Солнце среди туч

***Земля - 138. Лондон. Квартира Тори. 19:20***

 - Тори?- дверь в комнату была захлопнута за секунду, девушка резко обернулась на мамин голос. Она совсем позабыла, что стоя и промерзая на крыше в ожидании, она все время говорила с мамой по телефону, успокаивая взволнованную женщину, говоря, что она в безопасности, что паук оставил ее в безопасном месте и она будет в порядке. В конце концов она убедила маму просто пойти к ней домой и дожидаться ее там. - Ма-а-м, - протянула Тори и поймала женщину в свои объятия. Взволнованная, она прижала дочь к себе, погладила по волосам, стала осматриваться каждый ее кусочек, каждый закуточек, каждую складку на юбке, лишь бы убедится что она в порядке . - Мам все хорошо, я цела . - Цела она! Ты посмотри! Совсем мать всполошила! Ну вот кто так делает? Кто? Сразу должна была идти со мной, а не смотреть на меня щенячьими глазками, мол «Иди вперёд, я догоню.» - Ну это же не специально было, - страдальчески сморщила нос девушка и повела плечами. - Тем более, что я была в безопасности. Я знаю ты волновалась, но Он не даст меня в обиду. Он очень заботливый, мам. - По нему так и не скажешь. Человек Паук… так его кличат? - Шарлотта взяла дочь за руки, погладила пальцы, тяжело вздыхая. Ну что за ребёнок у неё, никак спокойно не сидится на месте. - По нему ты так страдаешь? Дурочка, дочка. - Мам, он был моим вдохновением и останется им, понимаешь? Он дорог мне… оказывается очень - очень, - Тори мягко, но так неловко улыбнулась. Говорить об этом с мамой все ещё безумно неловко, особенно когда понимаешь, что мама не знает кто он есть на самом деле. Какой он под этой маской. Настоящий. - А как зовут его дай угадаю… секрет? - Да, мам. Секрет. И он только наш, хорошо? Я познакомлю вас, когда он сам захочет показать себя. Для него это важно, но поверь мам. Под маской он настоящий - ещё лучше, чем он есть в ней, - она покосилась на дверь. Конечно же он слушал, как же иначе и наверняка улыбался. Не полудовольной ухмылкой, а нежно так с любовью. Сердце двоих грелось от сказанных слов. - А глаза то как блестят, ты посмотри, - мама улыбнулась, мягко погладила дочку по щеке. - Раз ты уже все решила, кто я такая чтобы запрещать, но смотри мне … обидит - порву и не посмотрю, что Человек Паук. - М-а-А-м! - Шучу, Шучу, - мягкий и легкий смешок преобразил ситуацию из странной и неловкой в «так и должно было быть». Тори наконец расслабленно улыбнулась, все не так плохо как казалось поначалу. - Главное, что ты дома. Аптечка на столе, в духовке пирог. Поешьте. - Как ты… - Вы зашли через окно, не трудно было догадаться - Черт. - Я оставлю вас, - Шарлотта усмехнулась и чмокнула дочку в лоб. - У вас, очевидно, есть что обсудить. Доброй ночи. - Доброй ночи, мам. Спасибо тебе, - они обменялись добрыми улыбками, как ребёнок и родитель, как самые родные люди. Тори проводила женщину, пожелала безопасной дороги, закрыла за ней дверь и выдохнула, ткнулась лбом в прохладную поверхность, прикрыла глаза. Мама. Она всегда рядом, всегда подставит плечо, подаст руку; она всегда оберегала, принимала и понимала. Даже сейчас, когда ситуация столь спорна и неоднозначна; когда ты даже не можешь узнать больше - мама просто это приняла, нет даже одобрила, пожелала удачи, легкой рукой убедила, что девушка все делает правильно. - Все хорошо? - Низкий голос вернул в реальность. Она открыла глаза, отлипла от поверхности двери и кивнула. - Ты уже можешь снять маску, Человек Паук, - нарочито выделенное прозвище заставило усмехнуться обоих. Девушка обернулась на парня и замерла, его лица она не видела очень давно. Словно увидела его в самый первый раз, как тогда он подошёл к ней, когда она гуляла с псом. Хоби действительно, по настоящему привлекателен и мало кто мог это отрицать. - Похоже я понравился твоей маме, - хмыкнул панк и подпер плечом стену, скрестив ноги. Слабо сморщил нос, движение дало разрядом по рёбрам. Похоже что-то он все таки сломал. Тори осторожно подошла, заметив хмурость. - Я бы сказала, что это большое достижение. Болит? - она бережно приложила руку к его груди, стала тихонько щупать пальцами места где, по ее предположениям, могло быть треснуто или сломано. В ответ лишь сморщенный недовольно нос и болезненно - тяжёлые вздохи. Легкая математика в уме, нахмуренные брови и… - Три ребра. Плохо. - И не такое бывало. - Не смешно. Я принесу аптечку, нужно осмотреть тебя целиком. Так что , в комнату, раздеваться. Вперёд, - девушка встала в грозную «мамину» позу, уперев руки в боки. Браун прикрыл глаза, тихо смеясь. Ей оставалось только топнуть ногой для убедительности свой «котеночности». - Вот так сразу? Я думал у нас ещё будет серьёзный разговор, а уже потом прелюдии. - Хоби! - Шучу, Шучу, - паук скрылся в комнате, а Тори прикрыла глаза, выдыхая. А что если разговора не выйдет? А нужен ли этот разговор? Как будто и без этого они не понимают чем это закончится. Ей хотелось обнять его, прижаться к груди, уснуть в крепких руках и проснуться в них же. Хотелось поцеловать крепко, со всеми чувствами что были в узде. А ещё хотелось накричать, высказать все что она думала об этих трёх месяцах пустоты и колкой боли. Как можно злиться и обожать одновременно?! Ее разрывало от всех эмоций разом . Но сейчас … Аптечка. —— — Сиди ровно, у тебя убиты три ребра, - девушка нахмурилась, когда Браун в очередной раз дернулся от спиртованной ватки. Тонкие пальцы , придержали за плечо, не давая дергаться уставшему, в положению сидя, телу. - Я знаю неприятно, но это последняя ссадина. Будь так добр. Тяжёлый вздох прозвучал с его стороны и Тори поджала губы, прикладывая к ссадине на скуле ватку. Сморщенный нос снова просигналил о неприятных ощущениях. Девушка бережно провела большим пальцем по темной щеке, не касаясь ранки. Ей нравилась его кожа: цвета темного шоколада, на самом деле мягкая, отливающая так красиво на свету цветными рефлексами в зависимости от палитры. Хоби был красивым. От цвета кожи до яркой улыбки; от карих глаз до длинных пальцев и сильных рук. Он раздражал своей красотой, особенно сейчас. Тори засмотрелась, не заметила даже как мягко улыбнулась. Браун смотрел на неё улыбаясь ей так же в ответ. - Все хорошо, киттикэт? - Не зови меня так, - прозвучало резко, холодно… даже слишком. Парень тут же стушевался, поправил языком с внутренней стороны пирсинг, показывая свою неловкость. Тори прикрыла глаза, вздохнув. - Прости. Я не… - Забей. - его голос прозвучал несколько убито. Похоже не такой реакции он ожидал, не то чтобы он вообще ожидал чего-то негативного. - Хоби, я не могу просто забить. Это ведь твои чувства, мои чувства. То, что я сейчас сказала… Я злюсь. - Лучший способ решить проблему на месте - сказать о проблеме. Нужно было снова принять решение. - На тебя. На эти три месяца. На то, что я чувствовала все это время. И то, что тебя не было рядом, когда мне было настолько плохо. Когда я плакала в подушку, когда опускались руки, когда не хотелось просыпаться по утрам. - Я был рядом. Всегда, все это время. - их взгляды встретились. Панк бережно взялся за тонкие запястья, едва ощутимо коснулся губами светлых пальчиков. Он готов был зацеловать ее всю, каждый уголок нежной белой кожи. Как же она красива. - Я оберегал тебя, каждый твой шаг… лишь бы ты могла спокойно гулять с собакой, ходить на работу и не чувствовать опасность от каждого шага. Ты была под защитой. Всегда. - Ты знал.. - Я все видел, я знал . Ты можешь сейчас разозлится и это будет заслуженно. Можешь влепить мне пощёчину, накричать и выгнать меня… и я не буду с тобой спорить, Вик. Но я обещал тебе быть рядом чтобы не случилось . - Хоби… - Девушка сжала его пальцы в своих руках, обдумывая что-то очень важное, точно подбирая правильный вердикт. Она …не злилась. Резко отпустило, перестало биться в висках, просто ушло на второй план. Он видел ее, был ее защитой, но не мог подойти. Не мог позволить самому себе. Тори вдруг резко вспомнила, что каким бы Ее Хоби не был бы Человеком Пауком… он человек и у него такие же, как и у всех остальных, чувства. Ему тоже может быть больно и ему было больно. - Зачем было мучить самого себя? - Разве это мучения? Если любовь это мучения, то что тогда удовольствие? - горькая усмешка настроение не подняла. На душе заскребли кошки. «Паучок…» - Тогда и мучиться нам вдвоем, - Девушка высвободила руки из его рук, коснулась щёк, провела большими пальцами по коже. Хоби вздрогнул, позволил ей подарить ему эту секунду комфорта, притерся к маленькой ладони, прикрыл глаза. Тори его спокойствие, островок безмятежности в бесконечном хаосе и ему этого не хватало. - Прости меня, киттикэт. - Я простила. Ещё на крыше простила, Паучок, - стало тепло, безумно тепло. В комнате, на сердце, на душе . Они смотрели друг на друга, сливались с одну палитру нежности . Тори сдалась первая, касаясь губами его губ, сокращая расстояние до минимума. Сильные руки притянули ближе, два тела коснулись друг друга. Нежность превратилась в искру скоплённых чувств, а искра вспыхнула пожаром, срывая поцелуй за поцелуем, сбиваясь в случайных касаниях. Они скучали друг по другу. - У тебя сломано три ребра… - Это значит что ещё 205 костей целы, Любовь моя.