополучно свалила, оставив парня с хранителем одних. Аякс пожал плечами и принялся пояснять: — Это мои соперники по. — Боксу, я знаю. — Точно. У нас завтра чемпионат по участку, поэтому они нервничают и пытаются сбить с толку, разозлить меня. Но этого клоуна я уже дважды уложил в нокаут. Пока рыжий хвастался, тут же начал бить воздух руками в боевой стойке, иногда подключая ноги, пока его хранитель смотрел на это с улыбкой, что грозилась вот-вот прорваться в смех. Но Аякс выпрямился, провел рукой по волосам, которых никакими усилиями не уложить, и с уверенной ухмылкой поделился своим секретом: — Они уже не в первый раз так хотят вывести меня из себя, но они даже не знают. что я давно сбит с толку, и хуже мне никак не сделать, ха-ха! — Ммм, ясно! Молодец! Кэйа ещё шире улыбнулся, уважительно кивнув, и они последовали в зал. Аякс тут же пошёл отжимаиься, ангел задумчиво спросил: — У тебя одного сейчас физкультура что ли? — Аа, нет, алгебра. Я её сейчас прогуливаю, если ты не заметил. — По какой причине? — А по какой причине мне на неё ходить? Она скучная и тупая. — Алгебра? — Училка! К тому же, если буду тренироваться для матча, выиграю приз, а это 70 баксов. Куплю себе на них новый эпизод Смертельной рыбалки и сапоги, зима, знаешь ли, не за горами. А если пойду на тот урок, что я получу? вот именно, так что 1:0 в пользу тренировки. — Мог бы и не распинаться столько тут, я не собирался уговаривать тебя ходить туда. Аякс рассмеялся. — А разве это не работа ангела? Заставлять людей творить добро? Ангел тоже прыгнул на перила, сцепился ногами и стал висеть вниз головой, как летучая мышь, его синие волосы при этом парили так, словно их не утягивала гравитация. — Знаешь, пирожочек, у вас странное мнение о нас. Рыжий улыбнулся, услышав прозвище тётушки, но возражать не стал, продолжил отжиматься, причём ещё упорнее раннего, что капли пота струями потекли вниз. Кэйа спокойно наблюдал, закончив мысль: — Мы никогда не заставляем кого-то делать добро, и поверь, ходить на алгебру, не ходить, это мелочно, и сугубая часть твоего выбора. Задача ангела — лишь оберегать смертных. Или манипулировать ими. — Ха, вот и поймал на слове! Даже не боишься упоминать это, да? — Я с тобой честен настолько, насколько мне позволяют моя небесная трудовая книжка, пирожочек. Аякс громко выдохнул, прыгнул на пол, снял с себя футболку, вытер лоб, быстро размял руки и шею, и снова принялся за прежнее занятие. Синеволосый задумчиво наблюдал, и ученик это заметил, не упустив шанс подколоть: — Чего уставился? Сказал он это с улыбкой, конечно, но господин Каэнри’а усмехнулся, прикрыл веко, сказав лишь: — Просто, напоминаешь мне кое кого. — Кого же? Кэйа убрал убрал улыбку с лица, и конечно же не ответил. А другой, когда устал делать упражнение, стал мягко разминать руки. — К тому же, я не запрещал на меня смотреть. Просто подумал что навряд ли такое впечатлит настоящего ангела. Парень говорил с полу иронией, конечно он никогда не устанет выёбываться, но рядом с кем-то кто старше тебя на пару сотен лет и обладает магическими способностями, хочешь, не хочешь, а начинаешь вести себя иначе. Кэйа с абсолютным холодом (скорее, спокойствием) произнёс: — Принижать способности ради получения комплиментов — неплохая тактика, но это совсем не в твоём стиле. — Я не нуждаюсь в комплиментах, эта была шутка. — А, ну раз так. знаешь, Аякс, я впечатлён. Тот странно посмотрел на своего хранителя, но Кэйа серьёзно, без капли сарказма и насмешки осмотрел мышцы подростка и заключил: — Знаешь, мой божественный глаз может видеть чуть больше чем людской. Действительно, перед глазом бессмертного появляются лишь ему понятные символы и цифры, обозначающие весь скрытый потенциал рыжего, если тот продолжит упорные тренировки. Кэйа не хотел выдавать свою грусть и безысходность глядя на это, поэтому быстро скрыл их за фальшивой улыбкой, и поведал подопечному. Второй не мог не улыбнуться, довольно потянувшись, снова начал строить позы и бить, синеволосый при этом смотрел с глубоким сожалением на весёлого и довольного парня. Почему даже у хладнокровных существ, годами прячущих своё сердце за толстой коркой из металла и бетона, могут проявляться настолько болезненные эмоции? Почему ему уготована именно такая судьба? Ангел просто не мог насмотреться, такой свежий, юношеский раздор так знаком ему, эта энергия ему роднее всего на свете, и он опять на мгновение опустился в воспоминания. Неизвестно сколько времени провели в этом пустующем зале, сегодня хорошая погода и все уроки физры проводились на улице, так что когда Аякс устал, они сели в углу на скамье, выключенный свет в огромном помещении создал особенную, будто бы более откровенную атмосферу, и раз уж они всё равно болтали без умолку, парень поинтересовался: — Слушай, мистер ангел, разве вас можно серьёзно ранить, чтобы совсем не зажило? — Хм? Ты об этом? Кэйа показал на повязку скрывающего глаз, и Тарталья утвердительно кивнул. — Ну, обычные раны конечно заживают, но дело даже не в этом, ангела даже коснуться нелегко, если он того не пожелает, не то что ранить. — Тогда что случилось с глазом? — Я потерял его в одной битве. Меня ранили смертельным оружием для моего вида, это. осколок одной проклятой звезды, и к счастью пострадал только глаз. У бессмертных не так часто встречаются шрамы. — Потому что не все получают такие ранения? Кэйа улыбнулся, поправив товарища по разговору: — Нет, потому что не все остаются в живых. Иронично рассказывать такое о бессмертных, и я не сею дурную славу, а говорю как есть, небеса очень далеки от рая. — И.. как ты оказался в той битве? Кто-то напал на тебя, хотел убить? Уцелевший глаз Кэйи потемнел от воспоминаний того дня, когда многое пошло под откос, и синева сделалась мрачной, погрузилась в бездну, из глаза тут же исчез свет. Но он знает, это беспощадный яд, который лишь сильнее отравляет, стоит только подумать, ведь то что было. всё давно в прошлом. Хоть и этот груз он будет вечно с собой носить на красивых, широких плечах, почти всё существование наполнилось горечью и сожалением. Именно поэтому он и спустился с небес сюда. Но это слишком личный разговор, синеволосый вдруг скрестил руки и отрезал, без тени переживаний что ноют сейчас в пояснице: — Ой, ой, сколько любопытства в одном маленьком человеке, это из-за того что я уже слишком много знаю о тебе? Хочешь компенсировать? — Мне просто хочется узнать поближе своего стража нравственности, и мне интересно по какой причине ты бы стал сражаться. — Ха-ха-ха, не строй иллюзий, я никогда не говорил что я идеальный, не смотри на мои белые крылья, они очень обманчивы. Я, как и любой другой, могу вступить в битву по любой причине, считай что я защищал интересы. Голубоглазый задумчиво хмыкнул, продолжил медленно вытирать туловище от пота используя футболку, откинул голову назад, подперевшись затылком и стену, и протянул: — Уклонился от ответа. — Не уклонился, а обобщил. И почему для тебя так важно знать? Я ответил что защищал свои интересы, и всё. Аякс расстроенно фыркнул, повернулся к крылатому и снова спросил: — Почему просто не соврал? И говорить тоже не хочешь? — Ты слишком много настаиваешь, буду откровенен, это раздражает. Но Аякс не хотел униматься, и честно признался: — Просто, когда ты заговорил об этом, меня… меня никак не опускает очень странное чувство, словно я обязан узнать, хоть и сам не понимаю почему, как будто я имею к этому отношение, и совсем забыл об этом, понимаешь? Словно ты, каким-то образом, из-за меня потерял глаз. Кэйа молча уставился на смертного, никак не реагируя на это, а когда парень осознал что это наверняка является личной трагедией крылатого, почувствовал волну стыда и неловкости, словно сам не понял зачем так много лез в это, и тут же начал извиняться. Но Кэйа уже не слышал его, подперев колени ладонями, просто и без излишеств, сказал, словно выдал кому-то приговор: — Я заступился за дорогого мне бессмертного. Просто не хотел нахваливать себя, вот и всё. Рыжий как ошпаренный посмотрел на собеседника, молча приняв этот «приговор», да и Кэйа особо не вдавался в подробности, только добавил: — Это обычное дело, когда более могучие травят более низжие звенья, особенно во время Ритуала Звездопадов, и. самое жестокое унижение для любого бессмертного, это вырвать его крылья. Это хуже смерти, уж лучше умереть с честью чем потерпеть такое. Очень часто, вызывая другого на поединок, ангелы и демоны ставят на кон не жизни, а крылья. Отнять крылья намного тяжелее чем убить его. Сейчас каждое слово с таким порывом ударяет в самые уязвимые места, даже воздух ощущался как радиоактивный. Рассказ резко оборвался на этом, не нужно много гадать чтобы понять что тому самому ближнему и вырвали крыло. Только вот непонятно что стало дальше, что и чем закончилось, парень боялся спрашивать о последствиях вырывании крыльев, и вообще только что силой заставил Кэйю сказать как он потерял самого близкого для себя человека. Аякс не может вспомнить случая когда мог бы чувствовать себя более скудно и убого чем сейчас, словно заставил ангела вновь пережить ту потерю, так нагло вторгся в такую глубокую боль, что просто не знал что сказать, правда не знал, но и просто так стоять тоже не мог. Поэтому, неожиданно для них обоих, подросток неловко подвинулся, совсем немного, между ними маленькое расстояние, лишь одно движение, обвил руками чужие плечи, и заключил ангела в объятья. Кэйа сначала как грубый неподвижный пень — никак не отреагировал, удивлённо и пассивно принимая такую привычную для людей, но непривычную для высших существ форму утешения, и такая тяжёлая тишина, где любые слова, вздохи, восклицания казались лишними, никто не посмел прервать. В конце концов, бессмертный мужчина поддался неожиданному прикосновению, и тоже обнял в ответ. То была душевная эдиллия, и оба как-то забылись, в попытке избежать зрительного контакта; но когда ученик нащупал основание крыльев, где они уже сливались с плотью, инстинктивно испугался, будто вспомнил что обнимает сейчас — самого настоящего ангела! И оттого быстро отпрянул, с запутанным выражением лица. И тут вспомнил, решил спросить: — Аа. а что такое этот «Ритуал Звездопадов»? — Рождение новых ангелов. С каждым новым столетием, новорождённые ангелы всё сильнее и сильнее, и более старым приходит новая конкуренция; это с покон веков перестало быть радостным событием, это повлекает всё новые войны и битвы за территории и власть. А название такое потому что они падают с неба как звёзды. Тарталья слушал с неподдельным интересом. Неужели это всё происходит там, на самом деле? Совершенно другой, очень пугающий мир. — А откуда эти ангелы рождаются? Кэйа вздохнул, молниеносно взлетел до потолка и закрыл данное обсуждение: — Голова твоя взорвётся от такого количества информации. Просто помни для себя что наверху всё неоднозначно, и намного сложнее для понимания не то что людей, даже многих вечноживучих. — Ну вот же! Мне интересно как там устроено на небесах! Такими знаниями действительно не распространяются в мире людей, потому что они запретные. Слишком глубокое познание, и небеса уже начинают тобой интересоваться. Поэтому Кэйа слегка тешит любопытство юноши, но в особые подробности не опускается, это полезно для них обоих. «Придёт время и ты сам всё узнаешь. А пока живи обычной жизнью, пока ты ещё можешь», но вместо этого мужчина напомнил: — Лучше думай о своих 70 баксов. Аякс оживился на глазах, и спросил с виданной лишь ему улыбкой: — Кстати про это, ты ведь придёшь поболеть за меня? — То есть ты имеешь ввиду чтобы я пришёл и помог тебе в случае чего? Как же быстро этот тон стал издевательским, это уже и ежу ясно что это шутка, на что Аякс молча нахмурился и закатил глаза. Кэйа ответов не дал, только с улыбкой попросил: — Давай, лучше покажи ещё раз — как ты собираешься их уделать. — На тебе показать, что ли? А что, идея неплохая. Синеволосый тоже одобрительно хмыкнул, начал растяжку, при этом говоря: — Ангелам вообще-то не следует драться с подопечными, если только об этом никто не узнает. Аякс быстро вдохновился и пополнил края своей силы духа. Против него впервые выступает настолько крутой противник. И Аякс сейчас как никогда надеется что это не сон. Встал в стойку, уже приготовился ударить ногой, как ангел перед ним набрал в руки огромную, яркую шаровую молнию, готовая снести голову юноше, но тот быстро прокричал: — Эй, стой, дай хотя бы швабру взять!.. Но синеволосый всё равно отпустил сгусток яркой энергии в лицо парню, и тот оказался лишь ветерком, погладившим кожу лица, после чего Кэйа провосгласил: — Спокойно, я пошутил. Твоя смерть это последнее из моих приоритетов. — Думаешь я испугался и не выдержал бы это? — А разве нет? — Да, я испугался и не выдержал бы, но, будь у меня на тот момент швабра… Тарталья не договорил потому что Кэйа сделал выпад руками, а чтобы вообще забыть кто есть кто, синеволосый убрал и спрятал крылья. Аякс словно не воспринимает его как высшее существо с заданием проследить за ним, а за такого, своенравного друга. Подружились они довольно быстро, так что пока всё идёт по поставленному плану. * * " — Ответь, почему… как это произошло? Только не закрывай глаза, хорошо? Пожалуйста, смотри на меня, смотри… СМОТРИ! — Не вздумай… — Что?! Кэйа почувствовал как его сердце упало к пяткам, а точнее разбилось вдребезги. Забавно, ведь его сердце давно перестало биться, он давно мёртв. А это зрелище, как его любовь и кровь, бьётся в жалких агониях лишь с одним крылом, криво торчащим изо спины, потому что второе вырвали, эти кровожадные мрази, что питаются только чужими страданиями. — Не вздумай… мстить, не-… Были последние слова, произнесённые постродавшим, перед тем как тот упал в луже истекающей жизненной энергией в бессознательную кому. Он просит не мстить, но только что на глазах Кэйи рухнул весь мир, смысл, борьба! Как ему не мстить?! Он готов жизни лишиться, все что угодно, лишь бы не сидеть сложа руки и смотреть за медленной смертью возлюбленного. Синеволосый крепко сжал свои зубы, взял чужую руку, нежно поцеловал и процедил: — Я не буду мстить, лишь заберу твоё по праву… они вырвали твоё крыло, и за это я заставлю каждого пожалеть что не сдохли во время Великого Апокалипсиса. Но тот не услышал и слова. И даже хорошо, потому что внутри ангела сейчас проснулась жажда крови и смерти, сравнимая лишь с дьяволом. Быстро встал, посмотрел по сторонам и тихо приказал, прежде чем удалиться: — Если кто-то придёт к нему, сразу сообщите мне, и даже не думайте кого-то впускать. — Хорошо, лорд Каэнри’а. Вы направляйтесь в.? — Да. Прибуду как только смогу. Сообщайте о малейших изменениях. Служащий эльф обеспокоенно посмотрел на Кэйю, спросив: — Не хотите взять с собой помощь? Это же так. — Нет, нет, ни в коем случае. Это дело не только чести и имени, вы должны понять. Как там говорят смертные, 'к тебе явились с ножом, отправь всю его семью в морг'. И ушёл, оставив за собой лишь еле заметный след из серебра и пепла. А служащий посмотрел на своего лорда, прочитав мысленную молитву — лишь бы он вернулся живым, лишь бы вернулся живым…» Кэйа уставился на уходящее за горизонтом солнце, этот рассвет кажется самым холодным из всех, наверное, из-за необратимого потока тех воспоминаний. Долго смотрел на пламенное золото, что почти иссякло в сиянии, словно находил нужные ему глаза, любимые его душе волосы, энергия, объятия, крылья… Те, что он оставил в прошлом и носит как артефакт на теле. И одновременно бережно хранит, со слабой надеждой на возрождение. Но пути назад нет. И прошлое никогда не вернуть. Но это не значит что ангел не может постоять тут ещё какое-то время, и тихо плакать внутри, наружу выставляя лишь блеклую улыбку.