Париж - разрушает, Сидней - восстанавливает

      Когда Чан начал свои новые отношения — он осознал насколько ему не хватало любви. Чонин — просто невероятен. Он настолько добрый, что Крис не представляет как он вообще живет. Чонин такой милый, когда смущается — Чан не может перестать думать о нем и о его красных щечках. Чонин продолжает радовать Софи одним своим появлением, они всегда рядом. Софи становилась счастливее с каждым днем и Чан не мог перестать радоваться, смотря на нее и Чонина. Софи сказала Чану, что знает о том, что они с Чонином встречаются всего через пять дней. В тот момент Крис думал лишь о том, как она могла это узнать. В ответ получил: «Ты даже не пытаешься это скрывать. Слишком очевидно, что вы любите друг друга. Просто не нужно думать, что я маленькая, чтобы рассказывать мне такие важные вещи.»       Софи рассказала о всех изменениях, которые успела заметить в своем отце. И Чан искренне был в шоке от того, какая его малышка умная. Она говорила все так серьезно, но при этом продолжала заменять те слова, которые не могла выговорить или не до конца понимала их значения. Софи говорила так много, так мило — Крис просто не мог перестать ей любоваться. Она была так похожа на свою маму, что Чан думал только о ней. Это казалось таким неправильным, потому что Чан в новых отношениях и старается забыть прошлую любовь, оставив о ней только теплые воспоминания. Он правда хочет отдать всю оставшуюся в себе любовь Чонину и своей дочери. Он хочет сделать Чонина счастливым, чтобы он не думал, что во всех отношениях ему могут сделать больно.       Софи просто не могла не заметить, что папа ее почти не слушает. Ей пришлось выпытывать у него, над чем он задумался. Софи не представляла, как Крис озабочен своими мыслями. Она старалась говорить так, чтобы папа понял как она видит эти отношения.       — Папа, я понимаю тебя. Правда. Да, мне всего пять, я не знаю свою маму. Не знаю, как работают отношения и все в этом роде. Но серьезно, возможно, тебе стоит включить свой разум и взглянуть на ситуацию с моей стороны. Я уверена, что вы с Ни-ни должны быть вместе. Я хочу, чтобы Чонин был с нами. Он ведь такой хороший и любит тебя, и меня. Ты любишь маму и я тоже, но ты также любишь Ни-ни и я тоже люблю его. Мы сможем стать семьёй, как это было раньше с мамой. Пожалуйста.       Чан просто поверить не мог. Его малышка так беспокоится о нем, это было так неправильно. Ей всего пять, она должна думать об игрушках, должна веселиться. В тот день они обнимались очень много. Софи не смогла сдержаться и плакала. Ей так хотелось, чтобы папа был счастлив и, чтобы он начал понимать ее. Она невероятно сильно хотела того, чтобы Чонин был с ними. Они бы смогли стать большой семьёй, какую так сильно хотела Софи.

***

      После разговора с Минхо, Чонин решил поменять свое мнение. Нельзя вечно жить в сомнениях, которые будут губить всю жизнь. Ему хотелось верить, что у них с Чаном все получится. Это было очень непросто. Они живут в разных странах, они не смогут вечно быть рядом. Чонину нужно будет уехать в Корею. Он просто не сможет жить в Сиднее вместе с Банами, как бы сильно ему не хотелось.       Чонин не может покинуть Корею. Там все места, которые он невероятно сильно любит и он не хочет их покидать. Эти места хранят много воспоминаний о родителях, о Минхо. Чонин не хочет оставлять своего брата — они уже взрослые, но он просто не может быть без Минхо. Когда Чонин был в Париже, единственное, что он хотел — это оказаться рядом со своим братом. Снова почувствовать то, что у него есть человек, который любит его и будет любить несмотря ни на что.       Иногда Чонин думает, что он просто умрет если рядом не будет Ли. Он платонически зависим от него. И к сожалению, как бы Чонин не пытался проработать это вместе с психотерапевтом — ничего не получилось. Чонин просто не может. Это сложно для него — быть далеко от Минхо. Он надеется, что когда-то сможет отдалиться от брата и жить спокойно без него. Без тревожности, что может произойти что-то страшное, если его не будет рядом с Минхо. Но сейчас — нет. Он не может просто переехать в другую страну, за тысячи километров, без возможности видеть своего брата. Это губительно, но он не может.       Чонин долго размышлял по поводу всей ситуации, которая с ним сложилась. Ему было плохо от мысли, что он не сможет быть рядом с Чаном и Софи. Если это расстояние просто ухудшит все их отношения, которые строятся очень быстро? Все может пойти не так, как представляет это Чонин. Он хочет, чтобы все получилось. Но сейчас это правда кажется невозможно.

***

«Well open up your mind and see like me Open up your plans and damn you're free Look into your heart and you'll find love love love love Listen to the music at the moment people dance and sing We’re just one big family And it's our godforsaken right to be loved loved loved loved loved»

***

      Чонину понадобилось два дня, чтобы принять решение — он должен обсудить свои переживания с Чаном. Он не мог прийти в себя целый день, что не укрылось от внимания Софи и Минхо. Ли понимал в чем причина — он не хотел дальше лезть в отношения Чонина. «Я дал ему совет, теперь он сам должен решить, что делать.»       Софи задавала вопросы Чонину, что с ним произошло. Почему он такой молчаливый весь день и случилось ли что-то с их отношениями с папой? Чонин, можно сказать, очнулся именно от этого вопроса. В голове проносились множество вопросов, на которые он не мог дать ответ. Чан рассказал Софи? Или она догадалась сама? Что она думает? Софи казалась очень обеспокоенной, поэтому Чонин решил сказать, что с ним. Рассказал он лишь то, что вечером он должен поговорить с отцом Софи и, что это будет очень важный для него разговор.       Софи девочка отнюдь не глупая, что и так должны были заметить. Она видела, что Чонин очень неспокоен. Он переживал, теребил в руках все, что только попадалось. Так, в кафе, он порвал абсолютно все салфетки, которые стояли на столе. Она решила, что так просто не должно быть. Попросила у Ликса телефон и позвонила папе. Он был обязан вернуться домой раньше, чтобы этот важный разговор произошел быстрее и Чонин перестал волноваться. Она даже была готова лечь спать раньше, чтобы не отвлекать Чана и Чонина. Ей абсолютно не хотелось, чтобы все закончилось, не успев начаться.       Чонин начал нервничать еще больше, когда Софи сказала, что Крис вернется раньше. Ему нужно было продумать все слова, которые он собирался сказать. Даже текст хотел написать, чтобы точно не сбиться с мысли, но потом понял, что это не совсем правильно. Мама говорила, что никакой заученный текст не будет сказан искренне.       «Ты должен говорить искренне, сынок. Ты не можешь быть уверен, что слова, которые заранее подготовишь, будут правильными. Говори от всего сердца — запинайся, делай ошибки. Человек поймет, что ты хочешь сказать, если он будет твоим. Не кривись. Что значит, не будешь ни с кем встречаться? Каждому человеку нужен человек. Вы будете любить друг друга — будете вместе. И если он будет любить тебя, то поймет даже самый ужасный бред, который ты будешь нести. Просто говори искренне — ты поймешь, если этот человек твой.»       Чонин волновался, но надеялся на лучшее — пусть Чан будет его человеком. Слова мамы не воспринимались Чонином как должное, он усердно пытался их забыть, когда состоял в отношениях с Суёлем. Но сейчас он хочет, чтобы слова мамы оказались правдой. Как это будет? Поймет ли Крис его переживания? Или все закончится так быстро?

***

      Вечер подошел слишком быстро и неожиданно для Чонина. Чан был уже дома. Софи продолжала говорить, что ее можно оставить дома одну и ничего серьезного с ней не случится. Чан был очень скептически настроен, но все же согласился оставить дочь одну. Она выполняла обещания всегда, но волнение не покидало его, когда он уходил из дома.       Чонин пытался не говорить — он слушал Чана и старался придать себе более спокойный вид. Сложно было сделать это, когда в голове мысли совсем не о хорошем. Ян желал оказаться быстрее на пляже, в месте, где почти никого нет. Они с Чаном нашли его в тот день, когда начали встречаться. Там спокойно — тихий берег, вода, которая бьется о скалы и прекрасный вид на закат.       Они сидели рядом и смотрели на удаляющееся солнце, которое окрашивало небо в оранжевый цвет, вода искрилась из-за заходящего солнца. А Чонин старался придумать как начать волнующий его разговор. Единственное, что хотел сейчас Чонин — попасть в объятия Чана и услышать: «Все будет хорошо. Я твой и буду рядом с тобой.»       — Софи звонила мне днем. Она сказала, что ты над чем-то очень переживаешь. Что случилось? — Чан начал первым и Чонин искренне за это благодарен. Он был обеспокоен и даже взгляд не отводил от Яна.       — Я… Я беспокоюсь о нас, хен… — Чонин не понимал, что ему нужно говорить. Было сложно правильно сформулировать свои мысли. — Я ведь уеду, я не буду рядом. Мне правда хочется быть с вами, но я не хочу жить тут. Я… Это так сложно, хен. Я думаю лишь о том, что мы зря решили попробовать встречаться. Минхо говорил со мной — сказал, чтобы перестал думать об этом. Что ты сможешь быть моим счастьем, но… Я не знаю. — Чонин замолчал. На глазах скопились слезы, которые не хотелось, снова, показывать Крису.       — Йена, я понимаю тебя. Я тоже беспокоюсь. Когда Феликс рассказал о том, что хочет отношения на расстоянии — я не поддержал его. Но сейчас, я думаю, что это единственный выход, который у нас есть. — Чан говорил спокойно. Чонину даже показалось, что он перестанет слышать Криса. — Давай не будем усложнять наши отношения? У нас мало времени, Йена. Всего девять дней. Давай насладимся обществом друг друга, не думая о проблемах? — Чонин лишь кивнул. Не хотелось говорить, не сейчас. — Хорошо. Иди ко мне.       Чан улыбался, с раскинутыми в сторону руками. Как он может быть таким? Такой хороший, пытался всегда быть комфортным… Возможно, не пытался. Чонину хочется верить, что они смогут дальше быть вместе. Он подобрался ближе к Бану и утонул в его объятиях. В тот момент Чонин понял, что Чан — тот человек. Его. Они не будут рядом, но смогут общаться по телефону. Они смогут как-то решить вопрос, которые теперь преследует не только Минхо и Феликса. Все получится.

***

«So, I won't hesitate no more, No more, it cannot wait I'm sure There's no need to complicate our time is short This is our fate I'm yours»

***

      В тот день Чонин вернулся в отель позже, чем обычно. И честно, он не понимал, почему Минхо смотрит на него так странно. Казалось, Ли хочет его побить, но при этом обнять и сказать, что у них все круто. Чонин долго терпел этот взгляд на себе, но, когда Минхо даже при просмотре фильма не отводил от него взгляд — он решил спросить, что не так.       — Я просто думаю, когда ты соизволишь рассказать мне, хорошо целуется Чан или нет? Хотя чего это я, судя по твоим губам — очень хорошо.       Чонин смутился. Он чувствовал, как жар расползается по всему телу. Его щеки стали красными и он хотел спрятаться от Минхо. А Ли выглядел невероятно довольным, из-за чего Чонин смущался еще больше. Противный. В тот момент Чонин решил — не расскажет Минхо ничего. Он просто начал вести себя как ребенок. Бил Минхо подушками и пытался защекотать его до смерти. Как он может так спокойно спрашивать его о таких личных вещах?       Кажется, Минхо подумал, что этот вечер был лучший в его жизни. Чонин ничего не говорил, но был таким счастливым, когда пытался увести Ли от этой темы. В такие моменты Минхо словно возвращался в детство, когда Чонин был маленьким мальчишкой, который радовался каждому дню. Чонин снова был задорным и веселым, забывал обо всем, что его тревожило. И Минхо не хотел переставать видеть его таким.       Когда Чонин устал от игр, он спокойно прекратил и лег рядом с Минхо на полу. Он рассказал о чем они разговаривали с Чаном и что решили предпринять. Минхо совсем не удивился, когда узнал, что у младшего скорее всего будут отношения на расстоянии. Но и совсем этому не обрадовался. Это лучшее решение, которые могли принять Чонин и Крис. Они не так хорошо и много друг о друге знают, они должны понять, правда ли хотят отношений друг с другом. Минхо вот несколько месяцев понадобилось, чтобы осознать, что влюблен в Феликса и хочет отношений с ним. Чонин в этот раз влюбился слишком быстро, у него не пришло осознания того, что нужно больше времени уделить размышлениям по поводу своих чувств. Они уже начали встречаться, поэтому поздно начинать думать, что это не так, как должно быть.

***

      Девять дней. Эти девять дней длились слишком быстро. Чонин хотел, чтобы они не заканчивались, но как грустно это не было, нужно было лететь домой.       Каждый день Чонин старался как можно больше времени провести с Чаном. Он оставался в его доме на ночь. Они гуляли до самого утра, потому что не хотелось расставаться. Чан просто восхитительный. Так много времени он был только с Софи, что в самом начале Чонину казалось, что Крис забыл, что значит быть в отношениях. Но Чан не забыл. Он делал маленькие подарочки, держал за руку и никогда не отпускал ее. Чонин иногда думал, что Крис просто приклеился к нему и никогда больше не отпустит.       Вечерами Софи оставалась с Минхо и Феликсом, и говорила отцу, что просто хочет, чтобы у них с Чонином все было хорошо. Она каждый день оставляла их, чтобы Чонин и Чан больше времени проводили друг с другом. Ей казалось, что это лучшее, что она может сделать в ситуации, когда Ян скоро уедет и оставит их вдвоем.       Пару раз Чонин даже забирал Софи с занятий по балету, потому что дедушка не успевал заехать за ней. В такие моменты Чонин чувствовал, что они правда большая семья. Он вспоминал как папа с Минхо забирали его со школы, потому что мама не успевала или ее задерживали на работе. Такие моменты казались для Чонина невероятными — он каждый раз понимал, что Минхо его брат, а папа на самом деле — папа.       Чонин старался больше открыть Чану свои чувства. Он предавался размышлениям и не замечал, как Чан смотрит на него. Не отводя взгляда, как будто в этом мире нет больше никого. Как будто они единственные, кто остался и кто будет жить дальше. Чан чувствовал это только в подростковом возрасте, когда начинал понимать, что влюбляется в Луизу. Все замедлялось, он видел только ее его. Сердце билось учащенно и Чан старался продлить этот момент. Чтобы никто не отвлекал, а Чонин продолжал говорить. И, чтобы Чонин не замечал искры в глазах Бана, когда он смотрит на Чонина. Чтобы не заметил, что Чан влюблен. Пусть думает, что он только нравится Чану.       Эти мысли так сложно объяснить. Но как будто, если Чонин будет знать, что Чан влюбился — момент будет испорчен. Как будто отношения уже не будут такими, какими они представляются сейчас. Не такими нежными и трепетными, когда сердце бьется в миллионы раз сильнее, дыхание перехватывает от одного вида партнера и хочется смотреть на него всегда. Не отводя взгляда, замечая каждую эмоцию или изменение в лице парня. Держать за руку и трепать по волосам, потому что они такие пушистые и нежные. Обнять и больше не отпускать, вдыхая запах шампуня, который слишком сладкий для Чана, но так подходит Чонину. Целовать каждый миллиметр на лице Яна, оставляя напоследок губы, которые мягкие и теплые, не такие, как у Криса — холодные и потрескавшиеся.       Чан так сильно хотел быть вместе, не отпускать Чонина. Остаться рядом с ним на долгое время, которое должно принести только счастье и радость. Вместе укладывать Софи спать, вместе засыпать — на одной кровати и в обнимку, как это любит Ян. Чан даже сначала не верил Минхо, когда тот говорил, что Чонин не тактильный человек. Потому, что Чонин сам лезет обниматься, сам просит продлить эти моменты, когда у Чана случается прилив нежности. Чонин словно котенок, который хочет быть на ручках и получать поцелуи в макушку.       Чонину нравится запах шоколадных «манчестер» Чана, хоть ему и не нравится, что старший курит. Нравится вдыхать этот запах, потому что он сохраняется на одежде. Нравится, потому что это Чан. Чан, которому скоро тридцать один и он жалуется, что уже начали появляться седые волосы. Чан, который рассказывает смешные моменты из своей жизни и жизни его дочери. Чонину нравится Чан и все его мелкие привычки, которые он успел заметить у Бана. Нравится смущаться только от прикосновений или взгляда. Чувствовать себя так, словно снова школьник, который влюбился в первый раз и еще не испытал всех прелестей влюбленности и взрослой жизни. Чонин так не любит прикосновения, но только если это не Чан. Он такой нежный, с этими кудряшками на голове, которые раскидывает ветер во все стороны. Такой теплый и уютный, что не хочется отпускать его никогда. Упрямый до чертиков, но Чонину так это нравится, что он готов спорить с ним вечно — видеть нахмуренные брови и надутые губы, с которых может сорваться все что угодно. Даже трехэтажный мат, который Чонин никогда бы не услышал, если бы не Чан. Чонину нравится. Нравиться делать вид, что он не замечает взгляда Чана и его теплой улыбки, когда Чонин что-то рассказывает. Он хочет быть для Чана спасением, как Софи, которая только своим появлением делает Криса счастливее.       — Чани-хен, я больше не хочу сомневаться. Я могу быть твоим?       Чонин смотрит долго. Хочет, чтобы Чан наконец стал его. Не сомневаться больше никогда, даже когда будут на огромном расстоянии друг от друга.       Просто быть друг друга. Быть далеко, но знать, что вы одно целое. Пройти испытание временем и расстоянием, но все равно быть вместе. Встретиться через длительное время, понимая, что поступили правильно, приняв такое скорое решение начать встречаться.       Просто любить.       — Да, Йени, ты можешь быть моим. Но, могу ли я быть твоим?       Чан смотрит не отрываясь. Хочет, чтобы Чонин действительно был его судьбой. Быть семьёй, которой, к сожалению, придется быть на огромном расстоянии друг от друга.       Просто быть семьёй. Знать, что тебя всегда поддержат и будут любить, хоть и через океан. А ваша дочь будет самой счастливой из всех детей, которые есть на этой Земле. Потому, что наше решение было верным и сомневаться больше не нужно.       Просто любить.       Чонин улыбается и тихо смеется. Утыкается носом в шею Чана и наконец осознает, что нашел свое счастье. Чувствует легкий поцелуй в висок и прижимается еще сильнее, хотя они и так слишком близко стоят друг к другу. Но какая разница? Они ведь любят друг друга.       Легкий ветер играет с волосами, а море бьется о камни. Чайки кричат где-то высоко в небе, а по щеке Чана катится еле заметная слеза. Четыре года страданий без любви и с дочкой на руках наконец закончились. Теперь, Чан снова влюблен и снова чувствует себя любимым. Теперь, Чан — счастлив.

«But I won't hesitate no more, No more it cannot wait I'm yours»