любовь не без выстрела в сердце

Омск

2 августа 2023 год, 15:02

С момента переезда Антона к Егору, которого он встретил совершенно случайным образом, прошла уже целая неделя. За это время они устраивали пару раз недо-вечеринки всё с той же компанией. И пока многие плавали во сне под воздействием алкоголя, самая малая часть компании, а то бишь — Егор и Шастун мило болтали в соседней комнате. Все карты были вскрыты и блондин знал всю ситуацию вдоль и поперёк. Он был только рад, что такой как Антон живёт с ним, на него можно положиться, вовремя сможет помочь, да и квартиру не страшно оставить на его совесть. Всё бы ничего, но подросток зачастую блуждал по квартире в одиночестве, ведь её владелец пропадал на работе, помимо своего университета. Младший ощущал вину и стыд, что живёт за чей то счёт, а сам ничего не делает. И это действительно доставляло ему дискомфорт, причём, сильный. Даже сейчас. Мальчишка смирно сидит на диване в зале, поглядывая на входную дверь, чтобы встретить друга, а после расспросить про работу, а точнее, куда его могут устроить. На электронных часах ярко горело 15:02 — это значило, что рабочий день Вернера, а он же известен как Егор, уже окончен. Парень держал в руке личный дневник, что постепенно забрасывал, ведь в основном, его записи заключались в фразах «всё нормально» или же «ничего интересного». Планирует, как нибудь в следующий раз написать туда что-то, тот день, который явно даст о себе знать и позабыть о нём — не хотелось бы. В коридоре стал слышен шум, напоминающий открытие двери. В один момент он поднимает глаза и прислушивается, чтобы удостоверить себя в этом, а не прибежать на ложный звук, что в принципе, очень даже возможно. Когда уже пошли вздохи его нового друга, кудрявый кивает сам себе на это, теперь точно уверен — Егор вернулся. Парнишка срывается с дивана и побежал туда, мигом оказываясь уже напротив измотанного Вернера. — Я заждался тебя, Егорик, — смеялся над недовольной реакцией парня на «Егорик». — Длинный, свали с дороги, — ворчливо фыркает блондин, проходя в квартиру. За время прожития вместе, общение было на уровне, словно они были знакомы уже не первый десяток. По одному взгляду можно было понять, каково состояние и настроение соседа. А прозвища никогда не были постоянными, по крайней мере у его точно. Антон мог называть его «Егориком», за что всё время получает, но в основном, по компании гуляет прозвище «Венера», от его фамилии. Это он ненавидит ещё больше, поэтому просит его называть по имени, либо «Верн». Зато Шастуна всегда могли называть «Длинным» или «Шаст», что не является чем-то необыкновенным. Обычно, именно такие прозвища ему и давали, всё из-за роста. Нет, он не был сильно высоким, его рост еле достигал ста восьмидесяти, но по сравнению с ровесниками — отличался на голову, кому-тот даже на несколько. В детстве, часто могли пошутить над этим, что казалось ему таким обидным, он мечтал быть как остальные, ничем не отличаться, зато не будет насмешек по разным внешним факторам, которых с каждым днём взросления становилось всё больше и больше, а шутки всё обиднее и обиднее. Давая возможность полноценно пообедать Егору, без наводящих вопросов и излишней активности, сам же, игнорирует вопросы по поводу еды. Ведь его вновь тошнит от любого приёма пищи, даже лёгкие перекусы здесь не помогут. Одна мысль о его расстройстве могла заставить уйти в себя, так как карал себя за проделанное, как сильно он однажды загорелся быстрым похудением, а в будущем страдает как может, слыша, как его насильственно отправляют к врачам, чтобы излечить это. Но Антон был уверен — он со всем сможет справиться сам, ему не нужна чужая помощь, ведь тогда он ничего не будет уметь делать сам, так всегда ему твердили родители. — Выглядишь ужасно, Шаст. Тебе бы к врачу сходить, — оценочно осматривая парня с ног до головы, Вернер уплетает только что приготовленную яичницу. — Заняться мне больше нечем, буду я по врачам ходить. Я не псих, чтобы гулять в кабинете психиатра, — рявкнул подросток, сидя на самом краю столу. Пока где-то рядом Егор старается запихнуть в него хоть ложку несчастной яичницы. — Скоро жить будешь у него. — предупреждает старший, сам съедая всё, что ранее предлагал подростку. Фыркнув ещё пару раз в сторону голубоглазого блондина, активно расхаживает глазами по своему телу, высматривая очередные недостатки. А по рецепторам обоняния бьёт резкий «аромат» приготовленной еды и ком подбирается к горлу, отчего парень убегает с кухни, закрываясь в ванной комнате. Жизнь парня уже два года пропитана рвотными рефлексами, которые порой подкрадываются неожиданно и так не вовремя. Даже в школе его могла настигнуть такая пытка, приходилось сбегать с уроков, лишь бы не испытывать такой боли и самых неприятных ощущений. А после, в обязательном порядке вещей он слушал лекции он родителей, что он является никчёмным, так как сбегает с уроков. Слова про плохое самочувствие были обычным пустым местом, не были замечены, что дальше ухудшало его состояние. Уже пятнадцать минут Антон боится выйти с ванной. Ведь как только он поднимается на ноги, всё тело ведёт в сторону, а перед глазами молниеносно плывёт вся картина. Подгибая к себе колени, склонил голову к низу, планируя посидеть ещё некоторое время, чтобы быть уверенным в своём физическом состоянии. Да, возможно в разговорах с Вернером проблёскивала эта тема, старший был в курсе, однако, такого за неделю ещё не было, что сильно расстраивает. Старший отнёсся к этому с опаской, предупредив, чтобы обязательно рассказывал о таких случаях, мол, помогу чем смогу. Но опять-таки, парень не готов принимать помощь от кого-то, ему просто требовалась эта самостоятельность во всём. — Шпала, выходи давай, — Егор стучится и продолжает давить на него, дабы вышел уже. Ладонь быстро проходит вдоль всего лица Антона, слегка приводя его в чувства, а после чего он тут же поднимается, всё идёт не совсем, как в его планах. Он не выходит, а буквально вываливается с комнаты, практически поцеловавшись с полом. Ухватившись за руку двери, всё-таки остаётся цел и на своих ногах, отчего ещё пока что радостно. Натягивая на бледное лицо маску счастья, улыбается в ответ на вопросительный взгляд Егора, переводя акцент внимания на такой резкий прилив радости, заметный каждому прохожему. — Малой, ты чего, — обеспокоенный Егор глядит на Шастуна, что так непрофессионально играет роль самого счастливого человека. Вот только, этот счастливый человек чуть не разбил лоб об пол. Он не сводил с него глаза, пытаясь словить в лице хоть каплю волнения, может даже страха. — Голова закружилась и всё, не делай трагедию из этого, — умоляюще вытянул из себя подросток, — у меня к тебе есть пара вопросов, свободен сейчас? Вернер подводит глаза ко лбу и задумчиво мычит, складывая руки на груди. — Это уже вопрос, иль про время ты? — рассмеялся парень. — Это про время. Махнув рукой, старший повёл его в зал, попутно сказал, что свободен во всех планах, ну это так, если ему действительно интересно. Шастун же поднимая брови, делает далеко не довольное лицо, уже садясь напротив всея комика компании. Оттого Егор развёл руками и всячески намекает, что полностью готов слушать младшего, хотя в голове крутится много идей, о чём может быть этот диалог. Он уже готов был ответить «Если ты по поводу Арсения — ты гей». Так как каждый разговор про совместное проживания кудрявого и того самого Попова, сопровождалось улыбкой на лице, слегка это радовало старшего, что тот умеет не только запираться у себя в комнате и хранить молчание по любому поводу, а у него есть чувства, сердце, возможно самые искренние и сильные чувства, это ему и следовало узнать прямо сейчас. — Мне нужна работа, если быть кратким. — жестикулирует руками парниша, поправив свою чёлку, что быстро спала на глаза. Хотя вскоре действительно пришлось прятать глаза от старшего, потому что он вновь выражает своё недовольство, ибо уже был наслышан про историю об работе в Питере и не намерен отпускать его куда-то. Но спустя пару уговоров и обещаний зеленоглазого, загадочно хлопает глазами по разные стороны, продолжая таинственно молчать, не срывая с уст слова про работу. — За кой тебе вообще работа нужна? — подумав насчёт работы, встревает в идиллию мальчишки, что уже счастливый сидел напротив, примечая размышление Егора, — если ты думаешь, что в конце месяца я тебе выставлю счёт, спешу разочаровать, такого не будет. Я тебя добровольно подобрал, малой. А хотел бы выпроводить тебя, уже давно такое произошло бы, так что даже не думай. Подросток, насупившись, отворачивается от него, взяв телефон в руки. «Не хочешь так — сам найду. Я вам тоже не промах.» — сам себе кивает парниша, запрокидывая голову на одну из подушек, уже направляясь по ссылке из паблика по работе в Омске. — Работал когда-нибудь в колл-центре? — резко выдаёт Вернер. — Что? Нет. — подросток и понятие не имеет, что такое колл-центр, что уж там говорить про работу в нём. Уже переваривая мысль об этом, возвращается к парню, натыкаясь на ожидающий взор, — а что это и почему я там должен был работать? Впереди ему предстояло выслушать получасовую историю о том, как Егор попал в один из местных банков, куда устроился в колл-центр, а после поднялся на уровень выше. Естественно, Антон не запомнил кем сейчас работает его друг, но был настроен серьёзно. Ему не показалось, что это может быть работа трудного характера, а лишь быстрые деньги. Поэтому быстро с ним договаривается и завтра планируют вместе пойти к отцу парня, который, к слову, имеет связи, тем самым поможет парнише устроиться, дабы он так рвётся за лишним заработком. Настроение поползло вверх, пока на дисплее телефона вновь не появляется номер Попова, настойчиво названивающий ему уже вторые сутки. Те же вторые сутки, его телефон стоит на беззвучном, так что порой просто не замечает эти звонки и сотни сообщений, многие из которых это голосовые сообщения или фотографии, бог знает, что там находится, но парень больше не заходит в сеть, держа интригу. Блондин тоже заинтересовался, чего это его малой так настырно глядит в экран и даже не реагирует на его комически выступления с только что придуманными шутками. Он быстро соскакивает с дивана и на корточках сидит перед смартфоном Шастуна. Перечитывая раз за разом «Арсений» было целое разнообразие чувств, что сказать младшему, что в принципе сделать сейчас, так как любое действие будет иметь последовательность, а хорошие или нет — никто не знает. — Опять Арсений твой? Ты может поднимешь? Он уже вторые сутки звонит, серьёзно настроен мужик, — безразлично выдвигает один из вариантов тот, посматривая на растерянное лицо подростка. — Был бы серьёзно настроен, не поступил бы со мной так, — фыркает младший, просто проигнорировав данный телефонный звонок, прислонив обе ладони к лицу. Вброшенная Егором фраза «Тебе лучше знать» как всегда не заставляет его задуматься. Да и в принципе, Антон не приклонен к смене своего мнения. Говорит, что просто знает себе цену, хотя попросту в который раз убегает от излишних проблем, пока не понимая, что вторая сторона этого конфликта получает в разы больше проблем. Экран вновь загорается, оповещая о новом голосовом сообщении, после которого последовали смайлики сердечек, отчего подросток невольно морщиться. Принимая самое удобное положение, кратко отвечает на вопрос по поводу ужина. Ещё и шести часов нет, как клонит в сон. В голове просто не выстраивалась эта хронология событий, что он от обычной работы в Питере дошёл до проживания у фактически незнакомого ему человека. Один из наушников выпадывает из уха, давая шанс подслушать разговор его соседа, оттого он убирает и второй наушник. Трудно перебирая ноги, в целости и сохранности доходит до Егора, а уже там докасается его плеча, улавливая громкий визг Вернера, заставив своё тело сильно вздрогнуть. Заливаясь краской от смеха, сгибается пополам, уворачиваясь от ударов старшего. — Педик, — обиженным голосом пробурчал блондин, касаясь красных от борьбы и страха щёк. — Ну-ну, такие слова точно не про меня, я с парнями не встречась, в отличие от некоторых, — намекает на самом Егора Шастун, показывая пальцем в его сторону. — С Сергеичем не я целовался, Тох, — дерзит старший, сбросив звонок. Кухня сразу опустошается, ведь блондин со всей сил ринулся к себе, пока кудрявый возмущённо идёт следом, выражась попутно. Отношения они выяснили быстро, остановились на том, что Антон педик, точнее, на этом остановился парниша, подросток был иного мнения, хоть и понимал, что наполовину он просто себя обманывает, а вторая половина говорит, что сама ещё не разобралась, чего хочет. Неприличный жест — последнее что увидел Егор, после этого малой ушёл к себе, чтобы переодеться в уличную одежду, ведь им нужно съездить до ближайшего гипермаркета, до куда доедут на машине общего друга, — Артёма. Не сказать, что зеленоглазый рад очередной выпивке в доме, но сейчас и сам не против выпить. Принял решение, что это для него необходимо, дабы, может серые дни скрасить чем можно. Да, было действительно скучно. Егор всё время уходил то на учёбу, то на работу, оставляя за собой только бардак в комнате, да приготовленную еду на плите, ну и конечно же, запасную карту для выхода из двора, хотя, за эту неделю тот ни разу не вышел из дому, он и из комнаты выходит совсем редко, скоро будут встречать салютом каждый выход. — Обувайся быстрее, мелочь. — стоя над душой подростка, бубнит тот, подталкивая вперёд его, что уже стоит на ногах. Ещё несколько ворчливых фраз и они вместе садятся на задние сиденья машины Артёма, где коллективно с ним здороваются. — Кого пригласили хоть? — совсем невзначай спрашивает Артём, зацикливая основное внимание на дороге впереди себя. — Как обычно, только Серый не придёт, он с предками отчалил на дачу, поэтому без главного инициатора сегодня. — с некой тоской сказал Егор, пытаясь вывести на разговор задумчивого Антона, так загадочно поглядывающего в окно автомобиля. Громкая ругань раздаётся на весь салон, когда стала видна длинная пробка. Шастун кратко отвечает на наводящие вопросы, задавая в ответ встречные. Не горел он желанием разговаривать, но чтобы не заставить друзей расспрашивать по-полной, решается поговорить, кажись, не зря. Спустя каких-то полчаса, Антон активно болтал на сокровенные темы, делясь всем, чтобы это не было. Расхаживая дружной компанией по местному гипермаркету, всё время подкалывал Вернера по поводу его отношений с парнем. Да, неправильно, зато смешно. Артём подхватывал волну смеха, упоминая всё чаще разные ситуации, вгоняя старшего в краску, что забавило обоих. До спиртного они дошли сразу, начиная рассуждать, кто сколько выпьет и вообще что в их планах. — Шаст, слабо явится к Сергеичу? — игриво произносит Артём, вмешиваясь в милые беседы этих двоих. — Ну и с какого перепуга я к нему явлюсь? Вот он я, бери меня полностью? — поддерживает нотки флирта по отношению Попова. — Значит слабо. — даже разочаровавшись, сказал шатен Артём. Шастун думал долго. Рассуждал. Нет, ему не слабо явиться, ему слабо опозориться перед взрослым мужчинам, у кого в жизни есть две дочери, две родных дочери. Поэтому игнорировал подколы своих друзей, задумчиво шагая позади всех. Пробки были как на дороге, так и на кассе, так что ему пришлось ещё пару раз наткнуться на взгляды парней, к сожалению, идущих с ним. «А с какого перепуга это мне слабо?» — резкое озарение объявляется в голове парня, заполоняя данной мыслью весь разум. Он не сразу оповестил рядом идущих об этом, подрабатывал терпилой всех шуток до самой машины. А уже там решается сказать «Не слабо» отчего все набрасываются на хрупкие плечи парня, говоря, что знали, какой тот не ссыкло. Вроде приятно слышать подобного рода слова, но страх не пропадает, ведь идти ему придётся одному, ну или перед дверью его квартиры так точно одному стоять придётся, не приходить всем табуном же, нашествие малолеток какое-то будет. Часы указывали на пол восьмого. Вся компания постепенно заходили в квартиру, активно налегая на спиртное, а Антону в горло не лезет. Пересматривая в своей памяти момент сказанного, осознаёт, шага назад просто нет. Ждёт, пока половина отвалится от них, чтобы они действительно не явились в полном составе, явно Попову это не по душе. — Чего грустим? — сваливается на его шею Егор, пьяно улыбаясь ему в лицо. — И ты туда же. — совсем трезво отвечает Шастун, бросая пьяного парня от себя, а тот и вовсе валится на пол, зато молча, даже не возмущается. Сам же, глазами ищет хоть кого-то адекватного, кто отправится на эту пытку для младшего участника вечеринки. Единственный, кто отличался своим трезвым состоянием — Артём. Поэтому он направляется в его сторону. Артём мгновенно поднимает голову от веселящих его пьяных друзей и просит их заткнуться, спрашивая у парнишки, чего уже успело случиться. Но в ответ ему идёт напоминание, что нужно явиться к Сергеичу. -Так бы сразу. Погнали. Наряжаться будешь, принцесса? — Антон помотал головой, — а зря, своего парня радовать нужно. — Он не мой парень, да и не принцесса, — буркнул младший, по быстрому выходя из квартиры, дабы не услышать ещё чего более противного, чем сведение с мужчиной. Кудрявый никогда не ловил себя на мысли своей ориентации, ведь в лице гея было представление только Позова, больше никого не встречал. Да и его самого привлекали исключительно девушки, а после поцелуев с Арсением, стало противно вспоминать эти моменты, что раньше, могли принести только счастье, пылающее огнём в его душе. Тусклый свет от уличных фонарей освещал только путь под ногами, а вид вокруг был чёрным полотном с огоньками в виде света в домах. Тишина резала ушные перепонки, всё вдали было таким таинственно ранящим, ведь показался двор Арсения, откуда было видно — в его квартире есть свет. Слегка посмеявшись над шуткой рядом идущего друга про то, что с пустыми руками в гости не ходят, сразу отводит глаза. Зайти во двор одно дело, а как войти в подъезд, намного труднее. Ключей не было, это очевидно, пришлось звонить в случайные квартиры, изредка получая грубость и отказы в ответ. — Какие люди всё же злые, — делает вывод Антон, проходя в подъезд. В лифте он нажимает привычную цифру, поднимаясь до нужного этажа, пока в голове всплывают воспоминания тёплого вечера, когда он трясся позади Арсения, что радовался встречи с родной матерью. Шатен активно обсуждал, что нехило так поживает его Сергеич, смеясь над недовольным лицом парниши. Выдыхая вместе с воздухом все страхи, он быстрым шагом направился ко входной двери, склонившись над звонком. Он даже старался подслушать, что говорят внутри, но не услышал ничего, кроме глухой тишины. Его друг просто стоял на лестничной площадке, нервно поглядывая на взволнованного Антона, у которого тряслись руки, постепенно приближаясь к звонку. Внизу живота всё стягивается в один тугой узел, переворачиваясь и забирая с собой все разумные мысли, а вместе с ними и чувства. Казалось, внутри самая настоящая пустота, ничего более. Даже не понятно, расстройство это или наоборот. Квартира несла в себе тысячу и одно воспоминание, плавно пробегающими перед большими, зелёными глазами Шастуна. Ком в горле перекрывает его дыхание, отчего в руках наступает ещё одна волна дрожи, только, сильнее. Ничего необычного ему не предстояло сделать, только, по происходящему с ним, можно было смело сказать — это не так. — Малой, всё хорошо? — послышалось эхо по всему этажу, а сам мальчишка неуверенно, но кивает, отпуская страх. Рука касается звонка, воспроизводя звук по ту сторону двери, что слышна даже ему. Дверь открывается спустя считанные моменты, а взор молниеносно падает на женщину, она же — мать Арсения. Она удивлённо посматривает на Антона, молча отступая назад. Парень понимает, что его просто напросто пропускают в квартиру, но этого ему не нужно, совсем. «Это всего лишь задание, Шаст, всего задание, прекрати вести себя как самая настоящая девчонка.» — давит на него внутренний голос, провоцируя на начало диалога, пока где-то рядом смеётся Артём. — Здравствуйте, — начинает мальчишка, кивая ошарашенной появлением Антона Татьяне. — Здравствуй, Антош, — подросток на глазах плавится от ласкового прозвища, но старается держать себя в руках, хотя бы внешне, — где ты был? Не стой на пороге, проходи, мы в курсе всего, очень надеемся, что ты простил его. — Можете позвать Арсения? — отрезает подросток, навострив свой взор на тёплую улыбку Поповой. — Арсений уехал, — объявляет Татьяна, улыбчиво стоя перед зеленоглазым, стараясь заманить его в квартиру.