Такого не может быть.

Нобара мнётся. Очень сильно. Сейчас ей безумно хочется убежать в глухой лес возле колледжа и никогда оттуда не возвращаться (и плевать, что это худший способ спрятаться). Настолько она сомневается. Причём сомневается не в выборе или своём недавнем заключении, а в этом решении. В этом деле, которое она на импульсе запланировала сделать. Возле Маки ошивается добрая куча второкурсников. Ну, да, под кучей подразумеваются Тоге и Панда. И те сидят без дела, ибо пару минут назад попали под её горячую руку, а сейчас наблюдают, как она «танцует» с тренировочным инструментом. Маки безумно бесится, когда кто-то мешается ей на поле, занимаясь чёрт знает чем. — Сколько можно лезть в эту половину со своими спаррингами?! — кричала она так, что слышно было всему колледжу. — Это больше похоже на баловство, чем на тренировку! Сели оба, до моего перерыва сюда не лезть! Либо тренируйтесь нормально, дурачьё. Если вдруг кажется, что Маки слишком грубит, то нет. Она просто терпеть не может отсутствие концентрации на тренировках. Иначе, откуда ей взяться в бою? А Тоге и Панда часто любили побаловаться на поле, тем самым мешая однокурснице тренироваться. Вот её и подрывало иногда. И сейчас Нобара вспоминает тот крик и думает — а надо ли было вообще приходить? Что надо было, так это развернуться и бежать, чтобы пятки сверкали. Но уже деться некуда, ноги принесли сами. Стоит под деревом, бедная, испуганная. — Тц, Кугисаки. Нашла время… — говорила себе девушка, прикусывая губу чуть ли не до крови. — А-а-а-а…. Она почти прорычала. И, только когда перестала слышать звуки со стороны тренировочного поля, поняла, что это было громко… — Чёрт… На девушку смотрели три пары глаз. Если считать очки Маки, то четыре. Внимательно и не двигаясь. — Кугисаки, ты чего там? — всё-таки решает спросить Панда, после затянувшейся неловкой тишины. Нобара стоит ещё секунд пять, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. А после срывается с места, идя вперёд, с неизвестно откуда взявшейся уверенностью. Всё это время она молчит, пугая второкурсников. Даже Маки. Студентка выходит из стойки, ставя инструмент рядом с собой, и наблюдает за Кугисаки. — Мне нужно поговорить с Маки-сан, — так же уверенно сходит с уст рыжей. Нобара словно не в себе, сама не понимает, как её тело двигается, как она умудряется вообще разговаривать при таком волнении. Маки хмурит брови и какое-то время думает над сказанным. И всё же идёт в её сторону, по пути откладывая инструмент. — Панда, Тоге. Можете заниматься. У меня не запланированный перерыв. Ребята дружно кивают и подскакивают с места. Зенин отворачивается и подходит ближе к Нобаре. В секундном порыве хочет прикоснуться к её руке, но в последний момент одёргивает, будто просто слишком сильно махнула своей при ходьбе. — Ты чего? Случилось что? — спрашивает Зенин. — Случилось. То есть нет… То есть… — Говори уже. — Не здесь. Маки молчит. Сверлит её взглядом. «Что-то определённо случилось», — проносится в голове. — Ладно. Идём. Резко направляется вперёд, хватая Нобару за руку. Та издаёт тихий нечленораздельный звук, который Маки, к счастью для рыжей, не замечает. Зенин отводит их подальше от глаз однокурсников, за угол. Оглядывается пару раз, прислушивается. Дело точно важное, надо убедиться, что их никто не слышит. А Кугисаки тем временем сходит с ума, впиваясь взглядом в грудь напротив. Маки со своей уверенностью и не придаёт значения тому, что вжала бедную первогодку в стену, припечатав рядом правую руку. Картина неоднозначная. — Ну и о чём ты хотела поговорить? — с плохо скрываемой ноткой тревоги спрашивает Зенин. Нобара мнётся. Опять. А ещё больше её убивает то, что девушка перед ней не отличается терпением. И если Кугисаки так и не скажет, зачем пришла, ей прилетит по голове за то, что отвлекла от тренировки. Опять же, Маки к такому относилась очень ответственно. И рыжая понимала, что для неё сейчас сделали великое исключение. Так что, либо она отвечает на вопрос, либо у неё определенно что-то заболит. — Ты… Ты мне, кажется, нравишься, Маки… — резко, почти уверенно, но тихо произносит Нобара. — Я это уже слышала. А… П-погоди!.. Что?! До Зенин дошло с небольшим опозданием. Она даже убрала свою руку со стены, прижав к себе. Девушки заливаются краской. Кугисаки — смертельно сильно, Маки — не так уж заметно. Ну, краснеть не очень-то в её стиле. — Погоди, ты… Имеешь в виду именно, то, что я думаю? — Да, — без промедлений подтверждает Нобара, глядя в траву под ногами, будто бы виновато. Небольшая пауза. Возможно, минутная. И первокурсница не торопит, не поднимает глаз. Понимает, что такое заявление надо обмозговать. Она бы тут и часы простояла, если потребуется, лишь бы уже наконец получить ответ на признание.

***

Осознать всё Нобара смогла не сразу. Всё-таки, девушка считала, что интересуют её только парни, но на деле ей просто достойных женщин не встречалось. Откуда им взяться в том месте, где она жила? И вот она приезжает в Токио, поступает в этот самый колледж, и как снег на голову ей падает Маки Зенин. Сильная и непоколебимая личность со сложной историей. Ответственная, на неё всегда можно было положиться. Очень умелая. А ещё она красотка с идеальной осанкой. Длинными ногами. Спортивным красивым телом. Так, стоп… Хотя кое-что в Маки было не идеально. Эти ужасные очки Кугисаки много раз хотела снять с подруги и метнуть куда подальше в лес на съедение волкам. И плевать, что волки очки не едят. Да и вообще, — это для природы вредно. Но был вот у Нобары такой порыв. Она, всё же, предназначение этих очков знала, и не лезла в этот вопрос со своей красотой. Да и представить не могла, как Зенин справляется в бою с этой дебильной приблудой. А это плюсик к уважению. И этих плюсиков было уж очень много. Сначала в первокурснице это просто вызывало восхищение и желание соответствовать, а потом… — Бедные мои ноги… Чтоб я ещё хоть раз эти босоножки надела… Приду в магазин и как заряжу ими в консультанта! — Не бубни. Они тебе просто не подходят. Такое бывает, — сухо ответила Маки, заставив рыжую сверкнуть в её сторону карими глазами. Даже в темноте Зенин увидела этот огонёк злости, не сдержав смешка. — Чё ты хохочешь? На, сама попробуй в них походить! — Кугисаки прислонилась спиной к стене, начиная расстёгивать обувь. — Ты зачем это? — Да не дам я их тебе, не переживай. Я просто их снять хочу. Бесят. Маки наклоняется, остановив руку Нобары своей. Застёгивает босоножки обратно. Первокурсница вопросительно смотрит на девушку и говорит: — Я в них идти больше не хочу. Мы уже на территории колледжа, тут чисто, я босиком по гравию, по плиточке, по травке… — рыжая зависла, сама не понимая, зачем сейчас это перечисляла. Под вечер мозг отключился совсем и выдаёт странноватые вещи. — Босиком, короче… — Нет, так дело не пойдёт… У меня для тебя получше предложение есть. — И какое? — Подойди. Кугисаки сомневается, но всё-таки делает шаг вперёд. И Зенин подхватывает её на руки. — Эй! — Нобара не протестует, нет, она просто не ожидала, что Маки настолько легко и резко поднимет её. — Как тебе такое? До комнаты на руках тебя понесу, бедолага. Девушка проглотила все слова. Лишь огромными глазами вперилась в подругу, зацепившись за шею обеими руками, хотя прекрасно знала, что не упадёт. — Ну… Эм… Второкурсница громко засмеялась. — Да не тушуйся ты так, всё в порядке. Я, считай, поблагодарю тебя за то, что ты вытащила меня погулять. И даже не разозлила ни разу, — последнее Зенин отметила с особой улыбкой, наконец двинувшись с места. Девушка с уверенностью смотрела вперёд, без особого труда неся подругу на руках, не думая ни о чём постороннем. А у Кугисаки впервые в жизни ёкнуло сердце. И она ещё с минуту пялилась на чёткие черты лица второкурсницы, пребывая в каком-то шоке. Её никто и никогда не носил так на руках. После этого сердце Нобары ёкало не раз. Подобное первокурсница теперь ощущала всегда, стоило Зенин оказаться рядом. «Да что со мной такое, блин…». И Кугисаки не могла с этим смириться. Почти ногти грызть начала от волнения. «Ну не должно такого быть! Не должно!». Каждый день. «Блин…». Нобара ловила себя на том, что уже совсем не по-дружески разглядывала Маки. И её это очень пугало. «Да ну, не может быть…». А потом она начала от неё бегать. Чтобы не попадаться в ловушку собственных мыслей. Помогало плохо. Очень. Настолько, что Кугисаки не выдержала. И вот, теперь…

***

Они стояли в тишине, каждая думая о своём. Мучительно долго. Нобара уже хотела вырыть себе ямку на том же месте, лишь бы спрятаться от красивейших притягивающих глаз Маки. Хотелось рвануть с места и всё-таки сбежать в лес. Или в комнату и ударить себя по голове, что есть силы, магическим учебником. Но все эти мысли резко обрываются, когда правая рука Зенин возвращается на прежнее место. — Нобара… — Маки аккуратно приподнимает подбородок первокурсницы свободной рукой, — Посмотри на меня, — убирает её за спину, после того, как смогла зацепить взгляд девушки. А дальше взрыв. Маки коротко чмокает подругу в губы. — Спасибо, — очень непривычно нежное для второкурсницы. Нобара не верит своим ушам. Эта девушка умеет так ласково говорить? — Знаешь, тебе стоило прийти ко мне вечером. Там более располагающая обстановка для такого. И ты знаешь, что я всегда тебя пущу. Но… Спасибо. Она медленно отстраняется, нехотя прерывая зрительный контакт. И уходит в сторону тренировочного поля, бросая: — Я жду тебя после шести у себя. Можешь даже прихорошиться, если хочешь. Но у тебя, так-то, всего час. Кугисаки очень сильно тормозит и не верит тому, что сейчас произошло. Вместо какого-то ответа (а Маки уже знает, что Нобара придёт), она касается пальцами губ, вновь ощущая на себе этот быстрый поцелуй. И начинает улыбаться как дурочка. Счастливая дурочка.