любовь не без выстрела в сердце

Омск

24 июня 2023 год, 16:29

Дисплей смартфона демонстрировал открытое окно в одной из соц. сетей парня, где в разделе «Нравится» самой первой строчкой показалась никто иная, как нынешняя девушка Антона. Да, они были в ссоре и совсем перестали общаться после одной ситуации, которая на самом деле не была трагедией, но фактически были в отношениях. Глаза парня уставились в одну точку экрана, пересматривая раз за разом поставленные реакции, надеясь, что ему всего-то показалось, ведь, Ира вовсе не была в друзьях у автора поста, но почему-то очень быстро, в первые секунды оставила за собой лайк. В последний раз перечитывая стройку её фамилии и имени, он отбрасывает смартфон в сторону, а сам поднимается с постели. Размашистыми шагами парень отправился в комнату, откуда исходил голос Арсения. Ладонь обволакивает дверную ручку и тянет её вниз, давая возможность взглянуть на затейщика этой идеи. Голубоглазый брюнет бродил по комнате, покачиваясь из стороны в сторону. Разговаривая по телефону, он громко смеялся и щурился от яркого солнца, бросающего лучи на его лицо. Присутствие младшего не сразу привлекло его внимание, первое время он даже не увидел его и продолжал телефонный разговор, но в скором времени быстрый взгляд зацикливается на русого парня, что слегка нахмурил брови и уставился на того. Смартфон отклоняется в сторону и динамик накрылся ладонью мужчины, пока голова через плечо повёрнута на паренька, настойчиво указывающего на своё появление в комнате, причём, не с самыми добрыми намерениями. — Тош, чуть позже зайди, я сейчас занят. — оповещает его Попов, мгновенно продолжая свой смехотворный диалог. На что Антон удивлённо вскидывает брови вверх и ещё больше показывает недовольство, став громко стучать концами пальцев по деревянной двери в комнату. Стук его пальцев заполоняет всю комнату в один момент, а тем самым и начинает нервировать брюнета, который тут же нахмурился, но внимание своё не отдаёт мальчишку. Такое халатное отношение парня тоже не устраивает, поэтому он движется в его сторону, а уже там резко дёргает за локоть Арсения и этим он смог отслонить того от разговора. Просто убрал телефон от него, насильственным образом — по другому не получалось. — Ну что случилось, Антош, я разговариваю ведь. — неестественно спокойно сказал Арсений. — У меня к тебе тоже есть разговор. — повышая тон, Шастун всеми силами не даёт ему вновь отвлечься на диалог с неизвестным для него человеком. Голубоглазый трёт переносицу и вернувшись к собеседнику, оповещает его о том, что перезвонит ему чуть позже, мол, у меня появились важные дела. Следом скидывает трубку и показывает это младшему, с намёком, доволен ли он сейчас. — Теперь мы молчать будем, верно? — слегка по-грубому рявкнул на него старший. Вместо тысячи слов и объяснений, подросток хватает его за запястье, начиная вести в комнату, где находился минутами ранее. Молчанка продолжалась до сих пор, никто не говорил, но всё вполне объяснимо. Арсений — не знает что уже успело случиться и поэтому молча шёл следом за ним, Антон — держал интригу до конца, как и злость. — Зачем ты выставил эту фотку. — прикрикнул парень, выставив руку с постом прям перед мужчиной. Пара непонимающий глаз глядит в дисплей телефона, активно моргая. — А что, собственно, не так? — шепчет старший, послушно складывая руки на свои колени, ладошками вниз. Злость во взгляде Шастуна виднеется мигом, но Арсения это лишь забавляет и он поправляя ему чёлку, спародировал того. Парень вновь отстраняется к телефону и открывает окно с оставленными реакциями, где листает пару раз вниз, потому что за это время уже много людей успело заметить новый пост. Даже были комментарии, которые он пока что игнорировал, всё же была цель не полюбоваться на комментарии, а пригрозить ему иным. Он отдаёт его в руки брюнету, тыкая пальцем на профиль девушки, то бишь Иры. — И из-за этого ты планируешь устроить мне скандал. — кивает сам себе мужчина, прикрыв глаза. — Вижу, ты такой спокойный из-за этого. А ничего что это как-бы моя девушка? — практически криком возмутился парниша, даже не смущало наличие родителей Арсения в квартире. — Ничего, что вы уже как несколько дней не общаетесь, м? — он широко улыбается и за руки придвинул к себе ближе возмущённого ситуацией подростка. Тот лишь закатывает глаза на это, но оставляет этот вопрос без ответа, ибо не знает, что ему ответить. Это правда, хоть и суровая, но правда. Сказать было нечего, а выходить из этого виноватым, ведь накричал на голубоглазого, не хотелось от слова совсем. На тактильность со стороны напротив сидящего мужчины он обращает внимание, безусловно, просто оставляет её невзаимной, не имея желание тратить своё время на нежности, не в его репертуаре. По крайней мере сейчас. Возможно. — Но мы ведь вместе. И это факт. — тихо вытягивает из себя подросток, склонившись над макушкой сидящего Арсения. — Конечно, это факт, но любишь ли ты её, иль бросить просто боишься. «Мда, вот такого ты обо мне мнения. С чего вообще появилось понятие «боишься бросить»? Это странно.» — мелькает в мыслях у слегка озадаченного кудрявого. Парень чувствует на своей талии чужие руки и макушку мужчины, что нагло уткнулась в его торс. Отчего младший слегка улыбается и хмыкает, отвлёкшись от не совсем нужных мыслей. Антон пропускает фразу мамы Арсения, что прозвучала далеко в коридоре, но то, что следом уловлен хлопок дверью, давало понять — взрослые ушли из квартиры. — Пошли кушать, уже давно нужно было пообедать. — заботливо поглаживая спину мальчишки, лепечет он. — Не, Арс, я посижу. — отрицательно мотает головой тот. А уже после ойкает, ведь оказывается закинутым на плечо мужчины, а руки придерживают его, чтобы он, конечно, не упал. Угрозы мальчишки слышны по всему дому, правда, ни одна из них и не была исполнена, он уже сидел на столе и наблюдал за Поповым, что выбирал ему обед. — Я всё равно не буду есть. — победно улыбнувшись, гордо заявляет паренёк. «Хмык» накаляет обстановку и он встревоженно ёрзает на столе, заглядывая, что уже успел задумать Арсений. От него можно ожидать всё что угодно, никто не догадаешься, что он выдумает сею секунду. — Открывай рот, мелочь. — забавно протянул тот и подставляет ему ложку. — Это что? — интересуется младший, слегка щурясь. Закатив глаза, Попов просунул ему ложку, пока тот болтал и уже сам победно улыбается, складывая руки на груди. — Ну как? Мальчишка обиженно фыркает и отдаёт ему столовый прибор, а после отворачивается, чтобы не успел ещё раз запихнуть чего. — Ты не ответил на мой вопрос. Я для кого готовил? — слегка расстроенный вид заставляет парня растаять на глазах. — А это ты готовил? — вскидывает бровь Антон, — ну-у, вкусно, мне понравилось, но есть я больше не буду! С громким смехом и уже довольным выражением лица, он спрыгивает со стола и бегом направился в сторону выделенной комнаты. Но не тут-то было. Руки мужчины ловят его на ходу и поднимают вверх, сопротивляться он не может — сил не хватит. Сдаваться не хочется, вот и пытается как-то спрыгнуть с рук, что просто не получается, поэтому, признаёт поражение, давая управлять собой как вздумается старшему. Озабоченный здоровьем и состоянием парниши Арсений, мигом садит его на стол, приказав сидеть смирно. А развернувшись с ложкой, удивляется, что Антон действительно никуда не убежал. Похвалил его, потрепав по голове и под послушным положением Шастуна, скормил ему пару ложек, что в принципе, уже хорошо для него. — Всё, можешь идти куда хотел. — отпускает его Попов и приступил к уборке на кухне. Мальчишка никуда не ушёл и всё время сидел на столе, внимательно высматривая вокруг что-то интересное. Тяжёлый вздох, а следом ещё один. Перекинувшись парой слов, понял, что родители уехали с ночевой, что ещё хуже, а как же вечерние посиделки? — А-арс, а у тебя есть девушка, ну, может парень. — пожимая плечами, интересуется младший. — Я не любитель измен. — не совсем чётко отвечает он. Некоторое время Антон удерживает молчание и вправду задумывается над его словами, что показались слегка странными. Ему казалось, что он так выразил сожаление о вчерашнем поцелуе, мол, не любит такой, однако была и обратная сторона, говорящее другое — у него никого нет, поэтому он запросто распускает руки. Но это лишь догадки. Ноги касаются пола и он опирает руки на стол, чтобы просто заглянуть в глаза старшего, в которых читалось лёгкое недопонимание с его стороны. — Что-то ещё? — спрашивает он, ставя последнюю тарелку в шкаф. — А ты не ответил на мой вопрос, — кивнул кудрявый, — а теперь уходишь от вопроса в прямом смысле, а-арс, ты куда? Голубоглазый поменял свой маршрут и ушёл в комнату, словно не видел Шастуна, да и на вопрос тоже не ответил. Парень стучит пальцами по столу, провожая того до самой двери, ещё и выглянул, дабы быть уверенным, что он точно ушёл в комнату. Так ещё и дверь за собой закрыл, обычно, он её оставляет открытой, либо, закрывает, но не до конца. «Странно. Причём очень.» — пронеслось в мыслях у кудрявого и он отважно пошёл в ту же сторону. Резко ручка опускается вниз, ведь парниша думал, что она окажется закрытой, всё совсем не так. Неловко почесав затылок, он поджимает губы, а также избегает зрительного контакта с ним, тот так пристально глядит в его сторону, пугающе на самом деле. Медленными и короткими шагами преодолевает расстояние от порога до кровати, где находится источник испуга Антона своим взглядом. Пара секунд и тело парня не уж то и мягко приземляется рядом, всего несколько сантиметров. Такие большие и зелёные глаза уставились на брюнета, стараясь прожечь его полностью, как тот делал на входе, правда, сейчас почему-то это не совсем работало. — Арс, а на что ты обиделся? — пискляво протянул младший, подставляя своё лицо вместо скучной, по его мнению, книги. Старший поправляет очки на переносице и устремил поражённые такой информацией глаза. — Откуда такие мысли? — задаёт вопрос Арсений, смотря ему в глаза. — Ну-у, ты убежал просто, вот я. — Я не убежал, — перебивает его Попов, накрывая ладонью губы парня, — и не обижался тоже, не стоит волноваться. — так ласково промолвил он и потрепал в какой раз по волосам, тепло улыбнувшись. Бросая «Как знаешь» в его сторону, отсаживается в бок, занявшись своим делом. За окном уже начинало темнеть, планов на этот вечер не было, собственно, как и на ночь, точнее, у Шастуна были, он планировал не спать этой ночью, просто так, а в планах Арсения выспаться, дабы на утро не быть самым злым человеком на этой планете, обычно именно так и происходит. Заворожённый и вовлечённый полностью в книгу мужчина, дочитывает последнюю главу, совершенно разочаровавшись в этом произведении, ведь смысл так и не был раскрыт, то же можно было сказать и про сами чувства героев, которые на протяжении всей книги брали за душу, а в конце всё обрывается. Помотав головой, откладывает её на столик, откуда берёт другую, начиная изучать краткое содержание на обратной стороне от оглавления. Чтение наскучило ему, это было понятно, строчки летели в глазах и ничего не было понятно, каша в голове, все персонажи запутаны. Принимая положение лёжа, отдыхает от произошедшей суеты, а также отходя от комментариев под фотографией с поцелуем, где так сильно радуются появлению «парня» в его жизни. Становится тошно, когда вспоминает грустные глаза парниши при рассказе об лайке Иры на этот пост, нет, он безусловно видел, как тот пытался злиться, но всё безуспешно. Телефонный звонок, раздавшийся под ухом Попова после тридцати минут сна, знатно так пугает его, отчего он подскакивает, так ещё и умудрился напугать младшего. По инерции удаляется из комнаты, чтобы ответить, а поворачивая экран, видит далеко не самую приятную картину. Тяжело вздохнув, всё же отвечает, ну не оставлять же пропущенный, верно? — Да, Алён, что звонишь? — томно отзывается брюнет, стараясь быть тише, дабы не подслушал один любопытный обладатель зелёных глаз и хорошего слуха. — Разве я должна иметь причину, чтобы созвониться с тобой? — неодобрительно фыркает девушка по ту сторону трубки. — Мы разошлись с тобой, попрошу не тревожить меня. — уже заканчивает этот неприятный разговор, что явно отобразиться на его состоянии, даже внешне. Тяжёлый вздох слышится от девушки, заставляя его остаться ещё на пару секунд. — По фотографии увидела, что ты в Омске, не хочешь поведать детей? — манипулировала им Алёна, всё время приплетая детей. — Повторяюсь, мы разошлись, по поводу детей мы с тобой поговорим позже. — отрезает грубым голосом мужчина и сбрасывает. Открывая дверь в комнату, тут же поднимает брови. Антон так широко улыбался и стоял рядом с дверью, а после возвращается на кровать. Как бы не думал старший, даже осадка негативного от разговора не было, удивительно, зато приятно. — Подслушивать не хорошо. — наигранно дразнил голубоглазый, замечая за тем странную реакцию. — Ой-ой, да и пожалуйста. Кто звонил хоть? — делает вид, что ничего не слышал и совсем невинный. Арсений махнул рукой и широко улыбнулся, возвратившись к желанному сну, которого всё время так сильно не хватает всегда. На него прилетает тут же одеяло, за что он благодарит младшего и уже не стал просить его быть потише, ведь он итак всегда тихий, волноваться не за что. А вот парень находит себе занятие. Он достаёт из рюкзака блокнот, открывая его из интереса, где обнаруживает свои записи с датами, понимает, что совсем забыл про ведение личного дневника, поэтому оставляет его на самом видном месте, чтобы уже вечером написать итоги сразу нескольких дней, вдруг чего интересного произойдёт, вот и не стал торопиться. Сам же зависает в телефоне, плавая по различным ссылкам на тесты, настолько ему было скучно. Периодически проверял появление новых комментариев под постом брюнета, где все радуются за него, даже не подозревая, что никакая она не пара. Пролистывая профили комментаторов, решается написать Ире, дабы решить всё в раз, а не канючить эту тему каждый день, но не добивая до конца. Так время и шло. Арсений спал и не тревожил ворчанием Шастуна, а он в свою очередь решал судьбу нынешних отношений и не тревожит его сон. Все довольны — это самое главное. Маленькая стрелка часов отважно встаёт напротив цифры восемь, а тусклый свет от экрана телефона еле освещает настенные часы. Включить свет в комнате никто не решился. Точнее, одному лень, совсем лень. А второй спал часы напролёт, иногда лишь меняя свою позу, тем самым показывал подростку, что он всё ещё живой, просто отдыхает, да, так долго. Антон со злостью откидывает телефон и хмурится, тупо смотря вперёд себя, пока экран освещает малую часть кровати, а открытый диалог там и есть причина злости. Парня не устраивает, что его называют изменщиком, хотя где-то в душе и осознаёт, что и вправду изменил, поцелуй — это ведь измена? Не успев и попсиховать от такого, звонок в дверь злит сильнее, теперь он психует по пути. Несмотря на предыдущую ситуацию, что закончилось плачевно, он открывает входную дверь, не глядя ранее в глазок, посчитал, что это не нужное. Девушка с длинными тёмно-шоколадными волосами стоит на пороге и нагло перешагивает его, в лицо задавая вопрос про местонахождения Арсения. — И вам здрасьте, а вы кто? — только сейчас интересуется парень, забавно перегораживая проход дальше чем коридор. — Встречный вопрос. Я жена Арсения, а вот кто вы, я всё ещё не знаю. — активно жестикулируя и сменяя всё время эмоции, практически кричала неизвестная. — У него нет жены. — уверенно промолвил младший. — А вам откуда знать? — девушка проталкивает его вперёд и идёт дальше. Антон фыркает в её сторону и несмотря на тяжесть в ногах, идёт закрывать входную дверь, пока в квартире всё ещё подозрительная особа. Попов открывает глаза от шума, которым, конечно, он не то, чтобы удивлён, сколько просто недоволен. Поднимаясь с кровати он идёт на источник его пробуждения, попутно протирая глаза от сна. Лениво ведя глазами вверх, рассматривает пришедшую девушку, осознание приходит медленно, зато уверенно. Бывшая жена явилась в дом так быстро? Он поражён, какие люди двуличные. Сама бросила — сама не отстаёт. Глаза уставились на парня, что становится предметом насмешек и слышит, как она в открытую называет себя нынешней женой, что сразу выводит на злость, на обиду за мальчишку, который абсолютно ни в чём не виноват. — Антош, иди ко мне. — манит его рукой к себе Арсений, слегка улыбаясь. Парень подбегает к своему вновь спасителю и встаёт совсем рядом, пока его старательно закрывают собой, дабы не посмели трогать. — Теперь к тебе обращаюсь, — хмурясь, начинает старший, — кто тебя приглашал в мой дом и какое право имеешь как-то унижать парня моего? Щёки и уши паренька в миг окрашиваются в алый цвет и смущённо улыбнувшись, прячет своё лицо в плече мужчины, которые сразу превращаются в взаимные объятия. — Я разочарована, что какой-то ничем не примечательный подросток заменил тебе двух родных детей. — снова привлекает всё его внимание на детей и гордо задирает нос. — Тош, иди в комнату, я через пять минут вернусь. — ласково шепчет голубоглазый и доводит его до середины пути. Арсений знал, что отправить мальчишку в комнату, не самая лучшая идея, ведь выучил его характер насколько мог, отчего было тошно его заставить удалиться, понимал, сейчас он станет себя накручивать. Поправляя нависшую на глаза чёлку, улыбается ему вслед, скорее тоскливо. Сам принимается отстаивать своё мнение с бывшей супругой. Нехотя подросток заходит в комнату, мгновенно надевая наушники, дабы не слышать всего, что происходит за пределами светлой комнатушки. Улавливая ушами ритм, парень привычно стучит пальцами по столу, пока сквозь громкие песни были слышны крики, резко бьющие по сердцу. Земля, казалось, уходила из-под его ног, выстреливая в спину, где оставляет яркий шрам. Мерзость. Ему было мерзко от себя. На нём было сразу несколько ситуаций, из-за которых он бы хотел свести счёты с жизнью. Образ блондинки яро сопутствовал где-то рядом, не сказать, что он действительно чувствовал к ней любовь до безумия, нет. Скорее, это была симпатия, и то, вовсе не понятно, что именно его цепляет. Мысли пробивались в встревоженную голову. но ни одна не была толковой, все были как одна, что он не является нужным. Где именно? Везде. Всё происходящее в коридоре нельзя было никак обосновать, сам мужчина не знал, на кой Алёна явилась в квартиру без предупреждения и успела уже раздать направо и налево оскорбления младшему. И уже давно с уставшим видом, опирался на стену всем корпусом, практически не слушая очередную историю об его успехах детей. Из уст бывшей супруги всё было напрочь извращённым, она нагло манипулировала им, но объясняла это всё тем, что просто пытается поставить его на «правильный путь». Только вот, почему-то в правильном пути важное событие это возвращение в семье. «Детям нужен отец» — твердила девушка, месяцами ранее оборвав свадьбу совсем с другим мужчиной. Попов встаёт напротив и складывает руки на груди. — Как-то, ты мне сказала, что я плохой отец, так что, найди для моих дочек достойного мужчину. При всём моём уважении, если оно осталось, конечно, попрошу выйти. — диктует мужчина, пристально высматривая хоть каплю искренней любви в её глазах. — Никогда бы не подумала, что твоё лицемерное отношения будет не только ко мне, но и к родным детям, — так драматично и «искренне» растягивала она каждое слово, — разве положено, чтобы семью меняли на какого-то парня? Ладонь, создающая громкий звук от удара по деревянной поверхности, ложится на плечо шатенки, подталкивая её ближе к выходу. Попутно, он даже не вслушивается в этот спектакль жанра драмы всего для одного зрителя. Точно также мимо ушей пробегают самые обидные оскорбления, на которые он всеми силами старается молчать, лишь одно его выводило — всё это было вылито в сторону Антона. Ещё в середине этого месяца он пообещал себе, что обида больше не коснётся нежной души парниши, поэтому,. каким бы грубым он не показался, Попов захлопывает входную дверь, игнорируя звонки в дверь. Шаги сменяются на бег и секунды шли медленнее, чем он дошёл, ну или добежал, до комнаты, где сидел подросток. Стараясь отдышаться от резкой смены темпа шага, мужчина ищет опору под рукой, без слов подзывая к себе опечаленного Антона, что понурил голову глубоко в подушку. Диалог без единого слова не было замечено Шастуном, поэтому голубоглазый дёрнул на себя дверь, подмечая присутствие в комнате, оттого получает резкий и такой напуганный взор зелёных глаз. Ладонь настырно просит подойти к себе, сопровождая всё такой тёплой улыбкой, старающаяся не напугать его сильнее. Русый парниша глубоко дышит и смотрит на ладонь. Затупляя свой страх обычным доверием к мужчине, быстро и неуклюже встаёт с постели, путаясь в покрывале. Шаг за шагом даётся всё труднее, не находя рядом предмета его опоры, спасения от падения вперёд себя. Талия Антона обхвачена далеко не его пальцами, слегка сжимающие по обе стороны. Земля ушла из-под ног в прямом смысле и не успевая моргнуть, был заключен в объятия брюнета, не дотягиваясь до пола. Арсений крепко держит худое тельце, обвив талию, что далось крайне легко. — Эй, отпусти, — бубнит мальчишка, — я слишком тяжёлый, чтобы на руках таскать. — никак не уймётся Шастун, брыкаясь на руках мужчины. — Посмотри на меня, Антош, — приподнимает его выше, заглядывая в глаза, — ты не тяжёлый это раз, а два, ты всё слышал? Что он тебе сказала? Кудрявый мнётся на глазах и бегает глазами по всему помещению, неаккуратно переместив руки на шею Попова, чтобы быть слегка ближе. — Она представилась твоей женой и просто говорила, что ты променял детей на меня, что я бесстыже вмешался в вашу семью. — шептал мальчишка, не двигая головой, где ласково расхаживала рука Попова, зарываясь в его кудри. Венка в районе виска Арсения раздражённо пульсирует, пока его нервы расшатанные в хлам, завязывают тугой узел, в который давно хотелось бы пролезть по голову, а на шее остановиться. Расстройство на лице младшего бьёт пощёчину брюнету за мысли подобного рода, прижимая кислую мину к себе, щека об щеку, одна из которой заливается в краску красного цвета. — Ни в чью семью ты не лез, жены у меня нет, отец я плохой, — загибает пальцы он, — ты чудесный мальчик, так что не выдумывай себе лишнего, Алёна себя ведёт так себя уже третий год, просто запомни её и не впускай, идёт, солнце? Уголки в кровь искусанных губ Антона молниеносно плывут вверх от одного только «солнце», произнесённого где-то здесь, так рядом, так ласково. Руки непроизвольно сгибаются в локтях и обнимают его, обвивая шею крепче, пока носом он утыкается в щёку старшего. Тепло и радость вдоль бегут по тельцу парня, склеивая его сердце вновь. Он видел в мужчине самого настоящего спасителя, того самого, кто в художественных произведениях мог выполнить бесчисленное количество подвигов ради одной. Ну или одного. Как угодно. — Идёт! — радостно соглашается он. — Чудесно, — отозвался Арсений, щёлкая мальчишку по носу, — уже вечер, пора бы нам поужинать. Мы можем приготовить его вместе. — Было бы круто, только, я не умею готовить, а ты делаешь это лучше всех. — вгоняет в краску самого мужчину и тихо посмеялся. В подобной счастливой обстановке они прошли до кухни, точнее, дошёл лишь брюнет, зеленоглазый всё также находился на руках, хоть и уточнял, что в состоянии дойти сам. Уже на кухне он касается ногами пола, где тут же начинает выдвигать мнение по поводу ужина, что можно приготовить. Это давалось трудно, всё не подходило поочерёдно, сперва отказывался Попов, а после и Шастун. Всё запросто могло перейти в ссору, но до этого не дошло. Остановившись вообще на отсутствие ужина, ведь аппетит никого так и не настиг, ушли в комнату, откуда вышли на балкон с видом на ближайший район. — Сыграем в правду или действие? — выдаёт старший, щуря глаза на подростка. — Игривое настроение у тебя, — мужчина закатил глаза, — давай, только чур ты первый мне задаёшь. Арсений на это кивает и сразу же задумался. — Ты ещё даже не спросил правда или действие, а уже думаешь. — возражает тот и фыркает в его сторону. Брюнет засмеялся вместе с младшим и бьёт себя по лбу, выпаливая из себя тихое извинение за такое, отчего был отчитан, что излишние извинения без причины Антону не нравятся. Арсений вновь кивает, принимая данное заявление к сведению. — Правда или действие? — удосужился всё же спросить и внимательно наблюдает за парнем. Тот лишь подводит глаза ко лбу, да совсем задумался, хотя это только базовая фраза и ему не нужно будет придумывать задания и вопросы. Что не сказать про мужчину. Нет, он уже придумал задание для него, но если тот решится на вопрос, придётся напрячься и подумать над этим, настаивать на задание крайне подозрительно, так ведь? Поторапливая его, начинает в шуточной форме трясти за плечи, получив громкий смех. — Была не была, действие! — громко объявил мальчик, а мужчина хитро улыбнулся, навострив внимание на младшего. — Расстанься с Ирой, — неожиданно быстро сказал Попов, видя безразличную реакцию Антона. — Расстаться? Принесёшь телефон — расстанусь. — так легко соглашается он. Вставая с кресла, Попов идёт на поиски телефона парня, пока пребывает в шоке от своих же слов. «Какого хера я решаю его судьбу? Может всё-таки не нужно, он потом меня во всём обвинит.» — доносится его внутренний голос, часто подрабатывающий в роли совести, которая бывает также часто нужна. Телефон всё-таки оказывается в руках у Шастуна и всё демонстрирует голубоглазому, то бишь садится напротив него. Он открывает соц. сеть, по поиску находит Иру, а последующие действия шокируют в концы мужчину. На полном серьёзе он пишет «Нам нужно расстаться». Округлённые от увиденного глаза Арсения направляют внимание на такого радостного подростка, а словарный запас в миг исчерпался, даже слова подобрать не может, молча удивляется. — Всё, я написал, теперь твоя очередь выполнять моё действия, ну или на вопрос отвечать. — словно под диктовку тараторит Антон, показывая свою улыбку во все возможные тридцать два. — Почему ты так легко это сделал? — с некоторой досадой говорит мужчина. — Правда или действие? — парень, пускай нагло, но игнорирует вопрос старшего. Попов кусает собственные губы, что вскоре приобретают красный цвет. Цвет крови, хлынувшая ручьём. Быстро она была убрана ладонью и он задумывается над вопросом подросток. Понимает, что ответка будет точно такой же, то есть жёсткой, а вопрос может быть личным, так что монета с одинаковыми сторонами. — Удиви меня, — воскликнул мужчина, натыкаясь на замешательство младшего, — я выбираю действие. Парень задумчиво закатывает глаза и тихо мычит. — С несовершеннолетними целуешься? — в шутку бросает Антон. «Антон? Что с тобой. Почему ты сейчас настаиваешь на этом.» — мимолётно проносится мысль в голове кудрявого и также мимолётно пропадает без вести. — Было один раз, но не целуюсь. — обрывает всё Арсений. Облегчённо выдохнув, Шастун лучезарно улыбается в его сторону, стараясь всеми силами привлечь внимание на это, пока своим настойчиво неразрывным зрительным контактом желает вырвать этот момент из памяти мужчины. Придумывая более адекватное задание, которое явно не отпечатается на нежной по восприятию памяти парня, пару раз возвращается к голубым глазам, тщательно изучая каждый сантиметр его лица и тела. Лёгкое смущение витало где-то рядом с ним, не пуская в голову нормальные задания для своего собеседника, лезли далеко не умно продуманные действия, что в клочья разорвут дружелюбное взаимодействие. Пропуская мимо возмущения «Давай быстрее!» и злые взоры в свою сторону, словно назло оттягивает время. Антон махнул рукой, показывая халатное отношение к выбору задания, на которое, отчасти уже всё равно. Будь что будет. — Расскажи мне про ту девушку, — безразлично отозвался младший, правда, видимо, его не совсем и поняли, — Алёна. ну или как её зовут. Парень жмёт плечами, потому что просто не запомнил имени, да и не было возможности, отогнали в комнату. — Что? — довольно агрессивно рявкнул брюнет, — да я лучше с тобой поцелуюсь, чем буду говорить о ней. Обладатель голубых глаз недовольно фыркает и отворачивается от него. — А кто сказал, что «несовершеннолетний» это обязательно я? — подросток бьёт себя по лбу, когда тот отсаживается. Тишина. Снова тишина. Никак не обоснованная и даже без намёка на что-то. Каждый винил себя за сделанное. Зеленоглазый парнишка за сказанное, что затронул такую неприятную тему, а это было очевидно, поэтому угнетал за подобное. Арсений сожалел об излишней злости, выпалившую в сторону младшего, перед собой вновь торчит совсем грустный образ подростка, так и кидающий ножи в сердце. Хотя, на самом деле, настоящий Антон сидел с задумчивым видом, перебирая множество колец на руках. И уже придумал, как сейчас он всё поменяет и лишь дожидался нужного момента. Минут пять он планировал повернуться, однако, простой шорох со стороны брюнета насильно заставлял сидеть и ждать дальше. — Целуй. — на одном лишь вдохе бросил парнишка, ведя свой взор по утончённым чертам лица брюнета. — Что? — ошарашенный словами кудрявого подростка Арсений, поворачивается в один миг, оказавшись напротив. Шастун чувствовал новый прилив адреналина, сердце неестественно выпрыгивает из груди, доставляя не уж то и приятные ощущения. И всё решается одним моментом. Опираясь на собственные руки, корпус практически падает назад, доверяясь пускай слабым, но всё ещё держащим рукам. Вкус крови из-за нервов на губах сменяется особенным вкусом губ мужчины, так резко впившихся. Полностью по-свойски губы Арсения касаются каждого миллиметра, но не углубляет этот поцелуй, останавливается на этом. В районе десяти секунд, весь периметр губ младшего был отмечен лёгкими поцелуями, что чувствовал только Антон, ведь их совсем не видно. — Я думал ты шутишь и не сделаешь. — молвит смущённый подобным действием мальчишка. Попов по-прежнему молчит, оставляя в тайне любое своё объяснение совершённого. Чувства смешались в одно единое. Его совесть била глубоко в душу, пытаясь одуматься. Отвращение к себе бросается на него. Каким бы радостным подросток сейчас не казался, Арсений без слов встаёт с пола, он уходит в комнату, специально плотно закрывая дверь на всевозможные замки. Дыхательные пути перекрыты самим мерзким чувством. Ком к горлу нагло душит, вбивая в голову мысль об развращение несовершеннолетнего, хоть и свободного парня. Он не видел в этом эйфории, как всегда описывают в произведениях жанра роман. Мерзость. Мерзость к самому себе. Ладонь грубо ложится на губы, стараясь стереть оставшиеся следы проделанного. Влага в краешке глаз так сильно блестит и уже скоро падает на пол, куда активно падают ей подобные. Слёзы не видят конца. «Ты такая мразь, Попов.» - до боли печальный внутренний голос вновь бросает его в жар, чувствуя исключительно пустоту. Между ними ничего нет. Мужчина железно это вырезает в своей памяти из отрывков всех воспоминаний с Антоном. Он видит в этой ситуации свою легкомысленность. Жизнь по принципу «Живём один раз» в миг обрушилась с того балкона, где он посмел украсть очередной поцелуй Шастуна, хотя, не имеет к нему чувств. Арсений видит лишь то, как мальчишка привязан к старшему, как он тянется к их дружбе. И то, как сильно он сам привязался к кудрявому парнишке. Навязанное мнение об их отношений, которое просто необходимо, заставляет его совершать порой ужасные поступки. Ведь чудесно понимает, что этим отношениям просто не быть. У них нет шансов. Зеленоглазый, бросившийся вслед за брюнетом, упирается лицом в дверь, наглухо закрытая от него. Крики и мольба об открытие нагло проигнорирована. Алый оттенок вновь вернулся, но уже на глаза, откуда уже в одно мгновенье льётся ручей горьких слёз. Недопонимание о том, что не так он сделал ходит в ногу, и как жаль, что ответ находится по ту сторону двери, назло закрытую на дверь. Ещё пару раз дёрнув, он безнадёжно уходит в пустующую без Арсения комнату, тут же сваливаясь на кровать, что также не имеет своего особого значения без мужчины. «И я вновь схожу с ума. Только уже без него.»