Сирень, засохшая в огне воспоминаний

— С Кариной? - спросила мама, не особо придавая этому значение, но зато начала вновь гнуть свои принципы: — А Влад? Почему с Владом не гуляешь больше? Он же хороший парень! - с восторгом и без единой паузы проговаривала женщина, вспоминая милого парня, что подарил её девочке прекрасные полевые цветы, и обхаживал её с самого седьмого класса. Он всегда оставался вежливым, даже когда Мария не всегда вежливо посылала его. Для девушки же, этот опыт остаётся неприятным. Он никогда не слышал её просьб, не обращал внимания на истинные желания. Попытки завоевать сердце рыжеволосой девушки кончились плохо, но он искренне считал, что задарив её подарками - всё получится. — Ты же знаешь, что он никогда мне не нравился. - уставшим тоном произнесла Маша, прикладывая прохладную руку ко лбу. Кажется, ещё пару минут этого диалога, и череп взорвётся на несколько частей, оставляя на светлых стенах кухни безобразные куски мозга, что будут медленно скатываться вниз, размазывая кровь. Лицо матери будет изуродовано кровавой кашей, и душераздирающий крик прозвучит на весь десятиэтажный дом. — Вечно ты так! Много красивых парней. Я же предлагала познакомить тебя с Димой, он.. - речь затихла. Звук "ла-ла-ла" из уст Маши звучал громче и громче, закрытые руками уши слышали лишь собственный голос. Мать, как показалось, яростно махала руками, недовольная поведением своего ребенка. Чадо же, в свою очередь, быстрыми шагами забежала в свою комнату, закрывая дверь на шпингалет. Яша, услышав напряжённую беседу, выбежал из своей комнаты. Подбегая к комнате сестрёнки, он встал рядом, вслушиваясь, не плачет ли она. Яков имел довольно сильную эмпатию, и вдруг Машенька заплачет, он сам будет рыдать, будто горе произошло с ним. Этот ребёнок не любит слёзы, не любит грусть и плохие моменты. И зная это, старшая тихо плакала в подушку. Мысли вновь поглощали её, и выходили из глаз горячей водой. Она никогда не сможет рассказать матери о своих предпочтениях, никогда не станет своему братишке подобающей сестрой. Этот луч солнца разочаруется, замкнётся в себе и получит травму, которую с психологом будет прорабатывать несколько лет. Почему она просто не могла родиться нормальной? Нет, парни её привлекают, и месяц назад всё было отлично, но Карина не парень. Эта девушка с аккуратной фигурой, что любила подчёркивать её юбками и топами никак не походила на мужчину, даже самого хиленького. Она была прекрасным цветком, словно распускающаяся в конце марта сирень, и именно на её ветке был заветный пятилистный цветок. Спустя час немой истерики, с опухшим и красным лицом, девушка вышла из комнаты, с желанием выпить воды. Была ли на кухне мать: не имело значения. Игнорирование стало родным, после таких надоедливых сцен, в которых женщина не закрывает рот. У двери, сидя на полу, с усталостью в лице, сидел Яша. Но стоило в проходе появиться Маше, как улыбка младшего засияла ярче, чем луна безоблачной ночью. С громким писком радости он вскочил, обнимая, и прижимая к себе безумно близко своего родного человека. В этих детских ручках, казалось, можно задохнуться, так уж сильно он сжимал их сзади. — Маша! - прозвучало где-то в области правого бока, ведь лицо мальчика было напрочь вбито туда. — Ты вышла! А я сидел тут та-ак долго! Ты не представляешь, как я переживал за тебя! - с нотками преувеличения и восторга говорил Яков, иногда притоптывая ногами светлый линолеум. Он, как и глава семьи, не умел останавливать слова, вылетающие изо рта. Они продолжали набирать обороты, и многие из них звучали бессмысленным мычанием, из-за проглатывания букв. Маша же, с невинной улыбкой, погладила братика по рыжим, как у неё самой волосам. Мягкие, детские и волнистые волосики, которые она так любила. Этот жест всегда имел невероятную любовь, что кажется, сквозь ладонь и пальцы передавалась обоим. Присев на колени, дабы быть одного роста с Яшей, она обняла его за эти маленькие плечики, уткнувшись в его ушко. Тихо, почти шёпотом произнесла: — Я люблю тебя. - младший, в свою очередь, запрыгал на месте, прижимая сестру всё ближе к себе. Небольшой тряски от мелкого хватило, чтобы успокоиться. Он видел, в каком состоянии её лицо, но ничего не сказал. Давить на больное ему не хотелось, и они оба это поняли. — Маша, а помнишь тот парк, где мы с тобой гуляли? Самый красивый парк! Помнишь? Там ещё росли цветы, и бежала во-от такая речка! - вытягивая руки так далеко друг от друга, как получилось, Яшка показывал длину водоёма, протекающего в этом месте. Этот парк и вправду замечательный, и даже, самый красивый в их городе. Летом они гуляли там вдвоём: Яша ел мороженое, они грелись на солнышке и ходили на каждую клумбу с цветами, долго рассматривая каждый лепесток. Старшая боялась, что не уследит за младшим, а тот вёл себя слишком послушно. В этот момент она поняла, как сильно он оберегает её. Тем летом, Маша заболела в период холодной погоды, а с потеплением ещё не успела выздороветь. Несмотря на своё самочувствие, повела брата в парк, как только узнала, что он хочет посмотреть на "красивые цветочки". Зная положение сестры, он не стал надоедать ей в этот день, и всячески избегал своей активности, не давая выбраться наружу. Не слишком много вопросов, тихий смех, шаг в темп старшей - всё это давалось так тяжело, но как настоящий мужчина, Яков вытерпел всё! Он до сих пор гордиться собой за тот день, и безумно благодарен Маше. — Мама сказала, что после моего выпускного, мы пойдём туда! Представляешь? - улыбка во все зубы предстала перед девушкой, а зелёные глаза сияли словно ромашки в летнем поле. Они оба держали друг друга за плечи, смотря прямо в душу. Выпускной у Яши из детского сада будет в следующем году. В том же году, когда Маша сдаст экзамены, и наконец заберёт свой аттестат. Два выпуска за год, два поступления в новые места обучения! Младший не мог не радоваться. Погулять в этом парке можно и в самый обычный день, но все знали, что в период выпускных, там происходит настоящий праздник! Ленты, шарики, много разной музыки и весёлых ребят. Фестивали, и иногда даже фейерверки! — Чудесно, Яша! Я жду этот день так же, как и ты! - искренние слова и более яркая улыбка проявились после радости этого дитя. Невозможно оставаться кислой рядом с ним. Ткнув младшего в нос указательным пальцем, Маша поднялась с колен и пошла на кухню затем, зачем и собиралась. На кухне, в мрачной атмосфере готовила Анна. В телефоне, довольно громко проигрывался какой-то очередной сериал, с уже знакомой ушам озвучкой. Движения матери были такими же, как и всегда, но стоило взглянуть на её лицо, как нервозность передалась и подростку. Отвлекаясь от разговора с Яшей, и переходя на новую "волну" настроения: пассивную агрессию, Маша встала рядом с матерью, опираясь плечом к холодильнику. Кухня в их доме небольшая, но всё необходимое вмещалось. Неудобство лишь в том, что в момент чьей-то готовки или уборки становится трудно подобраться к кружкам, и собственно, воде. Дожидаясь, пока она отойдёт прошло несколько минут. Зная, что сзади находится дочь, Аня не отходила, делая вид, что ничего не понимает. Сказала бы Мария: "Мам, дай налью воды", всё пошло другим путём. Но в этой немой борьбе не будет проигравших. Стоит лишь запастись временем и терпением. С кружкой воды и вновь испорченным настроением Маша вернулась в свою комнату. Когда они вновь заговорят с матерью - неизвестно. Ужасный осадок от произошедшего был у каждой по своей причине. Позиция Анны такова: её ребёнок неуправляемый. Не уважает никого, делает так как хочет, никого не слушает! Грубит, язвит и думает только о себе. Но все эти мысли главы семьи, на фоне реальной проблемы в голове подростка, были лишь пятипроцентной проблемой от всей суммы. Как бы она не злилась, всё же, мать любит. Именно эта любовь загоняет её больше всего. Страх разочаровать, не оправдать надежды, стать посмешищем и изгоем, опозорить. Слёзы вновь потекли по щекам. Сжимая кулаки и жмуря глаза, Маша пыталась сдержать свои эмоции в себе. Невыносимый день. Эта обида будет с ней всё время, оставшееся сегодня. Есть много разных способов забыться в момент боли: никотин, алкоголь, или что-то ещё более запрещённое. Так же: селфхарм, все его виды. Можно конечно же включить музыку и пройтись на свежем воздухе, и это отличный вариант, вот только Маша не пробует сейчас ничего из них. Шрамы на ногах оставили отпечаток на всю жизнь, повторять своих ошибок не хотелось.. как бы не тянулись руки. Оставалось лишь биться в агрессии и слезах, топая ногами, сдерживая крики. На большее не было сил. Обида сжирала каждую крупицу сознанья. Мысли о Карине даже не появлялись в данный момент