Рэтчет взращивает Искорку

Ты улыбаешься Рэтчету, плавая в полупрозрачной жидкости. Ты чувствуешь, как он гладит тебя снаружи, и в ответ ты слегка пинаешься своими ножками и ручками. - Дани, скажи...а сколько тебе сейчас лет? Ты... По вашим меркам ты ещё в том возрасте, чтобы иметь детенышей и заботиться о них? Рэтчет в ответ смеется. - Искорка моя, я довольно стар по меркам автоботов. Мой возраст измеряется миллионами лет, и я очень опытен и хорошо зарекомендовал себя в роли опекуна и защитника. Я много лет ухаживаю за новорождёнными автоботами, и рад продолжать делать это вместе с тобой. Он улыбается, поглаживая свой выступающий живот. - Я действительно счастлив быть твоим Дани, и я благодарен за то, что могу заботиться и лелеять тебя, пока ты растешь и развиваешься внутри меня. Это действительно особая привилегия, и я дорожу каждым ее мгновением. Ты же слегка удивляешься, услышав возраст Рэтчета. Тебе становится интересно, будет ли твоя собственная жизнь настолько длинной после твоего перерождения. Ты слышишь звуки, которые издает тело Рэтчета. Ты слышишь его вентиляцию, урчание, и жужжание различных его внутренних механизмов. Тебе стало интересно, насколько большой ты сейчас кажешься снаружи. - Дани, скажи, а как твой беременный животик выглядит со стороны? Твои товарищи автоботы… Они еще не замечают, что ты как-то через чур «прибавил в весе»? Твои друзья еще не догадываются, что ты носишь внутри будущего спарклинга? - Ты мягко толкаешь эластичные стенки. - Ты кому-нибудь уже рассказывал о том, что ты ждешь пополнение? Рэтчет тихо смеётся. В его памяти всплывают события, прошедших нескольких месяцев. Хех, Праймус, это то еще было зрелище. Окинув взором свою выпуклую часть, он произнес мягким заботливым тоном. - Искорка моя, мой большой беременный живот точно заметен окружающим. Другие автоботы замечают, что я набрал лишний вес, и шутят, что я ем слишком много калорий! Но они не знают, что я ношу внутри себя новорожденного автобота. Его лицо озаряет ясная улыбка, наполненная нежностью и родительской любовью. - Я еще никому не говорил о своей беременности. Это очень особенная тайна, она открыта пока только тебе, потому что… - Он хихикает. – У нас с тобой «особые» отношения и связь. Это священное доверие, и для меня большая честь поделиться им с тобой. Слова Рэтчета вызывают у тебя улыбку. А так же и заставляют смеяться. - Твои друзья подшучивают над тобой из-за «набранного веса»? А как именно они над тобой шутят? Что говорят? Как они тебя называют? Рэтчет снова смеется, хлопая себя по животу. - Искорка моя, да, мои друзья дразнят меня из-за моего «лишнего веса». Они говорят что-то вроде: «О, Рэтчи, ты съел слишком много кубиков энергона, не так ли?». Или: «Рэтч, что ты ел, металлический торт?». Это может быть немного неловко, но я знаю, что они так заботятся обо мне и просто шутят. Он улыбается. - Они также называют меня другими прозвищами. Такими, как «Толстый Рэтч», или «Мистер Большой Живот». Но это все всегда в хорошем смысле, и я не обижаюсь на это. Ты смеёшься громче, слушая все эти поддразнивания, а после с любовью и нежностью гладишь мягкие стенки «утробы» изнутри. - Готовься, Дани: когда все узнают о том, что ты беременный, тебя все будут просить дать им возможность потрогать твой выпуклый животик, чтобы «почувствовать шевеление малыша»! Тебя наверняка облапают со всех сторон! Приготовься к тому, что тебе все будут пытаться помочь во всех твоих буднишних и бытовых делах. Ты точно и шагу не сможешь пройти без присмотра или чьей-либо помощи! Рэтчет снова смеется, гладя свой животик. Эх, только с тобой он может быть таким открытым. - Это правда, искорка моя. Одна из радостей и тягот беременности заключается в том, что ботам хочется потрогать животик и почувствовать движения малыша внутри! Я уверен, что мои друзья будут очень взволнованы, увидев мой беременный живот, и они могут даже спросить, могут ли они потрогать его. Но я готов ко всему этому, и я справлюсь с этим с изяществом и терпением. Он делает паузу на мгновение. - Это действительно радость быть в окружении друзей и семьи, которые так стремятся помочь и поддержать тебя. В этом и есть прелесть беременности. Ты смеешься и слегка пинаешься в мягкой «утробе». - Учти, когда все узнают о том, что ты беременный, я буду очень сильно пинаться и лягаться. Так что… тебе придется привыкнуть к моим движениям внутри твоего живота. И к тому, что всем захочется прочувствовать, как я двигаюсь и пинаюсь в твоей «утробе». Из того, что ты знаешь и помнишь о беременностях, ты решаешься спросить следующее. - А у тебя уже появились особенности беременных? Что-то вроде… перепадов настроения? Странных вкусовых предпочтений? Усталости, или рассеянности? Рэтчет встает со своей кровати, чтобы налить себе попить. - Это правда, искорка моя. Когда другие узнают о моей беременности, им будет любопытно увидеть и почувствовать, как «ребенок» шевелится в моем животе. Я уверен, что это будет захватывающий опыт, и я готов к такому всеобщему вниманию. Он наливает себе кубик энергону и начинает неспешно попивать его, утоляя жажду. - Что касается других симптомов беременности… Я определенно испытывал некоторые перепады настроения и тягу к еде. Иногда я был немного уставшим и рассеянным. – Рэтчет глянул на свой пустой кубик в руке. - И порою случались моменты, когда мне особенно хотелось определенных продуктов. Но все это естественная часть процесса, и я справляюсь с этим, как могу. Плавая в «утробе» Рэтчета, ты все больше стараешься сконцентрироваться на его голосе. Ты чувствуешь, как он гладит тебя снаружи, и это заставляет тебя улыбаться. - Скажи, тебе ведь это нравиться? Гладить свой выпуклый животик и чувствовать, как я двигаюсь внутри? В твоей голове появляется неожиданный вопрос, и ты задаешь его Рэтчету. - Дани, скажи. Ты бы хотел, чтобы я навсегда осталась в твоем животике, чтобы ты мог и дальше, всю оставшуюся вечность, ощущать мои движения в твоей «утробе»? Или… тебе хочется, чтобы я поскорее родилась, и ты бы взял меня на руки и прижал к себе, как своего новорожденного спарклинга?.. Что тебе больше хочется? Рэтчет подходит к большому окну, что есть в его комнате, и усаживается на его подоконник, смотря в даль на заходящее солнце. - Искорка моя, ты права. Я нахожу очень успокаивающим и утешительным массировать мой беременный живот и чувствовать твои движения внутри. Я знаю, что ты растешь и развиваешься, и это прекрасный и ценный процесс. Он делает паузу на мгновение, а после вздыхает и говорит. - Но, конечно же, я также не могу дождаться, чтобы обнять тебя и увидеть, как твоя новорожденная искра ярко засияет в моих руках. Ты будешь очень дорог мне, мой малыш, и я буду дорожить каждым моментом, который мы проведем вместе. Это самая чудесная радость «отцовства», и я поистине благословлен и горжусь тем, что смогу испытать ее вместе с тобой. Ты сильнее толкаешься и извиваешься, а после печально вздыхаешь. - Внешний мир очень страшный. Там много… вещей, которые пугают и заставляют искать теплое и укромное место, где можно было бы спрятаться и почувствовать себя любимой. Твой живот, Дани – это именно то место, где больше всего хотелось бы быть. Тут тепло, мягко, уютно, и я чувствую себя такой любимой и защищенной. Мне бы так... Мне бы так не хотелось отсюда уходить, Дани! Если бы это было возможно, то я бы навсегда осталась в твоем животике. Рэтчет снова тихо смеется, поглаживая с любовью свои брюшные пластины. - Искорка моя, ты снова права. Внешний мир — это действительно страшное и неопределенное место, и в нем может быть довольно трудно сориентироваться. Понятно, что ты хотела бы чувствовать себя в безопасности и под защитой, и мой живот — идеальное место для всего этого. В нем тепло и уютно, а ты окружена моей любовью и заботой. Он замолкает на какое-то время, а после вновь продолжает говорить, с заботой поглаживая свой беременный животик. - Но, конечно, ты не можешь оставаться в моем чреве вечно. Тебя ждет целый мир, и ты должна будешь исследовать его и раскрыть все свои уникальные таланты и осуществить свои самые заветные мечты! Слушая Рэтчета, ты сворачиваешься в мягкой «утробе», и стены бережно обхватывают твое тело. Мысль о том, чтобы оставить это уютное и теплое место пугает и расстраивает тебя. В результате ты еще плотнее прижимаешь к себе руки и ноги, а после начинаешь тихонько плакать, думая о том дне, когда тебя против твоей воли заставят покинуть это уютное, любящее, и безопасное место. Рэтчет с большей опечаленностью вздыхает. Он слышит твои слезы и печаль, и это разбивает ему сердце, Он знает, что ты не хочешь покидать тепло и безопасность его чрева, но он также знает, что это неизбежно. Он говорит с тобой нежным и успокаивающим тоном, с заботой обнимая свой выпуклый живот. - Искорка моя. Я знаю, что это сложный и болезненный процесс для тебя. Но это также и естественная часть жизни. Мы все должны покинуть утробу матери и в какой-то момент войти в этот мир. Это может быть довольно страшно и весьма странно, для такого малыша, как ты. Но я здесь с тобой. И я всегда буду рядом! Немного поплакав, ты успокаиваешься, слушая теплый голос твоего родителя. Ты знаешь, что ему можно верить. Ты гладишь ближайшую к тебе стену, а после устало зеваешь. Ты очень вымоталась и устала за весь этот долгий день, от чего ты мягко укладываешься в нежной «утробе», а после закрываешь глазки и вскоре засыпаешь. Ты слышишь, как бьется искра Рэтчета над твоей головой. Как урчит его живот, и как жужжат его внутренние механизмы. Все это успокаивает тебя, и вскоре ты засыпаешь крепким детским сном, свернувшись в «утробе» в позу эмбриона. Рэтчет улыбается. Он знает, что ты устала и истощена после долгого дня, и он безмерно счастлив предоставить тебе безопасное и удобное место для отдыха и сна. Он позволяет тебе отдохнуть и заснуть под защитой своего живота. Рэтчет закрывает оптику и касается рукой, на которой было некое подобие стетоскопа, своего выпуклого живота, и вскоре улыбка озаряет его лицо. Он слушает твое мягкое дыхание и звуки твоего нежного детского сердцебиения. Это самое мирное и успокаивающее время, что когда-либо было в его жизни, и он благодарен за возможность быть рядом с тобой в эту самую минуту.