воспоминания минувших лет

Едкий сигаретный дым жжет глаза и струится клубками в приоткрытое окно. Затхлый запах пыли и сырости, заваленный коробками балкон. Взгляд зацепился за одну из них, с далека рассматривая содержимое. Старые снимки из детства и юности, выцветшие и потрёпанные временем. Федор приподнялся со стула, подбирая один и рассматривая. Два парня школьного возраста на фото. Один с улыбкой, второй, как и всегда, угрюмый. Поток мыслей приостановился, заменяясь воспоминаниями былой дружбы. Взгляд скользнул на обратную сторону снимка. 18 лет назад. Казалось, мир был ярче. Выглянув в окно, взору представляется серый город, старые многоэтажки и дымящие трубы завода. — Интересно, Николай, где же ты сейчас. где же. Испуская тяжёлый вздох, потушил сигарету в пепельнице и поднялся, выходя с балкона. Фото успокоилось на пыльной тумбочке. Хотелось найти старого друга, но все номера давно удалены и записные книжки выброшены. Жив он или нет — неизвестно. Достоевский лег на кровать, которая неприятно поскрипывает старыми пружинами под его весом. Нахождение в этой квартире надоело давным давно, но денег еле хватает на элементарные вещи, так что менять место жительства сейчас разве что в коробку под мостом. Веки, невидящих сна глаз уже которую неделю, сомкнулись. Перед ними яркими картинами восстали воспоминания. Пробуждение было крайне неприятным. Все тело ныло из-за идиотского матраса, пружины в котором давно сломались и выгнулись, каждый раз въедаясь в кожу. Путь к кухне по холодному полу и Федор поставил чайник, сразу доставая растворимый кофе. Зеркало в ванной, забрызганное и запотевшее, криво отражало лицо. Уже родные синяки под глазами и впалые щеки. Как обычно болезненный вид. Достоевский скинул с себя кофту, майку и штаны вместе с бельем, бросая их на стиральную машину. Влез под горячий душ, подставив давно немытые волосы под струи воды. Спасибо, что хоть воду не отключили. Организм достаточно долго отходил от сна, голова казалась слишком тяжелой. В руках чашка с горячим крепким кофе без сахара и снова сигарета. Надо бы прекращать, ведь тело и так уже по ощущениям прогнившее. Лифт в доме не работает больше трех месяцев и хоть Федор и живет на четвертом этаже, подъем туда каждый раз заканчивается болью в коленях и отдышкой. Желания идти на работу абсолютно не было. Сегодня к ним должен был присоединиться новый сотрудник. Работа охранником по сутках крайне надоела. Сбитый режим сна страдал вдвойне, но чтобы уйти нужно было бы найти сначала другую работу, на поиски которой не хватало времени. Стажер должен прийти на смену Достоевского, ведь именно ему поручили все показать и рассказать. По два сотрудника на четыре этажа офисов в многоэтажном доме. Сидя на стуле напротив мониторов с камерами послышались шаги. Кто-то что-то пытался найти. Федор вышел из комнатки и осмотрелся. В пустом зале оказался мужчина. — Здравствуйте. Я на стажировку пришел. Вы Федор? — пришедший показался охраннику знакомым, но он не придал этому значения и встряхнул головой. — Да, я. Пойдёмте, покажу все. Он закрыл за собой дверь и повел стажера по всем нужным местам. Не обратив сначала внимания на бейджик нового сотрудника он крайне удивился, заметив на нем «Н. В. Гоголь». Осознание ударило по мозгам и Федор отшатнулся. — Коля…? — Еле выдавил из себя брюнет, всматриваясь в черты лица человека напротив. Тот улыбнулся мягкой улыбкой и кивнул. — Нашел, — губы растянулись ещё шире и он шагнул к Достоевскому. Охранник аккуратно приобнял старого друга, получая в ответ более крепкие объятия. — Где же ты все это время пропадал… — Он поверить своим глазам и ушам не мог, не мог поверить своему счастью.