Сводное сердце

Мария: — Привет, мам… Третьякова тяжело сглатывает накопившуюся слюну, после видит, как взгляд матери переместился на Лауру, от чего ей, видимо, стало тошно. Татьяна: — Не думала, что Лаура вернётся… Лаура: — Как видите. Лукина несильно улыбнулась, но потом подходит ближе к младшей, которая от страха, чуть ли не дрожит. Татьяна: — Уф… не ужели вы и вправду вместе… Скривившись, она осматривает девушек с ног до головы. Но тут все внимание переходит на Полякову, которая споткнулась и упала. Таня: — Че ж так больно то а… Татьяна: — По аккуратней нужно быть. А не как вы, кривоногие. Мария: — Мам, прекрати… Пытаясь загладить ситуацию, тихо произносит Маша, но её затыкают. Татьяна: — Не называй меня так! Хлопнув по столу, Третьякова старшая встаёт. Татьяна: — Я думала, что ты одумаешься, и найдёшь нормально парня! Начав подходить, женщина все больше и больше краснеет от злости, что кажется, сейчас у неё кровь из носа пойдёт. Татьяна: — По итогу, ты так и не осознала, что она! Показав пальцем на Лукину, она хмурится сильней. Татьяна: — просто напросто пользуется тобой! Подойдя еще ближе, она замахивается чтобы ударить свою дочь. Татьяна: — Ты — бестолковый кусок дерь…! Уже хотя ударить, её руку схватывает брюнетка, которая зло смотрит на неё, пытаясь несильно сжать руку, которая сразу же соскальзывает, не давая сделать задуманного. Лаура: — Вы на данный момент, находитесь не в том положение! У меня хватит совести, чтобы вас ударить! Оттолкнув её, Лукина встаёт вперёд загораживая младшую, которая начинает входить в состояние шока. Лаура: — Давайте все крики, вы оставите за дверью! А когда захотите нормально поговорить, двери открыты. Прищурившись, она смотрит, как недоверчиво смотрит на неё женщина. Лаура: — Но только попробуйте её тронуть! Татьяна: — Пф… защитница нашлась. Да у тебя наверняка кто-то ещё есть! Зачем ты её защищаешь? Лаура: — Потому что я её люблю. Сложив руки на груди, брюнетка щурится, вспоминая слабые точки на человеке, собираясь скоро размахивая кулаками. Татьяна: — Невозможно, что бы девочка, любила девочку! Женщина на секунду задумывается и выпаливает, будто это даже проблемой не назовёшь. Татьяна: — Это Лаура наверное полюбила тебя, потому что в детстве, её мама умерла! Вот и пытается любви и внимания от женского пола получить. А ты, дура, поверила ей. Лукина приоткрывает рот от слов. Вспоминает папу, который отдал ей кулон, что хотела подарить ей мать, но не успела. Она опускает голову сжимая губы и руки, до покраснений на коже, а кровоток начали бегать быстрее. Татьяна: — Вот видишь, Маша! Я была права. Она тебя не любит! Зловеще улыбнувшись, Татьяна облизнулась. Мария: — Лаура… Маша подходит к ней, трогая за плечо несильно сжимая, потому что по взгляду Лукиной было видно, как она мысленно убивает Третьякову старшую, которая не следит за своим языком. Лаура: — Знаете что, Татьяна? Не ваше собачье дело. Да, моя мама умерла, но она дала достаточно опыта, чтобы прожить эту жизнь. Папа научил меня быть сильной, что помогло мне разобраться в себе и не только. Однако, он не выгонял меня с дома, не бил, когда я сказала, что меня привлекают девушки. Да, соглашусь, я раньше встречалась с другими девушками. Но они для меня ничего не значат, как Маша… Я люблю Машу. И только из-за неё, я не распустила руки, хотя давно могла бы. Поэтому, лучше скажите ей спасибо. Выдохнув, брюнетка так облизывается. Появляется напряжённая пауза. Все молчат, Танька стоит в шоке, Маша перебирает свои руки на руки брюнетки, после приобнимает, чтобы та, все же не надавала всем и всему. Татьяна выпучила глаза отходя немного назад. Лаура же просто смотрит на неё, будто сейчас вправду прыгнет и побьёт до полусмерти. Но после, женщина мотает головой, возвращая свой взгляд, но он был уже с долькой страха и нервозности, из-за чего она встала в закрытой позе. Татьяна: — Да как ты смеешь так… говорить! Запнувшись в слове, она проходит мимо девушек, толка их, но при этом взяв за шкирку Третьякову, которая берет её руки в свои, боясь, что та её удушит, но и еще, она испугалась за Лукину. Так как та упала вовсе, пряча свое лицо в ладонях. Татьяна: — Ты мне больше не дочь. Прошипев через зубы, она напоследок, отпуская её, даёт пощечину, которая отдала в голову И та пошатнулась, приложив руку к щеке, которая болела жгучей болью. Татьяна: — Больше не увидите меня. Уже крикнув около выхода, пока она собиралась, и надевала верхнюю одежду. Она хлопает дверью, от чего даже где-то немного треснула штукатурка, пока остальные все так же остаются на своих местах, пытаясь придти в себя, после увиденного и услышанного. Маша первая приходит в себя, сразу же накидываясь на Лауру, при этом продолжая чувствовать покалывание в районе щеки, но она не обращая внимание, пытается достать Лукину, которая все так же сидит и смотрит в одну точку о чем то думая. Мария: — Лаура, Лаура! Взяв её за щеки, она нервно смотрит в глаза, которые не сильно блестели от влаги. Лаура: — Что-то я слишком эмоциональной стала. Лукина усмехается протирая своими же руками глаза, и мельком посмотрев на младшую, встаёт, и как ни в чем ни бывало, подходит к раковине и достает с верхнего ящика стакан, чтобы налить себе воды. Мария: — Лаура, она не со зла… Старшая выпивает до дна немного хмурясь, и со звуком, ставит стакан на стол, будучи уже повернутой к Третьяковой. Лаура: — Со зла. Мария: — Нет! Третьякова сводит брови в переносицу, надувая губы, как маленький ребенок, пытаясь оправдаться перед родителями. Лаура: — Да? Тогда скажи, ради чего она припёрлась сюда?! Просто мне и тебе настроение портить? Нет уж спасибо. Поджав губы, она складывает руки на груди, отводя голову куда-то в сторону. Мария: — И в правду, зачем она пришла… Сев за стол, она прячет лицо в руках тяжело выдыхая, замечая, как Таня все ещё стоит и пялится на них. Та заметила на себе взгляд, и немного смущенно ежится на месте. Таня: — Девочки… вам нужна моя помощь.? Полякова продолжила наблюдать за ними. Лаура: — Поялкова, иди от сюда! Не до тебя сейчас. Таня: — Ладно… Хорошо. Протараторив слова, Полякова сглатывает быстро развернувшись, и уходит в комнату, мельком посмотрев на них с видным сожалением. Лукина дождалась звука закрывающейся двери, чтобы нормально продолжить, после чего садится рядом с младшей, которая пытается сдержать слезы, то ли ненависти, то ли злости. Хотя это почти одно и тоже… Лаура: — Ну тихо тихо. Что такое? Мария: — Просто… она тебя обидела, а я ничего не сделала. Я плохая девушка… Лаура: — Не говори так! Ты самая лучшая! Удивились словами младшей, она сев на корточки, берет её за руки, тем самым убирая их от заплаканного лица. Мария: — Не ужели я ещё и дочка плохая? Скривив лицо, Третьякова измученно выдыхает. Лаура: — Нет нет нет! Просто мама не понимающая у тебя… но она же тебя все ещё… любит. Поджав губы, брюнетка приобнимает её за ноги целуя в коленную чашечку. Мария: — Я люблю тебя, а не её!.. Тихо заскулив, Третьякова поднимает голову. Лаура: — Ну что поделать? Мария: — Но я и поговорить с ней хочу. Это же моя мама… Лукина встает, пододвигает к себе стул, и смотрит на младшую, что плачет все в том же положении. Мария: — Прости пожалуйста, что так часто эмоционирую… Лаура: — Это нормально, Милая… Приблизившись к ней, брюнетка медленно и нежно начинает целовать шею, на что младшая быстро реагирует и кладёт руки на плечи, громко зглатывая, что отчерчивается на шее. Мария: — Мне очень стыдно, извини меня за все… Тяжело выдохнув, она чувствует, как её кусают, из-за чего перестаёт дышать, ещё раз громко сглатывая, и возвращая голову в нормальное положение. Лаура: — Всё хорошо. Дыши… Уже усмехаясь, голубоглазая поднимается обратно, параллельно чмокая в губы. Потом взяв ту за плечи притягивает к себе и обнимает. Лаура: — Я так же скучаю по старым моментам с мамой… В груди появился горечь, но она просто сильнее прижимается к младшей. Мария: — Это точно… Лаура: — А если нам когда ни будь сходить на… свидание? Отвлечься от всего… ты же будешь свободна? Вдруг неоткуда, начав коротенькую тему, она поднимает голову смотря в глаза с надеждой, дожидаясь ответа. Мария: — Для тебя, я всегда свободна. Немного отстранившись, Третьякова смотрит в глаза в ответ, а после, целует в губы негромко усмехаясь. Мария: — Я тебя люблю. Спасибо что ты у меня есть… Лаура: — Я тебя тоже люблю, милая! Я тоже рада, что ты появилась у меня в жизни! Улыбнувшись друг другу, Лукина вдруг говорит: Лаура: — Нам нужно идти спать. Сегодня мы слишком распереживались… обе. Мария: — Да, давай. Встав со стула, она выдыхает чувствуя как болят ноги, из-за чего с улыбкой хмурится. … Находясь в кровати, девушки лежали в обнимку с выключенным светом. Каждая думала о своём, иногда воровать на месте, пытаясь найти удобную позу. Маша прижимается к старшей, которая гладит её по спине. Мария: — Лаур, а ты ж меня любишь? Третьякова облизывается, после приподнимает голову, чтобы хотя бы увидеть очертания лица девушки. Лаура: — Люблю конечно! К чему такие вопросы? Лукина тоже пытаясь увидеть лицо девушки, щурится, потом целует в макушку, улыбаясь. Мария: — Я тебя тоже… Несколько минут они молчали, от этого диалога, брюнетке стало не посебе. Лаура: — Всё же, ты что-то хочешь сказать… Третьякова ложится сверху начиная тихо мычать от негодования. Мария: — Почему нас везде преследуют проблемы? Надоело уже, так скоро убиться можно будет… Кладя голову на грудь, она выдыхает, опаляя шею дыханием. Лаура: — Не думай об этом. А проблемы всегда решаются… каким бы они не были. Чувствуя аккуратные поцелуи в районе шеи, она сжимает губы, глубоко дыша. Мария: — Я тебя обожаю… спасибо. Лаура: — Хаха… я тебя тоже. И люблю сильно! Поменяясь местами, Лукина высматривает лицо девушки напротив, что получается рассмотреть намного лучше, так как глаза уже привыкли к темноте. Лаура: — Очень. Очень. Сильно. Люблю.! После каждого слова, целуя блондинку куда попало, она слышит тихий смех, который заставляет невольно улыбнуться старшую. Мария: — Теперь я точно спокойна… Взяв ту за шею, она притягивает её руками, после целует, медленно кусая то верхнюю то нижнюю губу. Лукина тихонько мычит, но это было больше похоже на стоны. Маша в то время перемещает руки на талию, и сжимает её, на что старшая усмехается сквозь поцелуй. Лаура: — Мм… думаю достаточно. А то не встанем завтра. Брюнетка чмокает её в нос, после чего ложиться обратно на постель, пока младшая прижимается к ней, громко вдыхая. Мария: — Спокойной ночи… Лаура: — Спокойной ночи. Прижимаясь друг к другу, они медленно засыпают.

***

На выходных, девушки занимались своими делами. Лаура работала, сидя перед документами, а Маша лежала на кровати, смотря то на неё то на телефон. Довольно долго думая, Третьякова встает, принимая сидячее положение, после чего наконец берет его в руки заходя в контакты. Мария: — Я на секунду… Встав со своего места, она подходит к двери, слыша от старшей краткое, тихое «угу» и выходит. Маша набирает тот самый злосчастный номер, в надежде, что её мама не меняла симку на телефон… Позвонив, она преподносит мобильный к уху, слыша тихие гудки, после небольшое молчание. Мария: — Ало?. Это Татьяна? Татьяна: — Да. Маша, это ты что ли? Чего звонишь? Её тон после осознания того, кто ей позвонил, изменился на более сухой, и с нотками обиды, из-за чего младшая поджала губы, начиная напрягаться. Мария: — Я хотела узнать, почему ты к нам вчера пришла… Татьяна: — Я хотела кое что отдать. Но я увидела эту… как там… Лаура? Лауру увидела, она меня разозлила и… На пару секунд пошло молчание, а после фырканье с той стороны, от чего Третьякова напряглась. Мария: — Почему ты молчишь.? Татьяна: — А почему это я оправдываюсь?! Знаешь что. Я тебе вчера уже всё сказала. Мария: — Мам, давай встретимся! Где ни будь… напиши мне адрес. Спокойно поговорим, прошу… Татьяна молчала. Долго. Очень долго… Маша уже готова была на потолок лезть. Татьяна: — Ну ладно, я напишу тебе, где встретимся. Не дождавшись ответа дочери, Третьякова старшая отключается, пока блондинка не понимая, зачем это все творит, тихо выдыхает и идёт на кухню, что бы выпить воды иовсё обдумать. Зайдя обратно в комнату, кареглазая валится на постель, сразу же прижимая к себе подушку. Мария: — Лаура, а тебе много ещё.? Лаура: — Да. Мария: — А если я мешать буду.? Лаура: — … я что ни будь сделаю. Мария: — Ну блин… мне скучно. Перевернувшись на живот, она смотрит на спину Лукиной, которая сидела как горбатая, от чего младшая хмурится. Мария: — И выпрями спину. А то потом позвоночник… Лаура: — Я знаю. Перебив, брюнетка садится ровно, после громко выдыхает. Лаура: — А если тебе скучно. Иди к Поляковой. Или позанимайся уроками своими… Мария: — Не буду. В школе успею. Лаура; — А если нет? Мария: — Ну значит не успею… ты ведь директор! Старшая усмехается, вставая из-за стола, обращая на себя внимание, которого ей и так предостаточно. Лаура: — Но это не значит, что я буду давать тебе поблажки. Мария: — Почему? Надув губы, она следит, как брюнетка садится рядом с ней, на кровать, и кладет руку на спину, нежно поглаживая по спине. Лаура: — Потому что я не смешиваю любовь с работой… работа это одно, а любить человека это другое, никак не совместимое. Поэтому нет. Несильно улыбнувшись, она ложиться рядом возле лица блондинки. Мария: — Жаль… Третьякова зевает, слышит как приходит ей сообщение на телефон, из-за чего ей приходится встать, и посмотреть сообщение. Лукина наблюдает за ней, садиться поближе, смотря в телефон, который сразу прячет младшая. Лаура: — И чего ты прячешь от меня… Старшая недовольно щурится. Мария: — Это мне Мари пишет. Секретики всякие… Лаура: — Полякову обсуждаете? Или меня? Мария: — Тебя-я… Лаура: — Ну и заразы значит. Мария: — Ничего не заразы. Лукина встаёт со своего места, потягивается, открывает окно, перед этим взяв пачку сигарет, и достав одну, поджигает держа в зубах. Мария: — Лаура. Лаура: — М? Лукина выдыхает и поворачивается к блондинке, облокачиваясь на подоконник. Мария: — Пошли гулять? И аккуратно у окна открытого… Лаура: — Гулять не пойдём. Я ещё не все сделала. Брюнетка поворачивается обратно, выглядывая из окна, от чего младшей стало непосебе, и она встав, подходит к ней держа за талию, от чего та вздрагивает. Мария: — Ну и ладно… Третьякова вдруг прикусывает губу, поглаживая бедро брюнетки иногда сжимая. Лаура: — Не расстраивайся. Ещё все впереди. Мария: — Хорошо, хорошо… Приложив руку к определённому месту, она слышит рваное дыхание старшей, которая выдыхает последний дым и выкидывает сигарету, перед этим туша её о стенку, которая была недалеко от окна. Лаура: — Маш, ты что делаешь… Мария: — Ничего. Мне скучно просто. Медленно поглаживая двумя пальцами, Третьякова второй рукой дотягивается до груди, сжимая, после, у блондинки невольно появилась улыбка, слыша тихий стон. Лаура: — Тут люди, они могут меня в окне увидеть… Маша надавливает на клитор через ткань, чувствуя как там тепло. Мария: — Увидят и забудут… Переложив руку с груди на шею, она сжимает и притягивает её к себе, медленно ведя к кровати. Лаура: — Маш… Тяжело дыша, Лукина берется за её талию, и оказавшись снизу с некой досадой громко выдыхает. Мария: — М.? Маша снимает ей низ, после чего суёт руки под её футболку, чувствуя бюстгальтер, который ей очень мешает. Старшая сгибая ноги в коленях раздвигает их, тихо постанывая, так как чувствует руки на своей груди, которые нежно сжимает их. Лаура: — Маша… только не останавливайся… Мария: — Тебе же нужно работать… Блондинка цепляет зубами кожу шеи, оставляя заметный след, потом целует. Лаура: — Работа подождет… Третьякова спускается вниз, перед этим сняв с неё футболку. По этому она без затруднений, будто специально еле касаясь сосков, медленно проходится по ним языком. Не церемонясь, она спускается рукой к половым губам, при этом смотря той в глаза. Медленно войдя, младшая слышит протяжный стон, после которого начинает двигаться в ней. Поднявшись к лицу брюнетки, Третьякова облизывается и целует её, несильно заглушая стоны. Лукина приобнимает младшую, прижимается к шее и несильно кусая её, после полустоном полувздохом кончает, сильнее прижимая девушку к себе. Маша аккуратно выходит, облизывает пальцы, после чего усмехается, чувствуя как старшую немного потряхивает в районе ног и немного выше. Лаура: — Мне конечно сейчас было очень хорошо, но, милая, мне все же нужно до конца доделать начатую работу… Тяжело сглатывая, она выдыхает и смотрит на младшую, которая немного недовольно посмотрела на неё, после чего несильно улыбается и целует в губы, чувствуя немного солоноватый привкус. Мария: — Тогда я одна прогуляюсь… Лаура: — Хорошо. От меня отдохнешь как раз таки. Усмехнувшись, Лукина глазами начинает осматривать всю комнату, чтобы найти вещи, которые куда-то кинула блондинка. Мария: — Наверное. А то ты зануда… Лаура: — Я не зануда, а просто до конца делаю работу! Оказавшись сверху, она начинает щекотать её, слушая тихий смех. Мария: — Хорошо, хорошо! Только остановись.! Привстав на локти, Третьякова кладет свои руки на все еще обнаженное тело. Мария: — И лучше оденься. А то Таня чувствует, когда ей нужно заходить к нам в комнату, или кабинет… Лаура: — Ну и пусть, будто никогда не видела меня. Мария: — Не видела? Лаура: — Ам… в памяти не помню, что бы мы… нет. Ни разу. Мария: — Тогда одевайся! Встав из-под неё, она слезает с кровати, сразу же подбирая футболку и кидая в старшую, которая тихо смеётся. Мария: — Чего ты смеёшься? Я не хочу чтобы она видела тебя… не прикрытой. Лаура: — А если она увидит? Лукаво улыбнувшись, Лукина видит как хмуро смотрит на неё блондинка. Мария: — Я буду злой! Лаура: — То есть. Ревнивой? Или как ещё можно назвать… Мария: — Нет! Это ты ревнивая! Третьякова щурится и складывает руки на груди. Лаура: — Теперь я в этом не уверена. В комнату начинают стучаться, на что младшая шипит «одевайся!», а после спрашивает кто там за дверью. Таня: — Кроме меня и вас, дома больше не кого! Открывайте! Маша мельком смотрит на старшую, которая уже надела футболку, и повернувшись к двери открывает её. Мария: — Дверь была вообще-то открыта. Таня: — Ой ой… Полякова проходит к ним, наблюдая как брюнетка поправляет штаны. Таня: — Ой. Я вам опять помешала? Мария: — Ни капли… Раздражённо ответив, Третьякова садится на кровать, вспоминает что было пару минут назад, из-за чего еле заметная улыбка прошла по лицу. Лаура: — Ну Маш, спокойно. Подойдя к ней, Лукина обнимает её с напором целуя в щеку, перед Поляковой, из-за чего кареглазая краснеет, пытаясь отсранится, после прижимается к шее, прячась в ней. Мария: — Лаура, не надо так… Лаура: — Да ладно тебе! Брюнетка обнимает её, поглаживая по спине, пока Таня сидит и смотрит на них с улыбкой. Таня: — Я сегодня наверное к Буше пойду… Лаура: — Хорошо. Машка сейчас пойдёт погулять, может с ней пройдётесь. Таня: — О, я согласна! Лаура: — Маш, пойдешь с ней? Мария: — Мгм… Лаура: — тогда, Танюх, иди одевайся. Полякова кивнула все с той же улыбкой, встаёт и уходит прикрыв дверь, перед этим сказав «через 5 минут я готова.». Мария: — Лаура, я тебя люблю. Лаура: — И я тебя. Чмокнув в лоб, Лукина улыбается и садится обратно за стол, грустно выдыхая. Лаура: — Переодевайся… а ты до скольки? Мария: — Не знаю… а что? Лаура: — Ну малоли… с любовником там будешь? Мария: — Не надо так шутить… Лаура: — Ну ладно. Мария: — Тебе самой ещё много работать? Лаура: — Да-а… так. Все, не нужно отвлекаться… Маша улыбнулась, при этом надев кофту, поэтому быстро подойдя к старшей, целует в макушку, и уходит. Мария: — Удачи! Пройдя к выходу, она видит, что Полякова уже стоит в куртке. Таня: — Давай быстрее! Мария: — Да да, сейчас. Быстро надев свою куртку, Третьякова открывает дверь, пока старшая её проталкивает, из-за чего обе девушки заливаются смехом, который эхом проходится по всей лестничной площадке. *** Проводив Полякову до Мари, она шла в обратную сторону их дома, смотря в телефоне точный адрес, что указала… Татьяна. Мария: — Значит сюда. Повернувшись в бок и останавливаясь, она смотрит на вывеску какого-то кафе. «Вроде это» Пожав плечами, Третьякова открывает дверь, осматривая помещение и немного щурясь от яркого цвета. Найдя её где то посередине возле окна, Маша садиться, видя как та сразу же обращает внимание, немного копошившись на одном месте. Мария: — Привет, давно не виделись… Татьяна: — Ага, очень. Чего звала? Положив руку под подбородок, Татьяна ухмыляется, пытаясь делать вид, что ей чисто кристально. Мария: — Поговорить… Сложив руки в замок, она кладет их на стол, немного напрягаясь от взгляда матери, из-за чего отводит глаза в сторону. Татьяна: — Ну? Давай говори! Маша немного мнется, пару минут молчит, дальше тяжело вздыхает, осматривая кафе и работников. Мария: — Если ты меня любишь, то получается принимаешь такой какая я есть. Ты так говорила в детстве… а значит, ты могла бы принять мою ориентацию, но, ты не приняла. А почему? Разведя руками, Третьякова поджимает губы замолкая, и смотря на мать. Татьяна: — Потому что это не правильно! Мария: — Что не правильно? То, что я не могу любить человека? Как ты тогда папу моего полюбила? Альберта? Это же получается тоже не правильно!. Татьяна: — Это мой выбор, ясно тебе! Мария: — Вот и нашли ответы на все вопросы, и негатив. Смотрите, как хорошо вышло, не правда ли, мам? Татьяна: — Да ты… ты не понимаешь! Ещё молоко с губ не высохло так говорить! Хлопнув по столу, старшая выдыхает опуская голову, пока Маша только сглатывает поправляя шарф. Мария: — Получается, ты все ещё не будешь меня принимать и любить?. Татьяна выгибает бровь, кривя лицо. Татьяна: — Когда ты перестанешь любить ту… когда ты перестанешь её любить, то да. Мария: — Мам. Ты буквально испортила мне жизнь. Из-за тебя у меня была депрессия из которой я вышла… спуска год где то. Потом ещё пару лет, как тебя нету, дальше Лаура появилась. Мы признались друг другу. А тут, вдруг ты откуда не возьмись взялась, побила и ушла. Прокашлявшись, она поднимает глаза. Мария: — И это ты считаешь нормальной? Татьяна: — Ты сама решила уехать от меня, и не писала мне! Мария: — А сама могла бы написать? Могла бы сама приехать, или попросить встретиться? Ты пришла спустя чуть ли не 4-5 лет, причём сразу же к нам в квартиру! Ты следила за нами? Да я вижу ты… прифигела. Татьяна: — Лексикон свой прибереги! Мария: — Я ради этого и берегла! Но видимо придется высказать все… всё своей девушке. Встав со своего места, она разворачивается и громко выдыхая, направляется к выходу, пока слезы на глазах начинали скапливаться. Выйдя из помещения, Третьякова уходит в неизвестном направлении. Куда ноги несут, как говорится. *** Сидя на каком-то камне, Третьякова вытирает слезы рукавом куртки, смотря вдаль. Мария: — Почему она меня так не любит… Поджав ноги к себе, Маша поднимает голову. Уже стемнело, поэтому почти от каждого шороха, она иногда вздрагивала. Было немного холоднее чем днем, поэтому, мурашки проходили по спине, и она ёжилась. : — Маш? Это ты? Третьякова вздрагивает, слыша шаги позади себя, после чего резко поворачивается к знакомому голосу, чуть ли не скручивая шею, как сова, из-за чего всхлипывает, видя родное лицо. Мария: — Котёнок, ты чего тут… делаешь?. Блондинка через силу улыбается, сглатывая ком слез. Лукина подбегает к ней, после обнимает, чуть ли не наваливаясь. Лаура: — Я тебя искала… ты видела, сколько время? Мария: — А как ты меня нашла? Лаура: — Мне Таня написала. Я знаю, что ты была в кафе, ты встретилась с мамой. Опять. Взяв младшую за руки, она начинает греть их, иногда искоса смотря на неё. Мария: — Ну… мне нужно было все прояснить… Лаура: — Ты могла бы попросить меня. Мы бы пошли вместе… Мария: — А нашла то ты меня как? Расскажи поподробнее… Обрывисто выдохнув, Маша чихает. Лаура: — Ц… хорошо. Мне написала Таня, так как видела тебя в кафе, потому что они с Буше тоже были там… Потом, когда я подходила, я видела как ты завернула за угол. После я немного потеряла след… в итоге я тебя нашла. Ты что здесь делаешь, милая? Целуя потрескавшие от холода губы, Лукина шмыгает и прижимается всем телом к ней, пытаясь отдать ей все тепло, слыша сверху, как младшая начинает тихо скулить и чуть ли не задыхается от собственных слез. Лаура: — Все хорошо, милая. Не сдерживайся, выскажись. Громкий плачь дался небольшим эхом для всех, из-за чего брюнетка поджимает губы, прижимая тело к себе как можно ближе, пытаясь дать необходимую поддержку девушке в данный момент. Лаура: — Я буду рядом всегда…