Особенности эволюции в параллельном мире-3. Яд исцеления.

      К морю мы выбрались ближе к середине лета. Дела клана закрутили, свалилось несколько срочных заказов, от которых нежелательно было отказываться, дабы не порушить репутацию Эйри. К одному из заданий Кайрин привлек тана Дарая, так что обязанность приглядывать за младшими возложили на меня и Тайри. Менталист сходу попал в оборот к Травинке и, по-моему, был немного ошеломлен подобным напором. Я бессовестно сдал братца Кая, упомянув, что он помогал подготовиться к школе Атавитайли. Травинка маньячно сверкнул глазами, тут же уточнив, сможет ли тан Тайри уделить ему немного времени. Менталист быстро сдался перед таким энтузиазмом. К Травинке присоединились Хар, Зули и Дарира, и с утра до полудня на кухне Дома Младших заседали почти все его обитатели, обложившись учебниками и тетрадями и внимая пояснениям Тайри. У братца Кая действительно присутствовал педагогический талант, он быстро поладил с младшими. За одним исключением. Майэлина визиты старшего соклановца и его долгие беседы с Ауринаем явно не радовали, на Тайри он зыркал с опаской и негодованием. Сперва думал, причина в недоверии к магу разума, но позже понял свою ошибку. Больше всего происходящее напоминало ревность. К моему удивлению, смекнула это и Дарира. Открытая и непосредственная, она начала тормошить обоих парней, привлекала к совместному решению учебных заданий, тискала мягко улыбающегося на такое самоуправство Травинку и тихо шипящего, как кот, Майэлина. Дари смещала фокус внимания на себя, ослабляя напряженность. В будующем из нее получится хороший командир, если не раздумает выбирать воинскую стезю.                     Покончив с занятиями, мы все вместе готовили обед и трапезничали. Иногда к нам присоединялся Вайлер, дежурящий в штаб-квартире. Младшие скучали и беспокоились о своем наставнике, и мы старались отвлекать их. Тренировки теперь проходили под руководством Эймари и Дариры, парни слушались девушек как гласа Первоматери. Послеобеденное время я посвящал оборудованию медблока, под который вырастил дополнительное помещение позади дома, соединенное с основной постройкой короткой галереей-переходом. Несколько раз пришлось выбираться в город, закупая нужные материалы и ингридиенты. Набор инструментов презентовал мэтр Элластари, узнав, что хочу перейти с железа на «серебрянное» дерево. Оказывается, у наставника имелся знакомый мастер, специализирующийся на изготовлении хирургических инструментов именно из этого материала.       После первого нашего визита и новостей об успешном завершении эксперимента Вита и Ная, мэтр Элластари нарушил добровольное затворничество и начал осторожно прощупывать почву научного сообщества на предмет готовности принять инновации. Изучив совместно с наставником лабораторные журналы сына, я сперва схватился за голову, осознав, насколько рискованной была затея и насколько малой вероятность положительного исхода. А после задумался. Что если все сложности, а особенно огромный объем энергии, связанны не самим методом, а с личностью конкретного ребенка? Вит и Най, по сути, «родили» богиню – существо высшего порядка. Вполне возможно, у обычных разумных таких сложностей не возникнет. Нужны добровольцы, готовые пойти на риск и поучаствовать в дальнейших экспериментах. Умеющие хранить тайны добровольцы. Вот только где их найти? Я заикнулся об этом в одном из разговоров с наставником. Сперва помрачневший, как осеннее небо, мэтр Элластари посверлил меня взглядом и обещал помочь. На вопрос, поступаю ли я неприемлимо с точки зрения медицинской этики, наставник лишь покачал головой. - Если бы эти разработки появились раньше. Если бы у меня хватило таланта и умений. Айялани и Аяланви были бы живы. Не бери в голову, Сильванестри. Если ваши идеи реализуются, они станут благословением нашего мира. А я помогу всем, что в моих силах.                         Атавитайли и Найрин временно подзабросили труды научные и наслаждались семейной жизнью. Я иногда наведовался к ним в гости, предварительно согласовав время и захватив какой-нибудь гостинец. Иалин и ее отцы гостям радовались, все было спокойно. Потому разбуженный на рассвете настойчивым цоканьем амулета и услышав срывающийся голос сына, слетел с кровати раньше, чем успел проснуться. - Вит, что у вас?!.. - Иалин заговорила. Назвала меня отцом, - от избытка чувств Вит даже всхлипнул.       На заднем фоне раздался шорох. - Точнее, она сказала: «Отец, в вашем возрасте опасно перенапрягаться», когда кое-кто решил унести весь урожай одним махом, - проворчал Найрин, посмеиваясь.       Уставившись на амулет, я не знал ржать или материться. Тьфу, блин, папаши. Меня чуть кондратий не схватил. А Иалин точно ребенок нашего клана, с чувством юмора все в порядке.    - Мои поздравления гордым отцам. И доброе утро. - Так день уже, - смущенно пробормотал Вит. – Прости, пап.       Взглянув за окно, решил не спорить – сын с мужем привыкли вставать рано, в отличие от меня. - Я не сержусь, солнышко. Рад за вас. Передавай привет Иалин.       Лето проходило в приятных заботах и повседневных трудах. Если бы еще Кайрин появлялся дома почаще… Кай и тан Дарай регулярно выходили на связь, заверяя в благополучном течении мисии и обещали, что больше не станут брать таких долгосрочных заданий этим летом. Я надеялся, что расставание не ухудшит душевного состояния Кайрина, и сам старался не зацикливаться на приступах острой тоски по любимому, посещающей чаще всего ближе к вечеру.         Поболеть за участвующую в конкурсе Зули мы еще успели сходить все вместе. Действо напоминало фестиваль, от обилия шума и красоты кружилась голова. Участницы демонстрировали свои работы, встречаемые одобрительным гулом собравшихся разумных. Тончайшей работы фелисы, накидки и платья с ажурными вставками, праздничные скатерти и занавески, декоративные салфетки и целые картины, словно сотворенные магией из разноцветных нитей. Страшно представить, сколько труда было вложено в такие творения. Когда на помост для демонстраций вышла Зули, ведущая за руку укутанную с головы до пят в плотный плащ с капюшоном фигуру повыше, почтенные мастера и мастерицы, выполняющие роль судий, одобрительно заулыбались. Тан Дарай шепнул, что Зули уже успела снискать славу невероятного таланта, невзирая на нежный возраст.  Поклонившись собравшимся, Зули попросила спутницу снять плащ, и судьи дружно ахнули. Не разбирающийся в тонкостях ремесла плетения кружев, я замер с открытым ртом, не веря, что подобный шедевр могли сотворить руки ребенка.   Многослойное платье было словно сотканно из лепестков лунной сливы, припорошенных снегом, пышная юбка казалсь невесомой как облачко, корсет и лиф покрывали узоры, напоминающие иней на стекле. Закрепленная в волосах фелиса не закрывала лицо, как обычно, а ниспадала на плечи искристо-белой невесомой пеленой. За всей этой красотой я не сразу узнал в модели нашу Эймари, настолько наряд и распущеные волосы изменили облик эльфиечки. - «Торжество весны среди снегов», - объявила Зули название своего дизайнерского творения. Судя по легкому румянцу и довольному блеску глаз, произведенным эффектом она наслаждалась. Эймари же держалась с гордым достоинством, лишь незаметное для постороннего напряжение выдавало ее волнение. Интересно, как Зули уговорила ее позировать перед таким количеством народа в столь непривычном образе? Хотя лучшей модели для демонстрации платья было не найти – Эймари унаследовала яркую красоту своего отца.       Вошедшая в четверку лучших по итогам судейского решения и зрительских симпатий, Зули во время награждения вытащила на помост брата, тана Дарая и Кайрина, представляя, как свою семью. Хар раздувался от гордости за сестру, Кайрин скрывал удивление за приличествующей лидеру спокойной доброжелательностью. У тана Дарая сделалось такое сложное выражение лица, что я испугался, как бы старого дроу не хватил сердечный приступ от избытка чувств.       Я загружал себя работой, а, оставаясь в одиночестве, перебирал копилку приятных воспоминаний, собранных за прошедшие с возвращения месяцы. Лишь бы не считать часы и дни до возвращения мужа и не надумывать страхов. Не хватало еще отвлечь и подвести Кая своими эмоциональными качелями. В отсутсвие кассиа-тана на меня ложились обязанности по обеспечению безопасности и благополучия клана, на этом и стоило сосредоточиться.       Пока одним ясным днем цоканье амулета не раздалось в разгар приготовления завтрака и родной голос с легким оттенком усталости объявил: «Мы возвращаемся. Сегодня к полудню будем в Брише». Находящиеся поблизости младшие моментально пришли в состояние радостного возбуждения, забыв и про голод, и про домашнее задание, выданное Тайри, над которым дружно скорбели еще полчаса назад. После торопливого перекуса, на коротком военном совете было одобренно решение порадовать возвращенцев праздничным обедом. Командование на себя приняла Зули, после ревизии припасов отправившая Дариру с Эймари и Харом в деревню. Мне, Майэлину и Травинке отводилась роль помощников. Поскольку мои кулинарные навыки оставляли желать лучшего, я выполнял черновую работу – мыл, чистил и подавал нужную посуду с высоких полок. Узнавший о нашей задумке Вайлер присоединился, прихватив из дому какие-то фирменные приправы. Едва унюхавшая исходящий из небольшой коробочки аромат, Зули зажмурилась от избытка восторга, потянула за рукав Травинку и застрекотала со скоростью пулеметной очереди, временами переходя на родной язык. Оказывается, именно эту смесь, придающую мясным блюдам особый пикантный вкус, раздобыть в нашей части Обитаемых Земель было довольно сложно, поскольку входящие в ее состав травы произрастали лишь в нескольких местах на побережье океана. Не уловивший причины восторга Майэлин посмотрел сперва на восхищенно охающих сотоварищей и перевел вопросительный взгляд на меня. Я пожал плечами и подтянул поближе большую миску со съедобными кореньями, которые предстояло дочистить. Майэлин тяжело вздохнул и присоединился. Причем то и дело оглядываясь на Травинку, пока едва не отрезал кусок пальца. Создавалось впечатление, что Май – стрелка компаса, неизменно поворачивающаюся в единственном направлении.                    Едва вернулись нагруженные торбами и свертками Хар с нашими боевыми дамами, работа закипела с новой силой. В разгар трудового процесса из клубов пара вынырнул Тайри, стенающий, что все его бросили, а он так страдает в одиночестве. На резонный вопрос, кто будет встречать кассиа-тана в штаб-квартире, менталист отмахнулся, мол, брат не маленький, входные двери найдет. На небольшой кухне становилось тесно, и Зули тактично выпнула нас на улицу. Воспользовавшийся ситуацией Тайри присел на уши Травинке, обсуждая какую-то мудренную практику, вычитанную ай-фатин в одном из трактатов Лесного Королевства. Майэлин мялся и страдал, будто менталист не разговоры разговаривал с его другом, а собрался его в жертву принести. Созерцающий пейзажи с видимой расслабленностью Вайлер тоже заметил наростающее напряжение. - Майэлин, можно тебя на пару слов? – мой старый друг поднялся, излучая благожелательность.       Май кивнул, опуская глаза в землю. Я не прислушивался, о чем говорили отошедшие ближе к клановому дому парни. Вайлер умел располагать к себе самых разных разумных, потому за исход разговора не волновался. Возвращающийся обратно Майэлин выглядел задумчивым и немного пристыженным. - Чего рассиживаемся? Давайте сходим поохотимся, - валяющаяся на теплых досках крыльца Дарира пружинисто подскочила, озирая расположившихся рядом младших. Ее деятельной натуре ничегонеделание явно претило. - Что ж тебе не сидится спокойно? – обреченно зевнув, Хар потянулся и заглянул в открытое окно. – Зули, мы тебе нужны?       - Не нужны, - юная стряпуха высунулась наружу с ложкой наперевес. – Попробуйте поймать несколько уток, если идете к озеру. Только молодых. - Хорошо, сестренка, - будь у юного обортца сейчас хвост, точно умильно завилял бы. – Обязательно поймаем. Самых молодых и жирных.       Сбегавший в дом Хар раздал разнежившимся под жарким солнцем товарищам самострелы и ловчие сети, и недовольно бурчащие младшие выдвинулись на охоту. Одна Эймари выделялась на общем фоне – словно не на прогулку, а в бой идет.       Зули снова появилась в кухонном окне, локтем убирая прилипшую ко лбу прядку. - Тан Тайри, прошу, верните мне Ауриная.  - Непременно, прекрасная юная тана. Вам точно не нужна наша помощь?       Тайри, засранец эдакий, умел при желании производить впечатление милашки. Зули одарила его невпечатленным взглядом и с достоинством ответствовала: - Благодарю, тан, вдвоем мы справимся.       Красавицей вырастет девочка. И с характером. Братец ее замучается женихов гонять, когда войдет в возраст. Оборотцы любят гордых и норовистых женщин.                        Праздничный обед получился шикарным, достойным королевского приема. Чтобы не тесниться на кухне, я вырастил стол на поляне между Домом Младших и клановым домом и прикрыл его от солнца ажурным навесом из цветущих лиан.  Усаженные во главу стола Карийн и тан Дарай сперва пришли в заметное ошеломление, обозревая кулинарное изобилие. Свежеприготовленные блюда источали такие ароматы, что у меня началось неконтролируемое слюноотделение, как у собаки Павлова. - С возвращением, кассиа-тан, наставник, - дружно проскандировали младшие, старающиеся не коситься жадно на еду и сохранять подобающую серьезность. - Благодарю, - Кайрин с толикой недоверия повернулся ко мне. – Вы все это сами приготовили? - Я только на подхвате был. Все комплименты Зули и Ауринаю – нашим поварам, - я широко улыбнулся. – А также Дарире, Эймари, Маэлину и Хару, добывших нам продукты.  - Спасибо за заботу, - Кайрин обвел взглядом зардевшихся младших. - Я счастлив вернуться домой.       Разговоры стихли сами собой – все воздавали должное обеду, невнятными возгласами восхищения нахваливая поваров. Даже Майэлин перестал дыбиться на сидящего напротив Тайри, увлекшись откармливанием Травинки и подкладывая другу самые вкусные кусочки. Дарира косила на них хитрым глазом, втихую посмеиваясь. - Миссия прошла нормально? – спросил Кая, стоило супругу утолить превый голод. Кайрин выглядел утомленным, левый глаз почти не открывался, шрамы на лице потемнели. - На удивление, - хмыкнул Кай, прижимаясь бедром под столом. – На заказчика жаловались, как на проблемного, однако он оказался вполне здравомыслящим, хоть и с немного своеобразным характером. Без тана Дарая было бы гораздо сложнее. - Вы преувеличиваете, кассиа-тан, - невозмутимо заметил старый дроу. – Просто некоторые разумные не способны испытывать уважение, если оно не приправленно страхом.       О, как! Что тан Дарай может при желании напугать до заикания, знал из собственного опыта. Кай тоже не милый зайчик, однако такой давящей аурой не обладает. Хорошо, что со сложным клиентом они работали вместе. Тану Дараю я доверял всецело.                   Поздний обед плавно перетек в ужин. Мы с Вайлером и Тайри помогли младшим убрать со стола, Зули принялась заваривать чай, а для старших Кайрин выствил пару бутылок легкого ягодного вина и маленький кувшин дварфовской настойки на травах и синем мху. Эту коварную настойку я пробовал однажды и запомнил надолго. Сперва чуть горький вкус обжигает небо, превращаясь через мгновение в обволакивающую сладость. Алкоголь почти не ощущается, но две чарки – и любой разумный, кроме дварфа или орка, падает лбом в стол. Даже ай-фатин пробирает капитально, вращение планеты начинаешь чувствовать. Зато после не бывает похмелья. Я несколько раз подумывал начать использовать уникальную настойку в качестве анестезии.       Младшим алкоголь тан Дарай не предлагал, да они и не выглядели заинтересованными. Один Травинка долго присматривался к кувшинчику, но его интерес носил скорее научный характер. - Сильванестри, этот состав разве не ядовит? – слегка обеспокоенно спросил ай-фатин, наклонившись ближе над столом. - В таком виде не ядовит. Спирт разрушает содержащийся в синем мхе токсин, к тому же дварфы подвергают настойку двойной фильтрации, убирающей ядовитые остатки, -  я протянул чарку, позволяя лбопытному сородичу принюхаться. – Но употреблять ее много категорически не рекомендуется. Даже нам с тобой. А лучше добавлять в каф – вкус улучшается и опьянения не будет. - Мне не нравится каф, - Травинка чуть поморщился. – Хотя с медом можно пить.       Интересно, все ай-фатин неравнодушны к сладкому, или у нас с Травинкой просто совпали вкусы?       Дневная жара сменилась вечерней прохладой. Сумерки на Траэсе короткие, и я вынес из дома несколько кристаллов-светильников, расставляя на столе. Хар отнес отдыхать умаявшуюся за день Зули и вернулся, притащив с собой стакан с резными кубиками и фишками. Младшие устроились на своем конце стола, развлекаясь популярной в Вольных городах игрой, напоминающей земную игру в кости. Мы от приглашения поучаствовать тактично отказались – незачем взрослым влазить в молодежное веселье. Я подпер голову рукой, плечом прислонившись к Кайрину, и поболтал в чарке последние капли настойки. Общая атмосфера пьянила лучше любой выпивки. Впервые за столом собрался почти весь наш клан, переживший страшный шторм, оставшийся незамеченным для большинства в Обитаемых землях. Принадлежащие к разным народам разумные, совсем юные и прожившие многие тысячелетия, общались так непринужденно и с такой теплотой, будто действительно связанные кровными узами. Моя семья. Жаль только, что Вит с Найрином и Иалин не смогли присоединиться. - Решил уснуть прямо здесь, Листик? – чарку осторожно вынули из расслабленных пальцев, поперек спины обняла крепкая рука. - Нет, лиммаю. Я просто счастлив. Ты рядом. Мир, покой, все наши живы-здоровы...       Бархатный смех над ухом прошелся горячей щекоткой по позвоночнику и свил гнездо в животе. - Как насчет сделать вечер еще приятнее? - Не возражаю, - я возблагодарил темноту, скрывающую степень воодушевления, которую не стоило демонстрировать посторонним.                 Впрочем, Вайлер и Тайри тоже сидели в обнимку, на щеках моего друга цвел яркий румянец – то ли от вина, то ли от близости искушающе улыбающегося супруга. Тан Дарай присоединился к молодняку, поясняя какие-то хитрости в игре и примиряя азартно спорящих Хара и Дариру. Травинка задремал, заботливо укрытый легким пледом. Наверняка, Май постарался…       От предложения остаться на ночь Вайлер с Тайри отказались, поблагодарив и спешно скрываясь в портале. При этом сплетаясь в таких тесных объятьях, что я забеспокился, как бы не получили травму по прибытии.       Помогая Кайрину вымыться, под шумок проверяя на отсутствие новых травм, и нанес на шрамы заживляющий бальзам. Приятный вечер перетек в не менее приятную ночь, соскучились в разлуке мы оба. Близость получилась яркая и по-подростковому сумбурная, мы боролись за то, чтобы доставить друг другу как можно больше удовольствия. И отключились почти одновременно, хорошо хоть не прямо в процессе. А перед рассветом Кайрину приснился кошмар.       Проснулся от ощущения, будто левую руку погрузили в ледяную воду. Брачный узор пульсировал, отдаваясь тяжелым муторным токаньем в груди. Тишину комнаты нарушал звук дыхания и частого сердцебиения. Я не сразу понял, что происходит – Кай лежал совершенно неподвижно, не похожий на разумного, увидевшего срашный сон. Остановившийся взгляд широко раскрытых глаз, расширенные как при болевом шоке зрачки… Помня, что разумных с посттравмматическим синдромом нельзя резко будить или дрегать, медленно накрыл холодную ладонь своей. Слабые пальцы переплелись с моими и сжались железной хваткой. Кай всхлипнул и задышал часто и поверхностно, словно задыхаясь. На висках и шее от напряжения вздулись вены, сердцебиение уже превысило норму почти вдвое. - Солнце, проснись, - позвал в полголоса, опуская свободную руку на судорожно поднимающущюся грудную клетку напротив сердца.  Странное состояние лиммаю, больше похожее на припадок, чем на сон, встревожило не на шутку. Пока прикидывал план экстренных медицинских манипуляций, стараясь не обращать внимания на трещащие кости пальцев, Кайрин выдохнул со свистом, резко поднимаясь. - Силь?.. - Ага. Как ты, Кай? Где-то болит? - Силь… Ты здесь.       Жуткая пустота ушла из глаз Кайрина, сменившись чем-то болезненно-острым. Мою руку отпустили лишь для того, чтобы стиснуть в костедробильных объятьях. Зарывшийся в стык плеча и шеи Кай дышал, как вынырнувший со страшной глубины пловец, сердце пробивало ребра. Ритмично поглаживая каменную от напряжения спину, я шептал успокаивающие слова, не зацикливаясь на смысле. Не спрашивая, что увидел во сне мой любимый. - Мне приснилось, твое возвращение было сном, - любимый голос звучал невнятно, надтреснуто. – Что я просто сошел с ума и все придумал… - Ты дома, солнце. И я дома, с тобой, - я прижал своего лиммаю чуть сильнее, потреся носом о висок с пульсирующей жилкой. Меня самого потряхивало от пережитого испуга, но Кая нужно было «заземлить». Выполняя мысленную просьбу, фосфорецирующие цветы под потолком засветились чуть ярче. – Видишь? Мы в нашей спальне.       Угукнув, Кай спрятал лицо на моем плече, по коже скользнули капли горячей влаги. - Прости, Силь. Я веду себя жалко. - Ни в коей мере. Кажды раз, когда мы расстаемся хоть неднадолго, когда ты уходишь на задания, меня охватывает страх, - признался, почувствовав, что сейчас это будет правильным. – Он присутствует фоново постоянно. В дороге может многое случится, задание может оказаться опасным… Получается, я такой же жалкий, лиммаю. Одна мысль, что с тобой может случится беда, приводит меня в ужас.       Запустив пальцы в густые черные волосы, ласково прочесал пряди, погладил чувствительное местечко на затылке. - Я не могу даже представить, что ты пережил в мое отсутствие за эти два года, Кай. Не могу забрать твою боль. Ты выдержал с честью те испытания, которые я никогда бы не преодолел. И я горжусь своим лиммаю.       Невеселый хриплый смешок осел горечью в груди. Кай повернулся в моих объятьх, ослабляя хватку, взглянул снизу вверх.   - Ты слишком меня ценишь, Листик. И преувеличиваешь мою стойкость. - Мне виднее, - проворчал с нежностью, мягкими поцелуями касаясь виска и уголка глаза. – Поспим еще? Или принести тебе попить?       После кошмара Кайрин выглядел измотанным и вялым, ему бы не помешали порция успокоительного и длительный отсып. Отпускать меня не собирались, вновь сжав руки, стоило двинуться. Хорошо хоть с вечера прихватил с собой кувшин воды, как чувствовал. Напоив Кая и напившись сам, укутал мужа в покрывало. Кайрина все еще сотрясала мелкая дрожь. - Засыпай, лиммаю. Я буду рядом и никуда не уйду.       Постепенно дыхание уложившего голову мне на грудь Кая успокаивалось, сердцебиение возвращалось в норму. Что-то послужило триггером, спровоцировав кошмар. Расставание почти на две недели? Мы возобновили брачную связь около полутора месяцев назад, таких побочных эффектов не должно было появиться. Возможно, сыграла роль сама ситуация – работа в паре с таном Дараем, повышенный уровень стресса… Отпуск, срочно. С делами, не терпящими отлагательств, мы разгреблись, Вит и Най с Иалин в порядке. Работа никогда не закончится, а вот ресурс любой нервной системы конечен. Завтра же подниму этот вопрос. Обняв и уложив удобнее крепко уснувшего Кайрина, и сам погрузился в сон, приняв решение.