Внеземные движения, перетекающее в постель | Секрет

      Они танцевали вместе уже несколько лет. Танцевали в разных стилях, которые смешивались и менялись. Танцевали с разными участниками, которые приходили и уходили. Танцевали в разной одежде. Но позитивная и дружественная атмосфера в коллективе была неизменна.       Каждый день делился на две части: утром – занятия, вечером – выдумывание нового материала или отработка номеров командой. И этот день не был исключением. Правда сегодня Дима остался в студии только вместе с Кириллом. Остальные либо были заняты, либо уже ушли.  

Madonna – Secret

        Время близилось к полуночи, но это не было проблемой, так как сегодня была суббота, а в воскресенье у обоих выходной. Для завершения танца не хватало пары движений на 5 секунд почти в самом начале, но идеи стали приходить все реже, а силы иссякали.         Дима подошел к телефону на подоконнике, выключил музыку. Стал разминать плечи, смотря на ночной город в окно.       – Давай оставим на завтра? Утро вечера мудренее, все дела – предлагает уставший Кирилл.       – Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня – отвечает Дима другой пословицей. Кирилл подошел к Диме со спины. Положил руки на чужие плечи и стал немного мять их.       –  Ооох, вот так хорошо, да, – сказал на выдохе Дима.       В какой-то момент Дима стал напевать песню и пританцовывать. Он даже отдыхает, танцуя – пронеслось в голове Кирилла. – Хотя, чему я удивляюсь. Как же он завораживающе двигается, а этот мягкий голос… – мысленно продолжил Кирилл. Пока Кирилл летал в облаках он не заметил, что его руки оказались на лопатках, потом стали спускаться ниже, еще ниже, и в итоге оказались по бокам талии. Тело ослушалось танцора.  

Ножка граммофона съехала с пластинки. Пауза. Тишина.

        Дима остановился и замолчал. Кирилл тоже не шевелился, забыв где все еще находятся его руки он смотрел в затылок и думал о том, что самое страшно то, что сейчас он не видит лица. А, следовательно, не может увидеть эмоции. Никто из двоих не мог сказать сколько длилось это повисшее в тишине напряжение, пока голос Димы не нарушил спокойно бушующее море.       – Это предложение?       – Да, – моментально выпалил Кирилл.       Дима плавно развернулся вокруг своей оси на 180 градусов. Теперь танцоры смотрели друг на друга, глаза в глаза.       – Ко мне? – спрашивает Дима, будто сам удивляясь своему вопросу.       – А танец?       – Утро вечера мудренее, – улыбается Дима.       – Тогда… пойдем.       Нельзя откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня – ухмыляется Кирилл.       Они собираются со скоростью метеоритов: куртки, ключи, свет, дверь. Когда они выходят на улицу Дима берет Кирилла за руку и быстром шагом направляется в сторону своего дома. Хорошо, что уже наступила ночь, и людей на улице почти не было. Кирилл готов был поклясться, что хоть на улице в основном и было темно, а фонари были преимущественно желто-оранжевые, впереди идуще-бегущие уши покраснели.       Они прошли через пару дворов, арку в доме, затем насквозь через детскую площадку, повернули, обогнули скамейку и подошли к подъезду. Дима моментально и грациозно (что не удивительно) вытащил ключи из кармана и открыл входную дверь, все еще не отпуская руку Кирилла другой рукой. Они зашли внутрь, Дима повел на лестницу. Они поднялись на два этажа, вышли в сторону квартир, подошли к двери в конце коридора, Дима открыл дверь, завел внутрь Кирилла, закрыл дверь.  

Смена пластинки.

        Последнее что видел Кирилл – блеск в чужих глазах. Он прижал Диму к входной двери, одной рукой наклоняя его голову ближе к себе (все же разница в росте была небольшой, но все еще проблемой в такой ситуации), второй начал водить по спине. Дима сначала от неожиданного поцелуя положил руки на плечи парня, а затем стал снимать с него куртку. Кирилл последовал его примеру. Потом без помощи рук скинули кроссовки (оба удивились тому, как они сделали это с кроссовками на шнурах, но сочли что сила любви всемогуща).       Невероятными кружениями в ритме вальса они дошли до ванной комнаты. Дима отлепился от Кирилла и зашел в ванную комнату, закрыв дверь. Пока Дима был в душе Кирилл включил свет, осмотрелся, выключил свет. Спустя пять минут в дверном проеме в полотенце на голое и немного влажное тело появился Дима. Он вышел в коридор и уворачиваясь от попыток Кирилла его поцеловать, затолкал в ванную комнату.       – Полотенце слева,       – сказал через дверь Дима.       – Хорошо.       Дима прошел в спальню, достал пачку презервативов и бутылек со смазкой. Развязал полотенце, постелил на кровать ближе к середине и сел на него. Открыл бутылек и вылил приличное количество жидкости на пальцы. Для удобства лег на спину, оставляя ноги согнутыми в коленях и раздвинул их шире, медленно вставил один палец внутрь, затем, чуть погодя добавил второй. Привыкнув к пальцам, он начал раздвигать их. Через какое-то время добавил третий.       В этот момент в комнату вошел Кирилл с полотенцем на бедрах с заметным растущим бугром по середине. Оценив обстановку, он, не отрывая взгляд от столь прекрасной картины встал на колени на край кровати, снял с себя полотенце, надел презерватив, облил его смазкой. Дима вытащил пальцы и скинул полотенце, попутно вытерев об него руку.       Кирилл пододвинулся почти вплотную, наклонился, обхватил Диму под бедра и потянул на себя. Теперь Дима попой чувствовал чужой член. Одной рукой Кирилл все еще придерживал Диму за ногу, второй направил член в анус и плавно вставил на половину. Дима завертелся как уж на сковородке, закрывая глаза, тяжело выдыхая со словами:       – Подожди. Я отвык.       – Что ж ты так,тренироваться чаще надо.       Дима немного улыбается, но видно, что ему все еще дискомфортно от ощущений. Чуть полежав, он сам пытается насадиться на оставшуюся длину. Кирилл вставляет до конца, слыша тихий стон останавливается.       – Двигайся, – шепотом просит Дима.  

Танго.

        Сначала медленно, затем набирая темп Кирилл двигается внутри Димы. Дима изгибается и выгибается всевозможными способами, руками водя по кровати, сжимая одеяло. Кирилл успевает поймать себя на мысли, будто Дима и сейчас танцует, только теперь для него одного и так, как никто никогда не видел. Дима стонет будто бы громче и громче с каждым новым толчком. Временами Кирилл наклоняется чтобы оставить поцелуй где-нибудь на ключице, которая обычно скрыта толстовками и футболками или в шею. Иногда Дима притягивает его одной рукой для поцелуя, но Кирилл не прекращает двигается в этот момент, поэтому Дима стонет в губы и поцелуем это становится трудно назвать.       Дима кладет руку на свой член и пытается довести себя до разрядки. Останавливается.       – Я близко, –  полустонет Дима, смотря в глаза Кириллу, –  а ты?       –  Да я чуть не кончил просто от вида того как ты лежишь передо мной, конечно я тоже, отвечает Кирилл.       Продолжая помогать себе одной рукой вторую Дима протягивает в сторону Кирилла, – иди ко мне.       – Я хочу видеть это.       – Ну, смотри, – отвечает Дима с его лисьей улыбкой и глазами щелочками.       Через несколько секунд его стоны становятся громче, а тело начинает бить мелкая дрожь. Глаза зажмурены, брови сведены к носу. Это все что успевает заметить Кирилл, прежде чем сам ловит волну эйфории. Затем он снимает презерватив, завязывает, кидает куда-то на пол. Плюхается на кровать, смотря в потолок. Дима тоже лежит, смотря в потолок. Одной рукой он открывает ящик тумбочки, заглядывает внутрь.       - Эх, закончились, - плюхается обратно на кровать.       - Мы теперь… - не успевает закончить Кирилл.       - Придумал! – вскакивает Дима с кровати.       - Что? – дернувшись от неожиданности Кирилл спрашивает, наблюдая за Димой.       Дима натягивает наспех трусы, и включает фронтальную камеру телефона, со словами:       - Пусть в танце будет любовная история.       - Что будет?       - Наша любовная история!