Double bond.

Изначально данная история планировалась как бонус, но что-то пошло не так. Она начала жить своей жизнью, обрастая деталями и поворотами, которые даже автор не мог предугадать. Каждый новый абзац словно писал себя сам, а персонажи вдруг обрели собственную волю. Они спорили с автором, отказывались действовать по задуманному сценарию и преподносили сюрпризы на каждом шагу. То, что должно было стать коротким эпизодом, превратилось в полноценное повествование. Главные персонажи вдруг обнаружили, что их пути расходятся самым неожиданным образом. В итоге получился не просто бонус, а полноценное произведение, которое, кажется, знает о своих героях больше, чем сам автор. И теперь, глядя на эту историю, можно только улыбнуться и признать: иногда именно так и должно быть. Ведь лучшие истории — те, что пишут себя сами, через сердца и души своих персонажей. Поэтому решено было опубликовать ФФ отдельным произведением. Я выкладываю тут лишь первую главу. И Вам решать хотите ли Вы читать новую историю «Double bond -2 Я разрываю нашу связь» или остановитесь лишь на первой. Остальные главы тут: https://ficbook.net/readfic/0196e9e0-fae2-7ebc-8615-5894d3642d99. ?????? Приятного прочтения??????? Часть 1 В окнах домов ночного Сеула начинали зажигаться огни. Люди возвращались с работы. Дома оживали мерцанием телевизоров и неярким светом. И лишь в одной квартире вот уже третьи сутки не наблюдалось признаков жизни. Тэхён, завернувшись в одеяло, метался во втором гоне с момента исчезновения Чонгука. Тэ лежал на широкой кровати в съемной квартире. В ней практически не было мебели, но ему она была и не нужна. Он снял ее недалеко от их общего дома с Чоном лишь для того, чтобы провести гон подальше от детских глаз близнецов. Тэхён очень хорошо запомнил тот первый, начавшийся неожиданно, спустя полгода после пропажи Чонгука. Гон. Он накрыл его в поездке, когда Ким отправился в очередные поиски мужа. Пять лет они прожили с Чоном, совершенно позабыв, что это такое. Их необычная, можно сказать, сверхъестественная связь давала им возможность жить спокойно, предав забвению все «прелести» гона. Но сейчас Чона нет рядом, и Альфа мечется в горячке, принимая кучу блокаторов, лишь бы поскорее закончилась эта пытка. Четыре дня назад, почувствовав приближение гона, Тэхён вызвал к себе Чимина присмотреть за мальчиками. Пак без лишних вопросов, прихватив с собой маленького Хосока, примчался к Киму через час. — Тэ, — нерешительно начал Чимин, — может…нет…ну это только для облегчения… Нет, забудь! Я сам не знаю, что несу, прости. Чимин лишь от одного убийственного взгляда Кима решил заткнуться. — Как ты мог такое предложить?! Допустить, даже в мыслях, что я предам Чонгука?! — яростно выкрикнул Тэхён. — Тэ, прости. Я не это имел в виду. Но тебе приходится намного тяжелее, чем обычному Альфе, из-за вашей прервавшейся связи с Чонгуком, — Пак пытался хоть как-то помочь другу. — Даже не смей думать, что Чона нет в живых! — Ким гневно отчеканивал каждое слово, глядя на Чимина. — Тэ, прости… Я знаю, насколько вы были близки, о вашей безграничной любви. И то, как вы могли даже на расстоянии чувствовать эмоции друг друга: ощущая печаль или радость, болен ли один из вас или здоров. И когда кто-то попадал беду, второй тут же это знал. А сейчас… Тэ, — Чимин замолк, готовясь произнести слова беспощадной правды, — ты ведь его не чувствуешь… уже практически год! Ничего, что могло бы дать хоть малейшую надежду… Чимин умолк, так и не договорив. Он и сам не хотел верить в смерть Чонгука, но факты не оставляли выбора. Ким подошёл к панорамному окну и, глядя вниз на горящий ночными огнями город, спокойно заговорил: — Я начал собирать надежду по крупицам. Да, я больше не ощущаю его, но Альфа во мне не смирился, он рвется на поиски, как будто только ему что-то известно или он чувствует боль и тоску Альфы Чонгука. И когда начался мой первый гон после исчезновения Чона, это был не марафон жажды секса, а дни жгучей боли и тоски Альфы по любимому. Когда тело горит и молит о крепких объятиях и нежных прикосновениях… только ЕГО рук, а подушечки пальцев просят ощутить бархат теплой кожи… только ЕГО тела. И я понял: никто и никогда не сможет мне заменить Чонгука. Пусть я проживу всю оставшуюся жизнь в надежде и поисках, но я буду рядом с ним хотя бы мысленно. И знаешь, кто дал мне первое зерно надежды… Юнги! Чимин, печально слушавший до этого откровения Тэхёна, удивлённо вскинул взгляд на Кима. — Когда я немного пришёл в себя, стал наблюдать за твоим мужем. И помнишь, как Юнги метался и искал Чона, когда тот пропал в горах, и как ведёт себя сейчас? Он расстроен, да, иногда тоскует по нему… Но не ищет! — Тэ развернулся и посмотрел на Чимина. — А ты не подумал, что он просто знает о… — Пак замолчал, не решаясь произнести это слово. — И смирился с этим? — Нет! Только не Юнги! Он что-то знает о Чоне, но я уверен, никогда в этом не признается. Ты же знаешь, как твой муж умеет держать язык за зубами. Когда ты забеременел и решил скрывать своё положение — опустим тему о твоём суеверии, чтобы никто не сглазил — Мин молчал, хотя я уверен, его просто распирало от счастья, и он готов был кричать об этом на каждом углу. — Тэхён слегка улыбнулся. — И ещё сны… Я практически каждую ночь вижу Чонгука живым, но он словно в тумане. Зову его, кричу: «Вернись», он оборачивается и мечется, не замечая меня. И сквозь эту пелену я вижу, как он кричит мне что-то в ответ, но звука нет — полная тишина. Теперь мне даже этого достаточно, чтобы уверовать в то, что мой Альфа — мой муж жив! И Тэхён, прихватив небольшую сумку, покинул квартиру, предварительно навестив спящих близнецов и одарив их на прощание нежными поцелуями в обе щёчки. Когда за Альфой закрылась входная дверь, Чимин заглянул в детскую и убедившись, что все трое сладко посапывают, отправился на кухню. Присев за большой обеденный стол, он набрал номер Юнги: — Он не отступит, Юнги. Тэ знает, что Чон жив. И конспиратор из тебя неважный, раскрыл он тебя. Хотя нужно признать, ты старался, даже я тебя не сразу раскусил. — Это дерьмово, Чими. По плану он должен был принять и хоть немного смириться с отсутствием Чонгука. Но, видимо, что-то пошло не так… Детка, что будем делать? — Мин обречённо вздохнул. — Мы ни в коем случае не должны проколоться ещё больше. Если он ВСЁ узнает, — Омега замолк, прокручивая в голове возможные варианты действий Тэхёна и ужаснулся, — Тэ нас не простит… какие бы благие цели мы не преследовали своим молчанием. — Но мы уже не знаем: жив ли он? Я пытался прояснить хоть что-то, но всё под грифом «Секретно». Мой хороший знакомый смог найти людей, непосредственно причастных к той операции, и они сказали, что Чон уже три месяца не выходит на связь, а часть группы, вернувшейся, утверждает… он, скорее всего, погиб. — Ты знаешь, я думаю, он всё-таки жив! Тэ снятся сны, и каждую ночь Чонгук пытается ему что-то сказать. Возможно, монах не смог разорвать их связь совсем. Он же предупреждал, что может не сработать, так как их отношения подкреплены сильной связью Альф. — Тогда получается, что Чон в беде? И через Кима пытается попросить о помощи? — ахнул Мин. — Не знаю, дорогой, не знаю, но у нас всего четыре дня, чтоб решить, что делать дальше. Когда у Альфы закончится гон, он снова сорвётся в поиски. И как бы куда-нибудь не встрял. — Хорошо. Доброй ночи вам, мои любимые. Поцелуй малыша за меня. Я скучаю по вам, — нежно прошептал Альфа. — Да, конечно, и тебе доброй ночи. — Голос Чимина дрогнул. — И мы скучаем. Я люблю тебя, Юнги. Попрощавшись и положив трубку, он немного посидел в тишине, ощущая теплоту и нежность, нахлынувшие от слов мужа. После рождения сына Юнги стал немного сентиментальным, и это радовало Омегу. * * * Гон был в самом разгаре. Тэхён бился в агонии третий день. Он практически не спал. Альфа внутри него выл и метался, измученный тоской, а душа Тэ вторила, разрываясь на части от боли и бессилия. Мозг, сжалившись над ним, погрузил его сознание в сон… Ким почувствовал, как его щеки коснулось что-то шершавое и теплое. Он приоткрыл глаза и увидел над собой высокие стволы деревьев, макушки которых скрывались в темноте ночного неба. Он лежал на мягкой траве, растущей меж деревьев. Тэхён попытался сесть — тело ответило неожиданной лёгкостью. Не было ни малейшего признака гона. Он поднял голову, осматривая всё вокруг. И вдруг встретился с взглядом сидящего напротив него волка. Ким не почувствовал ни страха, ни опасности, исходящей от зверя, лишь боль и тоска, так знакомая ему, плескалась в его глазах. Впервые человек мог видеть свою сущность. Альфа был огромен, от него исходила сила и мощь, его серебристая шерсть лоснилась в отблесках лунных лучей. Он был так красив, что дух захватывало, а статной фигурой можно было любоваться бесконечно. Волк отвёл глаза и, поднявшись на лапы, отправился вглубь леса. Тэхён, приняв это за приглашение, молча последовал за ним. Они шли так всю ночь, пробираясь сквозь непроходимые заросли, взбираясь, казалось бы, на непреодолимые вершины и не чувствуя при этом усталости. Первый решительно двигался вперёд, твёрдо зная, кто ждёт его в конце пути. Другой лишь был ведом призрачной надеждой встречи: только увидеть, только б знать, что жив… Когда первые лучи солнца начали окрашивать ночное небо, они вышли к обрыву. Тэ подошёл к краю и заглянул в простирающуюся под ногами пропасть. Она пугала своей темнотой и неизвестностью. Волк приблизился к Киму и лег около его ног, пристроив голову на передних лапах. — Будем ждать? — с надеждой спросил Тэ. Зверь поднял на него полный упования взгляд, как бы давая ответ. Тэхён прикрыл глаза, пытаясь унять нахлынувшие чувства, ноги предательски задрожали, и он присел рядом с волком, боясь упасть в пропасть. Они сидели на краю обрыва, любуясь восходящим солнцем, наблюдая, как новый день вступал в свои права. Лишь только свет достиг их, Тэхён заметил появляющиеся очертания скал напротив. Между ними лежала непреодолимая пропасть. Время шло. Солнце поднималось выше, и вот горы стали отчётливо видны. Внезапно волк вскочил и тоскливо завыл, в ответ раздался такой же надрывный вой. Тэхён поднялся, с надеждой всматриваясь в скалы напротив. Вдруг сердце замерло, боясь спугнуть надежду, в ушах зазвенело от напряжённого ожидания… На противоположном краю пропасти показались две фигуры — человека и волка. Ким узнал эту походку — он и в темноте бы не ошибся — эту грациозную, слегка пружинистую походку пантеры на охоте. Чон всегда ею завораживал Тэхёна. Сердце забилось с удвоенной силой. Чонгук был одет в черное и неизменные берцы, Тэ помнил: так он всегда ездил на задания. — Чон, — едва слышно прошептал Ким. И тут же, набрав полную грудь воздуха, закричал что есть силы: — Чонгуууук! Но Чон не отреагировал на крик. Тэ продолжал звать мужа, но тот шел по краю пропасти, так и не взглянув на него. Ким понял: он его не слышит. Волк, увидев опустошенный взгляд своего хозяина, протяжно завыл. И когда ему ответил Альфа мужа, Чонгук повернулся и застыл ошеломлённый. Расстояние между ними едва позволяло рассмотреть лицо Тэхёна, но он явно видел, как по лицу мужа катились слезы. Чон стоял и не верил своим глазам: его Тэхён, его любимый и самый дорогой человек, был так близко, но так недосягаемо. Душу разрывало от безысходности. — Тэхён! — закричал он. Но голос поглотила пустота пропасти. Тэхён замахал, показывая жестами, что не слышит его и, закрыв руками лицо, опустился, плача на колени. Чонгук отзеркалил действия мужа, присев на землю, непрерывно шепча: — Любимый, прости меня, прости Тэ, прости меня… Волк, пытаясь успокоить хоть немного хозяина, подполз к Киму, уложив морду на его колени, жалобно поскуливая. Тэхён машинально положил руку ему на голову, желая ответить тому тем же. И в ту же секунду он отчётливо услышал голос Чонгука: — Прости меня, Тэ. Прости пожалуйста, — продолжал шептать тот. Ким потрясённо взглянул на зверя, а потом обернулся на Чона. — Ты можешь как-нибудь передать Альфе Чонгука, чтобы он прикоснулся к нему? — с надеждой прошептал он. Волк вскинул голову и протяжно завыл, затем глухо зарычал и уткнулся мордой в руку Тэхёна. Зверь на противоположной стороне понял его и, подойдя к Чону, положил голову ему на плечо. И тот услышал Тэхёна: — Чонгук-и, милый, неужели это ты?! Как я скучал по тебе. Родной, любимый мой, главное, чтобы ты был жив. Чон изумлённо переводил взгляд с Кима на своего волка и обратно, осознавая, что общаются они через своих Альф. — Скажи, ведь ты не снишься мне сейчас? — с надеждой спросил Ким. — Я жив и, видимо тоже сплю, раз вижу и, главное, слышу тебя, — всё ещё не веря в происходящее, ответил Чонгук. — Чон, почему мы перестали слышать и чувствовать друг друга, что произошло? — спросил напрямую Тэхён. — Прости меня, — он печально опустил голову. — Это моя вина. Я разорвал ее без твоего ведома и твоего согласия. — Но тут же, вскинув взгляд на мужа, отчаянно продолжил: — Я не мог допустить, чтобы с тобой что-нибудь случилось из-за меня. — Что? — Тэхён изумлённо опешил. — Ты осознанно разорвал нашу связь?! То, что было для нас так важно?! Благодаря ей мы могли всегда поддержать друг друга и прийти на помощь, если было нужно. — И ещё… Чувствовать боль! — резко прервал его Чонгук. — И только тебе приходилось это ощущать, потому что в силу моей профессии мне не раз доставалось! И ты переживал не раз эту боль вместе со мной! — Да, переживал! Да, делил эту боль с тобой, но я был счастлив, что мог это делать! Потому что знал, что с тобой! Знал, что ты жив! Знал, нужна ли тебе моя помощь. А ты просто взял и всё уничтожил?! — закончив, Тэ опустошенно поник. — Да! Я сделал это для того, чтобы ты смог жить без боли и страданий, вечных переживаний, когда я уезжал на задания. Мне было невыносимо знать, что являюсь причиной твоей печали. Я не хотел, чтобы ты разочаровался во мне, — отчаянно говорил Чон. — Вот видишь, твой муж не оправдал ожиданий. Тэхён, забудь меня, я не стою твоей любви… Чонгук прервался, слова давались ему тяжело, ведь вместо этого он хотел бы кричать о своей любви и безмерной тоске по Тэхёну. — Я сделал выбор в пользу работы и оставил тебя с мальчиками. Прости, что причинил вам боль. Тэ, я желаю тебе счастья, воспитай наших мальчишек достойными Альфами -, после этих слов он отстранился от волка и, поднявшись, стал уходить прочь, не оглядываясь. Но далеко он не смог уйти. Завернув за ближайший уступ, Чон обессиленно опустился на колени. Ведь, уходя, он даже не взглянул на Тэхёна — знал, что тот так и сидит на краю пропасти, знал, как ему сейчас больно и обидно. Но ещё он знал, что никогда не сможет вернуться. Знал, что ни за что не попросит помощи у Кима, ведь это смертельно опасно. И если Тэ будет зол и разочарован, то быстрее сможет его забыть. Тэхён сидел на краю обрыва, и каждое слово мужа острой болью пронзало сердце. Он не заметил, как тот ушел, лишь опустошенно смотрел в черноту пропасти, так манящей сейчас. Казалось, она принесёт успокоение и облегчение от разрывающей его на части боли. Зверь на противоположной стороне встревоженно завыл. Альфы подошли к краю каждый со своей стороны и неотрывно смотрели друг другу в глаза. Затем волк Чонгука едва кивнул и отправился за своим человеком. Альфа подошёл к Тэхёну и лизнул его, привлекая к себе внимание. Ким обречённо поднял взгляд и провалился в янтарную бездну волчьих глаз. Тут же в его сознании начали мелькать моменты, неминуемо сменяясь. " — Чон, ты не должен так поступать, — отчаянно кричал Мин, — это убьет Тэхёна, он имеет право знать… — Юнги, у меня нет выбора, это моё крайнее задание, но самое опасное. Нас отобрали несколько человек, миссия секретная, даже тебе не могу рассказать подробностей. На кону жизнь многих людей. Я не уверен…- Чон замолчал и горько вздохнул. — Что смогу вернуться. — Но связь, ваша связь…зачем, — Юнги не успел договорить, Чонгук его резко прервал. — Чтобы он чувствовал всю мою боль? Рванул мне на помощь? И погиб сам? Нет… я готов отдать свою, лишь бы с ним всё было хорошо. Я никогда и ни при каких обстоятельствах от него не откажусь, он и только он будет в моём сердце. И до конца своих дней я стану хранить воспоминания о нас. Но сейчас, рядом со мной, он в опасности. И только так я смогу его защитить…от себя…» Воспоминание угасало, а взамен приходило новое… " — Молодой Альфа, вы не понимаете, о чем просите! Я хочу вас вразумить и остановить, — монах пытался убедить Чонгука, сидящего перед ним. — Мастер Ю, это очень важно. Я бы никогда этого не сделал, но там, куда я собираюсь, очень опасно. Поймите, всё что будет происходить со мной, отрекошетит Тэхёну. Больше всего меня пугает, что он, почувствовав тревогу, помчится на помощь, а у меня не будет возможности его спасти. Даже в мыслях я не могу его потерять! Он слишком дорог мне, — умолял Чон монаха. — Такая необычная связь дана Вам свыше, и разорвать ее может только смерть одного из партнёров. Я лишь могу заглушить ваш телепатический контакт. Вы перестанете ощущать и слышать друг друга. Но связь меж ваших Альф мне не подвластна, их взаимоотношения останутся прежними. Мастер Ю смешивал какие-то ингредиенты в небольшой мисочке, попутно объясняя Альфе последствия ритуала: — Вам придётся потерпеть, будет очень больно, ведь вы идёте против природы. — Я согласен. На любых условиях. Главное, спасти дорогого мне человека, — принимая из рук монаха снадобье, ответил Чонгук. Спустя минуту Альфа метался в агонии, разрываемый болью и тоской, запечатывая свои чувства и лишая себя надежды на спасение. И это было впервые, когда Тэхён не ощутил его страданий на себе…» " — Чон, уходим, — кричал сержант. — Сейчас здесь всё взлетит на воздух. — Я приказываю всем немедленно покинуть объект, если не уничтожить лабораторию, вирус убьёт миллионы людей. Кто-то должен их остановить. Мы похороним этот источник зла под завалами, тут в горах, чтобы ни одна душа не отыскала его, — отчеканил командир. — Но Чонгук… — Я сказал уходить! — крикнул он и, убедившись, что команда удаляется, стал крепить взрывное устройство…» " — О, вы очнулись, — раздался незнакомый голос. Чонгук пытался уловить очертания человека, нависшего над ним. — Кто вы? И где я нахожусь? — прохрипел он. — Я тот, чью лабораторию вы, командир, уничтожили, — зло прошипел человек над ним. — Печально, что на вас практически нет живого места, мы нашли вас под завалами в штольне, а то бы я самолично вам все кости переломал. Но теперь, когда вы пришли в себя, я дам вам возможность ощутить весь груз и последствия вешего поступка. С этого дня вам не будут давать обезболивающее. — Это не важно, задание выполнено — цель достигнута — сквозь зубы, превозмогая накатывающую боль по всему телу, прорычал Чон…» " — Я смотрю, вы уже практически окрепли, так что недели через две переведем вас из лазарета в бункер, там и останетесь до конца ваших дней! Вы отличный экземпляр для подопытного кролика, будем испытывать новый вирус на вас. Жаль, мы так и не узнали вашего имени, вы так и останетесь нулевым пациентом, но такова расплата, командир, — мужчина в белом костюме стоял у кровати Чонгука и, довольный собой, ухмылялся. — А главное, здесь вас никто не найдёт! Чон яростно взглянул на него и молча отвернулся к стене…» Картинка потухла, и волк, прикрыв глаза, опустил голову. Тэхён так и сидел, широко распахнув глаза, пытаясь осмыслить увиденное. Осознание произошедшего резко вернуло его в реальность. Он решительно обратился к Альфе: — Ты поможешь его найти? Волк вскинул на него взгляд, полный надежды и смелости одновременно. — Тогда возвращаемся, у нас мало времени, — Тэхён поднялся и последовал за зверем в обратный путь. * * * Ким очнулся в темной комнате, была ещё глубокая ночь. Он больше не ощущал признаков гона, и это радовало. Схватив с тумбочки телефон, он, не раздумывая, набрал номер. Ему ответили практически сразу: — Тэхён? — Юнги, через час у нас дома! — без лишних слов сказал Ким. — Выезжаю. — И в этом был весь Мин: по первому зову ради Чонгука, а он знал, что речь пойдет именно о нем, готов был прийти на помощь другу. Остальные части фф «Double bond 2 Я разрываю нашу связь» уже в полном объеме и статусом «Завершён» можно прочитать тут: https://ficbook.net/readfic/0196e9e0-fae2-7ebc-8615-5894d3642d99