Модификация: дефектный

Этот случай хотелось выжечь из памяти, как выжигают маковые поля в неблагополучных странах. Но мозг не терпит насилия, а потому выблевывает все, что не в состоянии переварить. Маленький Арису стоял посреди пустого пространства под мостом и с трудом дышал. В его глазах застыло безумие, постепенно сменяющееся первородным страхом, на его лице застыли мелкие брызги крови, правая рука сжимала биту, также совсем немного запачканную. За его спиной стоял брат, обнимая за плечи так сильно, что только это спасло от неизбежного. Только это остановило Арису от желания избить одного придурка из школы. Этот самый придурок, пацан десяти лет в школьной форме, валялся на земле и глухо стонал, сворачиваясь клубком. Его лицо было изуродовано побоями, нанесенными той самой битой. Он кряхтел от боли, почти взывая. А Арису смотрел на него стеклянными глазами, все еще считая, что поступил правильно. Только вот брат, его личная совесть, явно считал иначе. Это угнетало, это заставляло сожалеть о содеянном, обвиняя себя в жестокости. Называя себя монстром. - Рёхей?! - этот голос, полный ужаса и свирепости отрезвлял. Арису панически содрогнулся, а сердце его сжалось в приступе страха. Он медленно повернул голову и увидел своего отца, полностью растерянного, рассерженного и напуганного одновременно. Он шокировано оглядел избитого мальчика и перевел на Рёхея такой разъяренный взгляд, что и тысячи палачей не хватило бы, чтобы сразиться с ним в желании убивать. Рёхей уже чувствовал, как дрожат колени под пристальным вниманием. - Папа... - шептал он беспомощно, - я не виноват, папа... - Ты «что»? - гримаса лица его отца исказилась так, словно вот-вот настигнет инсульт. - Ты чуть не убил пацана! Что ты творишь, Рёхей?! - Он сам виноват! - теперь Рёхей кричал. - Он назвал меня слабаком, а я просто показал ему, что это не так! - Рёхей, ты избил его! - отец кричал громче и страшнее. - Что ты за чудовище такое?! - Я не... - Ты чудовище! Монстр! - Папа, не говори так... - Я отдам тебя, куда следует. Мужчина отправился к избитому мальчугану, планируя отвезти его в больницу. А у Рёхея застыла душа от одной мысли о том, куда отец планирует его отдать. Нет, только не это. Он не вернется в этот ад. - Папа, нет, прошу тебя! - на глазах выступили искренние слезы. - Папа, я не хотел, папа! - Не смей называть меня папой, - голос мужчины стал холоднее и грубее. - Ты мне больше не сын. И сердце Рёхея зарыдало. Арису очнулся внезапно и слишком резко, словно кто-то ударил его по лицу. Создавалось впечатление, что кто-то следил за ним прямо сейчас. Он почти ничего не видел перед собой, в комнате царил самый темный час перед рассветом, глаза не смогли бы привыкнуть так быстро. Но кое-что одно он смог разглядеть. Кое-что пугающее до внутреннего крика и пронзающее до мозга костей. Глаза. Яркие желтые глаза во тьме гипнотизировали немигающим взглядом, заставляя все органы тела скрутиться в панике, а желание жить забиться в самый далекий угол подсознания. Арису уже подумал, что во второй раз в жизни схватил сонный паралич, но тут же заметил знакомые очертания вокруг тех самых глаз. Это были очертания лица Чишии. Да, это был определенно Чишия. Сейчас он был слегка не похож на себя, так как на нем не было привычной толстовки (только футболка и спальные штаны) и волосы были распущенны, не забраны в хвост. Но это определенно тот самый Чишия. Он сидел на краю кровати, чуть склонившись над Арису, разглядывая его своими невыносимо чуткими глазами. И если его что-то смогло поднять посреди ночи с матраса, на котором он обычно спит на полу, значит, произошло что-то серьезное. Стоять. Что произошло? Арису в голову довольно резко ударило осознание ситуации, и он судорожно вздрогнул, импульсивно дернулся и едва не приложился головой о деревянную перекладину в изголовье кровати. Но умелец Чишия волшебным образом успел подставить руку под его затылок, создавая безопасное пространство между головой и деревяшкой. И какой же фурор произвела непревзойденная ловкость Модифицированного в голове Арису! Брюнет едва ли не обомлел, но вовремя опомнился. - Что, - так как спросонья голос был слегка сиплым, ему пришлось откашляться, - что произошло? - Ты только что чуть не набил себе шишку, - спокойно ответил Чишия, убрав руку после того, как убедился, что Арису больше не планирует повторять пируэт. - Нет, я не об этом. Почему ты не спишь? Наверное, не стоило задавать такой самокомпроментирующий вопрос. Блондин изучил парня взглядом и размеренным голосом произнес: - Ты стонал во сне так, словно тебя избивали, - и, сдержав паузу, добавил. - А еще все время звал отца. У Арису волосы встали дыбом. Вот такой ситуации он хотел меньше всего. Кошмары о прошлом для него - постоянная проблема, особенно когда он забывал выпить нейролептики. И вот как раз сегодня память подвела его. - Схожу, попью, - коротко сообщил он и сполз с кровати, принимая вертикальное положение. Вестибулярный аппарат тут же напомнил ему о своем существовании, вызвав кратковременное головокружение. Видимо, для Модифицированного это было заметно сразу, поэтому Чишия вкрадчиво спросил: - Может быть, я принесу воды? Было бы здорово, но нет, - подумал Арису про себя. Он не имел никакого желания показывать кому-то свои слабости, он всегда пил таблетки втихаря, и сегодня его привычки также не стремились меняться. - Все хорошо, - соврал он серьезным тоном, прекрасно понимая, что Чишия умеет распознавать ложь. - Я сам справлюсь. Полагаясь на некоторую мудрость Модифицированного, которая не позволит ему задавать уйму дурацких вопросов, Арису поплелся на кухню. Но едва он шагнул в коридор, как вдруг его сердце пропустило несколько жутких сильных ударов. Раз, два, три, четыре... десять. Сердцебиение стремительно ускорялось, Арису мог ощутить пульс в спине, в ногах, по всему телу. Дыши, дыши, дыши. Но контроль над собой он утерял еще во время пробуждения. Мозг никак не хотел фокусироваться на дыхании, вместо этого подкидывая одно отвратительно воспоминание за другим. Предательство, страх, одиночество, мучения. Отец и брат. Одиночество. Мысли накладывались внахлест друг на друга, удушая все сильнее. Арису протянул руку, надеясь облокотиться на стену, но вскоре ноги подкосились, и он беспомощно рухнул на колени. Он продолжал задыхаться, не в состоянии вдохнуть полной грудью. Он просто хрипел и ощущал, как ему в затылок дышит смерть. Он сейчас умрёт. Еще чуть-чуть, и смерть заберет его. Он умрет. Неожиданно чьи-то руки подхватили его. Арису не особо понимал, что происходит, перед глазами расстилалась густая пелена из страха и воспоминаний, а тело не ощущало ничего, кроме внутренних страданий и невозможности дышать. Но все же парень краем сознания понимал, что его посадили спиной к стене. - Арису, - позвал его мягкий голос, и Арису поднял голову. Мрачная пелена не отступала, но даже сквозь нее парень разглядел те самые янтарно-желтые глаза. - Арису, - снова позвал его Чишия, - дыши. Давай, вдох. Арису послушно, несмотря на нагнетающую панику, попытался вдохнуть, но грудь будто сдавило колючей проволокой. Он истерично захрипел от беспомощности и чуть не поперхнулся собственной слюной. - Я тебе помогу, - Чишия приложил свою ладонь к груди Рёхея. - Давай еще раз, вдох. Удивительно, но вместо давления на грудную клетку Арису ощутил какое-то необъяснимое тепло, и осмелился сделать еще одну попытку. И чудо! Мучительно и с давящей на все органы болью ему все же удалось набрать воздух в легкие. - Молодец, - голос блондина был все также поразительно мягкий, убаюкивающий. - А теперь выдох. Выдох был громким, сиплым, но все же! И так под размеренные команды Чишии «вдох-выдох» Арису удалось постепенно стабилизировать дыхание. Подождав до того момента, когда Арису успокоится, Чишия убрал свою руку и сел рядом с ним, прижимаясь плечом к плечу, также опираясь спиной о стену. А Арису, наконец, почувствовал пограничную легкость. В голове утихомирились дурные мысли и шум, теперь из всех звуков он слышал лишь писк в ушах, свое дыхание и мерное дыхание Модифицированного. Он все еще не мог поверить, что кому-то удалось справиться лучше лекарств. Просто словами, просто прикосновением. От переизбытка чувств по лицу Арису прокатились теплые слезы, которые он не смог бы остановить. Не то состояние. Он хотел бы уйти, но не мог, ноги все еще тряслись от нервного напряжения. Он хотел прогнать Чишию в комнату, но не успел. Чишия протянул руку в пространстве между шеей брюнета и стеной, обхватил за плечи и резко потянул на себя. Не готовый к такому повороту событий, Арису с размаху повалился на него и был впечатан лицом в шею блондина. Какой... какой очаровательный запах! Еле уловимый, немного сладкий, как у садовых роз. Он ощущал непокорный стыд, но отстраняться почему-то совсем не хотелось. Так тепло... - Что, - он сглотнул сухой ком в горле, мешающий говорить, - что ты творишь? Он с трудом сдерживал потребность организма зайтись в истерическом рёве. - Зачем ты все это прячешь? - из-за шепота Чишии шелохнулись волосы на макушке, и тогда стало понятно, что он прижимался губами голове Арису. И тогда Арису поймал волну невнятного смущения. Необъяснимого, но искреннего. - Никто не должен это видеть, - судорожный вздох. - Но ты все-таки увидел. - Кто-то еще знает? - Два хороших друга и подруга детства. - А ты не устал скрываться? Держать все в себе? - и тут голос Чишии стал донельзя интимным, заставляя душу непроизвольно обнажаться под пристальным вниманием желтых глаз, которые следили, даже когда их не видишь. - Раскройся. Дай волю своим эмоциям. Освободи сознание от душевной боли. Будь Чишия кем-то другим, он бы был моментально послан в кругосветку по генитальным местам. Но это Чишия. Это некто, кто на миг заставил сердце Арису трепетать от такого количества заботы и... доброты? Совсем не хотелось больше мучить себя внутренними противостояниями. Хотелось раскрыться. Побыть настоящим. Хотелось почувствовать себя уязвимым. В очередной раз судорожно выдохнув, Арису обвил руками чужую шею и... дал себе волю Он просто тихо разрыдался прямо в шею блондину. Он просто позволил себе побыть слабым и беззащитным перед кем-то. Руки Чишии бережно легли на вздрагивающую спину и начали легонько гладить на уровне лопаток. И Арису провалился в необычное состояние, необъяснимое ему самому. Его словно обнимал кто-то близкий. Кто-то близкий его успокаивал. Кто-то близкий дал ему то ощущение безопасности и заботу, чего так не хватало в семье Рёхея. И этим кто-то оказался случайно забредший к нему гость, проживающий уже четвертый день в его квартире. Ирония. Через несколько минут Арису, наконец, смог успокоиться. Истерика утихла, парень почувствовал слабость по всему телу и легкую сонливость, как после таблеток. Чишия повел себя, как настоящий мудрый человек. Он не стал задавать вопросы, как-то комментировать произошедшее, даже зрительного контакта не поддерживал, понимая, что Арису это может смутить, а вместо этого помог брюнету подняться на ноги и дойти до кровати. После Чишия, не проронив ни слова, лег обратно на свой матрас. Арису замер, лежа на боку лицом к стене. Он смотрел на рельефную поверхность объемных обоев и был до глубины души благодарен соседу по комнате за то... да за все, что произошло только что. Впервые за всю жизнь он не ощущал стыда за то, что разрыдался у кого-то на глазах. А тут еще и рыдал в самого человека, как в жилетку. Но все равно это ощущалось... комфортно. - Чишия, - осмелился все-таки позвать его Арису. - М? - глухо отозвался блондин. - Я болен. Думаю, ты даже в курсе, чем. - Предполагаю, Синдром Аспергера, а еще острый психоз? - с первого захода догадался Модифицированный. Чего и следовало ожидать. - Угу, - коротко подтвердил Арису, не ощущая никакого дискомфорта от того, что его вполне быстро раскрыли. Послушалось шуршание, судя по звукам, Чишия сел. - О первом я догадывался с самого начала. Но второе узрел только сегодня. - Вот видишь, теперь мне нечем заинтересовать тебя. Арису произнес это в полу шуточном тоне, но в глубине сознания почувствовал легкий укол грусти. Но у Чишии явно были иные планы. - Ну, я еще многого не знаю из твоего прошлого, - интонация звучала с некоторым хитрым посылом. - Например, причина твоего психоза. Судя по отголоскам твоего сна, который ты непроизвольно озвучивал, детство у тебя выдалось тяжелым. А вот теперь подошла волна стыда и желания сравняться с кроватью или хотя бы зарыться в одеяло. - Прошу тебя, давай не будем об этом. - Как скажешь, - мирно согласился блондин. - Лучше скажи, что это за магия такая была с рукой? Лучшая тактика - перевести тему. В конце концов, Рёхею и правда было любопытно, почему метод Чишии помог ему сосредоточиться, расслабиться и вдохнуть. - А, ты об этом, - Чишия сразу понял, о чем речь, без уточнений. - Каждое живое существо обладает своим магнитным полем. У Модифицированных оно ярко выражено, к тому же мы можем делиться с другими существами энергией, создавая необходимые вибрации для тех или иных целей. - Это что получается, - Арису крепко призадумался, - почти как в аниме? Там чакры всякие. И только когда послышался тихий приглушенный смех Чишии (будто бы смеялся он в кулак), Арису осознал, что несет ахинею. Но это его нисколько не смутило, наоборот, на душе стало еще легче и теплее. И тогда брюнета настигло по-настоящему необычное, в некотором роде вопиющее по отношению к самому себе желание. Природа его происхождения была не ясна, само желание должно было смущать до красноты ушей, но... Сейчас Арису совсем не хотелось заморачиваться. Скоро рассвет, магия ночи иссякнет, а так хотелось отпустить все на самотек и довериться собственным чувствам. Ведь сегодня он уже испытал слабость, и ничего плохого не произошло. Почему бы не побыть слабым еще немного? - Чишия, - робко позвал он блондина. - М? - Не хочешь... поспать сегодня на кровати? Божечки, как же это звучало неправильно! Именно в этот момент лицо обдало привычным жаром, но в глубине души парень надеялся, что его предложение примут. Шуршание, небольшая заминка, и вот уже кровать проминается под дополнительным весом. Чишия оказался идеальным вариантом для проживания вместе с Арису. Не задает лишних вопросов и относится ко всему с пониманием. Пусть иногда он холоден, и его кошачий нрав невыносим, все же... с ним комфортно. Именно поэтому Рёхей не испытывал неудобств, не было ощущения, что рядом находится кто-то лишний. Когда он находился рядом с Чишией, а за последние три дня больше всего времени было проведено именно рядом с ним, у Арису создавалось впечатление, что в квартире кроме него - никого. Он и он, но в другой форме. Мысли рассыпались сразу же после того, как к его спине прижалась чужая спина. Тепло. И дико смущающе. Сердце заколотилось со знакомой скоростью предпанического состояния. Вдох-выдох. Вдох-выдох. - Спокойной ночи, Арису, - даже это звучало с ненормальной заботой. Или же кто-то тронулся кукухой? - И тебе спокойной ночи, Чишия, - негромко отозвался Арису, уже без уверенности в том, что сможет быстро заснуть. Не хотелось думать о том, что за последние несколько минут произошло между ним и сожителем. Пусть все останется на утро. *** А на утро Арису, такого, каким он себя всем представляет, ждал сюрприз. Поскольку наступил долгожданный выходной, удалось проспать аж до двенадцати часов дня. Возможно, он проспал бы и дольше, только вот внутренняя тревожность не давала покоя даже в субботу, поэтому подсознание намеренно заставляло парня ставить будильник на это время. Арису разлепил глаза и пару раз моргнул. Перед ним виднелся выкрашенный в идеально белый цвет потолок с протянутой по всему периметру светодиодной лентой. Взгляд все еще был нечеткий, поэтому Рёхей протер глаза левой рукой, именно левой, ведь правая была занята. Так стоп. Занята? Где-то с полминуты он не решался перевести взгляд, но вопрос без ответа - ужасная вещь. Поэтому собрав всю смелость в кулак, Арису медленно повернул голову и взглянул на свою руку. Его ладонь крепко сжимала ладонь постороннего человека. И этим человеком мог быть только один «не человек». Арису планировал импульсивно выдернуть руку от переизбытка чувств, но сперва, сглотнув, также медленно перевел взгляд на Чишию. Тот мирно спал. Грудь Чишии ритмично вздымалась от замедленного во время сна дыхания. Волосы, не собранные в хвост, были растрепаны и занимали собой всю подушку. А черты лица сейчас выглядели еще более сглаженными, чем обычно, и вообще казалось, что рядом не Модифицированный, а настоящий ангел. Хотя когда Арису вспомнил описание библейских ангелов из Ветхого завета, он решил отказаться от такого сравнения. Скорее... нечто божественное воплоти. Говоря клишированными фразами, иметь такую красоту - преступление. Арису не мог оторвать взгляд. До сегодняшнего утра ему казалось, что это маниакальное желание постоянно пялиться на Чишию ушло в небытие, но нет. И снова здравствуйте, приплыли. Это сильнее всего разумного. Душа Арису металась из воображаемого угла в угол и тихо трепетала от неземной красоты. Нельзя так пялиться, нельзя. Но так хотелось... Каждая секунда созерцания такого великолепия ощущалась, как несокрушимое благоволение. Хотелось слиться с этим очарованием и раствориться в нем, стать единым существом, созданием. Такие мысли изрядно пугали Арису, но остановиться он не мог. В конце концов, он имел некую привилегию, имея право на то, чтобы находиться в непосредственной близости с совершенством. И именно в этот момент Чишия проснулся. Его глаза медленно распахнулись и тут же сонно сощурились, заприметив сидящего рядом брюнета - Доброе утро, - как-то слишком хитро заулыбался Чишия. А Арису едва не свалился без чувств. Мало того, что с ним в кровати спал этот шикарный Модифицированный, так еще и сам Арису в очередной раз был пойман за разглядыванием блондина. А еще их руки! Арису только сейчас опомнился и непроизвольно импульсивно шарахнулся в сторону, пытаясь освободить свою руку. Но Чишия на это лишь сильнее сжал его ладонь и рывком потянул его на себя. Потеряв равновесие, Рёхей буквально повалился на него, тут же оказавшись в объятьях. Да, Чишия, не теряя времени, тут же обвил его талию руками, заключив в неприлично близкие объятья. Кровь по телу Арису забурлила, разошлась, отчего температура явно подскочила. Жарко. - Эй, эй! - он протестующе уперся руками в кровать, пытаясь оттолкнуться. Но кое-кто нагло держал его очень крепко. - Я вчера в первый раз обнял человека, - лениво зевнув, невозмутимо сообщил Чишия, будто не совершил ничего, что можно было бы приписать под деяние «против личности». - И, кажется, мне это нравится. Приплыли! Почему этот кошак так любит такие откровенные фразы? Вопиющее безобразие! - Это, конечно, здорово, - Арису все еще пытался сопротивляться, - но, может, ты найдешь другого человека для объятий? - А зачем мне кто-то другой? - блондин ехидно хохотнул, и это не сулило ничего хорошего. - Ты ведь так смотришь на меня, что до усрачки хочется тебя обнять. Ну, всё. Прямо в яблочко. Арису обреченно простонал и рухнул лицом в подушку Чишии рядом с его головой, после чего сокрушенно выдохнул прямо в ткань, обдав свое же лицо горячим воздухом. Выше всего допустимого, ниже собственных принципов. Все-таки Модифицированные - странные и ни от мира сего. - Это нарушение личного пространства, - пробурчал Арису, не поднимая головы, в душе дико паникуя из-за того, как скручивало живот от волнения. Очень странное волнение, вызывающее желание вылезть из кожи, покинуть тело, открепиться от костей и убежать душой куда-нибудь подальше. А все из-за того, что объятья Чишии сейчас ощущались по-другому. Ночью в них было просто успокоение и какой-то семейный подтекст. Но вот сейчас все иначе. Это было... нет, не противно, не чуждо. Приятно. Будоражаще. Но в то же время хотелось сгореть от стыда в собственном котле, который быстро сообразил организм, повышая температуру с каждым вздохом. Вдох-выдох. - Сам пустил, - беспристрастно прошептал Чишия, отчего Арису непроизвольно вздрогнул. Что-то было в этом шепоте отрадное, манящее и цепляющее. Все чувственные каналы мигом пробудились, теперь брюнету казалось, что он ощущает абсолютно каждое прикосновение каждым миллиметром тела. А поскольку все его тело было плотно прижато к Чишии, его практически разрывало от хаоса чувств. Арису даже уже не хотелось выяснять, что именно Чишия расценил, как «пропуск» в личное пространство. На языке вертелся совсем другой вопрос. - И что же ты ощущаешь такого от объятий? - безусловно, вопрос бесконтрольно сорвался, заставив парня мысленно проклинать себя. - Хм, дай подумать, - Чишия помолчал несколько секунд, задумчиво перебирая пальцами по пояснице замершего в шоке Арису. - Не думаю, что в этом есть что-то сверхъестественное. Мне просто приятно. Почему я должен отказывать себе в приятном? Приятно ему, как же. Просто, похоже, в крови у него стремление доминировать над всеми существами вокруг, причем именно вот так по-кошачьи, тупо присвоив своеобразную собственность кому-либо. Арису хотел сделать глубокий вдох, но подушка грозилась новым приступом удушья, поэтому он повернул голову в бок, противоположный от лица блондина, заблаговременно просчитал все риски довести ситуацию до коллапса своей неловкостью. - Никто не заставляет отказываться от приятного. Но только... что если твое «приятное» может оказаться для другого совсем неуместным? - То есть тебе неприятны мои объятья? - в голосе Чишии чувствовалась неискренность, он явно все понимал, но решил подыграть, изобразив дурачка. - Да нет же! - Арису непроизвольно воскликнул и резко приподнялся, опираясь на руки. И мгновенно застыл, ошарашенно сглотнув. Потому что снова столкнулся с томным взглядом незабываемых желтых глаз. Смотря в глубину узких зрачков, Рёхей начинал думать, что вот-вот распадется на атомы. Врать под таким чутким надзором не хотелось. Да и не было причин. - Я просто чувствую себя странно. Это как-то... ненормально. Чишия чуть склонил голову в бок, продолжая удерживать руки на уровни талии Арису, с интересом вскинув бровь. - Что ненормально? - Ну, вот это вот все... - Объясни. Проклятье, Чишия, подлец! - Мы не должны себя вести друг с другом... вот так. - А, - блондин схватывал чужие мысли налету, - тебя смущает, что я парень, да? - Нет, нет! - Арису смешно засуетился. - Я не... - Тогда просто вообрази меня котом. Я же не человек, в конце концов. На мне схлопываются все ваши социальные нормы и устои. Не слова, сказанные Чишией, повергли Арису в шок, а скорее же краткая мысль о том, что вариант с котом не такой уж плохой. Нет, он определенно не считал необходимым обниматься с соседом просто так! Да и вообще... Ну, если только иногда. Не отдавая себе отчета, Арису шлепнул ладонью себя по лбу, переставая узнавать свои привычки. Завел, блин, себе Модифицированного, называется. Довольно пронзительный визг оповещения о новом сообщении на телефоне заставил Арису вздрогнуть.