Святоша

Юра, кажется, уже даже привык, что за ним постоянно по пятам ходит демон, и странно, что его уже три дня не слышно не видно — за всё это время он даже на пару минут не заглянул. Сегодня его смена закончилась рано, и он собирался пойти другим путём домой, более длинным. Он шёл через район, где находился один из популярных баров города. Юра почти и не ходил этим путём, но где-то в своих мыслях он надеялся снова встретить там Никиту, как это случилось тогда. Парень предположил, что Никита в основном там и ошивается. Юра не спеша брёл по улице, с опаской смотря вперёд, а увидев здание бара и поддатую компанию, что выходила из него, напрягся, но как только среди них он увидел тёмную макушку, остановился. — Вот где ты пропадал, — сказал Юра, и Никита обратил на него внимание и, увидев своего знакомого, быстрым шагом направился к нему. Подходя почти в плотную к парню, в нос ударил сильный запах перегара, отчего Юра отстранился, Никита, желая, продолжал ластиться ближе. — Как мило. Ты за меня беспокоился, –Демон крепко обнял его, держа руки и не давая выбраться из «плена». Юра брыкался и пытался выбраться, пока Никита нёс какой-то бред, и в этом словесном потоке он не услышал адресованный ему вопрос. Никита принял молчание за согласие и потащил Юру в бар. — Я с тобой пить не буду. — Мне собеседник нужен, а не очередное пьяное тело, — Никита провёл Юру к столику, где скорее всего пил последние часов пять, ведь на столе было как минимум шесть бутылок разного алкоголя, особенно заметные три от виски, что стояли в ряд, также пара пустых бокалов от коктейлей. Демон хорошо отдохнул, на вскидку, таким количеством алкоголя можно убить, Юра также предположил, что это не все бутылки и до них были ещё. Сев за столик, Никита поймал одного из официантов и заказал ещё виски, Никита перевёл взгляд на Юру и, после небольшой паузы, начал разговор про какую-то «тварь», что в одно рыло употребило тридцать грамм. До последнего Юра не понимал, про что говорит демон, то ли из-за его пьяной и невнятной речи, то ли из-за громкой музыки и болящей от неё головы. — Мелкие крысы. Передохнут от передоза, потом ищи их трупы в парке… Честно говоря, Юра и не думал о том, что Никита занимается чем-то таким, он скорее выглядел как гуляка по ночным клубам и весёлый алкаш, что прожигает своё существование в подобных барах. — Ты чего такой бледный? Бога увидел? — Он допил содержимое бокала и поставил его на стол. — Ты продаёшь наркотики? — А что? Хочешь попробовать? Так бы и сказал, мне для тебя не жалко, — он откинулся чуть назад и, порывшись в карманах косухи, достал маленький пакетик и выкинул его на стол прямо перед святым и, достав из одного из бокалов трубочку, отодвинул пакетик к демону. Тот, наблюдая за этим, тяжело вздохнул. — Слушай, вот ты ругаешься и совсем забываешь, кто перед тобой сидит. — Но ты мог выбрать любой другой путь или что это для тебя? Развлечение? — Это просто хороший заработок, то, что люди употребляют — не моя проблема. Я же их не заставляю колоться и нюхать, я просто даю им то, что они хотят. Юра просто об этом не думал и не хотел, все наркотики и алкоголь проходили его стороной, ведь он почти всегда в церкви, «под куполом». — Ну ты чего поник? Разочаровался в людях? — Не стоит, они всегда были мразями, — он подвинулся ближе к Юре, обнимая его за плечо, положив голову ему на грудную клетку. — Ты тоже мразь. И я заберу тебя с собой, мы уйдём вместе в ад. Кажется, Никита перепил, видимо, даже у демонов есть лимит и пьянеют они не хуже людей. — Хотя знаешь, если всё-таки существуют ангелы, возможно, они тебя заберут… –Никита сказал это грубо, очень тихо. Ему явно не нравился расклад, заберут эти курицы, если они существуют, он даже думать об этом не хотел. После этого Никита решил перевести тему разговора, продолжая в руке крутить пустой бокал. Чуть наклонил голову в бок, продолжая пилить взглядом Юру. — Слушай, а ты танцевать умеешь? — Юра даже не сразу услышал его вопрос, погрузивший в свои мысли, пока в уши била музыка. Поняв, что собеседник его не слышит, он толкнул его в плечо, и наконец парень соизволил посмотреть на демона. — Я тебя спросил, танцевать умеешь? — уже более серьёзным тоном спросил Никита. — Ну допустим… — не успел Юра продолжить, как его взяли за руку и потащили на выход из бара. Оказавшись на улице, в лицо ударили вечерняя прохлада и свежий воздух. Никита быстро потащил его дальше от шумного бара, по безлюдным улицам, Юра осматривался по сторонам и поймал глазами яркий циферблат на одном из зданий — уже был час ночи. Никита вывел его на площадь, где сейчас никого, кроме них, что казалось немного странным, казалось сюда и должны сбредаться все пьяницы после бара. — Научи меня! — Я не настолько хорошо танцую, чтобы ещё и тебя учить, — Юру крайне раздражало, что его вообще втянули в это. А он бы мог сейчас спать дома. — Ничего страшного, просто научи, — глаза Никиты горели желанием научиттся этому, хотя Юра больше склонялся к алкоголю, именно он заставлял демона научить его танцевать. Решив, что если он покажет пару движений, Никита натанцуется и просто свалит обратно в бар или уснёт на ближайшей скамейке. — Ладно, — он взял его за вторую руку, ставя их в позу для вальса, самое банальное и лёгкое, его легче вспомнить, да и это первое, что приходит в голову. Никита лишь наблюдал за его действиями, иногда выдавая какие-то глупые фразочки. Юра осмотрелся: площадь была круглой с фонтаном в середине и достаточно места, чтобы если что, не врезаться с пьяным телом в дерево или скамейку. Юра пнул Никиту в носок его ботинок. Демон сразу опустил в голову, смотря на обувь, только до него дошло, что надо. Танец был скомканным, потому что Никита вообще не слушал, что хотел от него Юра. Так что после первого круга он перестал что-либо говорить, ведя его. В мыслях где-то промелькнули моменты, как его учили танцевать, вместе с этим и песня, под которую он и пытался подставить движения, и в этих мыслях он совсем не заметил, как начал вести Никита. Нет, он не научился этому от Юры, он знает эти движения, кто бы хоть раз не слышал или не танцевал этот заезженный танец. Сделав ещё один круг, Юра на автомате начал третий, совсем не заметив этого. Это было по-своему приятное времяпрепровождение. Во время танца Никита наблюдал за серьёзным лицом Юры, который мысленно снова в школьном актовом зале, уже битый час с другими одноклассниками учит движения вальса, слушая песню, которая, кажется, уже засела в его голову, а от хрипящего звука колонок начинали болеть уши. На самом деле, Никита не хотел танцевать, ему просто нужен был предлог, чтобы вытащить Юру на улицу, туда, где их не увидят. Но он считал достаточно милым то, как Юра рьяно вёл его, показывая эти покрывшиеся пылью и паутиной движения. Но Никита не хотел продолжать этот прекраснейший танец и достал из рукава заранее заготовленный в рукаве шприц. Конечно, Юра не сразу почувствовал неприятное ощущение, переходящее в зудящую боль. Юра остановился, смотря куда-то в пол, в глазах начало плыть, тело ломало и бросало в жар, лёгкая дрожь и ощущение приятной усталости и эйфории, тело совсем его не слушалось, и, совсем обмякнув в руках Никиты, он отключился. Доза была небольшой, но, скорее всего, этого показалось много для святого. — Быстро ты… Я думал, сопротивляться будешь, — он обнял его, крепко прижав к себе. Теперь это его тело. От этой мысли по телу проходила дрожь, а по лицу поплыла улыбка, уткнувшись носом в макушку, он вдохнул запах шампуня в перемешку с запахом парафиновых свечей и чего-то пряного. Никите не составило труда донести тело до своей квартиры. Квартира казалась… заброшенной.? Нет, скорее, очень обжитой, настолько, что Никита не видел смысла там прибираться. Повсюду на полу лежали вещи, собранные в небольшие кучи. Демон включил свет в коридоре и прошёл в спальню, где стояла расправленная кровать, хотя легче сказать, что она разбросана: одеяло лежало в ногах и съехало на пол, подушки лежали по сторонам, ещё немного — и они тоже окажутся на полу. Некоторые из подушек всё-таки оказались раскиданы по комнате и находились либо в куче вещей, либо в других частях квартиры. Он посадил Юру на кровать, давая телу облокотиться спиной на стену. Никита раздвинул Юре ноги во всю ширину двуспальной кровати. Он сел между ними, обнимая тело, которое, кажется, начало просыпаться, он прижался к нему, пряча руки тому под одежду, проводя ногтями по позвонкам, оставляя на них неприятные красные линии от ногтей, Юре лишь оставалось мычать, упираясь лбом в плечо. Он ещё не до конца очнулся, но чувствовал руки Никиты на себе, но сказать что-то не мог, да и тело его до сих пор не хотело слушаться. — Юра… — он говорил шёпотом, словно боялся разбудить его. — Ну почему ты такой не тактильный? Дался бы сразу, и ничего такого бы не было, — он остановился, смотря на парня, что схватился за его футболку изо всей силы, что у него была, сжимал её. — Ты мог это сделать это проще и приятнее для себя, — голос стал более грубым и серьёзным, ещё бы немного и казалось, что он влепит Юре звонкую пощёчину, но ничего такого не произошло. Юра приоткрыл глаза и поднял голову, перед глазами всё плыло и смазывалось в один силуэт, только свет из коридора был как свет в конце тоннеля, но дотянуться до него он не мог. Может, он не хотел уходить. Он повернул голову на Никиту, точнее, на спину, он не видел его лица и не хотел. Он отпустил футболку Никиты и попытался обнять, что получалось трудно, руки так и отказывались слушаться, но что-то на подобии объятий выдавить смог. Возможно, у него всё ещё есть какая-то надежда, что Никита — ключ к переменам в его жизни. Но неприятный укус в шею вернул его снова в это квартиру, что без очков до сих пор казалось размытой. Укусов становилось больше, они цветами, распускались от шеи до ключиц, некоторые из них кровоточили, а другие просто оставались синяками, царапины, что теперь украшали спину, щекочущие ощущения от хвоста, что так и норовился уползти под брюки. Всё это казалось очень болезненным, неприятно отдающим по и так уставшему и измученному телу, но это было решение Юры. Теперь его рубашка валялась на полу вместе с одной из подушек. Свет из коридора, что отсвечивал в потолок, разгоняя тьму этой комнаты, и момент, когда боль прекратилась, сменяясь на неприятный холод и запах сигарет. Юра упустил тот момент, когда они оказались напротив церкви, вместе с Никитой, который докуривал очередную сигарету, а он в наспех одетой и неправильно застёгнутой рубашке и косухе демона, очки съехали в бок. Он вопросительно смотрит на демона, затем на церковь, его трясёт от холода, а живот крутит от непонимания, но Юра так и не может проронить и слова, он снова поворачивает голову к Никите, уже открывая рот, чтобы что-то сказать, но тот лишь поворачивается и выдыхает кольцо дыма ему в лицо, ехидно улыбаясь. — Что мы тут делаем? — спросил Юра, отворачиваясь от дыма. — Мы просто избавимся от проблемы, — после этих слов откуда-то сбоку ударил свет и. тепло? Юра поворачивает голову в сторону церкви, глаза резало, и до него не сразу дошло это осознание. Он сжёг церковь. Смотря на это, не было такого ощущения, это была странная смесь эмоций. Может, он и хотел поменять, но теперь даже не мог подобрать слов. Когда его пробила дрожь от осознания всей ситуации. Теперь хотелось спрятаться, хотелось вернуться в ту квартиру и вернуть то неприятное ощущение от укусов. Юре хотелось верить, что это всё, галлюцинации от веществ, сон. Но, почувствовав объятья, что будто бы специально задавали самые болючие шрамы и царапины, боль от них распространялась по всему телу и вместе с этим постепенно проходило осознание, что всё происходит на самом деле. Он не мог оторвать взгляд от танцующих языков пламени и как от его всепоглощающей силы рушится здание, как карточный домик разваливается. — Теперь, мы остались вдвоём.