Жди меня

Белые стены. Солнце освещающее часть койки. Приоткрытое окно, из которого дует лёгкий летний ветерок. Подле койки ритмично пищит монитор, измеряющий давление. Блондин спал на кровати. Вернее не спал, он был в коме. Рядом с койкой сидит человек. Этот человек - пятый Казекаге. Гаара практически не отходил от кровати, на которой лежал Наруто. В палату врывается пепельноволосый. - Тише, -сказал полушёпотом командир. - Как он? И как... Вы? - Он по-прежнему в коме. Состояние стабилизировано... А со мной всё хорошо. - Гаара-сама, вы уверены? Вы не отходите от Наруто уже три дня. Не хотите поспать? - Я привык не спать. - Господин Казекаге, мы ждём дальнейших указаний. - У меня есть заместитель. Идите к Шикамару. Я должен быть рядом с ним. - Сакура и Шизуне позаботятся о нём. Безбровый повернулся к мужчине лицом и, сделав тяжёлый взгляд, сказал более низким голосом: - Вы не намерены отступать? - Казека- - Как командир я приказываю вам покинуть эту палату. Я не вернусь на войну, пока не буду уверен в том, что Наруто будет жив и здоров. Какаши, поняв, что уговоры бессмысленны, слегка поклонился и сказал, уходя из палаты: - Понял, удаляюсь. Как только комната опустела, за исключением ранее находившихся в ней людей, красноволосый склонился к руке Узумаки и сжал его ладонь. - Я никуда от тебя не уйду. Я буду рядом всегда. Даже будучи казекаге, ты всё равно будешь ощущать мою заботу. Я обещаю, что ты больше не будешь страдать. Сжимая ладонь блондина всё сильнее, Гаара уже готов был расплакаться как вдруг. - Г... Гаара? -послышался заторможенный голос. Безбровый, дрогнув, поднял голову и посмотрел на источник звука. Он узрел щурящиеся голубые глаза и едва заметную улыбку. - Наруто, Господи, ты жив! Как я рад! -сказал воодушевлённо юноша, бросаясь на шею Узумаки. Данное поведение не было свойственно всегда сдержанному и скупому в эмоциях Гааре. От этого блондин смутился, но смутился в хорошем ключе. Тот обнял друга в ответ со всех сил, которые у него только были. Красноволосый не хотел отпускать Наруто. Больше никогда не отпускать его. Да и джинчурики Девятихвостого не горел желанием возвращаться на войну. Юноша лишь хотел ощущать тепло рук на своей спине и смотреть на то, как Казекаге показывает всю палитру эмоций, которая только присуща человеку. Для него это было поистине уникальным действием, за которым можно наблюдать часами. Наконец командир отстранился от Наруто и посмотрел на его смущённое лицо. Слегка усмехнувшись, Гаара присел на койку ближе к пострадавшему и нежно сказал: - Когда я увидел, что ты падаешь, я тут же забыл обо всём. О войне, о Мадаре, даже о том, что я командир многочисленной армии. Единственное о чём я думал, это то, как спасти тебя, -выдержав недолгую паузу, красноволосый сказал более серьёзным голосом, -Я клянусь тебе, что больше ты никогда не испытаешь боль. Я сделаю всё что угодно, чтобы тебе было хорошо. Узумаки сидел ошарашенный. Его глаза засияли ярче прежнего. Он боялся пошевелиться, думая, что это лишь его сны в коме. Безбровый, заметив это, сказал слегка неуверенно: - Я наверно пойду сообщу Сакуре, что ты- Вдруг Казекаге прерывает блондин, схвативший того за запястье. После этого Наруто тихо сказал: - Останься, пожалуйста. Гаара, не мешкая, сел обратно. Узумаки переместил руку на ладонь юноши и сжал её, опустив голову. После послышались тихие всхлипы. - Спасибо..., -прошептал голубоглазый. Красноволосый, вздохнув, смотрел то на дрожащую руку, то на светлую макушку. Безбровый сел перед поникшим другом и свободной рукой уложил его голову на своё плечо. - Это я должен тебе быть благодарен, -не убирая руки с головы Наруто, сказал тихо Казекаге. - Нет... Ты спас меня... И не раз спасал до этого. Только спустя 5 лет я понял... Узумаки замялся в ответе и не знал какие слова подобрать. Гаара захотел успокоить друга. Он, освободив свою руку, приподнял блондинистую голову. Узрев перед собой те же сияющие глаза, с расширенными зрачками, и следы от слëз на розовых щеках, безбровый улыбнулся и вытер их большими пальцами. Переместив руки на плечи юноше, командир сказал: - Не волнуйся, я приму любой твой ответ. Я понимаю, что ты боишься открыть свои чувства и мысли другим. Я сам прошёл через это. Но когда мы с тобой лежали после битвы все в крови, я открыл тебе своё самое сокровенное чувство, а именно слабость. И ты не отверг меня после этого. Так и я не отвергну тебя, если ты поделишься своими переживаниями со мной... Давай. Блондин, немного успокоившись, продолжил: - Я понял, что друг, за которым я бегал все эти 5 лет был совсем рядом. Друг, который понимает меня лучше всех, друг, который дорожит мной и заботиться обо мне. Красноволосый уже давно понял, о чём хочет сказать Наруто. Но Гаара хотел, чтобы он сам сказал его имя. Поэтому безбровый спросил: - Кто же он? - 5 Казекаге - Гаара-сама, бывший джинчурики однохвостого, командир армии шиноби и мой лучший друг. Безбровый крепко обнял голубоглазого. Тот был слегка ошарашен, но спустя мгновение обнял Казекаге в ответ. - Ты не представляешь, что для меня значат эти слова... Я так рад, Наруто, -сказал юноша, сжимая предплечья Узумаки ещё сильнее, и, углубляясь в пространство между шеей и плечом. Внезапно послышался щелчок открывающееся двери. Красноволосый вмиг отпустил блондина и вернулся на своё место. Оба сделали обычные выражения лиц и поведение. Из-за ширмы вышла Харуно. Та ахнула и кинулась к своему товарищу. - Наруто, какое счастье! Девушка обнимала голову парня и чуть ли не плакала. - Я тоже рад тебя видеть, Сакура, спасибо, что спасала меня. - Это не только моя заслуга. Розоволосая перевела взгляд на рядом сидящего Казекаге. Голубоглазый усмехнулся и сказал: - Да, я это уже понял. - Ну что ж, Наруто, благодаря твоей регенерации и чакре уже через неделю ты полностью реабилитируешься и сможешь дальше участвовать в войне. - Хорошо, спасибо. - Гаара-сама, можно вас на пару слов? Безбровый удивился и молча встал со стула. - Я скоро вернусь, Наруто, -сказал юноша, оглядываясь на Узумаки. Сакура и Гаара вышли из палаты и девушка начала разговор. - Госпо- - Можно просто Гаара. - Х-хорошо, Гаара, думаю тебе стоит вернуться на войну. Как видишь, Наруто жив и практически здоров, тебе не о чем беспокоиться. Ты нужен народу. Без тебя шиноби словно малые дети, растерялись и не знают что делать. - Кстати говоря, как остальные каге? - Живы и продолжают сражаться. Не отходи от темы, скажи, вернёшься ли ты на войну? - Как ты сама думаешь, смогу ли я здраво мыслить и биться с врагами, не зная состояния Наруто? Сакура вздохнула и сказала: - Послушай. Ты ничем ему не обязан. - Что ты имеешь в виду? - Не прикидывайся дурачком. Я знаю, что ты далеко не такой. Безбровый вздохнул, сел на скамью ожидания и продолжил более усталым голосом: - Я никому об этом не рассказывал, но видимо придётся... Куноичи удивилась и присела рядом со словами:"Я вся во внимании". - С момента битвы с Наруто меня грызёт чувство обязанности перед ним. Вот уже 6 лет я живу с мыслью о том, что я ужасный друг. Я всеми силами стараюсь ему помогать. Но когда он однажды убрал мою руку со своего плеча, мне стало ещё больнее и ненавистнее от самого себя. Я ни в коем случае не виню Наруто, я виню прежде всего себя. Ведь я тогда был груб с ним и не хотел его понять и... Я оставил его в трудный момент. Это можно было бы оправдать моим статусом, всё же я Казекаге и командир, но это низко. Я ненавижу себя за это. Я эгоистичный трус... Пойми, я не могу вновь бросить его в такой ситуации. Я не хочу, чтобы он страдал. Я готов вынести любую пытку, только бы с ним всё было хорошо. - Почему ты не можешь полюбить себя? Гаара удивлённо посмотрел на Сакуру, облокотился о колени и, придерживая голову, сказал: - Я ужасный человек. Я веду себя как одержимый, но при этом отстранённый. Я не знаю что делать и как поступать... Девушка, выдержав недолгую паузу, сказала: - Ты должен отпустить это чувство. Ты делаешь всё на пределе своих возможностей для Наруто. И он это очень ценит. Рядом с ним никогда не было такого человека как ты. Человека, который заботится не смотря ни на что, который всегда рядом, даже будучи в другой деревне, настоящего друга, способного закрыть его своим телом от мечей. Ты отплатил Наруто за своё спасение. Вновь повисла тишина. Казекаге продолжал сидеть, придерживая голову, и смотреть в пол. - Я понимаю, что ты ощущаешь, но пойми, он взрослый человек и сам должен решить что ему лучше. Если он пожелает, чтобы ты вернулся на войну и не беспокоился о нём, значит ты должен вернуться, а если наоборот он пожелает, чтобы ты остался, то ты должен остаться. Это зависит только от вас двоих. Красноволосый, встав со скамьи, сказал: - Спасибо за помощь, я вернусь к Наруто и поговорю с ним. Харуно тоже встала, улыбнулась и кивнула в ответ. "Наруто очень повезло с тобой": с этими словами девушка ушла вдаль по коридору, поправляя хвост. Безбровый ещё немного постоял около двери и, сделав глубокий вдох-выдох, зашёл в палату. Блондин ждал своего друга с нетерпением и когда тот показался из-за ширмы, то он сразу улыбнулся. - Ну как поговорили? - Весьма содержательно... Наруто, у меня к тебе, возможно трудный для быстрого ответа, вопрос. Приподняв одну бровь, Узумаки сказал: - Та-ак, хорошо. Я готов. - Скажи мне честно. Ты хочешь чтобы я вернулся на войну или чтобы я остался с тобой? Голубоглазый легко сжал левой рукой покрывало. Его ясные глаза заблестели, а губы растянулись в улыбке. По лицу было видно, что Наруто хочет остаться с Гаарой, но он понимал, что без него альянс шиноби не выиграет эту войну. К тому же он сам совсем скоро встанет на ноги и вернётся, и тогда они будут сражаться вместе. Но все эти дни, когда Гаара будет где-то на поле боя рисковать жизнью, будут мучительными для него. Красноволосый не торопил друга с ответом. Он молча смотрел то ему в глаза, то на руку, которой он сжимал покрывало. Наконец с уст джинчурики послышалось тихое:"Честно?" - Да. Я приму любой ответ. - Ну хорошо. Если быть откровенным, то я хочу, чтобы ты остался со мной, но это будет глупо и эгоистично. Просто... Я... Мне. Блондин путался в словах. Его голову забивали самые разные мысли и словечки из каждой он пытался объединить в осмысленную речь. Командир присел ближе к юноше на койку и, положив свою руку на запястье правой руки парня, ласково сказал: - Не бойся. Говори как есть. - Мне страшно быть одному. Безумно. Именно поэтому я пытался максимально нагружать себя миссиями и общением, потому что как только я прихожу к себе домой, меня сразу одолевает чувство пустоты и страха. Я боюсь прожить в одиночку всю свою жизнь так ни с кем и не сблизившись. Но у меня есть ты - мой лучший друг, но ты Казекаге... Ты живёшь далеко и из-за этого мы редко видимся. Как бы я хотел проводить с тобой больше времени... Вновь откровенные слова друга были сладки для Гаары словно мёд. Безбровый окончательно растаял перед своим другом, даже можно сказать возлюбленным. Он улыбнулся и, поглаживая шершавую руку Узумаки, сказал: - У меня есть идея. С 8:00 до 20:00 я буду на войне, а всю ночь я буду с тобой спать в этой палате. Я попрошу Сакуру обустроить соседнюю койку. Так я и командиром на войне буду, и буду с тобой. Как тебе? - Думаю это лучшее решение, - сказал Наруто усмехнувшись. - Тогда я пойду скажу Сакуре и тут же вернусь, всё равно уже вечереет. Смысла возвращаться на войну нет. - Хорошо. Гаара улыбнулся и вышел из палаты. Дойдя до кабинета Сакуры и переговорив с ней эту затею, на что получив соглашение, юноша вернулся в палату с постельным бельём на руках. - Принимай соседа, - сказал безбровый, усмехаясь. - Такого соседа грех не принять, - в такой же шутливой форме ответил голубоглазый. Казекаге начал заправлять кровать, а Наруто смотрел на своего друга и размышлял о том, насколько они стали близки. И ведь действительно, никто и никогда не видел улыбающегося, а тем более шутливого Гаару. Даже родные брат и сестра не застали такого момента. Значит ли это, что Гаара доверяет Наруто куда больше чем родственникам? Конечно же значит! Никто даже и представить не мог, что Казекаге-сама может быть кого-то обнимать, гладить руки и... Тут Наруто вспомнил тот поцелуй перед уходом Гаары на битву с Мадарой. Что он означал? Почему именно поцелуй? Почему не объятья? И могут ли вообще двое парней целоваться? Тот случай с Саске был нелепой случайностью, но это... Узумаки вновь устремил взгляд на лицо друга. Он такой счастливый... Да и сам Узумаки был счастлив, даже просто смотря на него. Почему-то только с Гаарой он мог чувствовать себя спокойно. Он знал, что тот его, если что вдруг, не осудит. Он поймёт и поддержит. Но этот поцелуй не выходил у него из головы! Он хотел спросить казекаге в лоб:"Почему ты меня поцеловал?", но посмотрев в окно, передумал. За окном война. Они оба ходят по лезвию и каждый шаг приносит боль, но если оступиться, упадëшь в пропасть, из которой не выбраться. Но с другой стороны они могут умереть уже завтра или через час почему бы не спросить сейчас? Страх. Страх неизвестности гложет Наруто. Он не знал как Гаара отреагирует на его вопрос, но в то же время его до жути волновал это. Казекаге заметил задумчивое лицо друга и спросил: - Ты чего Наруто? - А? Да так, рад, что ты будешь жить со мной. Командир улыбнулся и кивнул. Эта улыбка... Господи как же она ранила и одновременно окрыляла сердце. Время уже было поздним и юноши готовились ко сну. Красноволосый снял военный жилет, а после свою тёмно-красную водолазку. Узумаки ахнул, взглянув на спину друга. Казекаге повернулся к ошеломленному джинчурики и вопросительно посмотрел на него. На правой лопатке виднелся огромный красно-коричневый шрам, похожий на удар током и ожог от кипятка одновременно. - Ах, да, совсем забыл сказать. Это после битвы с Мадарой. Он проткнул меня широким прутом, а бросил его с помощью сусано, поэтому похоже на молнии и бугорок посередине. - А... Спереди также? Безбровый повернулся лицом к другу и тот узрел точно такую же картину, как и на спине. Голубоглазый подошёл к командиру и осторожно протягивал руку к груди, ожидая ответ на просьбу потрогать шрам. Гаара кивнул и Наруто аккуратно провёл пальцем по изрывистым линиям, ощущая мягкость и холод кожи друга. Пальцы Узумаки словно потоки лавы обжигали Казекаге, и тот, стиснув зубы, прерывисто выдохнул. Блондин тут же отдëрнул руку и отошёл от друга, выпучив глаза. - Прости-прости, я не хотел, очень больно? - Нет, вовсе нет. Просто у тебя очень горячие руки, а я сам по себе холодный, вот и... Не ожидал. Юноши усмехнулись и продолжили переодеваться. -/- 23:25. На дворе глубокая ночь. Гаара, как обычно, не может уснуть и стоит около окна, смотря на густые облака и сторожей около входа. Внезапно он услышал шорох позади и вздохи. Обернувшись, он увидел Наруто, который явно искал друга. Он выглядел встревожено. - Наруто? Что случилось? Блондин, щуря глаза, повернулся на источник звука. - Г-гаара? Я... Можешь подойти? Красноволосый вмиг послушался и сел рядом с юношей на койку. Светлая макушка приземлилась на плечо, а загорелая горячая рука сжала худую и холодную. - Мне страшно. Безбровый лёг на койку и уложил голову Узумаки на свою грудь. Поглаживая соломенные волосы, Казекаге шёпотом спросил: - Из-за чего? - Я боюсь умереть. Я никогда не показывал свой страх и слабость другим, но ты... Особенный... Во всех смыслах. Я полностью доверяю тебе. Но даже так... Мне страшно закрывать глаза в одиночестве и не проснуться. Безбровый прижал юношу ближе и сказал: - Не волнуйся, я рядом. С тобой всё будет хорошо. Скоро закончится война, ты станешь Хокаге и ты будешь счастлив. - Да... Наверно... Думаю, я уже перерос эту мечту, Гаара. Красноволосый взглянул на лицо юноши и спросил: - В каком это смысле? - В самом прямом. Я понял, что это глупо. Если меня выберет народ, то конечно я стану Хокаге, ведь это значит, что люди доверяют мне и я должен защищать их. Но я могу защищать их и будучи джонином, да даже чунином. Единственная моя мечта - найти человека, который был бы со мной рядом всегда. Зеленоглазый так и хотел сказать:"Вот он я! Тот человек!", но понимал, что Наруто сейчас нужен не парень, а друг, поэтому промолчал. - И какие у тебя планы после войны? - Честно? Никаких. Я не думаю, что выживу- - Наруто! -воскликнул Гаара и взял блондина за плечи, смотря ему в глаза, - Не смей даже думать об этом! Я не позволю тебе умереть! Я сделаю всё, чтобы ты был счастлив! Голубые глаза заблестели ярче обычного, аккуратный веснушчатый нос и уголки губ задëргались. Узумаки свалился на друга и обнял его со всех сил. По палате разлетались всхлипы и тут же утопали в тиши. Казекаге прижал блондинистую голову к своей груди и, вдыхая смесь запахов пыли, перекиси и травы с волос, сказал: - Спи спокойно, Наруто. Я буду оберегать тебя и твой сон. - Спасибо тебе, Гаара, -послышалось где-то в участке между шеей и плечом. После было слышно только тихое сопение.