Одна маленькая жизнь

Нет, сказал бы ей кто раньше – не поверила. Вот Милосердной готова поклясться – не поверила бы. Право сильного было свято, незыблемо и неоспоримо. А Ардат... С моей – с их точки зрения, Ардат сильной не была. Нытик. Истеричка. Неженка. Нет, в тех условиях ее родного поселения, она бы и пары дней не протянула. Вот только хорошо ли это? Я готова была раньше клык дать, что только так и должно быть – выживает сильнейший и это правильно. Милосердная учила, что легкая смерть – это одна из форм сострадания. И я относилась к смерти легко – добить, чтобы не мучались. Зачем жить калеками? А сейчас, смотря на Ардат, я понимаю, что Милосердная говорила немного о другом. Если вынужден убить – сделай это быстро. Но не суди, кто должен жить, а кто – нет, на это есть Творцы. И что если кто-то родился – то есть зачем. Дали бы у нас жить необычной синеволосой девочке? Задумывались бы, что это важно? Думаю нет, мой народ слишком прост, чтобы рассуждать об этом всерьез. Отправили бы, как и всех, в дом внизу. Выжила – молодец, не выжила – не повезло. Может и хорошо, что она родилась у совершенно другого народа, где дети – это ценность и сила рода? Врочем, как от нее этот род отказался... Но я это все вообще к чему? Я к тому, что слабый на первый взгляд, может быть отнюдь не слаб. Смогла же она со мной пройти все эти бескрайние верещатники? Пусть да, доставала, теребила, требовала внимания... Может порой тоже так надо? Требовать к себе внимания? Хотя бы от самой себя. Глядишь, на мне было бы поменьше шрамов. Отвлеклась. Мысли скачут, как убегающие зайцы. И так же петляют. Так вот, про Ардат. Могла ли я до того, как мы попали в бурю, думать, что она сильная? Я видела магию, как ее применяют твари, знаю, что и для некромантии нужны жертвы, а целители отдают себя, но тогда она нас спасла, построив ледяной купол вокруг нас одной своей магией. Без жертв! И это самое явное проявление ее силы. Но еще там, где я буду бить в лицо, она будет договариваться. Там, где я пожму плечами, и начну  отсчитывать камни – она будет спорить и торговаться. Там, где я просто пойду и сделаю – она начнет выяснять зачем и почему. Нет, это не всегда хорошо, иногда надо действительно брать и делать... Но зная зачем, не будешь влипать в разные сомнительные истории. Опять же, обладай я таким же интересом и смелостью, и желанием выяснять причины – на мне было бы меньше шрамов. Наверное. И там, где я ее учу не сдаваться, искать силы, делать должное, она учит меня задавать вопросы. Разве нельзя это назвать силой? – Хриза!! – от истошного вопля я вздрогнула и посадила кляксу, поморщилась, быстро дописала «забудь все что написала выше», отложила перо и обернулась на вопль. Мы в храме, тут ничего действительно опасного и серьезного просто нет. Ардат забралась на изножье кровати и вполне прилично на нем балансировала, повизгивая от ужаса, и глядя куда-то вниз. А на полу сидела крыса. Чего тут так визжать? Ладно, довольно крупная крыса. Но что визжать – я все равно не понимаю. – Ты меня напугала. – Я развернулась на стуле в их сторону. – Я из-за тебя кляксу посадила. – Хрииииз – Ардат тут же пустила жалобно-плаксивую нотку в голос – Убей ее, а? – Зачем? – Вот тут я не шуточно удивилась.  – Что, есть хочешь? Она так резко отрицательно замотала головой, что кончик ее косы метнулся из стороны в сторону, а сама она чуть не потеряла равновесие. – Она страшная! Я выдохнула. Крыса. Страшная. Судя по тому, как та замерла на месте, еще вопрос, кто кого больше боится. – Она не опасна. – Я встала из-за стола. Крыса даже не шелохнулась, так и замерев на задних лапках. – А тебе давно пора перестать таскать с кухни еду в кровать. Если б ты этого не делала, то и крыса бы не пришла.  – Хорошо-хорошо, я больше не буду! – Отчаянно начала заверять меня Ардат. – Точно не будешь? – Я, не сводя глаз с крысы, потянулась за тренировочной палкой. – Точно не буду! Больше никакой еды здесь! Ни крошки! Обещаю! Я прищурилась, прикидывая одновременно две вещи: заставить что ли ее покляться про “больше никакой еды в нашей комнате” и как бы вспугнуть крысу нат, что бы она не кинулась на меня, а наоборот, предпочла бы сбежать подальше. Решила, что клясться по такой ерунде – глупо. И постучала кончиком палки рядом с крысой. Та не среагировала. Тогда я легонько толкнула ее в задную лапу, а потом плашля ударила рядом. От этого крыса отмерла и быстро юркнула под дверь. Вот и хорошо. – А почему ты ее все же не убила? – Ардат, уже спустилась с изножья, и со вздохом начала выгребать запасы из небольшого сундучка у кровати. Мда, не ожидала, что она столько сюда уже успела натаскать. Хотя с учетом того, что храм мужской, а Ардат умеет прикидываться очень жалобной, это, наверное, и не удивительно. – Каждая жизнь зачем-то дана, и если ты не голодна, то не зачем лишний раз проливать кровь. – Да-да, она не вредит и не угрожает... – Передразнила меня Ардат, сгребла всю снедь, и вышла из комнаты. Я надеюсь, все же на кухню, а не перепрятывать где-то. Все же действительно каждая жизнь важна. Даже если жизнь этой крысе была дана для того, что бы одна вредная синеволосая девчонка перестала тихо жрать по ночам в кровати!