Не отвечай отражению

«Я пережил свою смерть, но мы с ней на одном поводке…»

      Под неразборчивый и пугающий тихий шёпот ты беспокойно засыпаешь. Разум затуманен, ведь ты не понимаешь своего состояния, ощущая лишь сильное напряжение во всем теле.        Чувствуешь сильную тревогу, сильнее, чем ты ощущаешь каждый день, занимаясь обычными делами. Она душит.        Темнота перед глазами. Ты спишь?       Хотя ты скорее всего неосознанно и нежеланно погрузился прямо в темноту прошлого, своего кошмара и ужаса что ты пережил несколько лет назад.              Ужас, что продолжается изо дня в день.

Но тебя не отпускает.

(Счастье и смерть говорят на одном языке…)

      Ты словно погружаешься с каждой секундой в черную и вязкую воду с резким запахом железа, она больше напоминала слизь: липкую и холодную, противную и тёмную, в которой ты беспомощно тонул, а она словно пиявки, прилипала к твоему телу, продолжая тянуть тебя на самое дно этого неизвестного, но такого знакомого, чёрного озера посреди сгоревшего леса.                   Дежавю.       Сквозь обугленные чёрные деревья, на тебя смотрят местные животные, лучше сказать, бывшие: их тела были покрыты огромными ожогами, а у некоторых не было плоти или она была гнилью, оголяя их скелет.        Их глаза горят алым огнём, словно кровью. Шёпот незнакомцев усиливается эхом. Замечаешь очередное чувство дежавю, не так ли?

Снова.

Снова страх.

      Ты это все помнишь и так… точнее твой мозг.       Дышать становится труднее, ведь на твою грудную клетку сильно давит эта отвратительная масса, что так ужасно пахнет гнилыми телами и кровью, вызывая тошноту и кашель от приближающего позыва рвоты, а так же волны противных болезненных воспоминаний… Запах гари и силуэты людей…              Но что ты...                                     …Это же часть тебя.       Хотя, ты ненавидишь самого себя, при этом выставляешь себя же амбициозным и жестоким человеком на публику.

Все видят твои маски.

А ты потерял себя.

Смотришь в свое отражение в стоячей воде, а оно что-то шепчет.             Оно просит ответить …Глупец.       Просыпаясь в холодном поту, с подступающим острым криком прямо к горлу от очередного ужасного кошмара и глупой шутки воображения, ты снова попадаешь в сон, который словно бессмысленный марафон, продолжается с каждым разом, следуя друг за другом словно череда страданий. Каждый раз это заканчивается самоубийством. Ты перерезал себе горло чтобы проснуться, а в голове в очередной раз была лишь одна мысль:                         «Вдруг не сплю»       (Но все эти попытки были бессмысленны и так напрасны. Ведь ты снова просыпался, в новом кошмаре, в новом воспоминании из прошлого, встречая тех же теней и как и тот же мрак)       (Зеркало хочет ответа)       Стены продолжали двигаться, словно в надежде раздавить тебя как жука, а потолок падал и возвращался на место повторяя все это множество раз, сводя тебя с ума и доводя тебя до крика. Они заставляли тебя задыхаться. Ты бежал по длинным коридорам своего же дома, в надежде выбраться из этого сна, но тебя схватили за ногу… Хриплый незнакомый голос шепчет: «Я заберу тебя с собой», прежде чем ты снова начал тонуть в том озёре.       Всё плыло и было размыто, ведь ты не ощущал пространство и окружение. Вестибулярный аппарат был явно сбит, как и ты сам от таких сильных галлюцинаций. Ты словно был под веществами. Такое же чувство ты испытывал и в первый раз их употребления.       Ах да, ты только сейчас понял что снова оказался в другом месте. Но вопрос: где…                   Видишь самого себя в семнадцать лет прямо перед собой. Он просит ответить на вопрос: Почему?       Страх и паника снова забивали твою голову напрочь. Сейчас не было никакой надежды на рассудок, даже ни единого намека на трезвость собственного состояния.       Страх вытеснял весь здравый смысл, который у тебя оставался. …А может ты действительно под веществами?..       Но неужели испугался?        Твой безумный взгляд с отчаянным ужасом уставился куда-то в голую белую стену, по которой медленно стекала тёмно-алая кровь вперемешку с чёрной слизью, что вместе создавали странно-приятный, и в то же время, жуткий грязный контраст. На этой грязной стене начали появляться глаза, что пристально наблюдали за тобой, куда бы ты ни посмотрел.       Ты начал задыхаться. Слышал свое учащенное сердцебиение и бешеный пульс в ушах. Ты видел, как глаза начали вылезать из тех стен, которые в свою очередь начинали двигаться на тебя. Помнишь, как поднялся громкий и ужасающий крик, парализующий всё твоё тело окончательно. Но это не твой крик, это крик всех тех людей, что ты убил.       Они кричали на тебя, они рыдали, шептали о том какой ты неблагодарный, шептали проклятия в твой адрес, но ты все так же сидел чуть ли не вырывая свои волосы с головы. Сидел с тем же безумным взглядом и с застывшими слезами на ресницах, думая о том когда это всё наконец-то закончится. По твоему лицу текла кровь, что капала с потолка и смешивалась с твоим холодным потом и слезами.        Ты нервно смеялся, повторяя в слух как мантру, срываясь под конец: ''Это сон… Это просто грёбаный сон!''             (Но они на потолке…)

      (Подними голову, они следят за тобой)

       Дети, которых ты убил, просили тебя о помощи. Они рыдали и кричали чтобы ты их спас. Им так больно, они задыхаются из-за того дыма и химикатов. Из их глаз и рта текла странная и непонятная масса, похожая на то, что стекала по стене. Дети ползли к тебе, хватались дрожащей и худой обоженной рукой за твои ноги, спрашивая: Почему ты их убил? За что? Что они сделали? Почему они умерли? Если они просто хотели жить как и ты…       Тебя держали за ноги и руки все те, кого ты лишил жизни несколько лет тому назад, держали холодной и костлявой, полусгнившей рукой, заливались в кашле и захлебывались кровью. Они держали крепко и намертво, болезненно впиваясь в твои конечности костями, пытаясь стащить тебя на пол.

            …Пытаясь забрать с собой.

      А сам пол был похож больше на то вечное чёрное озеро, что так часто появляется в твоих снах. Сейчас оно бушевало и противный запах крови становился только сильнее. Такая же чёрная вода и те же чёрные руки и глаза, что продолжают смотреть на тебя. Глаза не имели хозяина, они были словно вырваны из их глазниц и брошены в это озеро находясь на плаву. Руки, которые так же и пытаются утопить тебя, стягивали твое оцепеневшее тело с кровати.       Если ты ещё окончательно не сошёл с ума, ты вспомнишь, что вместо рук тебя топила слизь и твоя собственная паника со страхом, а вместо глаз были обугленные животные, а так же белые лилии, оскверненные твоей же кровью на берегу.        Ты оцепенел, а по телу прошлась сотня ледяных мурашек, похожих на огромных жуков.        Страх овладел тобой, как и чувство вины. Ты ужасно коришь себя за то что совершил, но ты не в силах изменить прошлое, как бы не хотелось.

Ты грешен.

      Ты убийца, о чем прекрасно знаешь и убеждаешься по сей день.       А также, ты понимаешь, что ничего не способен вернуть назад. Дороги назад никогда не было.       Ты не в силах изменить свое прошлое, обречённое на страдания и на остатки твоей жизни с самого рождения, ты был обречен на смерть, но ты выжил. Ты пошел против законов мертвых, что прокляли тебя на вечные муки.       Руки мертвецов прошлого почти стащили твое тело на пол.       Ты не чувствуешь своих конечностей.                                                       Их и нет.             Ты не понимаешь где реальность.       Руки снова судорожно хвастаются за ручку охотничьего ножа.       А где ты сейчас?       Снова другое место и нож в руках.       Ты совершенно не понимаешь ничего, ты не помнишь даже сколько тебе лет и сколько времени ты уже здесь провел, ты забыл как тебя зовут.              Что ты здесь забыл?       Просыпаясь каждый раз. Наблюдая похожие друг на друга сны, ты подставлял холодное и острое лезвие ножа к своей шее, (В какой уже раз? Ты сбился со счету, это сводит тебя с ума, медленно, но верно) через секунду, со страхом, ты перерезаешь свое горло, снова просыпаясь на этой же кровати в поту.                                                                   Эта кровь, что капала с потолка.       Этот крик, что снова застыл в глотке.       Но ты быстро успел заткнуть самому себе рот, чтобы не издать этот противный звук, не издать крика ужаса и отчаяния в котором ты сейчас захлебываешься.                                                 Пришел в себя?       Но марафон череды кошмаров только начинался…       Ты боялся разбудить теней, что находятся во мраке твоей одинокой комнаты…Что спят в твоей комнате каждую ночь:       Они смотрят на тебя. Они за твоей спиной. Они под твоей кроватью, скребутся под ней каждую ночь. Они перед тобой, смотрят своими чёрными кровавыми глазами тебе в душу. Они за окном: царапают стекло снаружи, наблюдая за тобой. Они на потолке, смотрят как ты спишь, а с их глаз капает эта липкая чёрная масса прямо на твоё лицо. Пока ты притворяешься спящим, они наблюдают за тобой всегда: противно перешёптываясь, противно крича теми же голосами, спрашивая за что ты их убил. Противно стучали по стене и стеклу своими когтями, мешая твоему сну...                         А кто они.?             Но ты знаешь что они ждут когда ты сломаешься…       Ты сходишь с ума и умоляешь их прекратить.

      Никогда не отвечай зеркалу на вопросы.

                   Никогда не отвечай зеркалу на вопросы…

       Не отвечай отражению.

             Всё галлюцинации, как и ты сам.

Как и твоя жизнь.

      Но твоя паранойя зашла слишком далеко…Ты окончательно сошел с ума.             Ты безумен.       Но прямо сейчас ты истерично смеёшься, падая на колени, а по горячим щекам без остановки текли холодные слезы, что разбивались об стеклянный пол. Они с треском растворялись в густом мраке и безрассудстве, как и остатки твоего трезвого ума.             А может ты уже мертв? А может это и есть ад?       Сейчас ты ставишь абсолютно всё под факт несуществования и абсурдности. Ничему не веришь, никому не доверяешь, даже самому себе.       Замечая в отражении зеркала самого себя с кровью на лице и руках, ты чувствуешь диссонанс.             Это не ты.       Но ты всё равно прикладываешь свою ладонь к таинственному стеклу и чувствуешь тёплую кровь со стороны холодного зеркала. Как будто из зазеркалья, таинственное существо касается тебя и твоё лицо, лицо твоего двойника напротив, искривляется в ужасной гримасе безумия и сумасшествия. На его лице появляется неестественная улыбка с кривыми заостренными зубами.       Замечая его, самого себя и за своей спиной в отражении, как и тех же теней, что ты запомнил, ты оборачиваешься назад. Тени теперь стоят прямо перед тобой. Убегая от них, ты остановился, снова замечая самого себя, который в тот момент убивал свою семью. Это не ты... Ты не делал этого... Он снова безумно улыбается, поворачиваясь к тебе. А тебе страшно, страшно слышать его безумный смех.

Это не ты.

Ты ничего не понимаешь.

      Слышишь истошный крик, но не понимаешь его источника, лишь после пришло осознание того, что кричал ты сам, срывая свой голос.       Ты отходишь назад, но приступ панической атаки уже очень давно начал овладевать тобой. У тебя начинается самая настоящая истерика. Но ведь ты вполне в сознании.       Ты касаешься спиной холодной кафельной плитки на стене, начиная задыхаться и затыкать свои уши, пытаясь не слушать противный шёпот. Ты продолжал кричать, всё срывая свой голос окончательно, кричал, в надежде что они прекратят.       Тебя хватают за ноги. Стены снова начали падать. Потолок снова давил как пресс. Но кажется что-то поменялось…        Ты услышал как разбилось зеркало и увидел как потекла кровь из дверного проёма. Как лилась она из крана и всё тех же детей, что уже держали тебя за ступни. Они снова рыдали в луже крови, задавая лишь один вопрос:

      Почему?

            Эта паранойя довела тебя до шизофрении.

Ты видишь тени…

       Ты слышишь шёпот…

— Ты сожалеешь?

— Кто ты. Почему ты спрашиваешь?

— Я это ты, ты это я. Ответь на вопрос.

— Я сожалею. Но я ничего не могу изменить.

— Как тебя зовут.

— Я не помню.

— Обернись. — прошептало твоё отражение в зеркале.

      Поворачиваясь, ты снова видишь самого себя. А рядом с собой, ты видишь такого знакомого человека… Но после, он убивает его. Ты кричишь, не понимая почему. Ведь кто он? Но почему так больно, ведь ты не помнишь его…        Но это всё равно не ты… Ты не мог поднять на этого человека свою руку… Ты уверен в этом.       Кто он… Кто ты сам?       Снова чувствуешь, как что-то ползет по тебе, будто сколопендра. Как множество противных жуков что были полностью облиты слизью и пахли землёй (Это был твой животный страх и твоё безумие) перебирали всеми своими ножками по твоему телу, лицу, оставляя за собой противный холодный след на коже. Как обвивались вокруг твоей шеи словно петля, забирая твой последний кислород, лишая теперь и дыхания. Мелкие жуки начали заползать в уши, рот и глаза, ты кричал в агонии пока они пожирали тебя изнутри.       Смерть ждет тебя уже так давно.

            Шёпот теней прошлого все преследует тебя…

Не воспринимай безумие не всерьёз?

            Но ты уже давно сумасшедший…       Ты словно потерял свою человечность. Ты намного хуже безумца.

       Ты сошёл с ума, полностью отдалившись от всех людей, что любили и уважали тебя.

      Ты просто окончательно обезумел…

Ведь…

       Ты ответил зеркалу на вопросы.

. . . .       — Айзен! Айзен, открой глаза, пожалуйста, очнись! — Айзен резко садится, держась за свою грудь и сейчас начал задыхался густым воздухом, из-за чего начал сразу же залился в безумно сухом кашле.        В глазах сильно рябело. Какие смутные незнакомые образы стоящих во мраке предметов интерьера, что вызывали чувства дежавю и диссонанса одновременно.       Вторая рука безумно тряслась, а мутный взгляд смог увидеть очертание силуэта Урахары. Мужчина быстро и практически моментально потянулся к нему, словно мотылёк на свет, надеясь схватить его и не отпускать… Мягкие объятия встречают его с трепетом, прежде чем Айзен понял, что это не Урахара… В ту же секунду понимания, его лицо кривится в пугающей гримасе, перед тем как из его глаз и рта потекла кровь, раздался истошный крик на всю комнату…       Он вновь просыпается. Уже наконец-то окончательно, но не осознает, что череда этого марафона кошмаров наконец-то закончена.       Его всего трясет как в лихорадке, холодный пот по ощущениям сейчас капает с него литрами, а сам он хрипло дышит, так, что это граничит со скулежем. Он словно сейчас вот-вот снова закричит.       И снова слезы потекли по щекам. Он шепчет словно мантру: Хватит, пожалуйста, хватит, остановитесь. Прежде чем закрыть свою голову и уши руками, снова закричать от отчаяния.       Короткие ногти впились почти до крови в кожу.        Как же он устал просыпаться от этого ужаса, как же он устал… Хочется кричать дальше, рвать глотку, но ком в горле не давал снова сделать ни вздоха вязкого кислорода, ни сглотнуть этот противный ком.       Сейчас он не мог делать что-то кроме как попытаться остановить глупые слезы и выбраться из ''сна''. Он мог просто сидеть и лишь надеяться на то, что это закончится. Мог надеяться на утро и то что он проснется.       Начиная наконец-то осознавать пространство и слышать хоть что-то кроме собственной тахикардии и звона в ушах, он наконец-то почувствовал присутствие другого человека на его кровати, что сейчас так ласково и бережно придерживал его голову и поглаживал по щеке большим пальцем, убирая слёзы с его горячих щёк.       Он плохо слышал, но уже начал немного понимать речь и прочие посторонние звуки.       Блондин после мягко улыбнулся, замечая что Айзен начал наконец-то видеть, слышать и чувствовать его рядом, поэтому и без каких либо слов крепко обнял его, чувствуя как ткань на спине начали судорожно сжимать с такой силой, что послышался слышался треск.       Он будто боялся: еще мгновение и его больше не станет, он потеряет его — свою надежду и свой свет, свою единственную причину по которой он живёт.       Урахара водил рукой по его крепкой спине и голове. Мягко целовал его скулу и щеку, в попытках успокоить. Он его сам чуть не довел, хотя слезы у самого сейчас текут не лучше…       Это так ужасно… Это так страшно… Приступы Айзена во время его кошмаров… Его истошный крик, что был настолько страшным, вызывал у самого Урахары панику.       Видеть его слезы, видеть его в таком состоянии, видеть его таблетки, которыми завален его рабочий стол, слишком больно, что сжимается собственное и так больное сердце.       Он может очень долго не приходить в самого себя, что крайне ужасно, что прямо до паники невероятно как пугает самого блондина.       Дрожащее тело напротив продолжало тихо скулить ему в плечо, он все еще не может окончательно прийти в себя после этого кошмара.       Но Киске сам сильнее обнял его, бережно и крепко, не желая оставлять его одного. Показывая, что он никуда не уходит.       Он боялся потерять его, он не мог оставлять его в таком состоянии… Так же боясь что он исчезнет снова, снова, на долгий срок, или насовсем. От одной такой мысли ему становится невыносимо больно, как и от понимания того, что он может просто умереть и он потеряет его снова.       — Всё хорошо… Всё хорошо… Айзен… Я с тобой, слышишь?.. Я рядом… Я не ушёл и не уйду… Я всегда буду с тобой… Ты не сошёл с ума… Ты все еще жив и адекватен… Ты не спишь… Всё хорошо… Всё хорошо… Ты не один… Это просто плохой сон… — шептал Урахара, чувствуя как Сосуке начал постепенно успокаиваться, цепляясь за его худые плечи, чтобы спрятать свое лицо.       Слабость… Он не может выглядеть настолько жалко перед ним. Слезы это удел слабых, но Урахаре плевать на это уже очень давно. Слезы это нормально, даже для сильных и таких людей как он…       Блондин устало улыбнулся, заваливаясь на спину вместе с ним, продолжая поглаживать его по голове, а после убрал его чуть влажные длинные волосы с лица, чтобы поцеловать его лоб и щеки.        Ему плевать, он никогда не был слабым в его глазах и никогда не будет, ведь и не за это он так безумно любит его.       Он любит этого человека. Он любил его с самого детства. Ведь он был его глотком кислорода. Он вдохнул и дал надежду, дал ему свободу и подарил жизнь.       Он первый кто действительно заботился о нем, он стал его лучшим другом, помог пройти все жизненные испытания вместе.       Он восхищался им, его целеустремлённостью и аномально скверным характером, а так же его скрытым мотивом защищать близких и людей.       Он не был как все.       Его улыбка, побитое лицо и разбитая губа, худая ладонь что тянулась к нему, помогая подняться.       Бежать по крышам пугая птиц; смотреть на звезды и встречать закат.       Смеяться от глупых шуток друг друга и быть счастливыми, наслаждаясь моментом своего упущенного детства друг с другом. Он помнит все это до сих пор и он счастлив рядом с ним сейчас.        И сейчас же он видит всё то, что этот человек держал в себе практически всю свою жизнь. И свою боль, и свои переживания, и свои страхи и слезы.       Но ведь он такой же человек, желающий тепла и заботы. Человек что всегда молчал и скрывал от всех свои страхи, свою боль, свои переживания и самого себя, даже свою заботу. Он боялся что его не будут воспринимать как сильного, как лидера и усомнятся в его способностях. боялся быть непонятным, боялся насмешек, боялся потерять всех тех, кем он дорожил. Ну идиот же…       Он этого не показывает, не показывает до такого момента когда ему не становится ужасно плохо и он остаётся на грани срыва. Он лишь хотел быть любимым, любить и избавиться от одиночества и пустоты в душе.       Он боится одиночества, хоть так упрямо это отрицает. Он боится остаться один. Боится самого себя и своих снов. Он сходит с ума когда остаётся в тишине.

Но он, не собирается оставлять его одного.

      Урахара дает ему всё свое тепло и заботу, всю любовь, получая его заботу в ответ. Айзен никогда не был силен в романтике и в банальном выражении эмоций и чувств, поэтому любые признаки его любви были невероятны, порой настолько забавные или милые, а порой даже такие безрассудные и глупые, но они всегда полны искренности, полны заботы и его любви.       Он и сам понимает что не умеет выражать свои эмоции, но делает все возможное, чтобы Урахара не чувствовал себя одиноко или грустно. Он ценит в нем всё, интересуется всем, помогает в любом деле если он сам не справляется, поддерживает как может. Любит его так, как может любить сам. И он счастлив.       Айзен хотел почувствовать себя живым, при этом так боялся людей, боялся доверять и любить. Боялся остаться один, страдать в одиночестве. И сейчас, он нашёл того, кто помог ему.       Урахара любит его и ему плевать на какие-то запреты, если они есть. Он никогда не скрывает того, как же он боится потерять его, как он сам боится одиночества.       Они имеют полное право любить друг друга, имеют полное право на всё. Они заслужили тепла.       А так же имеют полное право остаться вместе, навсегда и до гроба. Имеют право на мирный сон в тепле друг друга, в тепле, которое они не ощущали одиннадцать лет.       Они вместе только год, после той долгой разлуки. Но они больше не хотят терять друг друга и оставаться одни.        Урахара больше не хочет снова терять своего человека, снова на неизвестно сколько лет, даже не имея представления о том что может с ним произойти за это время…       Но сейчас, он хочет лишь побыть со своим человеком до утра, отдавая ему свое тепло и ласку, чтобы избавить его от ужасных мыслей, крепко обнимая его.       Ему нужен отдых, в срочном порядке, но его кошмары говорят об обратном.       Он знает, что под утро Айзен будет злиться на него, но Урахара не против.       Айзен снова заснул, уже мирно и спокойно. Он слишком устал за эту неделю. Урахара все так же обнимал его, чувствуя его мирное сопение на своей шее и его холодные руки по бокам.

(На утро Айзен снова не будет поднимать глаз на зеркала)

      Всё хорошо, пока они есть друг у друга… Проблемы подождут, им нужно отдохнуть.       Они слишком устали.       Им необходим сон в тепле друг друга.       Они просто хотят побыть вместе и наконец-то забыть весь ужас что они пережили.       Они слишком долго добивались своего счастья.             Слишком долго страдали ради этого тепла.       И неважно что ты чувствуешь как на тебя что-то капает с потолка, а за окном очередной тревожный скрежет...