Зелёный плед и какао с корицей

04.06.2020 Это было летом. Я встретил его в июне на берегу моря. Его золотые локоны были небрежно собраны в хвостик, и передние пряди непослушно лезли в лицо, закрывая собой яркие глаза, цветом этого же моря. Он мне сказал, что недавно переехал, говорил что хочет завести друзей. Я не был против. Его звали Феликс. Мы часто сидели на берегу всё ещё того же моря, кутались в зелёный мягкий плед и разговаривая обо всём на свете. Его руки всегда были холодными. Я прятал их в своих ладонях. Он любил лежать у меня на коленях, рассматривать звёзды и что-то рассказывать о важности гороскопа. Я тогда не сильно вслушивался, и лишь аккуратно перебирал золотистые локоны, то накручивая их на пальцы, то плетя из них маленькие косички. Однажды, когда мы плавали, Феликс пошутил. Начал притворяться, что тонет. Я тогда испугался не на шутку. А он лишь хихикнул и быстро чмокнув меня в щёку, убежал дальше плескаться. Тогда я и вправду понял, что влюбился, по настоящему. Феликс был таким свободным, не таким как все. Как парящая птица над землёй. Он был особенным. Мы начали встречаться в конце июля. Он тогда попросил поцеловать его. Не так, как обычно. По серьёзному. И я поцеловал. Его мягкие губы, всё ещё хранили вкус недавно выпитого какао с корицей, который приятно отдавал горечью на языке. Это было летом. Я встретил его в июне на берегу моря. 17.08.2020 Была осень. Мы любили друг друга. Отдавались друг другу без остатка. Наши вечера проходили в обнимку, сопровождаясь очередным не интересным фильмом, которой заканчивался для нас на 15 минуте просмотра. Когда-то ещё краткие и неуверенные соприкосновения губ, превратились в сладкие и наполненные страстью поцелуи, которые всё ещё отдавали привкусом корицы. Я заставлял Феликса надевать носки, боясь что заболеет. Мы вместе ходили в лес, собирая сухие разноцветные листья и делая из них гербарий. Укутывались во всё ещё тот же зелёный плед, грелись у камина и читали друг другу сонеты Шекспира. Однажды гуляя по лесным тропам, начался ливень. Феликс тогда лишь начал смеяться и подобно ребёнку прыгать по лужам, обрызгивая водой и меня. Мы долго бегали под дождём, и так же долго отогревались у камина. Феликса тогда впервые заболел. Мы лечились вместе, ели горькие таблетки и запивали их сладким глинтвейном. А потом засыпали в обнимку под шелест листвы и шум дождя. Была осень. Мы всё больше любили друг друга. 03.12.2020 Наступила зима. Мы всё ещё любили. Я помню как Феликс был расстроен, что не выпал снег, и так же помню как в одно декабрьское утро, он проснулся раньше обычного. На улице кружили первые снежинки и понемногу застилали землю белым полотном. Он выбежал на улицу в одной пижаме и тапочках. Мне тогда пришлось проснуться от ощущения холода по соседству. Открыв глаза, я увидел самое прекрасно в этом мире. Феликса, в одной лёгкой футболке и длинных штанах, с растрепанными от сна волосами, стоял на крыльце, на фоне падающего первого снега. Его небесные глаза горели и блестели. Он был по-настоящему счастлив. Я тогда силой заталкивал его обратно домой. Мы пили какао с корицей и наблюдали за приходом зимы. Помню как мы вместе лепили снеговиков и Ликс отдал ему свой шарф и шапку, а я отдал ему свои вещи, чтобы он снова не заболел. Он тогда отпирался, говорил, что ему вовсе не холодно. Потом, уже к концу декабря вместе наряжали ёлку. Феликс тогда случайно уронил один из шариков и порезался. Я побежал за пластырем, а когда пришёл, увидел как он пытается сдержать смех, ведь как он сказал "не стоит так волноваться, это лишь маленькая царапина". Тогда Ликс сказал, что должен съездить домой в Австралию, чтобы поздравить родителей. Я не хотел его отпускать, боялся, но он успокаивал меня тем, что едет всего на неделю, что будет обязательно звонить и писать, и к Новому году обязательно вернётся. Я провожал его со слезами на глазах, стиснув в объятиях, не хотя́ отпускать. Он тогда тоже улыбался, своей солнечной улыбкой и поцеловав меня в губы, ушёл на посадку в самолёт. Я в тот день не смогу уснуть, было одиноко и непривычно. Феликс позвонил мне уже утром следующего дня, сказал что долетел отлично и пообещал приехать в следущий раз уже в вдвоём , чтобы я познакомился с его родителями. Я чувствовал через экран его улыбку. Он тоже скучал. Дни шли, неделя прошла, и Феликс уже стоял в аэропорту, разговаривал со мной по телефону и ожидал посадки. Через несколько минут попрощался со мной и быстро сказав " скоро увидимся ", спросил трубку. Я приехал в Аэропорт пораньше, чтобы его встретить. Но время прилёта перенесли сначала на час, потом ещё на один, и ещё. У меня началась паника. Я подходил ко всему работающему персоналу, спрашивал скоро ли прилетит самолёт, а они лишь разводили руками, и говорили что возникли какие-то проблемы из-за погоды. Мне было страшно, но я знал, что Феликсу сейчас намного страшнее. И ещё через по всему аэропорту раздался голос, который разделил мою жизнь на "до" и "после": "рейс Е287 Австралия - Корея потерпел крушения. Прошу не поддаваться панике до выяснения обстоятельств." В этом момент мой мир рухнул. Я не мог поверить. Не хотел верить. Он не мог умереть. Это всё шутка. Злая и жестокая шутка. Как вернулся домой я не помню. Как разбил все картины в рамках тоже не помню. И как напился тоже. Помню только те ненавистные слова в аэропорту. Зима шла. Все эти 2 оставшихся месяца я жил одним днём. Днём смерти Феликса. Я засыпал в 5 утра со слезами на глазах и просыпался через 30 минут от очередного страшного сна, где он, моё солнышко падает с высокой скалы, а я не могу ничего сделать. Как и тогда, я ничего не смог сделать. Зима прошла. Она разлучила нас. 01.01.2021 Пришла Весна. Тогда я попал в больницу. Сначала с изнеможением, а потом с 5 стадией депрессии. Меня реанимировали прямо из колледжа, когда я упал в обморок выходя из аудитории. В психушке я пролежал месяц, после чего попытался жить дальше. Выбросил всё какое и корицу. Спрятал наш зеленый плед на самую высокую полку шкафа. Все совместные фотографии убрал в архив памяти на телефоне. Я пытался забыть. Но не мог. Купил какао и молотую корицу. Придя, домой заварил напиток, достал любимый зелёные плед, долго вдыхал аромат, оставшийся после Феликса, перечитывал сонеты Шекспира и плакал. Слёзы сами скатывались по щекам прямо на страницы книги. Дни тянулись долго и однотипно. Мне казалось, что я схожу с ума. Весна закончилась. Закончилась и моя нормальная жизнь. 07.06.2021 И снова лето. На протяжении месяца я приходил к берегу того самого моря. Не знаю, чего мне хотелось. Наверно снова, как тогда, сидеть вместе в объятьях и считать звёзды. Сейчас бы я вслушивался в каждое слово, сказанное Феликсом. За все эти пол года, я похудел примерно на 15 килограмм, мои волосы стали ломкими и сухими из-за депрессантов. Цвет кожи и круги под глазами напоминали трупное тело. За все эти пол года не было ни одной новости по поводу крушение того самого самолёта. Почему он упал? Были ли выжившие? И кто умер? Ничего. Просто тишина. Через неделю, утром одного дня, я не заметил нашего зелёного пледа который всегда лежал рядом на кровати. Мне тогда показалось, что я его забыл на пляже. С памятью тоже были огромные проблемы. Самое страшное было забыть как звучал и выглядел Феликс. Я боялся, что однажды проснусь и не смогу вспомнить его образ. Его белые пряди, необычные глаза и россыпь веснушек. Встав тогда через силу и одевшись, я направился к морю. Вдалеке кто-то сидел и из-за плохо зрения было не понятно кто именно. И подойдя ближе я онемел, то ли от шока, то ли от страха. Там сидел он, Феликс. Почти не изменившийся. Тоже немного похудевший и с бледной кожей. Но всё ещё прекрасный. Я тогда долго тёр глаза, подумав, что и вправду сошёл с ума и начал видеть галлюцинации. Но подойдя ближе, понял что это и вправду он. Феликс развернулся ко мне лицом, взглянул на меня небесным взглядом и слегла улыбнувшись, тихо сказал: "Привет, Хёнджин~и, я взял плед, надеюсь ты не против." Я не смог сказать ни слова и просто притянул Феликса в свои объятия. И снова слёзы, но уже от счастья. Он жив, моё солнышко со мной. –К-как ты в-выжел? Г-где ты был в-всё это врем-мя? Скажи мне пожалуйста Ликси. Слишком много вопрос крутилось в моей голове. Но он только молчал и были слышные тихие всхлипы, Феликс тоже плакал. И отстранившись посмотрел на меня своими мокрыми от слёз глазами. Он мне рассказал, что впал в кому на 5 месяцев, а потом ещё месяц восстанавливался. И только сейчас смог вернуться. Я обнял его ещё сильнее и поклялся, что никогда больше не отпущу. Мы в тот день навёрстывали упущенные дни. Долго лежали в обнимку на нашем пледе, пили какао с корицей и целовались. Мы любили друга. Любили до потери памяти.