Hold on Forever

В Небесной Столице всегда шумно и суматошно, все снуют туда сюда с документами в руках. В духовной сети сейчас тоже очень шумно и громко. Генералы Наньян и Сюаньчжэнь снова ругаются, была бы их воля могли бы и подраться, но находились они совсем в разных местах. Наследный принц Сяньлэ пытался успокоить двух разбушевавшихся Богов Войны, но толку от этого не было. -Ты заводишься из-за ничего, иди лучше полы мети! Можешь у каждого Бога подмести, может они тебе даже заплатят! Правда зачем тебе это? Твоей матери оплачивать лечение уже ведь ненужно! — сорвался Фэн Синь. Обсидиановые глаза в неверии уставились на своего врага, и в тот же момент обладатель этих самых глаз стремительно покинул сеть духовного общения. Дело было в том, что генералы могли упоминать своё происхождение только наедине друг с другом и Се Лянем. Сказать такое при всех Богах, так ещё и затронуть больную тему для Му Цина насчёт его матушки, которая скончалась от болезни, для генерала Наньяна было очень низко и некрасиво. Пасть до такой степени, это ещё нужно было постараться, но у Фэн Синя это получилось очень легко. Второй Бог Войны также покинул сеть. -Кхм-кхм! Думаю, пора расходиться! — объявила Линвэнь. Все Боги один за другим начали покидать духовную сеть, возвращаясь к своим делам. «Надо бы извиниться» — подумал Фэн Синь, вспоминая быстро промелькнувшее выражение отчаяния на лице Му Цина, но потом сразу же отмёл эту идею. Будет он, Бог Войны извиняться перед кем-то, да ведь если бы они поменялись ролями, Сюаньчжэнь бы тоже не извинился перед ним, почему-то Фэн Синь был в этом уверен. * * * Му Цин, покинув духовную сеть, сразу же отправился в мир людей. Он уже давно планировал о таком отдыхе, а сейчас как раз подвернулся удобный случай, после которого у генерала не было ни единой капельки желания оставаться на Небесах. Ничего не беря с собой, кроме 400 медных монет и буханки хлеба, Сюаньчжэнь отправился на землю. Благополучно опустившись на твёрдую поверхность, Му Цин, не зная где находится, отправился по единственной дороге, которая вела из леса куда-то вдаль. Он надеялся, что дорога шла в деревню. Отряхнувшись, поправив волосы, Бог Войны пошёл по дороге, на ходу рассматривая пейзаж вокруг себя. Яркая зелёная травка, полевые цветы на обочине пыльной песчаной дороги, оранжево-розовое небо, пушистые нежные облака, которые легко скользили по небосводу, красное солнце, потихоньку заходившее за горизонт. Редкая пролетающая птица, незамедлительно сообщающая о своём присутствии криками. Всё живое сейчас купалось в мягких уходящих лучах солнца. Такая тихая и спокойная атмосфера так взбодрила Му Цина, что на его лице расцвела неуверенная нежная улыбка. Прикрыв глаза, он вдыхал свежий воздух и наслаждался всем, миром, жизнью, атмосферой, природой. Очнувшись от лёгкого приятного оцепенения, генерал продолжил свой путь. Идти пришлось довольно долго и много. Всматриваясь в даль, зоркий взгляд зацепился о какое-то сооружение. Решив, что там может находиться деревня, мужчина ускорился. Как Му Цин отметил про себя, он оказался прав, интуиция его не подвела. Заходя в поселение, Сюаньчжэнь расспрашивал местных жителей о ночлеге и временном жилище. Деревенька и округа Богу понравились, и он решил остаться здесь. -У нас на окраине есть почти развалившийся домик, можешь остановиться там. — ответил один старик на вопрос мужчины. -Спасибо. — поблагодарив доброго человека, он пошёл искать этот дом. Проходя мимо рынка, небожитель увидел, как маленькую восьмилетнюю девочку избивает толстый мужичок и орёт на неё благим матом. Му Цин прошёл бы дальше, если бы малышка не напоминала ему его матушку. Такие же пепельно-серебристые волосы и напуганные обсидиановые глаза. Что-то в груди неприятно кольнуло при сравнение девочки с матерью и при воспоминании об утренней ситуации. -Зачем вы бьёте и кричите на неё? Она же не животное дикое, в отличие от вас, скажите ей простыми словами и она всё поймёт. — сказал Сюаньчжэнь, перехватив руку, которая уже была занесена для очередного удара. -Ч-ч-что вы себе позволяете, чёрт возьми?! — заорал мужик. -Отдайте мне девочку, я вам заплачу. Сколько вам надо? -100 медных монет. — от такого ответа у небожителя задёргался глаз. -Она что, императорская дочь? — съязвил он. -Либо столько, либо валите отсюда. — фыркнув, и закатив глаза, Му Цин откопал у себя 100 медных монет и забрал девочку. -Ты знаешь где находится заброшенный дом на окраине? — спросил он. -Д-да, могу вас провести! — воскликнула малышка. -Было бы не плохо, ведь тебе теперь тоже негде жить, и мы будем жить вместе. — ответил мужчина. -А-а зачем вы меня с-спасли? — робко поинтересовалась девчушка. -Секрет. Давай никогда не поднимать эту тему, ладно? -Х-хорошо. — немного заикнулась девочка. -А как тебя зовут? — спросил Му Цин. -Юань Мэй, но называйте меня Мэй-Мэй. — с готовностью ответила Мэй, как будто только и ждала это вопроса. — Можно я буду звать вас шишу? -Ладно, Мэй-Мэй. — слегка улыбнулся «шишу». За время пока они болтали, небожитель даже не заметил, как девочка привела их к разрушенному дому. -Вот он! * * * Закончив шить нежно-бежевое ханьфу для Мэй-Мэй, довольный своей работой Сюаньчжэнь откинулся назад и счастливо выдохнул. Он никогда себя так не чувствовал. Волна удовлетворения окатила мужчину с ног до головы, разливаясь теплом по венам, проникая в каждую клеточку уставшего тела. «Уже рассвет, а я так и не поспал, да я даже ничего не ел!» — думал небожитель, сладко зевая, и потягиваясь. Не заметив как уснул, Му Цин был жестоко разбужен странным шумом. -Мэй-Мэй? Что ты делаешь? — удивлённо поднял бровь мужчина. -Шишу! Ты проснулся! А это? Это я сделала нам завтрак. Я успела сбегать в лес, там было так много ягод, и грибы там тоже были! И я собрала их и приготовила! — радостно воскликнула девочка. -Как ты могла приготовить грибы? — скептически поинтересовался Му Цин. -Не знаю. Я бросила корзинку на пороге дома, они сами приготовились, а потом когда я вернулась, я увидела это. — пожимая плечами, ответила Мэй-Мэй. -Ты же понимаешь, что грибы не могли сами приготовиться. — недоверчиво хмыкнул Сюаньчжэнь и закатил глаза. -Понимаю, но то, что они готовые — факт. — закатила глаза девочка. -Ты сейчас закатила глаза? — удивлению небожителя не было предела. -Да, шишу ведь так делает! — насупилась Мэй-Мэй и снова закатила глаза. -Девочке неприлично так делать, особенно такой маленькой как ты. — парировал А-Цин. -И что? — спросила девочка. -Хм. Весомый аргумент. Ничего, если нравится — делай. Это относится ко всему, в том числе к закатыванию глаз. — согласился шишу. -Хм. Я запомню вашу фразу. — обрадованно засияла малышка. -Уже запомнила. — закатил глаза и усмехнулся Му Цин. Тут живот Мэй-Мэй заурчал, и она смутилась. Генерал в очередной раз закатил глаза, и немного сердясь на себя за невнимательность, отправился разбираться с едой. Девочка побежала за своим названным шишу. Готовые чудесным образом грибы вызывали сомнение в Совершенном Генерале Сюаньчжэне, но понадеявшись на их безопасность и употребляемость во внутрь без отравления, он добавил грибы к завтраку. -Ну что ж, у нас на завтрак тушёные грибы, ягоды и хлеб. — подвёл итоги мужчина. -Приятного аппетита, шишу. -Приятного аппетита, Мэй-Мэй. * * * ~День назад~ -Владыка Наньян, для вас есть задание. Берёте? — голос Линвэнь раздавался откуда-то из-под завалов бумаг и документов. -Задание? Так неожиданно? На моих землях вроде бы всё спокойно. — Фэн Синь был немного удивлён. -Да, задание. А связано оно не с вашими землями и демонами, а с пропажей Генерала Сюаньчжэня. — всё также занимаясь свитками, ответила Линвэнь. -Му Цин пропал? Ха! Этот ублюдок не мог никуда деться. Заперся где-то там у себя и сидит, а мне его теперь искать! — раздражённо отмахнулся Наньян. (где-то в мире людей икнул генерал Сюаньчжэнь и закатил глаза) -Не совсем. Во дворце генерала нет, он был замечен за спуском в мир смертных. — следовал ответ от Богини Литературы. -Хм. Ладно. Я берусь за это задание. — согласился небожитель. -Хорошо, можешь идти. — не было смысла этого говорить, так как Фэн Синя уже и след простыл. Добравшись до дворца второго генерала, мужчина, поинтересовавшись у младших служащих, где сошёл вниз генерал Сюаньчжэнь, сразу же спустился на землю. Начав искать духовную энергию Му Цина, А-Синь моментально потерпел поражение. -Где же ты, маленький ублюдок, чёрт возьми?! — выругался Бог Войны. Духовные силы Сюаньчжэня не были замечены. После неудачной попытки поисков, Фэн Синь пошёл пешком по той же самой дороге, по которой шёл ранее упомянутый небожитель несколькими часами ранее. Было уже темно, солнце окончательно село и Наньян молился всем богам, хотя сам являлся им, что Му Цин нашёл ночлег и у него всё хорошо. Завидя впереди деревню, радости А-Синя не было предела. Так как небожитель был не виден для людей, проблем пройти в поселение не составило. Он быстро обошёл всю местность и наткнулся на старый, развалившийся дом. Запрыгнув на крышу, Фэн Синь смотрел через дыру в ней на найденного владыку южно-западных земель, который шил бежевое ханьфу и маленькую девочку, которая уже спала и видела десятый сон. «Кто эта малышка?» — подумал генерал, но не стал заострять на этом внимание, внимательно наблюдая за работой врага? друга? Под утро заснул и Сюаньчжэнь, закончив свою работу, а владыка южно-восточных земель всё это время охранял сон двух живых существ, а если точнее, то одного небожителя и одной человеческой девочки. Пообещав себе, что обязательно спросит у А-Цина про ребёнка, он отправился вслед за проснувшийся Мэй-Мэй, которая побежала в лес. Он решил проследить за ней, ведь казалось, что Му Цину она дорога, а в лесу много непонятной нечисти и животных. Когда малышка вернулась и бросила корзинку на пороге, Наньян забрал грибы и быстро отправился к себе во дворец, чтобы приготовить их, потому что у двух спутников не было никаких средств, чтобы сделать это. Вернув уже готовые грибы в корзину, довольный своей работой генерал принялся дальше следить за Богом Войны и земной девочкой. Хорошо хоть, он додумался скрыть своё присутствие не только от людей, но и от Сюаньчжэня, а то скандала было бы не избежать. Да и по видимому небожителя никто не крал и с ним всё в порядке, просто решил отдохнуть от Небес. «Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Му Цин…» — подумал генерал Наньян и тяжко вздохнул.