Falling for U

                    Проснувшись и не обнаружив Джонхана в постели, Джошуа быстро натянул одежду и спустился вниз.       Старший нашелся на кухне. Он стоял в одной лишь рубашке Хона перед плитой, и что-то сосредоточенно готовил.       Подойдя к Юну, Джису обнял его за талию, касаясь легким поцелуем выглядывающего из-за волос ушка.       - Доброе утро. – выключив плиту, тихо проговорил Джонхан, наслаждаясь теплыми объятиями.       - Самое доброе. – улыбнулся Хон, разворачивая старшего лицом к себе. – Что ты готовишь? Пахнет вкусно.       - Твою любимую пасту.       - Ммм…уже хочу.       - Все готово, осталось только выложить на тарелки и украсить. – произнес Юн, сцепляя руки на шее младшего.       - Паста – это хорошо, но знаешь, чего я хочу сейчас еще больше? – хитро прищурился Хон.       - И чего же?       Джонхан успел лишь тихо вскрикнуть, когда его подняли, и сдвинув все в сторону, усадили на столешницу, укладывая руки на талию.       - Моя рубашка на тебе смотрится очень хорошо, но я, пожалуй, хотел бы ее снять. – проговорил Джису, тут же прижавшись поцелуем к чужим губам.       Опустив руку, он подцепил край рубашки, сжимая мягкое бедро, другой потянувшись к волосам, пропуская через пальцы шелковые пряди.       - Я, конечно, все понимаю: молодость, гормоны и все дела, но давайте вы будете заниматься этим в спальне, а не на кухне. – послышалось сзади.       Разорвав поцелуй и закрыв спиной любимого, Джошуа обернулся и взглянул на стоящего на входе в кухню отца. Тот выглядел немного ошеломленно, но слегка улыбался.       - Отец? Когда ты приехал?       - Только что. И, кажется, я не очень вовремя. – заметил старший.       - Это…я думал, что ты приедешь завтра. – неловко проговорил Джису, опустив взгляд.       - Раньше закончил с делами. Может ты уже выпустишь Джонхана, чтобы я мог с ним поздороваться?       Покраснев, Джошуа повернулся к Юну, быстро опуская его на пол, и взял его за руку.       - Здравствуйте, господин Хон. – на лице Джонхана также расползся румянец.       - Здравствуй, Джонхан.       - Папа, я… - начал было Джису, но его перебили.       - Давай отпустим Джонхана одеться, а сами в это время поговорим.       Джонхан стремительно вылетел из кухни, и старший сел за стол, приглашая сына последовать его примеру.       - И давно вы встречаетесь? – задал вопрос тот, взглянув на сына.       - Чуть больше месяца. – тихо проговорил Джису.       - И ты все это время молчал? Почему ты скрывал от меня такую важную новость?       - Ты…не против? – удивился младший.       - Почему я должен быть против? Я довольно современен в этом вопросе. Я давно подозревал, что вы влюблены в друг друга, но ты начал встречаться с той девушкой, а потом вы расстались, а после ты долгое время был очень странный, и я не знал, что у тебя происходит. Ты мне ничего не рассказывал.       - Просто я не думал, что могу о таком говорить…       - Сынок, послушай! Я знаю, что многие не принимают такие отношения, но для меня важно прежде всего твое счастье. Мы с твоей мамой в свое время, послушавшись наших родителей, поженились, но у нас не получилось создать крепкий союз. Не всегда то, что мы считаем правильным, таковое и есть!       - Папа, скажи, вы с мамой совсем не любили друг друга?       - Что ты! Мы смогли полюбить друг друга, но, наверное, мы просто были слишком разными… - грустно улыбнулся старший. – Я до сих пор люблю твою маму.       - Я уверен, что она тебя тоже любит. Почему бы вам не попробовать снова сойтись?       - Быть может, мне и правда, стоило бы попытаться все вернуть…но сейчас не обо мне. Я хочу сказать, что я не против ваших отношений, но все же пощадите меня старого, чтобы мне больше не становиться свидетелем таких сцен.       - Па… - Джису вскочил со стула, кинувшись обнимать отца. – Спасибо тебе! Не представляешь, как мне было важно, чтобы ты принял нас.       - Я всегда относился к Джонхану как к родному. Теперь, раз уж в этот дом не войдет невестка, у меня будет два сына.       - Прости, что не подарю тебе внуков. – прошептал младший.       - Ничего, переживу. Главное, что ты будешь счастлив. А это вне сомнений. Вижу же, как у тебя глаза сияют.       - И как давно ты понял, что я люблю его не как друга? – Джису с интересом взглянул на отца, присев обратно.       - Ну, вы всегда были очень близки, но мне отчетливо запомнился один случай, который произошел незадолго до твоего отъезда в Америку…       - Что за случай?       - Родители Джонхана тогда гостили у родственников, и Джонхан жил у нас недели две, помнишь?       - Да, что-то припоминаю.       - Он тогда очень сильно повредил ногу, потому что ходил по дому босиком и не заметил, что на кухне валялись осколки от разбитой чашки. Ты тогда так за него переживал, заботился о нем, все время его на руках носил, чтобы ему не было больно наступать на ногу. Ты обходился с ним, как с драгоценным сокровищем, это было так очевидно.       - Знаешь пап, что в нашей истории самое удивительное?       - Что же?       - Все поняли о моих чувствах раньше, чем я сам! Я так долго не мог понять себя и этим причинил ему столько боли…       - Всякое бывает. Смотри, больше не обижай его.       - Никогда!                            ***                            Тяжело вздохнув, Джихун с тоской посмотрел на свое запястье, которое украшал подаренный Сунёном браслет. С их последнего разговора прошел месяц, и все это время они больше не общались. В университете они виделись лишь мельком несколько раз, но даже не здоровались друг с другом, стараясь скорей пройти мимо.       Сунён выглядел подавленным, был со всеми молчалив, и, насколько знал старший, больше не занимался допоздна танцами, покидая здание университета сразу после окончания занятий.       Ли понимал, что причина, вероятно, в нем самом, так как младший его избегал, но он бы соврал, если бы сказал, что ему было хоть чуть легче, чем Сунёну. Правда была в том, что он безумно скучал по нему. Ему было невероятно одиноко без младшего, ведь именно он был тем, кто принес свет в его унылую, лишенную красок жизнь, и тем человеком, которого он безгранично полюбил.       Вырвавшись из раздумий, Джихун надел пальто, и взяв сумку, покинул кабинет. Проходя мимо танцзала, он остановился, с удивлением замечая, что в зале горел свет, а это значило лишь одно: там был Сунён.       Джихуна переполняло желание взглянуть на него хоть немного, но он понимал, что делать этого не стоит. Пока он в нерешительности стоял возле зала, дверь с тихим скрипом открылась, и он поспешил укрыться за колонной.       Вышедший из зала Сунён, закрыл за собой дверь и направился в сторону выхода. Подождав несколько минут, Ли вышел из своего укрытия и двинулся следом.       Выйдя из университета, Джихун увидел, что младший ушел совсем не далеко и замедлил свой шаг, держась на расстоянии. Сунён шел неспеша, любуясь падающими хлопьями снега, ловя их на ладони. В следующее мгновение, не смотревший под ноги Квон, подскользнулся на тонком льду, с тихим вскриком приземляясь на него.       Заметив, как Сунён схватился за лодыжку, старший со всех ног бросился к нему.       - Сунён-а, ты в порядке? – взволнованно спросил Ли.       - Ты что тут делаешь? Следил за мной?       - Не отвечай вопросом на вопрос, лучше скажи, ты сильно ушибся? Можешь встать?       - Моя лодыжка…Она очень болит…       Наклонившись к младшему, Джихун аккуратно подхватил его на руки, направившись к ближайшей скамейке. Опустив его на нее, Ли достал из кармана телефон, набирая номер такси.       К счастью машина приехала быстро, и в скором времени они добрались до больницы. Осмотр показал неутешительный диагноз: растяжение голеностопа 2 степени. Сунёну наложили гипсовую повязку и назначили курс физиотерапии.       Джихун не находил себе места от волнения, пока из кабинета не показался младший с костылем.       Поддерживая его, Ли медленно двинулся к выходу из больницы, садясь в такси.       - Куда мы едем? – спросил Сунён, увидев что машина едет в другую сторону от его дома.       - Ко мне. – спокойно ответил старший.       - С чего вдруг? Мы месяц не общались, а теперь ты везешь меня к себе?       - Ты живешь один и очевидно не сможешь сам о себе позаботиться.       - И почему это должен делать ты?       - На моем месте так поступил бы каждый.       - Но ты не каждый! Ты знаешь, как я к тебе отношусь, и именно из-за этого между нами выросла эта чертова стена!       - Речь сейчас идет не о твоих чувствах, а о твоем здоровье, оно сейчас превыше всего. Поживешь у меня, пока не поправишься, и это не обсуждается.                            ***                            - Тетушка, дядя, большое спасибо, что пригласили меня на ужин! – Джошуа чуть смущенно улыбнулся, взглянув на родителей Джонхана.       - Тебе не нужно благодарить, Джису-я, ты ведь нам не чужой. Ты всегда желанный гость в этом доме. – заверила его госпожа Юн. – Мы давно тебя не видели. В последнее время вы с Джонхани чаще проводите время где-то с друзьями, либо же у тебя, и мы хотели, чтобы вы немножко побыли и с нами.       - О, понятно. Постараюсь приходить почаще.       - Как ваша учеба, дети? – поинтересовался господин Юн.       - Все отлично, папа. Осталось несколько дней до окончания первого полугодия. Потом у нас каникулы. – проговорил Джонхан, взяв в руки палочки.       Положив побольше всего на тарелку Джису, Джонхан задумался о том, что выбрать себе.       - Сын, а что у тебя на шее? – внезапно поинтересовался господин Юн.       - А что там? – не понял младший.       Повернувшись к Джису, чтобы тот сказал, что не так, Джонхан увидел, как расширились в панике его глаза.       Вспомнив о том, что он забыл нанести тональный крем, Юн тут же прижал руку к шее.       - Эм…это…просто…       - Засос. – договорил за него старший. – Не знал, что ты с кем-то встречаешься. Как давно? Кто она?       Джонхан почувствовал, как бежит холодок по спине, судорожно соображая, что придумать.       Заметив волнение возлюбленного, Джошуа незаметно сжал его ладонь под столом в успокаивающем жесте.       - Это не то, что ты подумал, отец. Я ни с кем не встречаюсь. - пробормотал Джонхан.       - Сын, ты уже совсем взрослый, нет ничего такого в том, что у тебя появилась девушка. Я не имею ничего против. Просто хочу узнать, кто она. – спокойно пояснил старший.       - Пап, пожалуйста, не сейчас! Я позже тебе все расскажу, ладно? – волнение младшего усиливалось, что не ускользнуло от взгляда отца.       - В чем дело, Джонхан? Что ты скрываешь? – уже строже спросил тот.       - Дорогой, ну что ты в самом деле? Не дави на него. Потом расскажет. – вмешалась госпожа Юн.       - Не вижу никакой проблемы рассказать сейчас. Джонхан, кто эта девушка? Почему ты не хочешь об этом говорить? – настаивал отец.        - Дядя, просто дайте ему время. Вы же видите, что он не может сейчас сказать. – Джису крепче сжал ладонь любимого.       - Что вы все от меня скрываете? Джонхан, говори сейчас же, иначе я сам это выясню! Кто она?       Джонхан чувствовал, как его охватывает дрожь. Отец никогда еще не выходил настолько из себя. Сколько Юн себя помнил, папа всегда был строг лишь в меру, никогда не переходя границы, часто был ласков, но был человеком довольно старых нравов.       - Я жду!       - Это не она, а он. – шепот Джонхана прозвучал слишком громко в стоявшей тишине. – Я встречаюсь с парнем.       Рука господина Юна с силой опустилась на стол, и Джонхан испуганно дернулся, но его тут же прижал к себе Джису, нежно погладив по голове.       - Это я, дядя. Я встречаюсь с вашим сыном. – уверенно проговорил Хон.       - Ну, конечно! И как я раньше не догадался? – в голосе господина Юна прозвучали ледяные нотки. – Как ты посмел, Хон Джису? Я столько лет относился к тебе, чуть ли не как к родному сыну!       - Мы не сделали ничего такого! Это не преступление!       - Смеешь еще мне перечить?       - Дорогой, успокойся, прошу! Зачем ты пугаешь детей? – госпожа Юн протянула руку, слегка сжав плечо мужа.       - Ты все знала, так? Знала и ничего не сказала! – возмутился тот.       - Да, я знала. Мы ничего не говорили, потому что опасались вот такой твоей реакции.       - А как еще я должен на это реагировать? Мой сын крутит роман с парнем! – крики старшего пугали Джонхана, и он, не сдержавшись, заплакал. – Хон Джису, чтобы через минуту тебя здесь не было! И даже не смей приближаться к моему сыну!       - Папа, нет! Не делай этого, прошу! – взмолился Джонхан, отстранившись от Хона.       - Молчи! Ноги его здесь больше не будет!       - Папа, пожалуйста! Я люблю его! – в отчаянии крикнул Юн.       На кухне установилась тишина, нарушаемая лишь громкими всхлипами Джонхана. Господин Юн громко выдохнул, прикрыв глаза.       - Это неприемлемо, сын. – уже спокойней произнес тот.       - Господин Юн, послушайте. Наверное, мне сейчас и правда лучше уйти, но я не сдамся. Я безумно люблю вашего сына и ни за что от него не откажусь. – твердо проговорил Джису, смело глядя в глаза старшему.       - Шуа, не уходи. – прошептал Джонхан, цепляясь за свитер любимого.       - Хани, солнце, мы сейчас ничего не добьемся. Нам всем нужно немного успокоиться и позже вернуться к этому разговору. Я обещаю, что сделаю все возможное и невозможное тоже, чтобы твой папа принял нас. – уверил Хон, мягко прижавшись поцелуем ко лбу старшего, и встал из-за стола. – Господин Юн, пожалуйста не будьте жестоки.       Джису развернулся, стремительно покидая дом. Ему нужно было срочно что-то придумать.