Ирония любви

      "Боже! Как же хочется спать!"       Ли Ëн незаметно потер переносицу и очаровательно улыбнулся ещё одной клиентке, подходящей к барной стойке.       — Что желает госпожа?              Женщина на пару секунд зависла, глядя на красавчика бармена, а потом попросила, присаживаясь на высокий стул:       — Сделайте мне бокал "Голубого огня".       Ëн легко поклонился и принялся колдовать с ингредиентами.        "Если такая богатая, зачем приперлась в наш бар? Шла бы в La Yeon сорить деньгами", — подумал он с неприязнью.              Сегодня, мысль о том, что кто-то легко может потратить пятьдесят тысяч вон только на один бокал элитного пойла, безумно раздражала! Ëн незаметно вздохнул, подавая женщине коктейль, и переключился на других посетителей. Но в голове всё так же назойливой мухой билась мысль: "Где достать деньги на лечение брата?"        Утром ему позвонили из онкологического центра и сообщили, что операция по пересадке костного мозга прошла успешно, но требуется долгая, а главное, дорогостоящая реабилитация. Деньги надо внести срочно. Они необходимы для закупки дорогих заграничных препаратов, которые исключат отторжение тканей донора. Кстати, когда искали донора, Ëн очень надеялся, что костный мозг возьмут именно у него, но анализ выявил практически полную несовместимость их материалов.       Собственно, чему тут удивляться? Они — сводные по отцу братья. Ран младше его на десять лет. О существовании брата, будучи на смертном одре, поведал ему отец. К тому времени Ëн уже потерял и мать. Поэтому мысль, что где-то на свете есть родная душа, обрадовала его. Мальчишку, которому тогда едва исполнилось десять лет, он нашёл у старой бабки, какой-то дальней родственницы. Оказалось, что мать Рана пять лет назад уехала в Америку в поисках лучшей доли и пропала. Бабка, которая едва сводила концы с концами, с радостью согласилась, когда Ëн попросил отдать ему мальчика. Так братья стали жить вместе.       Поначалу было трудно. У мелкого оказался взрывной характер. Пару раз он даже убегал из дома после их ссор, но всегда возвращался. Были трудности и с учёбой. Несмотря на возраст, мальчишка не умел ни читать, ни писать, и Ëну, который к этому времени закончил старшую школу и поступил в колледж, пришлось много заниматься с братом. Но он не опустил рук. Ëн учился и работал. Чтобы жить в столице, нужны были деньги. Много денег. Десять лет они прожили душа в душу. Мелкий боготворил брата и мечтал о юридическом факультете университета, чтобы в будущем обеспечивать их семью.        Всё закончилось в один миг. Ëн до сих пор вспоминает этот день с ужасом! Он работал в конструкторском бюро компании Doosan Infracore, которая занималась производством строительной техники и двигателей. Как назло в этот день работы было невпроворот. Ему позвонили с неизвестного номера. Ëн сначала не хотел отвечать, но потом в сердце толкнулась непонятная тревога, и он принял вызов. Равнодушный голос медицинской сестры приёмного отделения центрального госпиталя сообщил, что его брат, Ли Ран, прямо с уроков попал в больницу, а потом, как приговор, прозвучал страшный диагноз — лейкемия.       С этого момента их жизнь разделилась на "до" и "после". Ëну пришлось уволиться с работы, чтобы ухаживать за братом. Теперь он перебивался случайными заработками. Денег катастрофически не хватало, и в конце концов Ëн продал свою квартиру, полностью оплатив лечение брата. Теперь они вдвоём ютились в маленькой однушке на окраине Сеула, которая осталась Рану от матери. Но это была ерунда! Ëн радовался, что брат пошёл на поправку. Он уже планировал вернуться на работу, но их ждал новый удар — болезнь вернулась. Требовалась повторная пересадка костного мозга. Ëн сбился с ног, но собрал нужную сумму и вот... Операция прошла успешно, но это был не конец. Нужны опять деньги. Проклятые деньги, которых нет! Завтра Рану введут первую дозу препарата. Пока бесплатно. А следующую надо оплатить. На курс нужно пять миллионов вон. Хоть банк иди грабить!       Время перевалила зо полночь, посетители расходились, бар понемногу пустел. Ëн посмотрел на часы. Как же хочется спать! А ему ещё до дома добираться! Можно вызвать такси, но ночью это очень дорого. Ничего. Добежит и так! Не впервой.        Из своего кабинетика за стойкой вышла хозяйка, госпожа Пак.       С этой, ещё нестарой, миловидной женщиной, Ли Ëна познакомил друг детства Ку Син Чжу. Когда-то они были словно братья, но Син Чжу рано женился, а потом и Ëн переехал на другой конец города, поэтому теперь они общались только по телефону, да и то нечасто. Приятель был в курсе семейных проблем Ëна, и когда тот заикнулся о подработке, познакомил их с госпожой Пак. Одинокую женщину поначалу заинтересовал красивый мужчина, но узнав историю Ëна, она сразу к нему охладела, и теперь их связывали только деловые отношения.       — Ëн, позвонила няня. Моей дочурке нездоровится. Ты закроешь сегодня бар?       Да, черт! Ëн мечтал сбежать пораньше, но, видимо, не судьба.       — А, Су Хон? — Он оглянулся, поискав глазами охранника.       — Проснулся! — фыркнула женщина. — Его сегодня нет. Он уехал на два дня с невестой в Пусан.       — Ладно, — вздохнул Ëн. Госпожа Пак его частенько выручала, и отказать этой женщине он не мог.       Она ушла, оставив на стойке бара ключи, а он, чтобы не уснуть, стал наводить порядок, всем своим видом напоминая засидевшимся гостям, что пора и честь знать.       Собственно, из всех гостей осталась только одна, изрядно подвыпившая, компания из пяти мужчин, которые сидели в конце зала.       Ëн несколько раз выразительно прошёл мимо, но они, похоже, не собирались уходить. Наконец, без четверти час, он решительно подошёл к мужчинам.       — Господа, мы скоро закрываемся...       — Вот как? — повернулся к нему здоровый, похожий на кабана мужик. — А мы хотим ещё соджу и женщин!        Остальные одобрительно зашумели и только один, высокий симпатичный, сидел с непроницаемым лицом, словно, всё происходящее его не касалось.       — Господа, вы, наверное, перепутали. Это бар, а не бордель. Но, вы можете пойти и поискать приключений. Ночь в самом разгаре.        Мужик, похожий на кабанчика, хохотнул, словно хрюкнул. Глянул на своих товарищей.       — Парни, эта милашка нас учить будет?!       Он поднялся на ноги, обошёл Ëна, оглядывая со всех сторон похотливым взглядом.       — Слушай, а ты ничего... Зачем нам баб искать. Мы и с тобой можем славно повеселиться.        Нехорошее предчувствие заставило Ëна сжаться. Драться он не умел. Хотя, если бы один на один, сумел бы, наверное, отмахаться, но их пятеро! Ëн постарался успокоить колотящееся сердце и сказал ровным голосом, ничем не выдавая своего страха:       — Я дорого стою, господа. Вряд ли вы сумеете оплатить мои услуги.       Он думал отшутиться, забыв, наверное, что перед ним пьяные мужчины...       — Ты?! Да, я таких дорогих шлюх имел, что тебе и не снилось.              "Кабанчик" положил ладонь на плечо Ëну, тот дёрнулся, сбрасывая чужую руку. Из-за стола поднялся другой мужчина с редкими усиками. Его глаза были совсем мутными. Он полез в карман, достал кошелёк.       — Сто тысяч, и ты возьмёшь в рот.              За ним поднялся другой.       — Годится! Я в деле!       "Кабанчик", стоявший рядом, неожиданно схватил Ëна за задницу.       — А я предпочитаю сладкую попку.       Ëн отскочил к стене.       — Эй, вы с ума сошли? Отвалите! Я вам не женщина!       — А какая разница? И потом, ты сам сказал, что продаешься...       — Я...       Ён прижался спиной к стене.       —Ладно, бармен, не ломайся! Обслужи клиентов. Мы хорошо заплатим.       Разгорячённые мужчины обступили его со всех сторон. Все, кроме одного. Пятый так и остался сидеть за столом, попивая соджу, безучастно глядя в окно и делая вид, что всё происходящее его не интересует.       — С кого начнём? — обвёл всех глазами "Кабанчик".       — С меня, — шагнул вперёд усатый. — Давай, милашка! Заработать сто тысяч за четверть часа, поверь, неплохо.       Ëн рванулся, пытаясь вырваться из круга, но его со смехом схватили, поставили на колени, а усатый уже расстегнул ширинку брюк...       Ëн сжал зубы, но усатый зажал ему нос, и он волей-неволей открыл рот, хватая воздух. В тот же момент глубоко, до самого горла, в рот вошёл твёрдый горячий член. Ëн захрипел, задёргался, но его держали. Он замычал, а "Кабанчик" фыркнул:       — Даже этого не умеет. А говорил, что дорого стоит! Любая шлюха справится лучше. Носом дыши, милашка!        Ëн понял, что сопротивление бесполезно. Это ещё больше раззадорит пьяных. Ему казалось, что это происходит не с ним, а с кем-то другим. Когда все прошли по кругу два или три раза, Ëн думал, что хуже уже не будет, но он ошибся.       — А теперь я хочу попробовать его сзади, — заявил "Кабанчик".        Ëна подняли на ноги, приткнули лицом к стене. Заломив руки, рывком стянули брюки вместе с бельём. Чужие руки похотливо гладили бёдра, ягодицы.       Ëн опять задергался, сжался.       — Пустите, уроды!       — Дурашка, — прошептал "Кабанчик" у самого уха, — не напрягайся, больнее будет...       Он вошёл сразу, резко, практически на сухую. Ëну показалось, что его проткнули ножом. Он закричал от боли. Но, ему просто зажали рот, продолжая терзать его задницу. Потом, когда все опять пошли по кругу, боль притупилась. Казалось, что это длится бесконечно.       Всё прекратилось в один миг.       — Демон, а ты не хочешь поиграть с этой девочкой.       А в ответ высокий равнодушный голос:       — Нет! И вы заканчивайте. Мне надоело вас ждать.       — Вот всегда ты, Демон, всё веселье обломаешь, — недовольно проворчал усатый, послушно натягивая штаны.        Он уже было направился к выходу, но всё тот же жёсткий голос остановил его:       — Деньги!       — Что?       — Ты обещал этому парню сто тысяч вон. Плати.        Усатый скривился, посмотрел на остальных, но видя, что все потянулись к кошелькам, достал деньги и швырнул на пол.       — Подними. Он честно всё отработал.       — Демон, ты чего?       — Подними! — ледяным тоном произнёс тот, кого назвали Демоном.        Бурча под нос ругательства, усатый поднял с пола деньги, положил на стойку бара.       — А я двести кладу, — с готовностью произнёс "Кабанчик", — всё честь по чести!       Когда за мужиками закрылась дверь, истерзанный парень, пошатываясь прошёл в туалет. Навис над унитазом. Его долго рвало, буквально выворачивая наизнанку. Потом из глаз брызнули слезы. Он плакал, содрогаясь всем телом, так, как не плакал с самого детства, а когда, наконец, поднялся, чтобы умыться, увидел, что он не один. Прислонившись к дверному косяку, стоял тот высокий мужчина, которого вся компания называла Демоном.       Ëн вздрогнул, прохрипел.       — Чего тебе надо?!       Ему уже было всё равно. Мужчина посмотрел внимательно, а потом произнёс бесцветным голосом.       — Закрывай бар. Я отвезу тебя домой.       — Пошёл ты к гуям! Обойдусь! Добренький?! Сука! Забирай ваши вонючие деньги и проваливай! Не-на-ви-жу!        Мужчина спокойно выслушал его истеричные вопли, развернулся и вышел из бара.       Тихо скуля, Ëн опять сполз на пол. Только через четверть часа он, наконец, поднялся, умылся и, с трудом двигаясь, вышел в бар. С отвращением посмотрел на деньги, лежащие на барной стойке. Первым желанием было спустить их в унитаз, но за собственной болью толкнулась чужая — Ран! Эти деньги нужны ему. Кривясь, Ëн сгрёб их в рюкзак, закинул его на плечо и вышел из бара. Закрывая дверь, увидел, что тот высокий мужик так и не ушёл. Он стоял рядом с шикарным чёрным мерседесом и терпеливо ждал Ëна. Парень сделал вид, что не видит его. Шагнул в сторону.       — Эй! Бармен! Тебе мало приключений сегодня? Давай отвезу домой. Не бойся, я ничего не попрошу за свою услугу.       Ëн остановился. Ему сейчас было ужасно плохо. Хотелось только одного: побыстрее оказаться дома. Поэтому, задержавшись на пару секунд, он решительно повернул к машине. Морщась от боли в заднице, сел на переднее сидение, назвал адрес. Мужчина уверенно вырулил от бара. Они ехали по тёмным улицам сеульских окраин, и неожиданно Ëну в голову пришла простая мысль: у него в сумке почти пятьсот тысяч вон. Сейчас этот "добрый дядя" вывезет его за город, долбанет по башке и заберёт деньги. Ëн скосил глаза. Этот Демон был поразительно спокоен.       Неожиданно, когда до дома Ëна оставалось два квартала, машина затормозила возле круглосуточной аптеки.       — Подожди. Я быстро, — бросил ему Демон.       Мужчина выскользнул из машины и дворами поковылял к своему дому. Но, не успел он свернуть к подъезду, как у входа на лавочке заметил уже знакомую фигуру. "Он, что? И, вправду, демон?"       Прихрамывая Ëн подошёл к подъезду.       — Чего убежал? — усмехнулся мужчина. — Боишься, что на твои деньги позарюсь? Или на твою задницу?       — Не боюсь! Какого хрена тебе от меня нужно?! Я не проститут. Всё, что случилось сегодня, было для меня в первый и последний раз! Так что не надейся, что тебе что-то обломится.       — Сегодня я даже не прикоснулся к тебе. Не люблю насилие... — Он поморщился.       — Ага! То-то ты сидел и смотрел, как твои дружки меня трахают во все дыры. — Ëна передёрнуло.       — Ну, ты отчасти сам был виноват. Не стоило провоцировать пьяных, заявляя, что дорого стоишь. Ладно. Что об этом говорить. Уже поздно. Вот.        Он протянул Ëну пакет с логотипом аптеки.       — Тут свечи ректальные. Вставь сразу две. Они снимут боль и залечат повреждения. Завтра перед сном вставь ещё одну. Через пару дней всё пройдёт.       — А ты откуда знаешь?! — вырвалось у Ëна.       — Я слишком долго живу, — усмехнулся Демон и, не говоря больше ни слова, пошёл к припаркованной на улице машине.       Утром у Ëна болело всё тело, словно его жевал и не дожевал зубастый Чанъин. Правда, задница чувствовала себя намного лучше, чем вчера. Свечи, купленные Демоном, действительно, помогли. Морщась от неприятных воспоминаний, Ëн открыл сумку, пересчитал деньги. Там оказалось почти восемьсот тысяч. Сумма, прямо сказать, странная. Ему даже не хотелось думать о том, кто и за что ему вчера заплатил. Ëн сложил деньги обратно в рюкзак и поехал в клинику. Поначалу посещение онкологического отделения наводило на парня страх и тоску. Но постепенно он привык, и теперь ему уже не казалось, что, шагнув через порог, он попадал в царство смертников. Да, здесь чаще, чем в других отделениях, умирали больные, но были и те, кто навсегда покидал эти стены, победив смертельную болезнь. И Ëн верил, что его брат будет в их числе. Потому что... ну, не могло быть так, чтобы он остался в этом мире совсем один. Не могло!       — Паршиво выглядишь, братишка! — поприветствовал Ран Ëна, когда тот показался в дверях палаты.       — Ты не лучше.       Оба засмеялись.              Ëн был счастлив, что брат в хорошем настроении. Чего они уже только не пережили с того момента, когда узнали смертельный диагноз: и истерики, и депрессию, и попытку суицида. Сейчас младший был настроен бороться, чего бы ему этого не стоило, и этот бойцовский дух радовал Ëна.       — Всё в порядке. Я нашёл деньги на твоё лечение.       —Правда?!       Ран вскинул на него счастливые глаза. Он, конечно, был в курсе семейных проблем. Именно поэтому, когда узнал о намерении Ëна продать свою квартиру, даже хотел покончить с собой, перерезав вены на руке. Каким-то шестым чувством Ëн, который был тогда на работе, почувствовал беду. Прибежав домой, он вышиб дверь в ванную, где и нашёл мелкого на полу в луже крови. Давясь рыданиями и проклятиями, перевязывая брату руки, он доходчиво объяснил Рану, что, если тот умрёт, то он тоже жить не будет. Именно тогда мелкий и поклялся, что не сдастся и будет бороться до конца.       — Ты уже позавтракал? — спросил Ëн, меняя тему, чтобы брат, упаси Бог, не стал расспрашивать, откуда деньги.       — Да.       — Неправда, господин Ли. Он почти ничего не съел. Ëн резко обернулся и увидел молодую, улыбчивую женщину в белом халате с бейджиком врача, которая незаметно подошла сзади.       — Доктор Ким, — обиженно фыркнул младший, — мы же договорились, что каша невкусная, и я поплотнее поём за обедом.       — Ну это мы с вами договорились, а ваш брат не в курсе. Я — Ким Сон, новый лечащий врач Ли Рана.       Женщина протянула Ëну руку, которую он осторожно пожал.       — А куда делся доктор Рю?       — Он у нас занимается дооперационными больными. Выздоравливающих веду я.       Выздоравливающих! Это слово стало бальзамом для души Ëна. А эта женщина... Рыжеволосая, улыбчивая. Она было похожа на лучик света.       — Я тут принёс кое-что... — засуетился Ëн, доставая из сумки плошки с едой.       — Вот и замечательно! Проследите, чтобы Ваш брат поел. Надеюсь, Вы помните, что ему нельзя никаких свежих овощей, фруктов и кисломолочных продуктов?       Она очаровательно улыбнулась и выпорхнула из палаты, оставив после себя лёгкий цветочный аромат.       — Эй, чего завис? — Ран ткнул брата в плечо.       — А?       — Докторша понравилась? Забудь! Я ещё до операции видел её с таким крутым мужиком, что тебе и не снилось.       — Да ладно. Мне до этого нет дела. Давай, ешь!       И Ëн начал открывать баночки, подвигая их брату.       А докторша ему и вправду понравилась. Вся такая свежая, живая... Ëн подумал, что неплохо было бы с ней замутить, вот только, кто он и кто она! Вряд ли она захочет иметь дело с таким неудачником. Хотя, если не строить далекоидущие планы, то ни к чему не обязывающий романчик у них мог бы получиться.       Ëн, при том, что сейчас его жизнь была почти полностью посвящена брату, отнюдь не был монахом. Молодой, высокий парень с тонкими чертами лица и красивыми тёмно-каштановыми волосами, конечно же, привлекал внимание девушек и женщин. Правда, серьёзных отношений у него ещё ни с кем не было. Ему нечего было предложить девушкам, кроме своего великолепного тела, а этот товар юными кореянками ценился невысоко. К тому же, Ран оказался жутко ревнивым и просто сходил с ума, когда видел брата с очередной девицей. Ëн ещё не забыл, как этот мелкий в тринадцать лет подсунул ему в кровать жабу, когда Ëн привёл домой очаровательную продавщицу из цветочного магазина. Девчонка напугалась до чёртиков, а Ран, которого старший брат обещал отлупить, сбежал тогда на два дня к Ку Син Чжу — школьному приятелю Ëна.       Он просидел с Раном до обеда и собрался домой только тогда, когда голодными спазмами стало сводить желудок. В уличном кафе купил бургер и, перекусывая на ходу, заторопился к остановке. Ему только что позвонили из конторы господина Со, куда он ещё месяц назад отсылал своё резюме, и предложили приехать на собеседование. Господин Со предлагал сдельную оплату с возможностью работать на дому. Такой вариант полностью устраивал Ëна. Вот почему он никак не хотел опаздывать на эту встречу. Автобуса, как назло, не было, и Ëн потянулся к телефону — вызвать такси. Эти траты не входили в его планы, но выхода не было. Или был?       Около него затормозил вчерашний мерседес.       — Садись, бармен! Подвезу.       — Иди ты...        Ëн, конечно, уточнил бы, куда должен пойти этот проклятый Демон, но рядом проходила старушка, которая неодобрительно покачала головой, и он не закончил фразу.       — Садись, — похоже, нисколько не обидевшись, опять позвал мужчина, — хуже будет, если опоздаешь.        Ëн вздрогнул и опять подумал: "Откуда он знает, что я опаздываю? Вот уж, действительно, демон." И, ещё раз взглянув на часы, он решительно сел в машину.       — Куда едем? Домой? — спросил Демон.              — Нет. Мне надо в Коян. Это далеко. Просто подбрось меня до ближайшего метро.       — Зачем? Я отвезу тебя.       — Не работаешь, значит? — презрительно фыркнул Ëн.       — Ну, будем считать, что я сейчас в отпуске.       Демон глянул на остатки бургера в руках мужчины. Спросил насмешливо:       — Фастфудами питаешься? Я думал, что теперь тебе денег хватит на приличный обед.       Напоминание о вчерашней истории обожгло Ëна, как раскалённым металлом. Он дёрнулся.       — Сууука! Останови! Слышишь?!       — Не могу, — со вздохом ответил Демон, — правилами здесь остановка запрещена. И добавил примирительно:       — Прости. Я не хотел тебя обижать. Просто не знал, как спросить, почему ты ешь такую еду.       Ëн отвернулся, закусил губу. Картинка вчерашней ночи так ярко всплыла перед глазами, что к горлу опять подкатила тошнота. Он сунул недоеденый бургер в сумку. В салоне повисла липкая тишина. Ëн уже проклинал тот миг, когда сел к этому чертовому Демону в машину. А тот вдруг коснулся горячими пальцами его руки и повторил:       — Прости. Поверь, я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Но это не самое страшное в жизни.       — Да?! А что тогда, самое страшное?!       — Смерть. Особенно, если умирает близкий человек...              Сказал и замолчал. А Ëн сразу подумал про Рана. А ведь этот придурок прав! Эти грёбанные деньги спасут жизнь его брату! Ради него Ëн готов отдать свою задницу на растерзание кому угодно. И неожиданно даже для самого себя, произнёс хрипло:       —У меня брат в больнице.       Он не сказал больше ни слова. Только почувствовал, как вдруг закаменел сидящий рядом мужчина.       — Прости...       Всю оставшуюся дорогу они молчали. Когда доехали до места, Ëн, не попрощавшись, вышел из машины, даже не сказав "спасибо".