Ирония любви

      Удивительно, но машина завелась сразу же, как только Демон сел за руль.       — Наверное, вчера мотор перегрелся, — сказал он, отводя глаза.       Обвинять любимого человека в лукавстве Ëну не хотелось. Да и какой смысл? То, что произошло между ними этой ночью, всё равно бы случилось. Не сегодня, так завтра, не завтра, так через день. Сейчас хотелось только одного: не расплескать то счастье, что наполняло его душу.       Ехали молча, по очереди бросая друг на друга нежные взгляды, а когда встречались глазами, улыбались и смущались, как школьники. Боже! Ëн только на секунду представил, как, наверное, нелепо это выглядит со стороны! Ну и пусть. Главное, что им хорошо.       Наконец, Демон не выдержал этой игры глазами. Когда до Сеула оставалось всего пятьдесят километров, он свернул на какую-то просëлочную дорогу, заехал в кусты и решительно заглушил мотор.       — Ты что? — растерялся Ëн. — Опять что-то сломалось? Демон прикрыл глаза.       — Я дорогу не вижу.       — Чёрт! Конечно! Ты же всю ночь не спал.       — Не в этом дело. — Демон затянул Ëна в объятия. — Я не хочу спать. Просто вместо дороги я вижу тебя. На минуту мне показалось, что, если я сейчас тебя не поцелую, то умру.       Ëн не отбивался, как обычно, а только фыркнул.       — Фантазёр. Давай, целуй уже и поехали домой.       Целуй и поехали? Ну-ну... На этот раз они целовались не так как этой ночью, а страстно, грубо, нетерпеливо, сталкиваясь зубами, сплетаясь языками.       Когда, наконец, тяжело дыша, они отстранились друг от друга, Ëн прохрипел срывающимся голосом:       — Ну, что, маньяк, теперь можешь ехать?       Демон, смотревший на него плавающим взглядом, отрицательно мотнул головой.       — Теперь совсем не могу. Отдохнём полчаса? — попросил он, опуская спинки кресел. Ëн только кивнул. Его, как и Демона, трясло от возбуждения...       Когда через час они наконец-то оторвались друг от друга, он убедился, что этот мужчина и руками умеет творить чудеса. Сам же Ëн, отключив голову, просто повторял всё за Демоном и, похоже, сумел не только получить удовольствие, но и доставить его другому. По крайней мере, ему хотелось так думать, глядя, как довольно улыбающийся Демон, застегивает брюки.       — Ты какой-то ненасытный, — помотал головой Ëн. — Мы теперь так и будем трахаться на каждом километре?       — Да, лапуля! И даже этого мне будет мало! Я так долго ждал тебя.       — Долго? — фыркнул Ëн. — Не прошло и месяца.       Демон вздохнул.       — Сейчас мне кажется, что я именно тебя ждал всю жизнь.       — Скажешь тоже!       Демон обнял Ëна за шею, заглянул в глаза.       — Я никого и никогда так не любил.       — Я тоже, — эхом отозвался Ëн.       Прощаясь у дома Ли Ëна, Демон предупредил:       — Лапуль, вечером я заеду за тобой.       — Опять поедем кататься?       — Нет, я сниму нам квартиру с кроватью чуть пошире, чем в отеле.       Ëн закатил глаза. Прощаясь, он коротко сжал пальцы мужчины и выскользнул из машины. Целовать любимого, даже в щëчку, на пороге родного дома он не рискнул. Мало ли, кто увидит!       Не дождавшись лифта, он, словно на крыльях, взлетел на свой этаж. Позвонил в квартиру, напрочь забыв о ключах, лежащих в кармане.       Помятый, заспанный Ран открыл дверь, быстро глянул на сияющего брата.       — О! Кажется, поездка удалась. Как покатался? Горячая машинка попалась? — подмигнул он Ëну.       — Я влюбился! — выпалил тот с порога, сбрасывая обувь и куртку.       — Прямо так? Что, настолько хороша?       Ëн, счастливо улыбаясь, обнял брата за шею.       — Да.       Ран сморщился.       — Иди в душ, любовничек! От тебя на километр разит сексом.       — А ты приготовь чего-нибудь... Позавтракаем вместе напоследок.       — Напоследок? Это значит, что ты перезжаешь к ней? Слушай, всё так серьёзно? Это, случаем, не доктор Ким?       Ëн коротко вздохнул (всё равно когда-то мелкий узнаёт правду) и ответил:       — Нет. Это её брат.       Ран замер, словно споткнулся, потом поднял на Ëна растерянный взгляд.       — Брат? Ты сказал: брат? Ты ведь прикалываешься?       — Нет, — ответил Ëн уже не так уверенно, глянув в изменившееся лицо брата.       — Подожди, — Ран, похоже, всё ещё пытался убедить себя, что ему послышалось, — не хочешь же ты сказать, что влюбился в мужика?!       — Ну, да...       Ëн был растерян. Он, конечно, предполагал, что вряд ли Ран воспримет эту новость с восторгом, но опьяненный собственным счастьем, он даже не задумался, как может отреагировать брат.       — Ран, послушай, так бывает...       — Бывает! — морщась, перебил его младший. — Я знаю. Не в лесу вырос! И про геев, и про лесбиянок слышал, но ведь ты-то не такой! Я с тобой рядом с детства, и мне, как никому другому, известно, скольких девчонок ты перетрахал. Или я не всё знаю? В этом списке были и парни?       — Нет, — смутился Ëн, — это у меня впервые. До Демона я ни с кем...       — А-а-а-а, я понял! В последний раз ты мне говорил, что с докторшей всё было скучно и пресно. Тебе острых ощущений захотелось?       — Да, нет же! — Ëн был в отчаянии. — Пойми, Ран, я о другом говорю. Это когда смотришь на человека и наглядеться не можешь, когда бабочки в животе, когда рядом с ним забываешь обо всём и просто... летаешь!       Ран явно не понимал его.       — Но он же — мужик!       — Да какая, нахрен, разница?!       — Разница в том, дорогой брат, что у мужика, как бы это помягче сказать, не та анатомия.       — Блядь, Ран! — взвыл Ëн. — Я тебе про любовь, а ты мне про секс.       — Да. Именно про него. Или ты хочешь сказать, что у вас платонические отношения?       — Откуда ты только слов таких умных нахватался? Нет, конечно. Но, поверь, секс между мужчинами тоже возможен, и он ничуть не хуже, чем с женщиной.       —Фу, Ëн! Тебя трахают в задницу, или ты берёшь чужой член в рот. Это ты называешь сексом?       — То есть, когда женщина делает минет, это нормально, это секс, а когда мужчина, это фу, и никакой не секс?       — Да. Именно так. Этим и отличаются мужчины и женщины.       — Ран...       — Всё! Уволь меня от обсуждения этих подробностей. Я как-то раз вместо женской порнушки наткнулся на гейскую. Чуть не проблевался.       Ëн опустил глаза. То счастье, что переполняло его утром исчезло без следа. Что теперь делать? У него даже в мыслях не было, что его братишка, его Ран, окажется таким ярым гомофобом. Да, они никогда не обсуждали с мелким эту тему, как-то не было повода, но он никак не ожидал, что мелкий будет так категоричен в вопросе однополых отношений.       — Ран, и как нам теперь жить?       Парень помолчал, поглаживая ëжик отрастающих волос.       — Может, прежде, чем бросаться в этот омут с головой, ты хорошенько подумаешь, всё взвесишь, а уже потом будешь решать, как дальше жить?       — Я уже месяц думаю и всё взвешиваю. Поверь, это не спонтанное решение. Он... Он славный.       Ëн опустил голову. Ран тоже смотрел в сторону. Потом он произнёс:       — Брат, я тебя очень люблю. Ты - единственный близкий мне человек. Но... я никогда не приму такого твоего решения. Прости.       Ëн на негнущихся ногах прошёл в комнату, вытащил из шкафа сумку, покидал в неё какие-то вещи. Он даже не отдавал себе отчёта, что взял, а что нет. Положил сверху ноутбук и, кивнув Рану на прощание, вышел из квартиры.       Во дворе он сел на скамейку. В голове назойливой мухой билась только одна фраза: "Я никогда не приму такого решения". Он сидел долго, словно, впал в транс. Вокруг сновали люди, играли дети, а он никого и ничего не видел. Из этого состояния его вывел телефонный звонок.       — Привет, лапуля. Не занят?       —Привет.       — Что у тебя произошло? — Демон только по одному слову понял, что Ëну плохо.       — Я рассказал всё брату.       — И...?       — И теперь вот сижу с вещами на улице.       — Он тебя выгнал?       — Нет. Я сам ушёл.       — Я сейчас приеду. Жди.       Конечно, он подождёт. А, куда он денется? Ëн посмотрел на окна их квартиры. Закрыты. Что ж, всё правильно. Мелкому простывать нельзя. А он хоть не забыл выпить лекарство? Ëн взялся за телефон. Ран ответил сразу.       — Да?       — Ты выпил лекарство?       — Да.       Помолчали. Ëн уже было хотел отключиться, но тут Ран заговорил:       — Брат. Наш разговор сегодня. Я хочу, чтобы ты был счастлив, но если что-то не получится, знай, двери нашего дома всегда открыты... Для тебя. И да! Я не одобряю твой выбор. Категорически. Но, если будет нужно, я приму твою сторону, кто бы там что ни говорил.       — Спасибо, — ответил Ëн и отключился.       Через полчаса во двор влетел Демон. Он подскочил к Ëну.       — Ты как?       — Уже лучше. Извини, сорвал тебе всё планы.       — Совсем нет. Я как раз звонил тебе, чтобы ты глянул квартиру, но раз так обернулось, я решил всё за двоих. Прости.       — За что? Нам есть, где ночевать и это здорово.       — Тогда поехали?       — Да.       — Только заскочим ко мне за вещами.       — А... Санни знает?       Демон кивнул.       — И, что она сказала?       — Сказала, что я победил, она сдаётся и не будет мешать счастью любимого брата.       —Да уж. Ирония любви. Точнее и не скажешь...