Пряный виски

      Чон ожидал такой реакции от своего омеги. Слишком долго он отсутствовал и слишком сильно заставил его страдать. Он просто молча слушал все, что ему говорил Тэхён, и не перебивал его. Чонгук хотел дать ему возможность выговориться, сказать всё, что он думает о нем. Как только в трубке повисла тишина, Чонгук, набравшись смелости, продолжал. — Прости меня. Я испугался. Как последний щенок струсил и сбежал. Я понял это слишком поздно. Но всякий раз, когда я брал телефон в руки, хотел набрать твой номер и извиниться, я тут же сбрасывал, — практически на одном дыхании, как будто боится что-то забыть, говорит альфа. — Ты заставил меня страдать, — уже более мягко, как маленький ребенок, отвечает Тэхён.       Он злился на Чонгука, но в душе был очень рад тому, что тот все-таки набрался смелости и позвонил. Этот звонок Тэхен ждал несколько месяцев. Он чувствовал, как сейчас, в эту минуту, его сердце колотится с невероятной скоростью и готово вот-вот выпрыгнуть из груди. — Прости меня, малыш, я хочу вернуть наши отношения. Позволь мне встретить тебя с работы? — неуверенным голосом продолжает альфа. — Зачем? Чтобы опять уйти? — не сдавался Тэ. — Нет. Я не уйду больше никуда, — и следом тихим и задумчивым тоном продолжает Чон. — Знаешь, я не стирал свои вещи, в которых ты ходил — они сохранили твой запах. А еще у меня дома лежат твои вещи, никак не мог их выбросить. Они мне очень дороги. Прошло столько времени, а я все ещё не могу жить без тебя. — Прямо сейчас мне очень больно, — хнычет в трубку омега. — Малыш, дай мне шанс. Прошу тебя, — уже практически умоляя говорит альфа. — Я хочу всё исправить. — Хорошо. Завтра. В пять я буду свободен, — пытаясь скрыть радостное настроение, но с небольшим упреком, отвечает Тэ.       Тэ отключил телефон, шумно вздохнул и откинулся на спинку большого кресла. Как только он понял, что звонок был от Чонгука, он тут же выскочил из кухни и закрылся в кабинете Юнги. Сидя за большим письменным столом, он мечтательно закрыл глаза и представил их встречу. Он уже предвкушал хорошее развитие событий завтрашнего дня, точнее окончание. Сдаваться полностью и разрешить Чонгуку все, что он захочет, Тэ не собирался. Он твердо был уверен в том, что некоторое время еще помучает своего альфу в целях воспитания. Чтобы тот понимал, что он на самом деле потерял, и что не следует так поступать в дальнейшем. Тэ вышел из кабинета. — Он звонил сейчас мне, — скрывая чувство удовольствия от предыдущего разговора говорит Тэ. — Кто? — как будто не понимает, о ком идет речь, отвечает Юнги, не отрываясь от вкусного ужина. — Прости. Я не стал ждать. Слишком уж голодный, — с усмешкой говорит он. — Чон! Чон Чонгук. Он только что звонил мне и просил встретиться, — уже немного восторженно говорит Тэ. — Аааа. Ясно, — без эмоций продолжает Мин. — Ты че такой? Ты не рад за меня? Чимин? Вы не рады? — не понимает Тэхен и смотрит на парней, которые прикинулись, что им все равно. — Рад-рад. Конечно же рад. И Чимин рад. Да, милый? — Юнги подмигивает мужу. — Тогда почему вы такие? — Все нормально, не волнуйся. Мы пошутили, — смеётся Чимин. — Ну и что ты решил? — Юнги немного изменил тон и посмотрел на парня заинтересованным взглядом.       Да. С некоторых времен Юнги стал для Тэхена хорошим другом. Самый близкий у него был Чимин и всегда им останется. Но с Юнги они нашли общий язык совсем недавно, и альфа, как старший и опытный друг, взял шефство над этим милым омегой. У Тэхёна не было до этого времени друзей-альф, а сейчас целых двое — Мин Юнги и Чон Хосок. Это не могло не радовать. Юнги будто бы оберегал его, давал советы, какие-то рекомендации и поддерживал его во всем.       Юнги всегда интересовался, как у Тэ идут дела с Хоби. Со временем Тэ понял, что этот Древесный мох не такой уж и плохой человек. Просто Юнги не показывал своих эмоций и всегда старался наблюдать со стороны, чтобы потом сделать правильный вывод. Он всегда внимательно слушал, не перебивая. Иногда казалось, что Мин не здесь, что он просто спит и не вникает в суть разговора, а все потому, что он мог слушать собеседника с закрытыми глазами. Но стоило его переспросить, о чем только что шла речь, он тут же пересказывал весь диалог, а чаще монолог, дословно. Это всегда восхищало Тэхена в нем. И уже со временем Тэ просто мог позвонить и говорить, не останавливаясь, в трубку телефона, зная, что там, на конец провода, его слушают, и при этом очень внимательно.       Юнги посмотрел на мужа и многозначительно улыбнулся. Ведь он понимал, что этот звонок поступил сразу после их с Чоном разговора. Мин только и успел добраться до дома, как тот уже перезвонил. Слишком долго Чон думал. Дорога домой составила примерно минут двадцать, и все это время Чон просто сидел в машине и думал, как лучше начать разговор. — Так что ты решил? — интересуется Чимин. — Я встречусь с ним. Но не буду показывать, как сильно рад нашей встречи. — А показывать ничего не надо. Мы и так знаем, — усмехается Юнги. — В смысле знаете? — не понимает Тэ, его глаза округлились, а рот сделал изящную букву О. — Тут уже дышать нечем от запаха имбиря, — улыбается Чимин. — Черт. Я совсем забыл. Так что же мне делать? — Ничего. Иди и встреться с ним. Пусть он почувствует твой запах и пусть захочет тебя до безумия. Но ты не давай ему то, что он хочет, сразу. Пусть помучается засранец, — Чимин потирал друга по спине и старался успокоить, а то от его аромата уже начало першить горло. — Ладно. Давайте ужинать. Я голодный как волк, — Юнги присел за стол и приступил к трапезе.       Ужин прошел в тихой семейной атмосфере. Как раз то, чего сейчас не хватало Тэхену. После ужина Тэ и Чимин убрали со стола, а альфа завалился на диван, просматривая уведомления на телефоне. Чимин предложил Тэ уединиться в отдельной комнате, чтобы все подробно обсудить, что и как завтра Тэхен будет делать. Они еще долго разговаривали. Таких бесед уже давно не было между ними. В последнее время все чаще о малышах и о домашних заботах. А сейчас эти двое сидели и мило беседовали, вспоминая студенческие годы и те времена, когда они ходили в бары, и как Тэ все время сопротивлялся, когда Чимин пытался его с кем-то познакомить. Хорошие были времена. Но сейчас, кажется, лучше. Гораздо лучше. По крайней мере, для одного друга уж точно.       Вернувшись домой, Тэ не мог долго уснуть. Он лежал в темной комнате и просто смотрел в точку на потолке. Ему очень хотелось набрать номер и снова услышать его голос. Но Чимин сказал держать себя в руках. Немного поворочавшись, он почувствовал, как начал расслабляться. Через несколько минут после того, как Тэхен начал засыпать, послышалось уведомление о поступлении смс на телефон. Чонгук: «Спокойной ночи, Малыш»       Тэ, сам того не ожидая от себя, тут же написал ответ.

Тэхен:

«Спокойной ночи»

Чонгук: «Ой. Ты еще не спишь?»

Тэхен:

«Нет»

Чонгук: «Почему? Тебя что то беспокоит?»

Тэхен:

«Да»

Чонгук: «Что?»

Тэхен:

«Не что, а кто?»

Чонгук: «И кто же?»

Тэхен:

«Ты»

Чонгук: «Ты не рад, что я написал тебе?»

Тэхен:

«Не в этом дело. Я рад. Просто прошло так много времени. Ты не представляешь, как сильно я страдал. Мне правда было очень плохо без тебя»

Чонгук: «Я знаю, Малыш. Знаю»

Тэхен:

«Откуда ты можешь это знать? Тебя не было рядом все это время»

Чонгук: «Я был рядом. Всегда был рядом. Только не мог набраться смелости подойти к тебе. Прости меня, Малыш»

Тэхен:

«Но почему? Почему ты не подошел?»

Чонгук: «Я не знаю. Наверное, мне нужно было время, чтобы все осознать»       И тут Тэхен вспоминает один давний разговор с Юнги, когда тот сказал ему, что Чонгуку нужно время, и что он, Тэхен, должен просто подождать. Даааа. Миролюбивый Древесный мох. Кто бы знал, что он настолько умен.       Они еще долго переписывались. Чонгук искренне извинялся перед ним не один раз. Сказал, что даже не пытался найти замену его любимому омеге, и просто старался погрузиться как можно больше в работу, чтоб меньше думать о нем. Но ничего не выходило. Чонгук, как и Тэ, все время думал о нем, особенно в те минуты, когда возвращался домой и оставался наедине со своими мыслями.       На следующее утро Тэ отправился на работу в хорошем настроении. Предвкушение долгожданной встречи не давало ему сосредоточиться на своих делах. То и дело он погружался в свои мысли и мог сидеть с задумчивым видом несколько минут. Он был, как рассеянный ребенок, и все время поглядывал на часы в ожидании заветного часа. В семнадцать ноль-ноль, как и обещал, Чон набрал его номер. — Я здесь. У входа в здание, — взволнованным голосом произнес Чонгук. — Хорошо. Я скоро буду, — не менее взволнованно ответил Тэ.       Тэхен тут же убрал все бумаги в стол, подошел к зеркалу, чтобы убедиться в том, что за весь рабочий день он все еще прекрасно выглядит, взял свою сумку и выскочил из кабинета. По его цветущему виду было понятно, что он сейчас очень счастлив. Спустившись вниз, он проскользнул сквозь стеклянные двери и вышел на улицу. День был прохладный и солнечный. Тэ посмотрел вверх, с крыш стекали капли дождя. Солнце уже садилось, но все еще освещало и прогревало землю своим теплом. Пение птиц перекликалось с созвучной мелодией из проезжающих мимо машин. Город начинает готовиться к ночной жизни. Тэхен вздохнул полной грудью, набрав как можно больше свежего воздуха в легкие, и замер на минуту, наслаждаясь теплыми лучами солнца. Он знал, что на другой стороне улицы за ним наблюдают, и хотел как можно больше продлить этот момент и дать возможность наблюдателю осмотреть его со всех сторон и в очередной раз подумать о том, как он был не прав.       Перейдя дорогу, Тэ подошел к машине. Чонгук стоял, оперевшись на капот авто, с огромным букетом цветов. Тэхен очень любил цветы, и Чонгук всегда старался угодить ему, выбирая самые свежие и самые красивые букеты. — Привет, — Чон потянулся к омеге, чтобы поцеловать его, но Тэ повернул голову так, что альфа смог только вскользь коснуться его щеки. — Куда мы поедем? — интересуется Тэ. — А куда ты хочешь? — Я не знаю. Поехали просто покатаемся. — Хорошо.       Чон вручает букет, открывает дверь машины и усаживает омегу на переднее сиденье. Сам быстро обходит машину и садится за руль. — Тогда может просто за город? Прогуляемся? — предложил альфа. — Ага, — еле сдерживая восторг отвечает Тэ.       Они отъехали от офиса и не спеша начали свой путь по вечерним улицам города. Уже смеркалось. В вечернее время в городе начинают включаться фонари и озарять улицы своим светом. Люди активно выходят на улицы и проспекты. Кто-то идёт с работы, кто-то спешит на деловую встречу, кто-то на свидание, а кто-то свободно прогуливается, никуда не торопясь.       В это время суток атмосфера становится особенной. Как только стемнеет, все магазины и кафе с ресторанами включают свои цветные и красочные вывески, которые так и манят к себе.       Чон не торопился, он ехал, не спеша, как будто рассматривал места, где можно припарковаться, и, как только почувствовал, что Тэ немного успокоился, сделал то, от чего в нос резко ударил запах пряного имбиря. Он, как это бывало и раньше, подсунул свою руку под ногу Тэхена. Омегу тут же бросило в жар. Он старался себя контролировать, но ничего не вышло, частое дыхание и резкий аромат выдавали все его эмоции и желания. Он выпрямился и замер.       Чонгук съехал с дороги и остановился на парковочном месте где-то уже практически на выезде из города. Он потянулся рукой к лицу Тэ и повернул его к себе. Омега просто горел, щеки невероятно алого цвета, рот приоткрыт, и он, как рыба, пытается хватать воздух. — Может, выйдем на свежий воздух? — спросил альфа. — Ага, — только и смог ответить бедный омежка.       Они вышли, прошлись вдоль дороги и остановились на возвышенности. Отсюда хорошо можно было рассмотреть целый район ночного города. Повсюду горели огни, и зрелище было потрясающее. Чон подошел сзади Тэ и прижался к его спине. Сердце Тэхена готово было выпрыгнуть из груди. Его теплые руки обвивали омегу точно так же, как это было в прошлом. Плотно прижимаясь, Чонгук мог слышать биение сердца Тэхена и томные выдохи, а аромат его волос ничуть не изменился, он словно окунулся в прошлое, в один из прекрасных моментов их жизни. Тэ прикрыл глаза и вздохнул — этот уже родной запах виски снова опьянял его. Тэхен просто откинул голову назад на плечо альфы, обхватил своими руками горячие ладони Чонгука и не хотел даже шевелиться. В этом состоянии он готов был простоять вечность. Хочется умереть в его руках, но никогда не отпускать. Чон просто прижимал его к себе и вдыхал его запах. — Ты так приятно пахнешь, — шепчет альфа и утыкается носом в макушку омеги. — Такой знакомый и родной запах, — Чонгук вдыхает его аромат и продолжает. — Оооо. Постой. Я кое-что купил для тебя.       Чон достал из маленькой коробочки золотую цепочку с кулоном. Сам кулон представлял собой половину сердечка, в котором была спрятана фотография Чонгука. — И у меня такой же, — альфа достал из-под толстовки свой кулон и показал его.       Там была фотография Тэхена. Чон аккуратно надел украшение на шею омеги. — Мы — две половинки одного сердца, — тихо прошептал омега.       Тэхен просто закрыл глаза и замолчал. Сколько они так стояли, молча, не нарушая тишины, никто не помнит. Но когда Тэ почувствовал, что начал замерзать, и повернулся лицом к Чонгуку, чтобы освободиться от его объятий, и уйти в машину, Чон ловко поймал его губы и поцеловал.       Ноги Тэ подкосились. Этот долгожданный поцелуй. Невероятно нежный и страстный. Аромат его алых губ никогда еще так не опьянял Тэхена, как в это мнгновение, когда он был так близко и что-то шептал сквозь поцелуй, однако Тэ уже ничего не слышал, у него бешено билось сердце, и, казалось, оно вот-вот взорвется, наполняясь огнем, а эти первые прикосновения губ, это дыхание, это вдохновение.       Руками Чон прижимал его так сильно, что омеге казалось, будто он сейчас услышит хруст собственного позвоночника. Тэ просунул свои руки под куртку альфы и вцепился мертвой хваткой в мягкую ткань толстовки.       Прижавшись губами к губам, Чон засасывал поочередно то верхнюю, то нижнюю, а потом, просунув между ними язык, совсем вскружил ему голову. Горячий язык абсолютно по-хозяйски орудовал во рту омеги. Тэ сдался. Он полностью отдался своим чувствам и этому поцелую. Но вот сильные руки альфы спускаются ниже и вжимаются в упругие ягодицы омеги. Тэ ощущает жар под его ладонями и, когда Чон одним движением прижимает его вплотную к своему паху, чувствует невероятное возбуждение в штанах альфы, издавая тихий стон. Если мгновение назад Чон не хотел спешить и торопиться события, думал ограничиться одним поцелуем, то сейчас, почувствовав снова вкус своего омеги на губах, услышав этот стон, он возжелал его всего, целиком.       Чон почувствовал, что еще немного, и он утратит остатки терпения и самообладания, к которым так старался себя приучить. Он готов был накинуться на него прямо здесь, повинуясь зову природы. Все его нутро изнывало от буйного желания. Здесь и сейчас! — Ты нужен мне! Ничего не могу с собой поделать. И не хочу, — шепчет альфа, не переставая целовать его. — Но почему, почему ты бросил меня? — стонет Тэ, а по щеке течет слеза. — Прости. Прости меня, Малыш. — Почему ты испугался? — продолжал омега. — Я не знаю. Но главное то, что я не могу забыть твой запах, твою кожу, твой голос. Ты меня победил. Мы с тобой обо всем поговорим, — он провел рукой по его мокрой от слез щеке. — И постараемся сделать так, как будет лучше для нас обоих. 
      Тэ судорожно вздохнул. — Я люблю тебя, — вдруг сказал Чон и сам того испугался. — Боже!       Чонгуку показалось, что его окатило свежим, чистым осенним ливнем, и на душе вдруг стало так тепло и спокойно. — Вот видишь, сказал и даже не запнулся, — заметил Тэ, утирая нос рукавом куртки. — Кажется, нет. И мне это нравится. Я люблю тебя, Ким Тэхен. Никогда и никому я еще не говорил этих слов. Но как же приятно их произносить. — Я тоже люблю тебя, Чон Чонгук. Люблю так сильно, что не знаю, что б сделал с тобой, если бы ты выбрал другого омегу, — хнычет Тэ. — Ого. Звучит, как угроза, — усмехнулся альфа, пытаясь успокоить немного взволнованного омегу. — Это не угроза. Это предупреждение. Ты забыл, кто мой друг? — Милый омега Пак Чимин. А чем он тебе поможет? — подшучивает Чон. — Нет, не угадал. Древесный мох Мин Юнги, — Тэ пытается сделать серьезное лицо. — Оооо. Это уже серьезно, — улыбнулся Чон и чмокнул омегу в кончик носа.       Тэ запрокинул голову, ища губами губы альфы. Он хотел еще. Еще почувствовать его вкус у себя на языке. Он хотел ещё целовать своего альфу.       Поцелуй был долгим и страстным. У них перехватывало дыхание, стучало в висках, они даже не слышали собственных слов. Воздух искрил вокруг них, создавая ощущение светящейся ауры. — Я люблю вкус твоих губ, — еле слышно прошептал Чон. — Чем больше я целую тебя, тем больше мне хочется это делать. — Тогда не останавливай себя.       Их губы слились в экстазе всепоглощающего поцелуя. Неповторимый вкус его губ обжигал нервы и затуманивал разум альфы. Его руки напряглись, прижимая стройное тело, два сердца бешено застучали в ребра, а потом забились в унисон. От его запаха, более пряного и соблазнительного, чем прежде, захватывало дух. Альфа понимал, что теряет контроль над собой, и не может, да и не хочет, сдерживать себя.