Всегда готов

Сашка дотанцевал до ближайшего столика и плюхнулся на стул. Довольно улыбаясь во весь рот, он разглядывал девчонок, которые неутомимо вились вокруг, сверкая голыми ногами. Кто-то поставил перед Сашей новый бокал с шампанским. В голове и так вертелся сплошной калейдоскоп, но Саша не мог удержаться и отхлебнул снова. - Устал? - сочувственно спросил появившийся рядом Алексей. - Ещё чего! - воскликнул Саша и подпрыгнул, чуть не опрокинув стул. - Ну тогда приглашаю на танец, - со спокойной усмешкой сказал Лёша и протянул руку. Будто по этому знаку бодрая быстрая музыка стихла и заиграл медленный плавный мотив. - Ой... Я что, девчон... - попытался заспорить Саша, но его уже ухватили под локоть и повели по танцполу, мягко обнимая за податливые плечи. Вокруг заулыбались, захлопали, расступились, давая место для манёвра. Именинник вёл, направляя Сашку по кругу, Это был увлекательный танец, Сашка перебирал ногами, то и дело спотыкаясь, но Алексей был терпелив и настойчив. Ему нравилось держать в объятиях щуплое тельце, ещё больше нравилось делать это под взглядами своих друзей. А пусть завидуют! Когда музыка стихла, Лёша совсем разошёлся и чмокнул "партнёршу" в румяную щёчку. Сашка буркнул что-то невразумительное и снова уселся. Дотянувшись до забытого бокала, сделал щедрый глоток. - Санечка, ты совсем у меня сопьёшься, - вздохнул Алексей и погладил мальчика по волосам. - Не твоё дело, - проворчал вдруг Сашка, вконец потеряв голову. - Хочу и буду пить! - Правильно! Давай по-взрослому, солнышко! - весело закричали девчонки, отобрали у Сашки шампанское и всучили прямо в обе руки бокал с вином. Самого Лёшку оттёрли подальше, чтоб не мешался, и он, сдаваясь такому напору, только выкрикнул: - Эй, вы что? Он сейчас напьётся начнет тут буянить, стриптиз танцевать! Этот возглас не остался без внимания и вызвал бешеный восторг. Конечно, девочки тут же завизжали, захлопали в ладоши и принялись скандировать: - Стриптиз! Стриптиз! Стриптиз! Со стола вмиг смели бутылки и вазочки, а вместо них водрузили Сашку - кто-то ухватил его под мышки и поставил на столешницу. Польщенный таким вниманием, Сашка притопнул ногой, сшиб на пол зазевавшуюся салфетницу и возмущённо шевельнул рукой: - Эй, а музыку?! - Вот чёрт, кто меня тянул за язык? - прошептал Лёша, но остановить Сашку уже не мог - Сашкой полностью завладела жуткая смесь шампанского, вина и всеобщего внимания. Заиграла приятная музыка, под которую хотелось не просто танцевать, а заниматься всякими глупостями, от которых приличные люди бегут, как от огня. Но в зале развлекалась "золотая молодёжь", и никому в голову не придёт их останавливать. Сашка повёл плечами, вскинул голову - взметнулись белые пряди. Расшалившийся мальчишка сорвал гром аплодисментов., когда покачал бёдрами, как заправский стриптизёр. Лёша мысленно застонал - где он этого нахватался?! - Во даёт малой, - фыркнул с ним рядом стройный Юрген, сын дипломата. - Нет, правда, Алекс, где ты его надыбал? Он еще круче прошлогоднего! - Да ладно, Рустамчик был классный, - заспорил с ним второй Лёшкин друг - Стас. - Но этот... - Этот ещё необъезженный жеребёнок, - вздохнув, сказал Лёша. - Вы бы видели, как он брыкается... - Ш-ш-ш, тише вы, он начинает! - выкрикнул третий, толстячок Волан. - Я фигею! Он был прав, Саша, немного повихляв шортами, взялся за ворот курточки и... резко рванул в стороны - пуговки и блёстки разлетелись по залу, как фейерверк, а сама куртка распахнулась, обнажая худенький торс. - Да-вай, да-вай, да-вай! - снова скандировали подростки, отбивая ладони. С усмешкой на красивом личике, Саша выглядел настоящей звездой, приковывая к себе взгляды всех, кто собрался вокруг. Хитро прищурившись, мальчик поймал в мелькающем разноцветном сумраке клуба внимательный взгляд Лёши и медленно потянул курточку с плеча, оголяя его. Зрители засвистели, захлопали. Куртка сползла ниже, показывая оба острых плеча мальчишки. Потом она неспешно слезла с его тонких рук. Раскрутив блестящую курточку над головой, Сашка швырнул её в визжащую от восторга толпу. Раздетый до пояса, он остался в одних оранжевых, как апельсин, шортах и кроссовках. Снова раздался громкий свист и мальчишку продолжили подначивать - никто не хотел прекращения этого увлекательного шоу. - Гвоздь программы, - со значением проговорил у Лёши над ухом длинный Стас. - Смотри, его уже на мобильники снимают, завтра разойдётся по интернету. Может, тормознёшь? - Ещё чего, он только начал, - с глупой ухмылкой протянул Алексей - вино не давало ему соображать и думать о последствиях. Да и не привык этот избалованный мальчик ни в чём себе отказывать, особенно в день рождения. Саша топтался на столе, возвышаясь над радостной толпой, с трудом удерживал равновесие, но всё же не собирался сдаваться - народ требовал продолжать, и он продолжил - подцепил обеими руками резинку шортиков и так же медленно и плавно потянул вниз. Шорты скользнули по узким бёдрам, съехали до лодыжек и мальчишка, дрыгнув сперва одной ногой, затем другой, отшвырнул шорты вслед за курточкой. Теперь на мальчишке, к восторгу толпы, были только кроссовки и узенькие зелёные стринги - Лёшин подарок. - М-м-м, красота... - простонал красавчик Юрген, нервно облизывая тонкие губы. - Лёха, уступи его мне, а?! - Размечтался, - пробормотал Алексей, не в силах отвести глаз от потрясающего зрелища - стройного мальчишки на столе, в фонтане света - на нём скрестились прожектора. Стринги почти не были заметны и создавалось впечатление, что Сашка танцевал голышом. Толпа разошлась не на шутку, девчонки визжали, пищали, прыгали вокруг столика, парни снимали на телефоны. А Сашка, чувствуя, что от него ждут каких-то чудес, взбрыкнул ногами и сбросил кроссовки. Затем протянул палец и потребовал у стоявшего неподалёку парня бутылку, которую тот сжимал в руке. Конечно, бутылка тут же была ему подана. Саша, пьяно ухмыльнувшись, сделал большой глоток, поперхнулся, откашлялся, пришёл в чувство и.. принялся поливать себя из этого самодельного "душа". Терпкое пахучее вино полилось на макушку, стекая ручейками по обнаженному телу, и гром аплодисментов заглушил музыку. Сашка отбросил пустую бутылку и продолжил вилять бёдрами, выпячивая упругие ягодицы напоказ. И кто знает, может дошел бы черёд и до стрингов, мальчик уже запустил пальцы под резиночку, но... В голове внезапно помутилось, Сашка пошатнулся и рухнул прямо на руки восхищенных поклонников. Лёша, строго следивший за ним, тут же оказался рядом. - Всё, надо его домой отвезти, - проговорил он, разглядывая побледневшее личико незадачливого стриптизёра. - Гуляйте без меня. - Лёха, да брось, ну выпил чуток, очухается, - махнул рукой Стас. - Давай оттащим его наверх, до утра всё выветрится. Мы ж только гулять начали, а ты уже сбегаешь, нехорошо! - Ладно, - вздохнул Алексей. - Тащите в кабинет. Так, где его шмотки? Расшвырялся тут.. Пока он собирал по залу куртку, шорты и кроссовки, Стас отнёс отключившегося мальчика на верх, где были оборудованы кабинеты для особо почетных гостей клуба. Охранник открыл ключом дверь и, не споря, пропустил в небольшую комнату, где всё дышало уютом и тайной. Алексей появился через пару минут, быстро взбежал по лестнице и склонился над мальчишкой. - Похоже, спит? - неуверенно спросил он, зачем-то пощупав влажный лоб. - Спит, - ответил Стас. - Да что ему сделается со стакана вина? Идём, Алекс, девчонки что-то про мохито пищали. Тебе угощать! - Хм... Лады... - вздохнул Лёша, накрыл Сашку, свернувшегося калачиком, курткой с блёстками и вышел, прикрыв за собой дверь. - Может, всё-таки, доктора? - Да брось! - хлопнул его по плечу Юрген. - На крайняк уделает диван, потом отмоют! Идём уже, вино выдохнется. Друзья взяли его под руки и поволокли вниз, в зал, где девчонки с визгом неутомимо выплясывали замысловатые танцы. Алексей выбросил из головы Сашку и выкрикнул: - Девочки, соскучились?! А вот он я! Только чур без стриптиза! * * * Прошел час. Или два. Или три... Никто не вёл счет времени - молодёжь отрывалась. Каникулы, день рождения друга, полная безнаказанность - что ещё надо для счастья и веселья? Музыка грохотала, убивая барабанные перепонки, ноги топтали пол, сбивая каблуки. Хоть большинству было по шестнадцать, никто не следил, что вроде бы запрещенное спиртное здесь просто лилось рекой - руководство клуба благоразумно испарилось ещё днём, а охранникам было глубоко по барабану, лишь бы детки не буянили и не дрались. Алексей тоже старательно развлекался, а заботливые друзья то и дело подносили ему бокалы. - Так, всё, я к малому, - решительно сказал Лёша, когда музыка на минутку стихла и он очнулся. Пошатываясь, держась рукой за стену, он поднялся наверх. У Леши в голове всё кружилось и плескалось, там было бурное море. Ему казалось, что и потолок, и пол качались, и трудно было устоять на ногах. - Черт, нафига я так набрался? - простонал он негромко и подошел к диванчику. В комнатке горел розовый фонарик под потолком, очевидно, изображая интим. Куртка сползла на пол, Сашка лежал на боку, выпятив самые соблазнительные места. Алексей застыл, уставившись помутневшим взглядом на эти выпуклости, винный дурман затмил разум. Лёша осторожно положил руку на горячее бедро мальчишки и провёл по бархатистой коже. Потом присел на корточки и прижался губами к упругой ягодице. Сладковатый привкус вина, которое вылил на себя Сашка, защипал язык и Алексей принялся слизывать липкие потёки с Сашкиного зада. Мальчик засопел и шевельнулся, запрокидывая ногу подальше, будто открывая доступ нетерпеливым Лешиным губам. Полоска ткани попалась на пути и Алексей слегка прикусил краешек стрингов, тоже пропитанный вином. Прикусил и потянул в сторону - стринги сопротивлялись, цеплялись за Сашку, но Алексей был упрямее и вскоре зелёная тряпочка, а в розовом свете фонаря - черная, сдалась. Лёша довольно стащил её с Сашкиных ног и швырнул куда-то. Взявшись за бедро, повёл его в сторону, разворачивая мальчишку на спину. Сашка старательно спал, слышно было его равномерное сопение. Алексей впился мутным взглядом в Сашкин пах, где расслабленно свисал мягкий, маленький и такой соблазнительный член. Лёша задышал чаще, наклонился и вобрал его в рот целиком, прямо с небольшой мошонкой. Кожаный столбик запульсировал на языке, Лёша принялся сосать, впитывая и терпкий подростковый запах, и молочно-мятный вкус, который разлился по нёбу, Теперь Сашка не сопротивлялся, он вообще ничего не чувствовал, безмятежно растёкшись под Лёшиными руками. Наверное, на том бы всё закончилось - Лёша сделал бы Сашке во сне минет, пощупал бы его, приласкал и тихо ушёл к своим друзьям, но... Судьба преподнесла Саше жестокий поворот. Судьба в виде крошечной сиреневой таблетки, которую четверть часа назад подсунул Лёше его друг - неопрятный толстячок со странным прозвищем Волан. И только теперь она начала своё пагубное действие на Лёшкин организм. Хотя трудно назвать пагубным то чувство, которое разлилось в Лёшкиной груди - чувство невыразимого, огромного, как вся земля, счастья. Ему хотелось петь, прыгать, танцевать, но больше всего ему хотелось обладать этим сладким до безумия тельцем, которое так безмятежно раскинулось перед ним, будто приглашая - возьми меня! Я твой! Я весь твой, без остатка! Сашкин голос твердил это, гремел, будто музыка на танцполе, заглушая последние остатки разума, гася сознание. Конечно, Сашка ничего не мог говорить, он крепко спал, закрыв глаза, но Алексей был уверен - Сашка мечтает, чтобы его сейчас использовали, как самую распоследнюю шлюшку. А разве может быть иначе, если в Лёшиной голове уже всё сложилось - стриптиз на столе, Сашкины ужимки и ухмылки, распахнутые призывно голые бёдра... И Лёшкин стояк, затмивший всё на свете, разрывавший в клочья штаны... Подросток стиснул свой член сквозь ткань, крепко, до боли, но не мог унять жгучее желание. Не мог, да и не хотел. Быстрыми рваными движениями Лёша расстегнул пояс, потом спустил до колен штаны вместе с трусами. Дрожащими руками стиснул Сашу за коленки и стремительно развернул к себе округлыми половинками, которые только что с таким удовольствием вылизывал. Глуша собственный похотливый стон, Алексей улёгся на спящего мальчишку, прижался к нему бёдрами и наощупь принялся искать вход. Трепещущая дырочка отыскалась быстро, но наотрез отказалась впускать в себя непрошенного гостя. Лёшина головка ткнулась в мышечное колечко, поднажала, упрямо, нагло, бесстыдно и... победила сопротивление. Сашка встрепенулся, забился под нависшим над ним тяжелым телом, замычал, пытаясь сбросить насильника. Но куда ему против спортивного парня, против его крепких рук.... Быстрыми движениями бёдер вколачивался в подростка Алексей, ничего не соображая, ничего не чувствуя, кроме охватившей его страсти. Нарастающее возбуждение заставляло вгонять член без устали, не слушая Сашкины стоны и всхлипы. Когда мальчишка попытался кричать, Алексей заткнул ему рот ладонью. - Гы-ых, гы-ых, гы-ы-ых, - выдыхал Лёшка, раз за разом вгоняя свой неутомимый член в беззащитный Сашкин зад. Если бы Лёшин член не сочился так обильно смазкой, пришлось бы худо - в пылу страсти подросток совсем не подумал про крем. Он вообще ни о чем не думал. Трудно сказать, сколько длилась эта бесконечно сладкая мука: вино и таблетка сделали Алексея сексуальным монстром, он не мог кончить очень, очень долго. Но рано или поздно, разрядка наступила - острая, как бритва, она полоснула Лёшку, оставив в его глазах яркий взрыв наслаждения. Алексей навалился на Сашу, вдавливая его в кожу диванчика и устало затих. - Всё? - шёпотом спросил кто-то, тряхнув его за плечо. Лёша обернулся, окинул ничего не соображающим взглядом парня, стоявшего возле дивана. - М-м-м? Ты кто?! - промычал Алексей. - Юрген, - тем же шепотом ответил юноша и добавил: - Слезай, буду порядок наводить. А ты иди в соседний кабинет отлеживаться. Наворотил ты здесь дел... - Что? Каких дел? - пьяно ухмылялся Алексей, ничего не понимая. Юрген принялся стаскивать его с Саши, который бессильно трепыхался, но никак не мог проснуться. Подтянув на своём друге одежду, Юрген увёл его в соседнюю комнатку и уложил на такой же диван. Затем вернулся к Сашке и принялся шарить по тумбочкам. Как в любом приличном клубе, здесь нашлось всё необходимое на подобный случай - полотенце, салфетки, аптечка. Юрген был на удивление трезв и действовал на удивление умело, как будто ему это было не впервой - он оттёр с Сашкиного зада слизь, сперму, выступившую кровь, потом смазал детским кремом, потом прижал мягкие салфетки и полотенце. - Эх ты, дурачок, - ласково приговаривал Юрген. - Попался в лапы, теперь терпи. Дальше будет ещё круче. Думаешь, почему я тебя не т*хнул сейчас, когда ты такой готовенький? А куда мне торопиться. Алекс добрый, он с друзьями поделится. Всегда делился и тобой поделится. А ты такой вкусный, слов нет. Ну ничего, спи-спи, теперь тебе силы понадобятся. Отступив на шаг, Юрген полюбовался на мирно уснувшего мальчика, накрыл его пледом и поправил в кармане мобильник, на котором были запечатлены все похождения Алексея в клубе, включая Сашкин стриптиз, Сашкины танцы и Сашкино изнасилование. Юрген привык подобные вещи запечатлевать на видео. Нет, не для полиции, для себя. Пусть будет, когда-нибудь пригодится. Или, что ещё лучше - не пригодится. * * * Утро добрым не бывает - эту простую истину Алексей испытал на себе, когда приоткрыл глаза. Резкий свет полоснул бритвой, подросток зажмурился и застонал. От собственного стона в голове взорвалась небольшая петарда, стон стал ещё громче. Чёрт, почему так трещит черепушка?! Будто какие-то великаны содрали её с позвоночника и затеяли игру в футбол. Леша полежал немного, пытаясь прийти в чувство, затем снова приоткрыл глаза. Оказалось, в комнате не было никакого яркого света - шторы задёрнуты, лампы выключены. Это Лёшкины глаза приобрели такую чувствительность, что слабый полумрак теперь кажется ярким прожектором. Но с этим можно было бы смириться, если б люстра под потолком стояла на месте, а не кружилась в бешеном ритме. Лёша снова чертыхнулся. Третья попытка открыть глаза наконец-то увенчалась успехом - люстра стояла на месте, рассветная синева за окном не била наотмашь по зрачкам. Но теперь мальчишку начал мучить жуткий сушняк - во рту пересохло, будто он всю ночь полз по пустыне. С этим надо было что-то делать... Лёша зашевелился, попробовал слезть с кровати, но это никак не удавалось - он не мог найти край. Через три минуты неутомимых барахтаний дошло, что он лежал на полу. - Когда я успел свалиться? - бормотнул мальчишка и встал на четвереньки. Голова загудела, предупреждая, что её надо лечить. Алексей уже знал, что первым делом надо добраться до ванной, там спасение. Похмелье ужасно, когда тебе всего шестнадцать. - И чего я вчера так надрался? - вопрошал у унитаза Алексей и слышал в ответ утробное урчание. Потом мальчишка напился воды из-под крана, потом влез под душ и постепенно начал приходить в себя. Вернулся в спальню он вполне живым, без треска в голове и без вредных последствий безумной ночи. Едва он успел нацепить спортивные штаны, как затрезвонил мобильник. - Кто это в такую рань? - простонал Лёша. - О, пап, привет! - Доброе утро, именинник, - улыбнулся с экрана Лёшкин отец. - Как самочувствие? - Терпимо, - пожал плечами мальчишка. - На шестнадцать тянет? - Угу. - А я думаю, тянет на восемь, - прогнав улыбку, сказал отец. - Почему это? - удивился Лёша, чувствуя, что настроение его родителя изменилось. - А с того, что за твои проделки тебе светит лет восемь, в лучшем случае - пять. - Пап, ты о чем? - Не догадываешься? Ну вспоминай, что ты натворил ночью. - Да вроде ничего, - пробормотал Лёша, вспоминая ночной клуб и свой день рождения. - Было прикольно... Побалдели с пацанами, ну выпили чуть-чуть. Пап, да всё, как обычно. Лёшкин отец внимательно вгляделся в лицо сына. - Хм, похоже, ты и вправду ничего не помнишь, - пробормотал он. - Ну ладно, я освежу тебе память. Где твой дружок? Его-то ты хотя бы помнишь? - Какой? Саша? Да дрыхнет где-то. А что? - Ночью ты его изнасиловал, - сухо сообщил отец. - Что?! Я?! - воскликнул Алексей, решив, что ослышался. - Ты, Лёша, ты... Ты набросился на мальчишку и отымел. - Я... я ничего не помню, - всхлипнул Лёша, будто маленький. - Ну-ну, спокойно, не расклеивайся, - поспешил отец. - Не всё так страшно. Надо сделать так, как с предыдущими твоими увлечениями. - М-м-м, то есть? - Уговори, подкупи, наобещай подарков, заставь, запугай - видишь, сколько я тебе вариантов набросал. Лёша задумался, покачивая телефон на ладони. - Ну... Я попробую. А если он домой запросится? - Ни в коем случае! Вернее, как минимум недели две он должен быть у тебя, пока всё не заживёт. - Я и сам не хочу его отпускать, - вздохнул Лёша. - Он такой... - Знаю я, какой он, видел, - усмехнулся Лёшкин отец. - Ангел во плоти. Ну, всё, у меня встреча! А ты займись делом, именинник. Поздравляю ещё раз, будь здоров, расти большой. Связь отключилась и Лёша уставился на почерневший экран. Неужели это правда? Неужели ночью он... Это невозможно! Или... Лёша застонал, вцепился ногтями в волосы, процарапал кожу, пытаясь вытащить из памяти хоть какие-то остатки. В голове замелькали картинки: поздравления, девчонки, танцы, разноцветные фонари, накрытые столики... Сашка, разряженный, как попугайчик... Ой, чёрт, стриптиз... Да, Сашкин стриптиз был слишком ярок, чтобы не впечататься в память. Но что потом? Он уже был готов решить, что папа ошибся, как вдруг память подсунула новый блик: белое бедро, нелепо откинутое в сторону. Это Сашка, сразу понял подросток. Да, это мог быть только он! Руки вспомнили упругость и бархатистость кожи, заныл восставший член - он тоже вспомнил, как толкался в беззащитную дырочку. Вспомнил её трепетание, сопротивление, нежелание раскрываться. Лёшкин член вспомнил, как пробил защиту и ворвался внутрь, в горячее, влажное, скользкое и приятное до одури Сашкино тело... - Это правда, - прошептал Алексей. Но где же сам Сашка? Почему его не слышно, не видно? Подросток заозирался, шаря взглядом по своей спальне. Может, его в клубе оставили? А, нет, вон на кровати какой-то свёрток. Сашка свил себе гнездо из простыней и покрывала, наружу торчала только голая маленькая ступня. Она была такой трогательной и нежной, что Алексей минуты три пялился на тонкие пальчики. Потом осторожно пощекотал подошву. Кокон зашевелился и вскоре из него вылезла лохматая голова с закрытыми глазами. - Доброе утро, - вполголоса сказал Алексей. - Мгумр... - мяукнул мальчик, приподнял ресницы и принялся выползать из свёртка. Лёша стал помогать, разворачивая ткань. Внезапно мальчик схватился за рот обеими руками, рванулся и помчался в коридор. Лёша с пониманием поглядел вслед - он знал, что чувствует сейчас Сашка. И пока его не было, стал готовить лекарство - набрал в стакан минералки и бросил шипучую таблетку. Лучшее средство от похмелья. Хм, надо и себе сделать, решил Лёша, но не успел - снова заиграл рингтон. - Да, пап, - не глянув на экран, ответил Лёша. - И тебе привет, сынок, - с ухмылкой сказал подростковый голос. - Упс, Юрген, ты? Чего так рано?! - Полдесятого, - спокойно ответил подросток. - Как самочувствие? - Прекрасно, - буркнул Алексей. - Чего хотел? - Узнать, как после вчерашнего. - Норм... Всё? - Алекс, ты чего такой злой, - хмыкнул Юрген. - Вроде бы днюха удалась. Девчонки все на ушах, пацаны тоже. - И я... на ушах... Ладно, пока! - Э, стой-стой, - торопливо воскликнул Юрген. - А малой как? Жопка бо-бо? - Что? - враз осип Лёша. - Ты о чём? - Да ладно, я в курсе, - махнул рукой подросток. - Не шифруйся. Ну ты гигант вообще! Ты его почти час пялил! - А ты откуда знаешь?! - Я за дверью стоял, - ровно ответил Юрген. - Вас сторожил, чтоб никто не влез. - Ясно... - растерянно выдал Лёша и вскинул голову: - Так это ты бате меня сдал?! - Полегче с предъявами... Я не сдавал, - нахмурился Юрген. - Мы друзья, между прочим. - А кто? - Откуда я знаю. Может, охранники, может, твой водила. Это он тебя в машину на руках нёс, а я - Сашку. - Погуляли, - буркнул Алексей. - И чего мне так башню рвануло, а? - Забыл? Да это ж наш Воланчик где-то надыбал новую дурь, - ухмыльнулся Юрген. - Сам хитрый, пробовать не стал, тебе скормил. А тебя вон как вштырило. - Ну да... - понуро протянул Алексей. - Значит, это правда? Я Сашку... тр*хнул? С*ка... - Не парься, - отмахнулся Юрген. - Всё равно бы ты его отымел, рано или поздно. Не для того разве привёз, а? - Да, но я хотел по-нормальному! Чтоб он сам! Чтоб... с кайфом. А я ж нихрена не запомнил... - А ты повтори, - подмигнул в телефон Юрген. - Без дури, без вина. - Иди ты... подстрекатель, - фыркнул Алексей. - Ладно, не парься, - повторил Юрген, махнул рукой и выключил связь. Лёша грустно вздохнул и вдруг поймал на себе чей-то внимательный взгляд. Подросток резко развернулся. В дверях стоял Сашка. - Вот почему у меня сзади болит, - сдавленно проговорил он. - Ты меня вы*ебал? - Не выражайся, - автоматически поправил Лёша и кивнул на стол: - Иди выпей, станет полегче. Голова тоже болит? - Тоже... - проворчал Саша, подошел к столу и залпом осушил половину стакана. Вторую половину стал пить медленными глоточками, сверкая своими невозможными синими глазами. - Значит, ты меня вые... это самое? - Да, - с трудом вымолвил Алексей. Саша не произнёс ни слова. Втянув голову в плечи, он залез в кровать и завернулся в свой кокон по самую макушку. - Ты сам виноват! - выкрикнул вдруг Лёша, нервно сжимая кулаки. - Что? - встрепенулся кокон. Оттуда снова вынырнула лохматая голова. - Я?! - Да, ты! Ты меня три недели изводил, - скрежетнув зубами, подпрыгнул к нему Лёша. - Жопкой своей вертел! Целоваться лез, обниматься! Х*й мой гладил, др*чил мне! А сам не давался! Строил из себя недотрогу, Вот у меня башню и сорвало! Знаешь, как это трудно, удержаться?! - Я не педик, - с железным упрямством в сотый раз повторил Саша, но на этот раз Алексей его не слушал. В эту самую секунду он изменился, превращаясь в того самого мажорчика, которым, в сущности, всегда был. - Ты - моя игрушка, - жестко произнёс Лёша. - Ты будешь делать всё, что прикажу! - Иди к чёрту, - шмыгнув носом, прошептал Саша, натягивая одеяло на голову. - Я домой уеду. Сегодня... Сейчас... - Давай-давай, - ухмыльнулся Алексей, возвращаясь в кресло. - К зиме доберешься. - К какой ещё зиме? - удивился Саша. - К обычной. До твоего дома почти тысяча километров. На поезд и на автобус тебя не пустят, на самолёт тем более. На попутках тебя сразу сцапает полиция. Значит, пойдешь пешком. Вот к зиме и доберешься. - Не ври... Я сам в полицию пойду! - Ты совсем глупый... Всё полицейское начальство с моим папой дружит. Тебя самого обвинят, что обокрал нас! - выдумывал на ходу Лёша, всё глубже погружаясь в бездну отчаяния и хороня в ней свою совесть. - А ещё... - Что "ещё"? - устало спросил Саша. - А ещё, когда всё-таки доберешься домой, тебе сразу придется разбираться со своей школой. - Что?! При чём тут школа? - опешил Сашка. - А при том. Видео с тобой в главной роли я отправлю твоим одноклассникам. Там будет только твоё лицо и все увидят, с каким удовольствием ты мне др*чишь. Вот потом и будешь доказывать, что ты не педик. - Ты... Ты гад! - взвизгнул Сашка, распинывая руками и ногами простыни и выбираясь на свет. - Ты такой гад! - Успокойся, - холодно процедил Алексей. - Будешь меня слушаться, ничего плохого не случится. В конце августа спокойно уедешь домой с кучей денег. Купишь новый компьютер, мобильник, приставку и кучу вещей. Саша, смирись. Ты - моя игрушка. У тебя больше нет ничего своего - ни одежды, ни желаний, ни мнений. Исполняй мои приказы. Ты понял? - Да... - разбитым шепотом вымолвил Саша, потрясённый и раздавленный. - Тогда улыбнись и скажи, что ты счастлив, - сказал Лёша и подал пример - широко улыбнулся, сверкнув белыми зубами. - Я счастлив, - послушно повторил Саша и раздвинул побледневшие губы. - Так себе улыбочка, но ничего, ты потренируешься и всё получится, - снисходительно сказал Лёша. - Ну, а сейчас одеваемся - и на завтрак. - Я не голодный... - мрачно ответил мальчишка. - Хм... Ты не понял, котёнок. Мы идём на завтрак и это - приказ, - повторил Алексей и выпрямился во весь рост. - Ты же не хочешь, чтобы я тебя наказывал? - Не хочу... - вздохнул Саша и тоже слез с кровати. - Эй, выше нос, - приобнял его Лёша. - Я буду хорошим хозяином. Если ты будешь послушной игрушкой. Синие Сашкины глаза влажно заблестели - он честно пытался удержать слёзы, но непослушные мокрые дорожки пробежали по щекам, мальчик зашмыгал носом, сердито утёрся голым локтем. Алексей не заметил этих слёз, он уже копался в шкафу, разыскивая новую одежду. В Сашкиной голове мелькнула мысль: а может, Лёша просто притворяется? Может, это такая игра?! Не может ведь в один миг так измениться этот улыбчивый парень, а? Слёзы просохли, мальчик с надеждой поглядел искоса на своего друга и протянул руку за шортами, которые Лёшка вытащил из шкафа.