Вернон Дурсль и другой путь

Вернон Дурсль сидел в пустом, тёмном доме на Тисовой улице, номер 4. С каждым годом одиночество становилось тяжелее, а тишина — удушающей. Он давно утратил радость жизни; его жена Петуния ушла из жизни пять лет назад, а сын Дадли, которого он всегда считал своей гордостью, совсем отдалился. С тех пор, как стало известно, что его внучка — волшебница, словно сам рок навис над семьей Дурслей. Какой ужас, какая несправедливость, думал Вернон, каждый раз ощущая гнев и обиду при одном упоминании магии. Проблемы начались, когда Дадли, возвращаясь из поездки, привёл в дом свою новую жену Миранду, которую Вернон поначалу принял довольно тепло. Но он пришёл в ярость, узнав, что Миранда — волшебница, и теперь его внучка унаследовала этот странный дар. Этот факт разрушил все его представления о жизни. Вспоминая, с каким презрением он смотрел на племянника Гарри, Вернон не мог смириться с мыслью, что его собственная кровь могла иметь что-то общее с миром волшебства. Однажды вечером они с Дадли снова поссорились на эту тему. Вернон, со своей фирменной грубостью и повышенным тоном, обрушился на сына: — Ты сам виноват, Дадли! Ты знал, на что идёшь, когда женился на волшебнице! — прорычал он, размахивая руками и в отчаянии приподняв голос. — Она твоя внучка, отец! — с горечью ответил Дадли, защищая свою дочь. — Я не позволю тебе так говорить о ней, как ты когда-то говорил о Гарри. Вернон не унимался: — Дадли, ты подвергаешь себя и свою семью опасности! Эта девчонка — как ходячая бомба! Мы с твоей матерью прошли через ад с одним ненормальным и не собираюсь снова это терпеть! Но его слова имели эффект, противоположный задуманному. Дадли не выдержал и, повысив голос, отчётливо и твёрдо сказал: — Его звали Гарри, отец. И, знаешь что? Я жалею, что был жесток к нему. Тебе и маме было удобно во мне воспитать это чувство ненависти. Но я вырос. Мне стыдно за то, как я вел себя по отношению к Гарри. И еще одно отец: мне трудно было признался в этом жене, но она подержала меня и сказала, что все совершают ошибки. Миранда прекрасная жена и она готова помочь нашей дочери. И уж точно я не позволю тебе превратить мою дочь в такую же жертву. Убирайся из моего дома и не появляйся здесь больше. —переходя на крик промолвил Дадли. —Дадли ты совершаешь ошибку—промолвил Вернон. —Убирайся—сказал Дадли. Вернон тяжело вздохнул, грустно посмотрел на сына и ушёл. Так он и остался в одиночестве, глядя в экран телевизора. Выпив бутылку пива, он задремал, размышляя над словами Дадли. Но внезапно его сердце сжалось от боли. Он вскочил, судорожно бросился к телефону, но не успел — тело подкосилось, и он рухнул на пол. Он так и не смог подняться. Сосед обнаружил его спустя двадцать минут и вызвал скорую, но было уже поздно — Вернон Дурсль умер. Однако смерть оказалась не концом. Очнувшись в странном месте, он оказался лицом к лицу с Судьбой. Она дала ему второй шанс — возможность вернуться в прошлое, указав точную дату и год. — Ах да, — вспомнил Вернон. — В тот день грабители пытались нас ограбить, и я получил пулю, но меня тогда спасли… А теперь я умер и смогу вернуться в своё тело в прошлом? — Именно так, — кивнула Судьба. — Но времени мало. Яркая вспышка поглотила его, и, в следующий миг, он вновь открыл глаза — уже в своей постели. Вернон взглянул на Петунию, улыбнулся и крепко обнял её. — Ты мой герой, Вернон… — прошептала она. — Это долг каждого мужчины, — ответил он, нежно поцеловав её в щёку. Прошли дни, и настал тот самый момент — ночь, когда на пороге их дома должен был появиться Гарри. Всё повторялось: странный старик, его загадочные слова, непонятная кошка, которую Вернон на этот раз решился погладить. Задумавшись, он вдруг спросил: — Дорогая, ты давно получала письма от своей сестры? Петуния напряглась. — Нет… А что? — Сегодня на улице я встретил странных людей, — сказал он, будто невзначай. — Они говорили о какой-то победе над Тем-Кого-Нельзя-Называть… и о Поттерах. У твоей сестры ведь такая же фамилия? —Да... Нет... Лили.... Почему? За что? А их сын. Гарри кажись, что с ним?—спросила Петуния. —Не знаю. Может он того кто именует таким странным образом одолел? Но сегодня мы это узнаем—промолвил Вернон. — Это ещё почему?.. Ах, ой, точно… Мы же кровные родственники, — Петуния быстро сообразила и замолчала, словно переваривая эту мысль. Ночью Вернон проснулся в холодном поту — его разбудил тревожный сон. Он взглянул в окно и замер: в облаках парил силуэт мотоцикла. В следующий миг он понял, что это не сон. «Это сейчас они принесут мальчишку...» Вернон быстро натянул халат, стараясь не разбудить Петунию, и тихо спустился вниз. Снаружи слышались голоса. — Альбус, ты уверен, что для мальчика это подходящее место? — раздался женский голос, полный сомнений. — Абсолютно, Минерва, — спокойно ответил Дамблдор. — Они его единственные родственники, и здесь ему будет безопаснее всего. — Ах, Хагрид, ты наконец-то добрался, — добавил он, услышав гул мотора. — Пора положить Гарри на крыльцо и уйти. Но вместо того чтобы уйти, волшебников ждал неожиданный поворот — перед ними стоял Вернон Дурсль. — Не надо никаких крылец, — твёрдо сказал он, протягивая руки. — Я сам его заберу. Минерва с Хагридом переглянулись, а Дамблдор внимательно посмотрел на мужчину, словно пытаясь понять, что изменилось. — Вы... хотите взять его на руки? — осторожно спросила профессор Макгонагалл. — А что, это запрещено? — буркнул Вернон. — Если уж мы его родственники, то пусть будет в доме, а не на пороге, как посылка. Хагрид, растроганный таким поступком, даже всхлипнул. — Мистер Дурсль, — медленно сказал Дамблдор, с лёгким одобрением в голосе. — Надеюсь, вы понимаете, какую ответственность берёте на себя? — Понимаю, — твёрдо кивнул Вернон, впервые осознавая, что его жизнь и жизнь этого мальчика изменятся навсегда. И с этого момента судьба Мальчика-Который-Выжил начала меняться...