Грех в Иванову ночь

Нежное пение птиц раздаётся со всех сторон. Они сидят и на тонких ветках деревьев, и на зелёной траве, и на серебристых камнях. Их голоса смешиваются с тихим журчанием воды, создавая мелодичную музыку для всего живого. И никто не смеет нарушить этот покой.

***

Лёгкий бег. Быстрое дыхание. Светловолосый юноша мчится впереди, иногда поглядывая назад, через своё худое плечо и звонко смеётся. За ним следом спешит другой молодец, только уже с тёмными волосами. Он уже тяжело дышит, но старается ни на шаг не отставать от первого, также ярко улыбаясь и хихикая вслед. Блондинистые волосы постоянно переливаются на тёплом солнечном свету и создают красивый золотистый отлив, часто прилетая в смуглое лицо второго и слегка щекочат его своими кончиками. А тот и не против, он готов терпеть всё это целую вечность, лишь бы видеть эту красивую копну длинных волос всегда рядом, или, как сейчас, впереди себя. Только тот успевает задуматься об этом, как задевает пальцами на ноге, неизвестно откуда взявшуюся, корягу, и начинает падать прямо на бежавшего впереди парня. Брюнет сразу же цепляется за рукав его рубахи и намеренно роняет под себя, а после рефлекторно выставляет руки вперёд, чтобы не задавить бедного мальчишку. Через мгновение темноволосый уже нависает над белокурым юношей и тяжело дышит ему прямо в залитое веснушками лицо. В его небесного цвета глазах читалось некоторое смятение и искреннее удивление, но ни малейшего намёка на какие-либо возражения. Наоборот. Краем глаза тот заметил, что уголки его тонких губ были приподняты в еле заметной полуулыбке, которая достаточно быстро переросла в настоящую. Юноша так же рвано дышал, как и сам брюнет. Сейчас парни просто не могли оторвать пристального взгляда друг от друга. Всё в этот момент казалось таким ненастоящим и сказочным, что не хотелось лишний раз даже вздыхать. И спустя некоторое время дыхание обоих пришло в норму, но они всё так же с особым интересом смотрели друг другу в глаза, и старались как можно дольше не моргать. Светловолосый рассматривал глубокие, чёрные глаза перед собой и видел в них море ласки. Но в один миг сапфировая радужка всё-таки двинулась вниз и показательно направила свой взор на слегка пухлые губы чёрноглазого. Нависающий же намёк понял сразу, поэтому слегка наклонился вниз, чтобы между их лицами оставалось меньше одного сантиметра. Пару секунд и оба парня уже слились в, пропитанном нежностью, поцелуе, сладко причмокивая во время него и прикрывая глаза от долгожданного удовлетворения.

***

Тёмная ночь медленно, но верно заменяла тёплый день и постепенно накрывала своим звездным одеялом ярко-оранжевое небо. Но этот приход ночи сильно отличался от прочих, в этот раз он был долгожданным для всех. Люди, во всех деревнях, каждый год с нетерпением ждали событие, что должно было произойти в этот день. По тогдашним традициям это было только двадцать четвёртое июня. В этот праздник всегда разжигали большие костры, называемые ватру, водили дружные хороводы, а некоторые парочки, что отличались особой смелостью, даже могли перепрыгнуть вместе через огромное пламя. Кому эта затея была не совсем по душе - занимались другим, более спокойным делом, но и не менее интересным. Молодые люди группами выходили на поиски папоротника в густой лес, чтобы попытать удачу, ведь по приданию тот, кто найдет это загадочное растение в день Ивана Купалы — будет невероятно везуч и счастлив весь следующий год. Ну а у более старшего поколения были немного другие виды развлечения. Для них это был настоящий выходной и отличный праздник, во время которого можно ещё больше сдружиться со всеми соседями и знакомыми, а так же заняться традиционными обрядами с огнём и водой. Обычно в этот день абсолютно все жильцы, брали даже младенцев, с деревни уходили куда-нибудь на край своего посёлка и отмечали такое событие уже там. Для всех это было обычаем, поэтому никакой дурак не стал бы пересчитывать всех поголовно и уж точно никто не заметил бы пропажи всего двух молодых людей. Двух парней, что сейчас стояли друг перед другом, крепко держась за руки. Светловолосый чувствовал, что ладони брюнета мелко дрожали и были слегка потными, а ещё превышали по размерам его собственные. Голубоглазый лишь тихо усмехнулся от такой мысли. Он всегда видел, что Обито превосходил его по габаритам. Да и внешность у него была явно грубее, чем у блондина. У Учихи была достаточно смуглая кожа, которая хорошо сочеталась с его чёрными, как смоль, короткими волосами и такими же тёмными бусинками-глазами. Этот парень был обладателем широких и мужественных плеч, а так же явно накаченных, годами тренировок, рук и торса. Ещё и рост у него был достаточно высоким, тем более для их возраста. Полная противоположность Дейдаре, который имел более миловидную внешность, с кучей милых оранжевых веснушек, что в большом количестве окрапляли его лицо и не только. У юноши были длинные, золотистые волосы, из-за которых со спины его могли часто принять за девушку, ибо широких плеч, как и высокого роста, он не попросту не получил от матушки природы. Конечно, он мог бы накачаться, но особо это ничем ему не поможет. Да даже черты его лица были куда мягче, чем у многих парней в деревне. Однако голубоглазого это будто совершенно не смущало. Он даже не старался сделать с этим хоть что-нибудь, как пытался бы делать любой, окажись на его месте. Это и привлекало Обито в этом человеке. Он никогда не пытался как-то изменить себя. Он просто был тем, кем был на самом деле. Достаточно вспыльчивым, но при этом воспитанным и вежливым, где это нужно. Иногда бывал и слегка дерзким, но таким настоящим. Таким живым. Если так подумать, то совершенно разные качества так же привлекали и Тсукури. Он любил этого несносного человека за его простодушность и, в некоторых моментах, детскую наивность. Но при этом, в случае необходимости, тот мог быть строгим и рассудительным. Он бывал и очень добрым и мягким, но только рядом с ним. Вместе они всегда были такие. Самые-самые настоящие и самые-самые любимые друг другом. —тебе так идёт этот венок, — как-то слишком осторожно прошептал темноволосый. —конечно, как он может мне не идти, если подарил его мне ты? — так же тихо ответил белокурый юноша, с таким ласковым и успокаивающим тоном. Хоть вокруг них и не было ни души, оба говорили очень осторожно, будто боясь чего-то, но при этом ни на секунду не отводя взгляда от родного лица напротив.

***

Тусклый свет горевшей свечи слабо освещал, сделанную из дерева, комнату, в которой находилась лишь одна кровать и тумбочка рядом с ней, на которой и стоял железный подсвечник. Рядом с ним лежала какая-то старая и дряблая книжка, до которой никому уже не было никакого дела. Оранжевое сияние помогало чуть больше ориентироваться в пространстве, в том числе и в теле друг друга. Языки сплетались между собой в мокром и, пропитанном грязной похотью, поцелуе. Каждый сминал чужие губы чуть сильнее, пытаясь ещё больше насладиться близостью. Но этого было мало. Тёплые руки осторожно прошлись по талии блондина, стараясь сделать это достаточно невесомо, еле прикасаясь. Постепенно большие ладони спустились ниже и стали аккуратно поглаживать округлые бедра голубоглазого, а после и вовсе слегка сжали их в своих тисках. Брюнет приподнял того за ягодицы и усадил на деревянный край кровати. Тсукури же успел обвить, пока еще нетронутую, шею любовника своими тонкими руками, прижимая того как можно ближе к себе. Кончики его длинных пальцев слегка поглаживали затылок темноволосого, пока тот был занят мокрыми поцелуями и слабыми укусами в области выи. Блондин наблюдал за ним из под прикрытых ресниц, специально закинув голову чуть назад, чтобы открыть для Учихи больше неизведанных мест. Парень же не упускал такой возможности и вылизывал каждый миллиметр обжигающей кожи. Он постепенно спускался всё ниже, немного отодвинув рубаху юноши и оставляя тёмно-бордовые засосы на его веснушчатых плечах. Тот же шумно выдыхал и сжимал короткие, жесткие волосы на затылке брюнета меж своих пальцев. Когда же на бледных плечах и ключицах не осталось не искусанных зон, темноволосый довольно усмехнулся и, взявшись за подол одеяния любимого, потянул вверх. Сняв льняную ткань с Дейдары, тот стал любоваться прекрасным видом на слегка худощавое тело. Его светлая кожа, покрытая мелкими веснушками, практически везде, выглядела безумно мягкой и нежной. Решив проверить свои догадки, брюнет прошёлся большим пальцем по его груди, специально задевая сосок и легонько оттягивая его в сторону. Всё было именно так, как он и думал, прикасаешься будто к самому шёлку. Чувствительное тело сразу же отреагировало, отправляя по коже голубоглазого табуны приятных мурашек. Тот же тихо промычал сквозь сжатые губы и подался навстречу его действиям. Обито с интересом наблюдал за всем этим и продолжал свои махинации некоторое время, слыша довольные вздохи со стороны принимающего. Вскоре тёмноволосому всё же пришлось прекратить, ведь наслушавшись таких приятных звуков со стороны любимого, он не плохо возбудился и его дружок желал поскорее выпрыгнуть из плотной ткани. Учиха выдохнул и неожиданно толкнул блондина в грудь, чтобы тот упал спиной на мягкую на кровать. Как только тот успел опомниться, коротковолосый парень уже стянул с себя ненужную рубаху, откидывая её куда-то в угол комнаты. Теперь взору голубых глаз предоставилось подтянутое тело партнера. Именно такое, каким он его и представлял. Не слишком накаченное, но и не худое, как у него. Брюнет, довольный своим положением, осмотрел парнишку, опять наваливаясь на него сверху и сразу же настойчиво целуя того в бледные губы. Блондин же моментально отвечает, начиная сплетать их языки в очередном жарком танце. Тем временем, рука первого постепенно спускается всё ниже, начиная нагло пробираться под широкие штаны юноши. Тёплые пальцы начинают поглаживать головку давно уже стоящего члена, сочащегося смазкой, а после некрепко обхватывают основание и начинают нежно водить по члену вверх-вниз, размазывая его выделения по всей длине. Светловолосый слегка прогибается в спине, из-за этого невольно прижимаясь к телу любимого, и издаёт первый, тихий стон. Обито улыбается и приспускает с блондина его серые портки, открывая им обоим вид на заманчивую картину игр руки с половым органом. Голубые глаза пробегаются по обнаженной части своего тела, наблюдая за тем, как ладонь Учихи медленно водит по его естеству. Так же он ненароком замечает небольшой бугорок в штанах самого Учихи. Белокурый усмехается и тоже тянет свою тонкую руку к запретному плоду, но её быстро перехватывают чужие пальцы, что недавно его ласкали. Тсукури с явным недоумением смотрит сначала на руку брюнета, а после в его глаза. После этого всё становится предельно ясным. В чёрных глазах читалось сильное возбуждение, которое с каждой секундой будто нарастало. Длинноволосый ехидно улыбается и даже злорадствует ему, будто сам сейчас не горит от от желания, которое переполняет всё его тело и разум. Темноволосый, еле сдерживая себя, аккуратно отпускает руку паренька и больше не раздумывая снимает с того штаны уже полностью. Он приподнимается и раздвигает его тонкие ноги в разные стороны, чтобы устроиться меж них и полюбоваться таким прекрасным видом на обнаженное тело пред ним. Блондин слегка краснеет, но не возражает и осторожно обвивает своими ногами спину любимого парня. Тот же нежно проводит кончиками смазанных пальцев по анальному отверстию Тсукури, поглаживая его. Вскоре один палец медленно входит в блондина всего на одну фалангу, но тот сразу же морщится и пытается отодвинуться, что сделать ему не дают, придерживая за бедро свободной рукой. Обито нервно вздыхает и наклоняется к розовым соскам юноши, начиная целовать и вылизывать их, иногда вбирая в рот и посасывая набухшие бусинки. Палец же аккуратно двигается дальше, входя теперь на две фаланги. Голубоглазый что-то протяжно мычит, то-ли из-за стимуляции сосков, то-ли из-за непривычного ощущения инородного тела внутри себя. Вскоре палец погружается полностью и светловолосый вроде как даже привыкает, от чего брюнет решается на опасный шаг и так же аккуратно, но быстрее чем первый, проталкивает ещё один палец. От такой наглости светловолосый недовольно шипит и хватается за смуглое плечо, несильно, но ощутимо впиваясь в кожу своими ноготками. Коротковолосый же на это слегка прикусывает чувствительный сосок веснушчатого и начинает медленно раздвигать свои пальцы в манере ножниц. Блондин бурчит что-то невнятное из-за переизбытка самых разнообразных эмоций, вызванных перееизбытком непривычных действий, выполняемых с его телом. Спустя время Учиха, решив, что уже достаточно, моментально вынимает пальцы из паренька. Он сразу же приспускает с себя оставшуюся грубую ткань, наконец освобождая свой налитый кровью член. Обито придвигает упругий зад Дейдары ещё ближе к себе за бедра и свободной рукой придерживает половой орган на нужной высоте. Парень плавным толчком входит в юношу, погружаясь где-то половиной детородного органа в него. Брюнет выдыхает с явным облегчением, в то время как блондин слегка напрягается и тихонько шипит от непривычного и слегка болезненного ощущения внутри себя. Темноволосый как можно нежнее продолжал входить, успокаивающее поглаживая мягкие ягодицы светловолосого. Тот же прикрыл свои небесные глаза и рвано выдохнул, стараясь вновь расслабиться. Когда Обито вошёл полностью Тсукури испытывал максимально противоречивые эмоции и не совсем понимал, как ему реагировать на все это, до ужаса неправильное, но такое желанное действо. Он видел, что брюнет специально сдерживает себя и покорно ждёт, пока тот привыкнет, чтобы не причинить никакой боли или дискомфорта любимому. Вскоре белокурый выдохнул, полностью расслабляясь и, без тени сомнения, отдаваяя себя в руки Учихи. Вешеупомянутый парень тепло улыбнулся и неспеша принялся действовать. Он начал медленно двигаться в теле юноши, придерживая того за бедра и периодически сжимая их. Дейдара сначала лишь покусывал свои губы, слегка хмуря светлые брови и шипя, сквозь сжатые зубы. Тёмноволосый же продолжал свои действия, тихо мыча от нарастающего удовольствия. Но также он прекрасно видел реакцию блондина и обдумывал, как бы доставить ему такое же наслаждение. Остановившись на пару секунд брюнет наклонился чуть вперед, приподнимая таз светловолосого и начиная входить в него под другим углом. Из юноши тут же вырвался блаженный стон удовольствия, а сам он ещё больше прогнулся в спине от такого неожиданного наплыва приятных ощущений. Коротковолосый сразу же усмехнулся, увидев сильно покрасневшее лицо и искренне удивлённые глазки, начиная набирать обороты и двигаться куда быстрее и резче. Блондин крепко схватился за широкие плечи парня двумя руками и стал несдержанно стонать под ним, даже не пытаясь скрыть то удовольствие, которое он получает от их совместного времяпрепровождения. Обито прикрыл свои тёмные глаза, толкаясь ещё более яро и сжимая кожу парня на бедрах до красных пятен. Длинноволосый запрокинул свою светлую макушку назад, не переставая издавать звуки, прекрасно характеризующие уровень его наслождения. По всей комнате раздавались пошлые шлепки потных тел друг о друга, смешиваясь с рваным дыханием и громкими стонами. Два молодых парня сейчас занимались очень горячей и самой настоящей любовью, не помня совершенно ни про что в этом мире. Вскоре оба в один миг достигли кульминации, пачкая тела друг друга в белёсой жидкости и сразу же падая на мягкую кровать. Учиха улёгся сбоку и усталым, но довольным взглядом посмотрел на такое же измученное лицо паренька. Светлые волосы были растрёпаны и сейчас беспорядочно прилипали к потному лицу юноши. Это выглядело весьма неопрятным, но в то же время чем-то очень родным и любимым всем сердцем. Брюнет шустро вытащил из под любимого серое одеяло и накрыл их обоих. После он прижался и с нежностью обнял Тсукури, утыкая бледное лицо того в свою шею. Достаточно быстро со стороны темноволосого послышалось негромкое сопение. Дейдара лишь ласково улыбнулся этому и напоследок зевнул, также проваливаясь в глубокое царство сна, в то время как свечка постепенно догарала, пока и вовсе не потухла.

***

Нежное пение птиц не раздаётся со всех сторон. Они теперь не сидят ни на тонких ветках деревьев, ни на зелёной траве, ни на серебристых камнях. Их голоса больше не смешиваются с тихим журчанием воды, и не создают мелодичную музыку для всего живого. И не скоро здесь кто-нибудь снова запоёт.

***

Обгоревшее бревно стояло прямо посреди абсолютно пустого поля. Под ним лежали горы пепла, перемешанные с сыпучим прахом и редкими косточками, которые просто не сгорели полностью. А ведь когда-то это были любящие люди, которые просто не захотели соблюдать нормы морали. И даже если вы думаете, что поблизости никого нет, то не значит, что вас не найдут ранним утром в обнимку или не придадут этому никакого значения. Всегда считалось, что любовь — это самое прекрасное чувство на Земле, что вообще существует, но, к сожалению, даже у неё есть законы по мнению верующих людей, коих немало. А ведь мужеложство — ужасный грех, ещё и в саму Иванову ночь.