Запретная любовь

— На сегодня достаточно, все молодцы. Можете отдыхать, — сказал Минхо и потянулся. Он осмотрел своих друзей и удовлетворительно хмыкнул. Все мемберы радостно загалдели, не веря тому, что наконец-то репетиция закончилась и можно будет пойти на заслуженный отдых.       Хан лежал на полу, приводя своё сбившееся дыхание в норму. Хореография всегда давалась ему тяжелее вокала, поэтому он старался изо всех сил, пытаясь не отставать от остальных. Упорные тренировки дали свои плоды: теперь Минхо-хен почти не делает ему замечания, а наоборот хвалит. Парень улыбнулся, убирая мокрую чёлку со лба. — Феликс, не хочешь поужинать в местном ресторанчике? — Хенджин подсел к Феликсу, который тоже как и Джисон восстанавливал своё дыхание. — Конечно, хен, я только за! — австралиец улыбнулся, поднимаясь на ноги.       Улыбка с лица Хана так же быстро сошла, как и появилась. Он смотрел на эту «парочку», а в душе разрасталась ноющая боль. Ему нравился Хван Хенджин, нет, он был влюблён в него. Джисон не пытался отрицать очевидного — так только будешь обманывать самого себя. Он не хотел вести себя, как те глупые главные героини из дешёвых сопливых романов, когда они влюблялись в главного героя и отказывались в этом признаваться. Как же глупо!       Парень довольно спокойно принял свои чувства, вот только всё равно изначально было немного не по себе от этого. С начала дебюта парни не то, чтобы недолюбливали друг-друга, но отношения у них были натянутыми. — Рэпуй лучше! — едко прокомментировал Хан, смотря прямо в глаза Хенджину. — Такими темпами никто не позволит тебе зачитывать реп. — Кто бы говорил, — закатил глаза Хенджин. — Айдол сможет обойтись без репа, но вот без танцев нет, в которых ты полный ноль. Так что, танцуй лучше!       Джисон горько усмехнулся, вспоминая их постоянные перепалки. Сейчас всё по-другому, их отношения стали намного лучше. Хан помогает Хенджину с его реп-партиями, когда у того они появляются. Младшему только в радость раз за разом оказывать помощь старшему да и провести с ним как можно больше времени. Хван же тоже не оставался в стороне — по возможности он старался помочь Джисону с хореографией, показывая тяжёлые движения и если необходимо, то направлял тело Хана в правильное русло. В такие моменты сердце Джисона ускорялось до невероятной скорости и на мгновение он забывал как дышать. Но парень старался не выставлять свои чувства на показ, поэтому, сделав пару глубоких вдохов, Хан сосредоточился на новых движениях.       Джисон продолжал смотреть на Феликса и Хенджина, пока те не скрылись за дверью. Он резко поднялся и зарылся в своих волосах, слегка оттягивая тёмные пряди. Он старался контролировать нахлынувшие эмоции, но получалось с трудом. — Хан, что слу… — взгляд Минхо остановился на двери. Быстро поняв, что к чему, парень помог младшему подняться и отвести того в более укромное место. — Хенджин, да? Хан с изумлением посмотрел на старшего, не веря в услышанное. Как он понял о его чувствах? Давно ли уже знает об этом? — Н-но… Как?.. — Неважно. Сейчас главное привести тебя в чувства и успокоить. Хочешь я куплю тебе чизкейк, посмотрим аниме, м? От такой заботы старшего боль стала отступать, а на губах Хана появилась улыбка. С Ли-старшим они подружились сразу: Хан поддержал того на прослушивании, взяв за руку, чтобы успокоить и придать уверенности. Минхо был благодарен Джисону за такой поступок, поэтому сам старался того поддерживать во всём. Так и началась их дружба. — Спасибо, хён, — Хан глубоко выдохнул, приходя в себя. — Скажи мне, это так заметно?.. — Ну… — парень задумчиво почесал подбородок. — Не заметить трудно… Но, — парень сразу поднял руку, призывая своего собеседника дослушать себя до конца. — Хенджин не догадывается о твоих чувствах, можешь быть спокойным. — Ты в этом уверен? — Джисон осторожно поднял взгляд на старшего, надеясь увидеть стойкое убеждение в его взгляде. — Да, со стороны это прекрасно видно, он ни о чем не догадывается. Младший выдохнул спокойно. Нет, пока он не готов признаваться в своих чувствах, да и вообще стоило ли это того?.. — Спасибо, хен, успокоил, — Хан слабо улыбнулся. Как же он благодарен судьбе, что связала его с хеном. — Хочешь пройтись по улице? — Спасибо, хен, но я хочу погулять один, привести мысли и чувства в порядок. — Хорошо, как хочешь, но если что, звони, — Минхо потрепал младшего по голове и вышел из зала. Джисон лишь глубоко вздохнул и тоже вышел вслед за Ли.

***

      На улице стояла зима. Хлопья снега кружились в воздухе, норовясь попасть прямо в глаза и в рот. Хан поднял голову к небу, специально подставляя своё лицо падающим снежинкам. Холод позволил ему взбодриться. — Так хорошо…       Джисон нервно выдохнул клубы морозного воздуха, сильнее укутываясь в свою куртку. Нет, ему не холодно, просто так ему кажется, что он сможет хоть ненадолго спрятаться от навязчивых мыслей об одном назойливом, но очень красивом и чертовски сексуальном блондине. — Хван Хёнджин… Черт бы тебя побрал! — в сердцах воскликнул Хан, выдыхая новую порцию воздуха. — И в чем же я провинился на этот раз? — глубокий голос раздался прямо возле уха парня, от чего он вздрогнул, а по спине пробежал табун мурашек.       Младший резко обернулся и с опаской глянул на парня, отступая назад. — Ни в чем, Хенджин, это так… мысли вслух, не бери в голову, — Джисон нервно усмехнулся, потирая щеку. Сейчас ему хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не чувствовать на себе этот пронзительный взгляд карих глаз напротив. — Знаешь, я всё хотел у тебя спросить… — Хван подходит ближе к младшему, от чего тот сглатывает, опуская глаза вниз, не в силах посмотреть на старшего. — У тебя всё хорошо? Ничего не случилось?       Хан удивлённо смотрит на старшего, не понимая к чему такие вопросы. У него то всё хорошо, за исключением одного… И это «одно» сейчас стоит рядом с ним. — Всё хорошо, хен, не переживай. С чего ты взял, что что-то у меня могло случиться? — Не знаю, ты в последнее время ходишь сам не свой, в своих мыслях постоянно витаешь, вот я и подумал, может что-то случилось… — Хван ногой ковыряет в снегу, засунув руки в карманы. Он давно заметил такие перемены в младшем, отчего переживал. — А… Да это так… Просто всякие мысли посещают меня… Так… По пустякам… —       Джисон не знал куда деть свой взгляд, он метался из стороны в сторону. Знал, что звучит неубедительно, но не мог нормально сосредоточиться, не мог заставить себя успокоиться и говорить спокойно и правдоподобно.       Хенджин тоже заметил нервозность Хана и тут же взял того за руки, стараясь успокоить. — Тише, Хани, всё хорошо, успокойся, — он поглаживал тыльную сторону ладоней большими пальцам, глядя прямо в глаза младшего. У Джисона аж сердце замерло. Сам же он так же, как и старший, смотрел ему прямо в глаза, не в силах оторваться от таких любимых глаз. — «Хани… " — промелькнуло в голове репера, от чего на душе стало разливаться приятное тепло, а сам он смог успокоиться.       Видя заметные перемены друга в лучшую сторону, Хван улыбнулся, но руки младшего не отпустил. — Ты мне можешь довериться. Если хочешь, расскажи, что тебя беспокоит, я постараюсь помочь всем, чем смогу. — «Ты! Ты меня беспокоишь! Почему ты сейчас такой внимательный и заботливый? Как мне тебя разлюбить тогда?.. " — Джисон прикусил свою губу, стараясь не высказать свои мысли вслух. Как бы он хотел признаться, но знал, что ни к чему хорошему это не приведёт: всё равно чувства не взаимны, а так он даже дружбу с ним потеряет. — Это ведь всё из-за Минхо-хена?.. — чуть слышно спросил Хенджин, но Хан всё равно услышал. Он удивлённо посмотрел на старшего, не понимая, к чему тут он. — Минхо-хен? При чем тут он? — Ну как же… — Хван смущенно шмыгнул носом, опуская взгляд. — Тебе же он… нравится… — Чего??? — глаза Хана были похожи на большие блюдца. Он никак не ожидал такого вердикта от старшего. Да, их многие шипперили, да и они не раз разыгрывали счастливую парочку на камеру, так как знали, фанаты оценят. Но это не правда. Хотя, со стороны, наверно, сложно понять, правда это или нет… — Хен, это не так, мы с Минхо-хеном просто друзья. Наверно, мы слишком «заигрались» с ним… — Джисон нервно засмеялся, поправляя шапку.       Теперь очередь удивляться пришла к Хенджину: — Да? А я слышал, как ты ему признавался… — Признавался? Когда? — На тусовке у Чана-хена. Ты перепил, и Минхо-хен помог тебе дойти до свободной комнаты и остался там с тобой, чтобы проследить. Там же ты и признался ему в чувствах. Я случайно подслушал, извини…       Хан стал напрягать мозг, чтобы попытаться вспомнить, но выходило с трудом. Он помнил только обрывками тот день… Вот кто-то помогает ему дойти до комнаты, значит, Минхо-хен… Потом такая мягкая кровать… И такие нежные руки Хенджина-хена… Голова сильно кружилась, тянуло в сон, но также усилилась тактильность парня. Он прижимается к сопровождаемому и терется своей щекой о его грудь. Хан поднимает голову и смотрит на такого красивого хёна… Хенджина-хена. Как же ему всегда хотелось прикоснуться к нему, прижаться губами к его губам, но не мог себе этого позволить. Но теперь, когда алкоголь придавал ему решимости, он не мог сопротивляться своим чувствам. Он тянется к таким манящим губам, но его останавливает ладонь, что аккуратно ложиться на рот младшего. — Ну хеееен…- Джисон разочарованно захныкал, обиженно выпячивая нижнюю губу. — Ты пьян, Хан, потом точно пожалеешь об этом, да и мы просто друзья, так нельзя.       Парень открывает дверь и помогает младшему дойти до кровати, а следом осторожно укладывает того, садясь рядом. — Почему друзья, хен… Вообще-то я люблю тебя… — уже сквозь сон бормочет Хан, держа старшего за руку и прижимая её к себе. — Хан… Прости, но я… — Джини… Будь со мной всегда рядом, пожалуйста…- перебивает старшего Джисон, утыкаясь ему в грудь. — Я очень сильно тебя люблю…- после этих слов Хан окончательно засыпает, слегка посапывая во сне.       Воспоминание пронеслось внезапно. Хан неотрывно смотрел в одну точку, пока в его голове складывался пазл. — Да, ты прав, это было признание… Но не Минхо-хену… — А кому? — Хван наклонил голову, терпеливо ожидая ответ. Джисон лишь прикусил губу, мысленно ругая себя за свою оплошность. Сейчас он точно не сможет отвертеться.       Парень поднимает взгляд на своего краша, и нервно выдыхает. Он завороженно смотрит на такие любимые черты лица, что даже и не замечает, как произносит: — Тебе. — Что? Мне?! — Хван лишь от шока стоит столбом, хлопая глазами. Он был готов услышать всё, что угодно, но никак не признание в любви ему.       Хан словно очнулся от некого гипноза и с ужасом осознал, что только что сказал. — Нет, хен, это не то… Точнее то… Это не ты!.. Нет, то есть ты… Ааа! Я забыл утюг выключить, пока! — Джисон уже хотел развернуться, чтобы убежать, как Хван, быстро среагировав, поймал беглеца за руку и притянул к себе, впиваясь в губы младшего.       Хан в изумлении распахнул глаза, не в силах даже пошевелиться. Внутри буквально что-то взорвалось, а следом всё остановилось. Он так давно мечтал поцеловать Хенджина, а сейчас он сам целует его! Это никак не укладывалось в его голове.        Отойдя от шока, парень неловко все-таки отвечает, осторожно дотрагиваясь до щеки любимого. Хенджин кладёт руки на талию Джисона, притягивая того ещё ближе к себе.       Но всё хорошее рано или поздно заканчивается. Так и сейчас кислорода стало катастрофически не хватать, поэтому парочке пришлось оторваться друг от друга. Они молча смотрят друг-другу в глаза, пока Хан не прервал эту тишину: — А как же Феликс?       Хенджин лишь улыбается и нежно прикасается губами к щеке младшего. — Он просто мой друг, как и для тебя Минхо-хен. Если честно, изначально я стал так много проводить с ним времени, чтобы забыть тебя, так как думал, что тебе нравится Минхо-хен. Ты не подумай, я не использовал Феликса, с ним правда классно проводить время и я искренне с ним дружу. Когда мы с ним сблизились, я рассказал ему о своих чувствах к тебе, а он мне всячески помогал как только мог. На время это помогало. Когда тебя не было рядом, у меня получалось усмирять свои чувства, но стоило только тебя увидеть, как все мои сердечные баррикады рушились. Сейчас же ты сделал меня самым счастливым человеком на свете. Я люблю тебя, Хани!       Джисон слушал эти слова, пока его щеки с каждым новым словом начинали всё сильнее и сильнее алеть. Он не мог поверить, что всё это время Хенджин сам страдал от «безответной» любви к нему. Младший уткнулся в плечо Хвана, стараясь тем самым скрыть своё смущенное лицо. Хенджин умиляется с этой реакции и поглаживает парня по спине. — Ты ведь станешь моим парнем, бельчонок?       У Хана сердечко на миг остановилось от такого прозвища да и от самого вопроса. — Конечно буду! -бормочет он в плечо уже своего парня, но потом тихо добавляет. — Пельмешек…